повязка

Вот, что Юнги вынес из сегодняшнего вечера: ему определенно не следовало брать в руки телефон. Они вернулись с церемонии около часа назад, по старой схеме распределили очередь в душ и просто придавались блаженной расслабляющей атмосфере отдыха и тишины, занимаясь каждый своим делом. Мин сходил в ванную одним из первых и теперь листал новостную ленту в твиттере, изредка замечая упоминания их сегодняшнего выступления. Его до сих пор слегка потряхивало от мысли о выигранном дэсане, и когда он наткнулся на видео награждения, пролистал даже быстрее, чем ожидал от себя. Эмоции и без того были слишком свежие. Но вот что сразу привлекло его внимание, так это запись интро Чимина и Хосока. Юнги видел отрывки их репетиции, плюс Пак не замолкал ни на секунду всю прошедшую неделю и все уши ему прожужжал о том, как он нервничает и боится, что что-то может пойти не так, поэтому Юнги знал, что они собираются показывать. Но все равно желание глянуть, во что все это обернулось на сцене, было сильнее него. Парень поддался нарастающему любопытству и нажал на "плей". Сказать, что Мин не был готов, не сказать ничего. Он слышал о задумке, о том, что Чимин должен будет танцевать с завязанными глазами, и, хоть никогда не говорил об этом младшему, понимал, почему тот переживал. Юнги и сам слегка волновался о его благополучии, но также оставлял это неозвученным, чтобы еще сильнее не нервировать младшего. Все-таки он был профессионалом, и если кто и мог справиться с поставленной задачей, так это Чимин. Поэтому, какой никакой сюжет танца в голове у него выстроился, опять же лишь со слов самого Пака и тех урывков, которые ему довелось застать в репетиционной. Часть Хоби Юнги посмотрел хоть и с восхищением его талантом, но все-таки более менее спокойно. Он отлично знал, на что тот способен, и сейчас он показывал едва ли не десятую долю своего мастерства. Но boy meets evil, безусловно, хороша. Юнги даже на мгновение забыл, зачем включил ролик, пока слушал ремикс и наблюдал за отточенными движениями Чона. И как раз в этот момент погас свет на его половине сцены. Старший затаил дыхание и приготовился, но этого оказалось недостаточно. Практически сразу крупный план оказался на Чимине, который стоял с запрокинутой головой на фоне этого красного лабиринта на стене. Юнги хотел бы не думать о том, как соблазнительно неон освещал шею парня, но даже за секунду этого зрелища он успел проклясть себя за подобные детальные мысли. Второе, что тут же ударило по его спокойствию, это сценический костюм Пака. И казалось бы, они весь вечер провели с ним, Юнги изучил каждую золотую ниточку на его жилете, но почему-то смотреть на него с экрана своего телефона было несколько иным. Чимин казался ему нереальным, недосягаемым, хотя Мин слышал буквально пять минут назад его смех за дверью собственной спальни. Как это работает вообще. Ну и самое главное, о чем старший успел подумать за несколько секунд до того, как младший начал, собственно, свой танец, это повязка. Чертова красная атласная лента, закрывающая половину лица Чимина. Юнги бы возненавидеть эту вещь, потому что он так любил смотреть на лицо младшего, особенно во время выступлений, но почему-то сейчас он испытывает противоположные чувства. Ему так нравится, как она контрастирует с бледной кожей, как сочетается с черной рубашкой и как заставляет смотреть только на эти пухлые губы танцора, хоть микрофон и мешает обзору, да и изображение не настолько приближенно. Плевать. Юнги столько раз видел их вживую, что сейчас воображение как специально подкидывает Мину образы, где Чимин с этой лентой на глазах и с приоткрытыми влажными губами прямо напротив него и готовится... Юнги пытается сосредоточиться на танце. Он хочет голову себе открутить, чтобы не думать о том, как невероятно выглядит младший и что можно с этим сделать. Но не то, чтобы происходящее на видео помогало ему взять себя в руки. Мин чувствует, как ладони потеют, когда Чимин делает волну своим телом, и его фигура в тот момент максимально отдалена, никаких деталей не рассмотреть, но Юнги все равно резко выдыхает через нос. С каждой прошедшей секундой, с каждым выполненным движением Мин начинает все быстрее