Конец спокойного сна

Просыпаюсь в слезах. Все как обычно. Меня опять мучил кошмар, который повторяется каждую ночь. Это смерть моих родителей. Причем, все слишком реалистично, что ощущение, будто каждую ночь я снова и снова переживаю тот ужасный день. Никак не могу избавиться от кошмаров. Привыкнуть тоже не могу. Прибегаю к личному спасительному средству - повторяю в памяти посмертные письма мамы и папы. Восстанавливаю дыхание, вытираю слезы и иду в ванную как ни в чем не бывало. Душ окончательно вернул меня в реальность. Что ж, пора и на тренировку. Она уже честно сидит в печонках. Каждый день в 12 часов утра я должна проводить физическую тренировку со своим отрядом. То же делают взрослые. Неужели нельзя никак разнообразить? Но Розе непременно нужна дисциплина. Вечером снова наскучившая тактическая тренировка, а днем с оружием. И как мы все выживаем? За мыслями не заметила как пришла в "зал", то есть шестой этаж. Сегодня все-таки будет отличаться. Я повеселюсь на славу. Оказывается, что все уже собрались. - Ну что, чертята? - Так нас любят называть взрослые, потому что нас тринадцать и, плюс, мы действительно безумные. - Вы вчера, смотрю, повеселились. Даже в штаб пробрались, - очень стараюсь говорить строго. Но улыбка побеждает. - Я вами поражена и даже горжусь. Никто не смог, а вы смогли. Узнаю своих. Улыбки засияли теперь и на всех лицах, ну, естественно, кроме одного - мистера "мне на все плевать". - К сожалению, я не смогу пока сегодня вас тренировать из-за раны, - демонстрирую всем повязку. Да, рана дала о себе знать даже во время сна. - Надеюсь среди вас найдется доброволец для помощи мне. Как и ожидалось, все опустили глаза. Кроме Дэймоса. Его взгляд выражает полное безразличие. А зря. - Кажется, Дэймос очень хотел поруководить вами, - веселье начинается. - Предлагаю выплеснуть свой порыв в легальной форме. Вот теперь он застыл как вкопанный, даже взгляд изменился. Теперь в нем читаются сразу несколько эмоций: удивление, немного испуга и желание меня убить. Однако все это длилось не больше секунды. После этого безразличие вернулись к парню. - Дэймос? Я жду. Наконец он сдвинулся с места, подошел ко мне с деланой уверенностью и излишним спокойствием, но, обернувшись на остальных, замер. Они, кстати, удивлены не меньше Дэймоса. Я же тихо злорадствую. Наверное, это неправильно, но мне всё равно. - Ну проводи занятие, - я нарушаю тишину, пытаясь разбудить брюнета. Он посмотрел на меня своим безразличный взглядом, в котором все же читался оттенок злости. Потом резко обернулся к отряду и действительно начал действовать. - Как я понял, сегодня я за тренера. Так что, начнем тренировку с бега. Десять кругов по этажу, а потом - обратно в линии. Погнали. От неожиданности не все сразу начали выполнять задание, но постепенно все встроились в круг, как и сам Дэймос. Я тоже решила побегать. Это на руку не влияет, а я не кисейная барышня. После пробежки он также уверенно дает задания на разминку, а потом и показывает, как отрабатывать удары. Даже показал пару приемов, ктороых я не знала. Их надо взять на заметку. Я стараюсь делать все, только приходится останавливаться, когда боль становится невыносимой. Наконец занятие закончилось. Я честно в шоке от поведения Дэймоса. Он слегка смутился в начале, но всё же не растерялся и добросовестно провел тренировку. Даже слишком хорошо. Есди в начале не все хотели его слушаться, то к концу занятия, он сумел себя поставить так, что все бесприкословно делали каждое упражнение. Как бы я на него не злилась, не могу оставить его выдержку незамеченной. - Перед тем, как вы все уйдете, хочу отметить то, как Дэймос провел урок, - говорю громко, выйдя вперед к брюнету. - Ты молодец. Хорошо справился. Теперь можете идти. А ты задержись, - последнюю фразу говорю тише, только самому парню. Сейчас к нему вновь вернулось безразличие. Хотя, еще несколько минут назад, будучи тренером, он имел серьезный, даже заинтересованный в происходящем взгляд. Эти два дня показали, пусть и не надолго, Дэймоса с совсем другой стороны. Почему же он всегда скрывает свои истинные эмоции? Хотя, какое мне дело? - Нам надо обсудить твое наказание, - снова заговариваю я. Он же всё молчит. - С завтрашнего дня, то есть со вторника по пятницу все дневные дозоры твои. В субботу и воскресенье ты встанешь на ночное дежурство. А следующие две недели дежуришь у мирных: в саду, на кухне и везде, где им понадобится помощь. Все понятно? - Все понятно. Тренировки мне тоже пропускать? - даже вопрос он умудряется задать без намека на эмоции. Черт. А про это я не подумала. Ладно. Придумаю сейчас что-нибудь. - Общие - да. Но форму тебе терять нельзя. Так что вечером будешь приходить на индивидуальные. - Понял. Могу идти? - Можешь. О боже, этого мне еще не хватало. Каждый день теперь придется видеться с этой статуей, иногда беспричинно превращающейся в человека. О чем я только думала? Ладно, прорвемся. *** После душа вхожу в свою комнату и вижу привычную картину: Кэт ожидает меня на диване. Заметив меня, она тут же бросается мне на шею и обнимает так крепко, что я скоро задохнусь. - Кэт, ты меня душишь, - мне едва удается прохрипеть. - Ой, прости, прости, - она, смутившись, отступает на шаг. Кажется, она не правильно расценила мою реакцию. Я подхожу и нежно ее обнимаю. - Так ты не злишься? - На что? - делаю вид, что вчера ничего не произошло. Мы обе виноваты. Улыбаемся вдвоем. - Я так рада, что мы больше не в ссоре. Я боялась, что ты обидишься... - Эй, нет. Все хорошо. Я тоже вспылила. - Рада, что мы во всем разобрались, - ее тон меняется на слегка деловой, а сама присаживается на диван и меня тянет. - Не хило ты его. - Ты про Дэймоса? - Да. Не ожидала от тебя, - смеется. - Это за вчерашнюю антиблагодарность? - За что? - теперь смеюсь я. - Идеальное определение. За нее самую. Да и вообще, по-хорошему, его необходимо жестко наказать... - То есть это еще не все, я так понимаю? - Правильно понимаешь. Рассказываю лучшей подруге весь свой план и наш сегодняшний разговор с Дэймосом. - Что ты придумала?! Не знай я тебя так хорошо, решила бы, что только и ищешь повода остаться с ним наедине. Ты же понимаешь, что сейчас не лучшее время для новых отношений? - Кэт! Я не влюблюсь в него только из-за того, что буду проводить с ним время. - Вдвоем. Каждый день. И он не уродец, а симпатичный парень и притом сплошная загадка. Никто бы не устоял. - А я не никто. Это глупо, Кэт. Я же все-таки командир отряда. Мне нет дела до симпатичных парней. - Уверена, что через неделю не будешь мне доказывать, какой он особенный и замечательный? - Уверена. - А то смотри... Я могу тебя и подменить. Я же не командир отряда... Теперь мы смеемся во весь голос. Кэт умеет меня развеселить, это точно. *** Дневная общая тренировка с оружием прошла обычно, даже скучно. Сейчас я готовлюсь к вечернему занятию по тактике. Сегодня мне пригодится карта Москвы. Нахожу ее в нише между книжным шкафом и стеной и направляюсь на седьмой этаж. Если Дэймос решил, что отделается лишь одной неловкой ситуацией, с которой он, кстати, справился даже слишком легко, то он ошибается. Сейчас парню точно придется несладко. Быстро вхожу на нужный этаж, где уже поставлен стол посередине, и встаю в центр. - Сегодня наше занятие будет не самым обычным, но полезным. Я предлагаю разобрать вашу вчерашнюю наступательныу операцию. Обсудим ошибки и варианты их исправлений. Дэймос, подойди к карте, - тут же разворачиваю ее на столе. - Поскольку вчера именно ты командовал отрядом, попрошу тебя указать на карте место вашей засады и маршруты переходов. Брюнет указывает на небольшую улочку за зданием отеля Националь со своим привычным безразличием, объяснив, что это место и есть их последняя остановка. Потом он рассказывпет, что они перешли Тверскую и сразу ринулись на бывшую Госдуму. Я, в свою очередь, объясняю, что это было очень рискованно, потому что именно напротив Тверской, а именно на Манежной, шел основной бой, а значит, их было слишком легко заметить и обезвредить. Поясняю, что если и наступать без маскировки, то лучше с заднего входа, то есть с Георгиевского переулка, он меньше охраняется. А вообще лучше быть хитрее. Дэймос уже собирается отступить и смешаться с остальными, так как вроде все уже сказал, но я задаю ему еще один вопрос. Мне надо, во-первых, проверить догадку Кэт и, во-вторых, поставить его в неловкое положение. - Назови причину наступления. Молчит. - Какова была причина того, что ты решил всех внезапно повести в бой, хотя до этого момента командиром была Кэт? Как бы я ни старалась уловить во взгляде парня страх, испуг или хотя бы попытку увильнуть от ответа, его глаза излучают прежнее безразличие. - Я решил, что больше ждать нет смысла, и усомнился в решимости Кэт. А мы преодолели 200 километров не для того, чтобы выжидать удобного момента. Кэт слегка возмущенно и вызывающе взглянула на Дэймоса, приподняв одну бровь. И как она это делает? Я, растроившись, что не получила желаемого смущения брюнета, помолчала еще секунду и позвала Кэт к карте показать маршруты остальных перемещений по Москве. Тут придраться не к чему, ведь она моя правая рука и знает почти все, что знаю я, да и по заброшенным кварталам ходить много ума не надо. Попасться довольно сложно.