В дыре

      Когда Эдди видит, что это место вот-вот взорвётся, он хватает Бака и, сбивая с ног, утягивает его назад и, к сожалению, вниз. В яму.       Хуже всего то, что дыра в земле имеет почти точную форму человека, и руки Эдди оказались в ловушке, придавленные Баком, где-то в районе талии, за которую он обхватил его, чтобы оттащить от взрыва.       — Спасибо, что спас, а теперь, э-э, ты можешь слезть с меня?       Эдди кряхтит, пробуя подняться, но не может этого сделать.       — Никак нет. Я застрял, Бак.       Бак стонет, пытаясь пошевелиться, но понимает, что его руки выкручены назад, что ещё не больно, но, вероятно, скоро будет.       — Мы что, застряли в этой долбаной дыре, Эдди?       Раздаётся долгий вздох, прежде чем тот кивает ему.       — Используй колени! Попробуй встать на колени!       Эдди принимает это предложение, но обнаруживает, что он может приподняться только на полдюйма, прежде чем что-то тяжёлое блокирует его. Именно тогда он понимает, что это не просто темнота от дыма после взрыва. Что-то упало за ними в яму, погружая её в кромешную тьму и лишая их шанса выбраться самостоятельно.       — Я думаю, что мы в ловушке…       — Но ведь нас найдут, верно?       — Я уверен, что это будет совсем скоро. Мы просто должны стойко держаться, мы ведь бывали и в худших ситуациях, чем эта, верно?       — Да.       — И, по крайней мере, мы не одни, что было бы ещё хуже, верно?       — Ага…       Некоторое время они лежат молча, стараясь не обращать внимания на то, как расположены их тела, пока Бак не начинает говорить что-то, чего Эдди не может разобрать.       — Чего?       — Ничего.       Голос Бака отрывистый, напряженный, но Эдди очень отчётливо слышит его, когда он в следующий раз шепчет: «Не сейчас, не сейчас, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!»       — Бак?       — О боже, пожалуйста... пожалуйста, просто не обращай внимания, Эдди…       Эдди не совсем понимает, о чём говорит Бак, пока не чувствует, как что-то движется у него в руке. Только тогда он понимает, что его ладони находятся прямо на промежности Бака. На самом деле, тот практически кладёт весь свой член и яйца в его руки, если бы не форменные штаны.       — Бак? У тебя... у тебя что, встаёт?       Бак скулит, Эдди слышит, как он пытается удариться головой о землю, но положение, в котором они находятся, на самом деле не дает ему возможности для этого.       — Это не моя вина, что ты буквально держишь мой член в своих руках, Эдди! К тому же весь этот адреналин бурлит и…       — Я этого не выбирал! Мои руки в ловушке! И мне совсем не нужно знать, растун ты или показун*!       — Знаю! Не вздумай меня винить, моё тело не осознаёт, что это ты!       — Неужели ты не можешь контролировать свой член в течение десяти минут, Бакли?       Бак кряхтит, пытаясь пошевелиться, но всё, что он вытворяет в действительности, это двигает бёдрами вперёд и назад. Это не только делает его твёрже, но и заставляет его задницу тереться о пах Эдди.       — Останови это.       — Я пытаюсь освободить достаточно места, чтобы ты мог убрать свои руки с моего члена.       — Это не то, что ты делаешь.       — Именно это я и делаю!       — Стой! — тогда Эдди хватает Бака за член через штаны, чтобы заставить его послушаться.       — Эдди... Эдди, ты действительно сейчас схватил меня за член…       — Я не мог придумать, как ещё заставить тебя перестать двигаться.       — Я просто пытаюсь вытащить нас отсюда.       — Нет, ты же... Бак, ты просто, блядь, тёрся об меня.       — И что?       — Бак, ты хоть понимаешь, где сейчас твоя задница?       — К счастью, не в твоих руках.       Эдди вздыхает, его голова покоится на спине Бака.       — Бак, твоя задница находится буквально прямо у меня в промежности.       — И?       — И ты практически втираешь свою задницу в мой член прямо сейчас.       — Подожди... — Бак снова шевелит бёдрами, слышит, как Эдди издаёт сдавленный звук, и смеётся. — О боже, да у тебя сейчас почти встал!       — Как ты и сказал, моё тело не осознаёт, что это ты тёрся о него. Так что прекрати это.       — Что, значит, только мне придётся иметь дело с нежеланным и неловким стояком?       — А почему мы оба должны?       — О, это прекрасно звучит от парня, который в данный момент практически ласкает мой член через мои штаны!       И вот Бак снова начинает двигаться, и теперь вопрос даже не в том, прижимается ли он к члену Эдди.       — Бак, я предупреждаю тебя, не делай этого, — Эдди злится, но также... у него этого не было так давно, и он не собирается притворяться, что ему не нравится, когда кто-то, кто угодно, втирает свою задницу в его промежность.       — Как будто ты можешь остановить меня, — Бак уже слишком далеко заходит, но он не единственный здесь, кто пытается пережить эту неловкую ситуацию.       — Я предупреждал тебя, Бак, — это последние слова, которые Эдди произносит перед тем, как сделать что-то в высшей степени глупое, но, если они сейчас играют в курицу**, он не должен проиграть.       Эдди не может в полной мере пошевелить руками или даже запястьями, но его пальцы могут двигаться, и он проводит большим прямо по тому, что, как он почти уверен, является головкой члена Бака. Он начинает тереть её, стараясь двигаться так быстро и сильно, как только может, чтобы Бак почувствовал себя достаточно неуютно и перестал бешено потираться задницей о его пах.       Баку приходится прикусить губу, когда он чувствует, как Эдди теребит его член. Это длится слишком долго для него, и он уже едва сдерживается. Их ситуация такая странная, но он не позволит Эдди победить. Бак выгибает спину насколько может и сильнее трётся задницей об Эдди.       Эдди почти всхлипывает, когда чувствует, как его твёрдый член немного сдвигается, прорезаясь в ложбинку между ягодицами Бака, даже несмотря на то, что они всё ещё были в штанах. Это было так хорошо.       Через некоторое время ни один из них не помнит, зачем он вообще это делает. Трепет и возбуждение настолько сильны, что они просто изо всех сил пытаются подтолкнуть друг друга к финалу.       — Блядь, блядь! — кричит Бак, кончая.       Эдди чувствует, как член Бака судорожно сжимается под его рукой, но он не может ощутить настоящего освобождения из-за слоёв одежды. То, как мужчина выгибается в его руке, ловит его в самый момент, и Эдди тоже кончает себе в штаны. Он впивается зубами в плечо Бака, чтобы не издать жалостливый звук от того, насколько хорош этот оргазм.       Они оба лежат в темноте, до сих пор пойманные в ловушку, пытаясь перевести дух и понять, что же только что произошло. Что они только что сделали друг другу. Друг с другом.       — Эдди... Эдди мы просто… — голос Бака теперь встревожен и смущён.       — Я...       Эдди начинает что-то говорить, но тут на них падает свет и кто-то кричит:       — Мы их нашли!       После, их стремительно вытаскивают, убеждаясь, что они в порядке. Никто не спрашивает и даже не намекает, что в этой дыре произошло что-то странное.       Когда Эдди поворачивается к Баку, он замечает, что тот покраснел и быстро отвёл взгляд. И его губы изгибаются в улыбке.       В следующий раз, когда Эдди прижмёт Бака к своему паху, между ними не будет никакой одежды. И в ту ночь только один из них охотно залезет в дыру.