Я так больше не буду

— Ой! Тихий тоненький вскрик ударил по нервам не хуже молний Сидиуса, мгновенно переключая внимание Вейдера с разворачивающейся перед ним сцены боя обратно на мостик. — Па-а-ап, — виновато протянул мальчишечий голос, заставляя ситха внутренне содрогнуться, готовясь к очередной пакости. Сила, очевидно, решила, что одного сверхудачливого Скайуокера этой галактике вполне достаточно и произвела на свет Люка. Для баланса Вселенной, так сказать. Потому что на каждого Скайуокера, который подсознательно все чинит, должен быть Скайуокер, который все подсознательно ломает. Иного объяснения, почему мальчик был ходячей катастрофой, у Главнокомандующего имперским флотом не было. Мысленно перекрестившись, ситх ме-е-едленно повернулся к сыну, который очень некстати увязался за ним на мостик прямо перед профилактической зачисткой недавно обнаруженной базы повстанцев. — Что-то случилось? — спокойно протянул Вейдер, в то же время быстро оглядывая пространство вокруг. На первый взгляд, все было цело и на своих местах: не разрушено, не оторвано, не дымясь, не мигая, словно новогодняя гирлянда, не пища о неполадках и не вызывая подозрений. Однако, сам шестилетний мальчик стоял в паре метров от того «безопасного» места, где его посадил и просил остаться Вейдер, чтобы «он не мешал людям работать», и смотрел на отца своим фирменным взглядом побитого щенка. Непроизвольно в голове Главкома стали всплывать подозрения одно другого хуже. — Милорд, — ситх резко повернул голову на встревоженный голос и, увидев побледневшую физиономию офицера, уверился в своих подозрениях, — система распознования целей вышла из строя. Наши истребители несут потери от дружественного огня. Визоры маски снова вперились в сына. Люк не мог видеть грозное выражение лица отца, но видимо почувствовал его недовольство через Силу и уже был готов расплакаться. — Я нечаянно, — пробормотал смутившийся мальчик, избегая смотреть на Вейдера. — Прости. Я так больше не буду. «Я так больше не буду», — обещал ему сын после каждой подобной выходки и всегда держал слово — так он больше не делал. В следующий раз обязательно было что-то новенькое и более разрушительное для окружающего пространства вцелом и для нервов Главкома в частности. В какой-то момент ситх даже решил, что это ему наказание от Силы «за все хорошее, что он сделал», и стал относиться к учиненным беспорядкам более философски. — Отключите орудия и прикажите оставшимся истребителям вернуться — отдадим эту победу Альянсу, — коротко приказал Вейдер. — Дальнейший курс на Корусант. Под привычное шевеление военных, Главком незаметно увел шмыгающего носом сына с мостика, чтобы, не приведи Сила, у них при отступлении «случайно» не отказал гиперпривод.

***

Вейдер не знал, откуда у Люка взялась эта поразительная способность ломать то, что по определению не могло быть сломано, но скрывать ее и дальше он не мог. В конце концов, это могло оказаться опасным, как для окружающих, так и для самого Люка. Единственным разумным, на взгляд Вейдера, решением было спросить совета у более сведущего в проклятиях дарах Силы Учителя. Сидиус просьбу выслушал, наигранно поудивлялся способностям мальчика, посчитав, что Вейдер как обычно преувеличивает, посетовал, что ученик сразу не привел Люка к нему, обещал что-нибудь придумать, а до тех пор предложил пожить у него во дворце. Главком скорее предпочел бы вернуться к работе, но не хотел оставлять сына одного. Пришлось согласиться. Утром третьего дня Вейдер проснулся раньше обычного. Он не мог понять, что его разбудило, но Сила вокруг гудела, предвещая крупные неприятности. Прежде чем створки капсулы открылись до конца, ситх заметил знакомую светлую макушку в кресле у окна. — Пап, обещай что не будешь ругаться, — выпалил мальчик прежде, чем Вейдер успел пожелать ему доброго утра. Нахмурившись, ситх кивнул, понимая, что проступок серьезный, иначе сын ни за что бы не пришел с повинной добровольно. Глубоко вздохнув, Люк вытащил из-за кресла небольшой кулек и, положив его на столик рядом (раздавшееся звякание заставило Вейдера нахмуриться сильнее), начал развязывать тугие узлы. С пыхтением закончив со своим занятием, мальчик развернул ткань, на которой кучкой лежали запчасти светового меча. Меч не мог принадлежать Вейдеру. Он предпочитал не расставаться с оружием, и его сейбер сейчас точно висел на поясе. Следовательно, подумал ситх, либо сын уже дорос до убийства джедаев и пришел похвастаться трофеем, что было сомнительно, учитывая его виноватый вид, либо им обоим оторвет головы Император. Главком молился, чтобы оказался первый вариант. — Император куда-то вышел «на минуточку», но через минуту не вернулся, и через две не вернулся, а сидеть скучно было, ну, я и решил походить по кабинету, а там стойка с мечами, — лепетал Люк и вдруг вспыхнул: — Я же не знал, что они такие хрупкие! Только в руки один взял, как он рассыпался! Я даже не сделал ничего! Он сам! Честно! В Силе сын пылал искренним негодованием и обидой на вселенскую несправедливость, так что не верить ему у ситха не было никаких оснований. По крайней мере, сам Люк считал, что так все и было. — Сможешь его обратно собрать? — нерешительно потупился мальчик. — Я пробовал, у меня не получилось. Если у тебя тоже не получится, выкинем детали куда-нибудь на нижние уровни, а Императору, если вдруг спросит, скажем, что ничего не знаем. Может он и не заметит пропажи. Вейдер сильно сомневался, что Учитель не следит за своими вещами. Интересно, мелькнула мысль у ситха, его примут в Альянс, если он вернется к Светлой стороне? Сидиус, легок на помине, рывком ворвался в покои Главкома, который за размышлениями о перспективах позорного бегства в стан врага, проследил приближающуюся ауру Учителя. — Ученик, ты не видел своего… Император выглядел взволнованным. Первые пару секунд. Затем цепкий взгляд от Ученика переместился на Люка, сжавшегося в кресле и старательно отводившего глаза в сторону, и, наконец, на разобранный меч, который обличающе сверкал в свете ламп. После внимание Императора снова приковал Вейдер. Тот сразу решил, что, в случае чего, вступит в Альянс даже если его не возьмут. Заявится к ним на своем «Исполнителе» и тогда точно возьмут. А куда еще они денутся? — А я-то думал куда делся мой меч, — с намеком покосился Сидиус. Люк тихо всхлипнул. — Я случайно, — выдавил он. — Я так больше не буду.

