Псих

       Когда его только привезли сюда, он был не сильнее младенца. Лежал на кушетке в позе эмбриона и обеспокоенно осматривал помещение. — Мистер Малфой, успокойтесь. Теперь вы будете здесь жить. Мы вас вылечим. – сказала какая-то не особо опытная медсестричка из приёмной. Её слова он всё же запомнил. Дальше он помнит лишь белые стены кабинета психотерапевта и голубые стены своей камеры. Его признали особо опасным и изолировали от других больных, а он даже не помнит почему. Провалы в памяти, прогрессирующая шизофрения и истерия. С такими диагнозами его сюда привезли. Множество людей пытались помочь ему, но он продолжал так же апатично вглядываться в стену. Через несколько месяцев он всё же стал отвечать на некоторые вопросы своих многочисленных психотерапевтов, причём в свойственной ему манере. Надменная улыбка и холодный взгляд. Если бы не худоба, огромные синяки под глазами и бледность, то можно было бы принять его за вполне здорового молодого мужчину. Но после того что он пережил, просто невозможно было остаться с не помутневшим рассудком. Через три года после войны, одним июльским вечером, в поместье Малфоев заявились незнакомцы. Несколько мужчин в жутких чёрных мантиях с палочками наготове. Они растерзали бедную Нарциссу Малфой и всех служащих в этом поместье эльфов. Они буквально распотрошили их тела и бросили несчастных умирать. Когда Драко спустился вниз, он увидел весь этот кошмар. Можно лишь догадываться каким ударом по его психике стало такое жестокое убийство его матери и всех слуг в доме. Что случилось дальше, нам известно только со слухов. Говорят, что парень запытал всех преступников Круциатусом, а потом безжалостно убил. Этого мы точно не знаем. Нашли его у тела матери. Он лежал и бормотал что-то на разных языках. Иногда он пытался встать и добить тела уже мёртвых негодяев, но он много дней не ел и его физические способности были на нуле. В таком состоянии его и доставили в психиатрическое отделение больницы святого Мунго. Там понадеялись на опытных специалистов и надеялись что смогут узнать хоть что-то у самого Малфоя, но он молчал. Молчал неделями. Лишь когда он оставался один, он не мог выносить тишины. Сначала он царапал стены ножницами в общей камере, затем железным подносом для еды, потом в ход пошли ногти. Он делал всё, чтобы не остаться в тишине, которая так давит на его голову. Драко не пытался завести разговор с другими больными, не говорил с врачами, лишь молча царапал стену. Позже на стенах стали появляться непонятные символы. Никому неизвестный язык. Были и ругательства на английском, ничего не значащие фразы, угрозы. Никто не мог понять что твориться в голове у психа. До того самого дня.

***

Ясный апрельский день. Худенькая девушка в белом халате с волнистыми каштановыми волосами шла в свой кабинет, напевая себе под нос какую-то известную песню. Её спокойный шаг прервала заведующая отделением, неожиданно вставшая на пути у девушки. — Мисс Грейнджер, сегодня вам назначили нового пациента. Мисс Бэкк не выдержала его и сдалась. – сладким голоском пропела заведующая. — Мисс Браун, вы же знаете что у меня занятия в школе и ещё два пациента с довольно непростыми диагнозами! – возмущённо прикрикнула на бывшую сокурсницу Гермиона. — Гермиона, неужели ты до сих пор злишься что я увела у тебя Бон-Бона? — Нет, Лаванда, что ты! Мне просто нравится терпеть унижения с твоей стороны! — Ну, не нервничай. Я понимаю что ты занята, но на этой неделе ситуация и правда не простая. Бэкк, Майзен, Дорэти и Эйро уже ведут беседы с шестью пациентами каждый. Это огромная нагрузка. К тому же, тебя рекомендуют как самого опытного и квалифицированного психотерапевта. — Ладно! Жди здесь, я переоденусь и пойду беседовать с этим вашим трудным пациентом. — Хорошоо. – помахала Лаванда ручкой своей удаляющейся коллеге. — Чёрт! Вечно она строит из себя не пойми что! Не могла другого специалиста найти? Я и так занята преподавательством в Хогвартсе. – разговаривала сама с собой Гермиона, меняя белый докторский халат на лимонный. Фирменный цвет больницы. —Неужели ей не понять что на это уходит очень много времени? И у меня тут ещё два трудных пациента. Эти Майкл Кортни и Элиза Брейк... Эх, ладно. Всё равно не отвяжется же. – Гермиона взяла новую папку и пошла регистрировать своего нового подопечного, так сказать. В том же коридоре её ждала Лаванда и они пошли вниз по крутой лестнице. Там находились камеры особо опасных пациентов, коих был всего один. На двери его камеры было написано: «Драко Малфой. Особо опасен. Диагноз: шизофрения, истерия, частичная амнезия и нередкая апатия» — Драко Малфой?! Да вы шутите?! Я туда ни за что не зайду! Хоть убивайте!!! — Зайдёшь, Гермиона. Ты должна его вылечить. – с этими словами Браун открыла дверь и толкнула Гермиону прямо туда. Дверь тут же закрылась. — Вот ведь!... Эмм. Привет Мал...Драко. С этого дня я буду твоим психотерапевтом.