постукивать ногой по матрасу и жевать губу, даже не замечая своей нервозности. Он понимает это только в тот момент, когда во рту чувствуется металлический привкус, а телефон едва не выскальзывает из увлажнившихся ладоней. И ему бы не задерживать дыхание, когда Чимин делает вращения на сцене, но почему-то не получается. И совершенно точно ему бы не думать о том, как он лично завязывает эту сраную ленту на его затылке, как он потом проводит пальцами по чужим скулам и подбородку, притягивая лицо младшего ближе к себе, утыкаясь носом в копну пепельных волос и вдыхая до боли знакомый запах шоколадного шампуня; как он чувствует требовательное прикосновение в районе предплечий, потому что Чимин не видит, куда тянется, но коснуться очень хочет; как младший слегка надувается и тихонько хнычет, потому что Юнги снова мучает его и не целует целую вечность. А потом, когда он наконец-то прижмется к этим прекрасным губам, как он почувствует выдох в своем рту, короткие пальчики, путающиеся в подоле собственной футболки и довольную улыбку у Чимина. Да, точно, Юнги не стоило бы об этом думать, потому что он смотрит на экран телефона, видит, что пропустил внушительную часть выступления, но все, что его волнует сейчас, это тяжесть внизу живота и стояк, ну это так, по классике. Охренительно посмотрел видео. Но выступление не заканчивается. В кадре снова появляется Хосок, у Мина дрожь по всем неприличным местам проходит, когда они тянутся друг к другу, а потом начинают танцевать с невероятной синхронностью. Дыхание снова сбивается на том моменте, когда парни падают спиной на выставленные руки, и завязанные глаза Чимина не заставляют чувствовать себя лучше. Юнги досматривает выступление с единственной с мыслью: больше он никогда не будет смотреть записи танцев Пака. Это слишком. Ему прямо сейчас нужно прикоснуться к себе, иначе член просто взорвется от напряжения. Радует лишь тот факт, что у Джина самая последняя очередь в душ, значит у него как раз есть время на то, чтобы расправится со своей вставшей проблемой и не быть замеченным. Юнги впопыхах откладывает телефон и тянется к завязкам на спортивках, тут же запуская руку в штаны и делая резкое движение по всей длине члена. Медлить некогда, а терпеть насмешки Джин-хена как-то ну совсем не хочется. Мин водит кольцом из пальцев вверх-вниз, и совершенно не хочет вспоминать свои недавние фантазии. Но образ Чимина из видео как назло яркой вспышкой предстает перед глазами и ни в какую не хочет уходить. Старший задушевно стонет и очень надеется, что это вышло не так громко, как ему показалось. И тут в дверь коротко стучат. И твою ж мать, он отлично знает, кто это. - Хен? Не спишь? Сладкий шепот врезается в мозг, и это неправильно возбуждаться от его голоса еще сильнее, но весь сегодняшний вечер у Юнги в принципе неправильный. Он уже ничему не удивляется. А Чимин даже ответа не ждет, просто прикрывает за собой дверь, снова возвращая комнату в полумрак. Мин быстро одергивает руку и накрывается сверху одеялом. - Кхм, собирался как раз, - бессовестно врет он и ненавидит себя за то, как сбивчиво звучит собственный голос. Сердце заходится в бешенном ритме из-за того, что его практически застукали, и приятный аромат свежести и чертового шоколадного шампуня, ударяющий в нос сразу же, как только Чимин очень быстро оказывается на кровати, ничуть не помогает успокоиться. - У тебя что-то срочное? - Тэхен просто замучал меня расспросами о том, каково это было танцевать с завязанными глазами на сцене, как будто не он там вообще спину оголил, - бурчит младший и устраивается удобнее, закидывая ноги на кровать. Только бы ближе не начал жаться... - В общем, я засмущался и сказал, что расскажу как-нибудь потом. И он хихикает. Черт возьми, этот звук буквально вибрацией проходит по всем внутренностям старшего и концентрируется, ясное дело, в одной единственной части тела. Он всей душой начинает ненавидеть этот момент еще больше. - Ну и я просто хотел пожелать тебе спокойной ночи, - Пак как будто не замечает напряжения старшего. Ему же лучше, есть шанс, что они быстро поговорят и Юнги скорее вернется к незаконченному делу. - Очень мило с твоей стороны, - он правда старается, чтобы