***

Несмотря на разнос, который им устроил Император, Скайуокеры, по большому счету, отделались лишь легким испугом и воспитательным подзатыльником для Люка. План по дезертированию в Альянс был пока отложен на неопределённый срок, но, на всякий случай, постепенно совершенствовался и обрастал деталями. Сидиус, словно прочитав мысли Ученика, после парочки беспорядков с участием маленького Люка, в результате которых сначала было обесточено только крыло Императора, а затем — и весь дворец, не безосновательно опасался, что в следующий раз без электричества останется весь Корусант, и предложил подкинуть мальчика повстанцам. Мол, такими темпами от Альянса уже за два месяца ничего не останется и можно будет спокойно разобраться, что не так с Люком. Вейдер сразу вспомнил, как пару лет назад с ним связался его сводный брат Оуэн и с потрохами сдал план Оби-Вана, по которому сына прятали от отца. Бывшего учителя ситх тогда так и не нашел, хотя тщательно прочесал всю планету, а вот мальчик, как две капли воды походивший на самого Вейдера в детстве, настолько привлек внимание Главкома, что тогда он не обратил внимание на то, какими довольными выглядели Ларсы, следящие за воссоединением семьи. В свете последующих событий, в центре которых всегда находился юный Скайуокер, это многое объясняло. Отдавать сына в лапы Альянса Вейдер желанием не горел совершенно, хоть в момент слабости и рассматривал вариант дезертировать (но это другое дело, они же были бы вместе). Проведя не один спор на повышенных тонах, большинство из которых заканчивались метанием мебели и всего плохоприколоченного, вспышками молний и поединком на сейберах, ситхи пришли к компромиссу — раз неудача мальчика сверхъестественна, значит, это, скорее всего, какая-то способнось Силы, а раз это способность, значит, ее можно контролировать — и отправили Люка учиться в Инквизиторий. Времени на личные визиты ни у Сидиуса, ни у освободившегося Вейдера не было, поскольку приходилось не только продвигаться вперед согласно плану на ближайшую пятилетку, но еще и подчищать косяки, которые вылезли благодаря младшему Скайуокеру, но судя по присылаемым отчетам, Инквизиторий еще стоял, а способность Люка активности не проявляла. Когда через пару лет все более-менее утряслось, ситхи первым делом направились в Инквизиторий с инспекцией, чтобы лично оценить успехи мальчика. После того визита Сидиус еще долго плевался ядом (фигурально) и стрелял молниями (вполне себе реально, из-за чего доспехи Вейдера потом еще долго периодически коротило). А вот Главком с тех пор смотрел на сына исключительно с уважением, хоть этого и было не видно из-за маски — таких преданных делу и одухотворенных джедаев ситх не видел даже в далекой юности, когда проходил обучение в Храме. На вопрос «КАК?!», который Император повторял едва ли не каждые пять секунд, стоило ему наткнуться в коридоре на очередного бывшего инквизитора, Люк только пожимал плечами, виновато опустив взгляд в пол, и повторял, что он больше так не будет. — А больше и не надо, — устало пробормотал Сидиус, чувствуя першение в горле и нестерпимое желание напиться. — Второго Инквизитория у меня все равно нет. Вейдер положил руку на плечо погрустневшего мальчика, слегка прижимая того к себе. — Зато теперь у вас есть собственный Орден джедаев, — не без доли ехидства заметил Главком. Люк радостно вскинул голову и хотел было поддержать отца, но решил промолчать, заметив, как у Императора нервно задергался глаз.