его голос звучал более менее привычно, но все еще свежие воспоминания о том Чимине, который с повязкой на глазах, не хотят опускать. Да и тот Чимин, который в реальности, тоже не помогает, потому что тут же придвигается вплотную, поворачиваясь набок и перебрасывая руку через торс Юнги. - Эм, Чимин-и, ты не мог бы... Слишком поздно. Он обнимает крепче и решает, что переплести ноги именно в данный момент - это отличная идея. Могла бы быть ею, не будь Мин в неудобном положении. Ну а Чимин не дурак, поэтому понимает все в ту же секунду. - Эм... хен? - он замирает, а Юнги больше не может доживать эту ситуацию. Он закрывает глаза и отворачивается от парня, правда отлично чувствуя, как пара чужих любопытных глаз уставилась на него. - Ты настолько рад меня видеть? - Спокойной ночи, Чимин. Ты ведь как раз за этим пришел, да? - Ты что, серьезно собираешься уснуть прямо сейчас? Юнги слышит, как обиженно звучит его голос. И почти уверен, что смущен Пак всей этой ситуацией не меньше него самого. Старший фыркает. Блин, как будто это его вина, что у Мин Юнги слишком горячий парень. И он снова слышит его любимое хихиканье, осознавая, что, кажется, произнес последнюю фразу вслух. Брюнет сдается и поворачивается к Чимину. У него в глазах веселый блеск, губы растянуты в милой улыбке, а пальцы запутаны в миновой футболке, прямо как в той фантазии... Ох, нет. - Я, конечно, очень рад тебя видеть, но ты просто отвлек меня. Юнги пытается отбросить назойливые мысли о том самом Чимине, но не получается, особенно, когда он закусывает губу и недовольно хмурит брови. Ну очень уж все это становится похоже на то, о чем старший совсем недавно думал, только этого не хватало. - Почему ты этим сам занимался? - Черт, Чимин, мне что, уже и подрочить нельзя? - выходит несколько грубее, чем требует ситуация, но младший не то, чтобы обижается. Он скорее выглядит недоверчиво, как будто видит Юнги насквозь и прекрасно знает, почему ему приспичило сделать это именно сейчас. - Не смотри на меня так. Младший ничего не говорит, просто изучает, по-прежнему прижимаясь сбоку. Он отлично знает, как Мин не любит этот его взгляд, как будто под наблюдением находишься, именно поэтому продолжает. Юнги не тупой, понимает, что он ждет, пока старший сознается, и будь они в куда более спокойной ситуации, хрена с два брюнет бы сдался, но сейчас он все еще чувствует, как неприятно ноет стояк из-за отсутствия стимуляции, поэтому просто не в его силах сопротивляться Чимину, особенно пахнущему шоколадным шампунем, как когда он думал... - Господи боже, я смотрел твое сегодняшнее выступление! Если бы можно было убить человека одним единственным звуком, то сейчас для Юнги это было бы хмыканье Чимина, которым он отреагировал на эту фразу. Оно не было ни самодовольным, ни победоносным, просто было. Но именно в этот момент старший возненавидел его, а когда Пак снова, чтоб его, хихикнул вслед за этим, возненавидел и этот звук тоже. А все потому что член стоял так, что больно было, Юнги даже губу не мог закусить, потому что каким-то образом чувствовал это именно там. А еще ощущения мягкой кожи Чимина, его дыхание у лица и эти полные губы, сложенные в слабой улыбке... Ну почему он не мог зайти на пять минут попозже... - Только не говори мне, что возбудился с танцев. - Нет, я возбудился не с танцев. С минуту где-то Чимин молчит, и Юнги в это время пытается дышать полной грудью, надеясь, что это хоть немного поможет и снимет напряжение. Но куда уж там. Он лишь больше вдыхает приятный аромат младшего и клянется, что еще секунда, и он бы застонал. Благо, Чимин заговорил раньше. - Оу, - выдыхает тот и причмокивает губами. Твою мать, неужели сейчас это так обязательно? А в следующее мгновение делает то, что Юнги от него ну никак не мог ожидать. Он откидывает со старшего одеяло и сползает вниз. - Какого хрена ты творишь? - Ну, я чувствую себя ответственным за то, что ты оказался в данной ситуации, - Чимин медленно развязывает треники, ерзая у старшего в ногах, пытаясь утроиться удобнее. - Я просто обязан тебе помочь. - Ты ничего.., - Юнги сбивается, когда младший, спустив штаны, ведет носом по внутренней стороне бедра. Срань господня, как же приятно. Еще лучше становится в следующее мгновение, когда он смыкает свои короткие пальчики на чужом члене, все еще оставляя легкие поцелуи на коже ног. - Боже, Чимин... Мин точно знает, что тот очень смущен. Он продолжает чувствовать неловкость в каждый момент их близости, как бы Юнги не старался его раскрепостить. И то, что сейчас он без доли сомнений собрался сделать ему минет, хотя старший даже не просил об этом, все еще сгорая от стыда, затуманивает и без того не особо соображающий мозг старшего еще больше. Он так его любит, если бы Чимин только знал. Все мысли о фантомном Чимине с завязанными глазами и в том самом костюме покидают разум в ту же секунду, когда этот вот реальный Чимин мягко касается губами головки. Юнги давится воздухом и тяжело сглатывает. А потом младший опускается все ниже, пока Мин не чувствует, как член упирается в стенку глотки. Если пару минут назад брюнету казалось, что он возбужден так, что на него сейчас подуй - кончит, то сейчас ему хочется продлить этот момент как можно дольше. Он неосознанно вплетает пальцы в мягкие волосы, но не давит на затылок, а просто наслаждается ощущениями, давая Чимину полную свободу действий. И тот делает. Он глотает, правда, давится практически в следующую же секунду, но Юнги все равно не может сдержать тихий довольный стон. - Дерьмо, - шипит старший, когда Чимин кашляет, и мягко проводит рукой по его щеке, а затем убирает челку с глаз. Тут же он видит виноватый взгляд младшего и, стараясь игнорировать капающую с чужих губ слюну, нежно проводит пальцами по подбородку. - Все отлично, эй, слышишь меня? Чимин молча кивает, облизывается, и слизывает каплю выступившей смазки. Юнги тут же вспоминает, почему они оказались в этой ситуации, и сильно сжимает челюсть. А Пак тем временем уверенно дрочит, пока сосет головку и вылизывает уретру. Он убирает руку только для того, чтобы провести языком по вене на нижней стороне члена, а потом снова взять в рот. Чимин втягивает щеки, и у Мина снова воздух со свистом через нос вырывается, губы приоткрываются в немом стоне, а пальцы вцепляются в плечи младшего. Нет, оттянуть момент все-таки не получится, Пак справляется слишком хорошо, его рот слишком горячий и влажный, а Мин Юнги был слишком возбужден даже до того, как тот начал. - Ох, Чимин, я очень... очень близко... Я сейчас..., - кое-как говорит Юнги и выдыхает, потому что младший едва ощутимо проезжается зубами по стволу, пока вынимает член изо рта, чтобы сделать два движения рукой и снова заглотить. Сначала он наклоняет голову боком и толкается головкой в щеку, а затем снова берет на тот максимум, на который способен. И тогда то брюнет чувствует дрожь и только спустя секунд пять понимает, что это его собственное тело содрогается от оргазма. Он сильно впивается ногтями в худи Чимина и кончает ему в рот. Брюнет закрывает глаза, откидывая голову и напрягаясь всем телом. Кажется, он весь немеет и даже не может вдох сделать, в то время, как младший спокойно сглатывает сперму. В голове ворох мыслей, в центре которого маячит навязчивое "как же я его люблю", от чего Юнги не по себе, потому что все еще странно осознавать, что он может испытывать настолько сильную эмоцию. Пальцы на ногах все еще немного съеживаются из-за недавних ощущений, даже когда его самого более менее отпускает. Пак вытирает тыльной стороной ладони подбородок, во все глаза глядя на старшего и краснея. - Чимин-и, - обессиленно шепчет Юнги и расплывается в блаженной улыбке, а после натягивает треники. Он замечает румянец младшего и несильно щипает его за щеку. - Люблю, когда ты смущаешься после того, как заставишь меня кончить. Тот ожидаемо розовеет еще сильнее, вызывая сдавленный смешок Юнги. Он подтягивает его к себе в объятия и ждет, пока младший в ответ не обнимает его поперек груди и не утыкается лицом в плечо. - Ты же знаешь, что тебе нечего стыдиться, правда? - Знаю, хён. Его плохо слышно из-за того, что он говорит куда-то в подмышку старшему. - И что я люблю тебя? Он хихикает. Юнги снова не может сдержать улыбки. - Да, хён, - Чимин льнет еще ближе, как будто желая слиться воедино. - И я тебя. Ну, ладно, возможно, брать в руки телефон было не такой уж и плохой затеей.