I Needed You So Badly

Это оказывается тайным благословением, хотя одновременно и адом, когда Кит теряет работу и просто не может заплатить за квартиру в этом месяце. Он снова застрял, переезжая к Широ во второй раз в жизни, что заставляет его чувствовать себя бездельником и неудачником в том, что не может даже полностью объяснить. Широ настаивает, что все в порядке, хотя это не что иное, как банальное понимание и поддержка на протяжении всего пути. Недавно он снова стал холост, они с Адамом в сотый раз берут перерыв в своих отношениях, и он утверждает, что теперь, когда снова свободен, ему будет приятно иметь компанию. Поначалу Кит проводит много времени просто хандря в своей спальне. Или скорее в гостевой спальне, в которой он устроился, в той самой, которую Широ всегда специально приберегал, если Кит все-таки захочет остаться. Они никогда не признавали этого, но оба понимали, что у Широ не так уж и много знакомых, чтобы беречь гостевую спальню по какой-то другой причине, кроме как в качестве резервного варианта на случай, если Кит снова проебется. Это мило, если не сказать, что просто снисходительно. Кит не может отрицать, что ему приятно возвращаться, когда некоторая его одежда все еще нетронуто лежит в шкафу, а книги на прикроватной тумбочке так и стоят, как всегда стояли. Он шарит по всем возможным сайтам размещения вакансий, смотрит даже то, куда никогда раньше не совался. Однако все варианты ничтожны, сейчас мертвая зима после курортного сезона, работы нет, все опустело. А то, что попадает в список, он прискорбно недооценивает. Широ постоянно твердит, что спешить некуда, нужно просто не торопиться и найти что-то хорошее. Кит не может мириться с этим, он беспокойный и раздраженный, ему не нравится жить за счет щедрости других людей дольше, чем необходимо. За всю свою жизнь он усвоил, что щедрость - это ограниченный ресурс. В конце концов, Кит что-то находит. Не идеально конечно, но работа в сфере общественного питания не была его коньком и никогда по праву не будет, но сейчас у него нет особого выбора. Кит готов надеть эту безвкусную униформу и козырек, и даже надеть сетку для волос, если понадобится. Собеседование проходит хорошо. Обещают перезвонить в ближайшее время. Но так и не звонят. Однажды вечером Широ приходит домой и обнаруживает Кита, сердитого и свернувшемуся калачиком в своей постели, высохшие дорожки слез очень отчетливо виднеются на его лице, хотя ни один из них не признает этого вслух. Широ медленно и осторожно заползает на крошечную кровать, под матрасом раздается жуткий хруст пружин, которые кричат о пощаде из-за веса Широ. Он протягивает Киту пиво, и тот просто молча выпивает все за несколько крупных глотков, едва отрывая голову от подушки. — О, так мы напьемся в стельку? Что, настолько плохой день? — Заткнись. - ворчит Кит, но в этом нет ничего особенного. Голос звучит так же глухо, как и все остальное в нем. Даже Широ выглядит разочарованным отсутствием привычной токсичности и уровня сарказма. — Слушай, я уже неделю позволяю тебе сидеть здесь и хандрить, не хотел вмешиваться или доставать. Я даже закрою глаза на то, что ты глохчешь, как утопающая рыба. Конечно, я мог бы прочесть тебе лекцию, но мы оба знаем, что обычно это заканчивается тем, что мы цапаемс- — Это было-то в последний раз, когда мне было двенадцать! — Нормальные люди перестают так вредничать года в три! - отвечает Широ, быстро возвращаясь к теме разговора, как будто они и не сбивались с темы. — В любом случае, я буду стоять рядом и позволю тебе принимать плохие решения. Господь свидетель, я сам сделал много ошибок, от одного тупоголового идиота к другому, но иногда единственный способ выучить свой урок - это снова и снова вбивать его себе в голову. Кит просто поглубже зарывается в одеяло, главным образом чтобы скрыть предательскую улыбку, расползающуюся на его губах, как бы он ни пытался бороться с ней. У Кита до сих пор в голове не укладывается, как Широ его понимает. Никто никогда не давал ему такой свободы выбора, никто никогда не доверял настолько, чтобы позволить самому принимать какие-то важные решения. Даже когда Кит плохо и может не по назначению использовал эту свободу, принимая ужасные решения, которые причиняли боль и ему, и тем, кого он любит, Широ никогда не стыдит его и не говорит, как он должен был поступить. Он позволяет Киту дышать так, как никогда не дышал сам. И все же... Эта свобода есть лишь до тех пор, пока не оказывается, что у нее есть пределы, как и у всего остального. — Я жду твоего «но» или «если». В чем подвох? Нормальный Широ никогда не бывает достаточно крут, чтобы позволить мне запивать свои проблемы, он сказал бы, что это плохая привычка и я должен выносить свои разочарования более продуктивными способами, такими как искусство, или тренировки, или даже избиение людей. — Послушай, я бы предпочел, чтобы ты исключил кого-нибудь другого, а не себя, звучит же лучше? — К чему ты клонишь, Широ? - прямо спрашивает Кит, переворачиваясь на другой бок, чтобы посмотреть прямо в его глаза и дать понять, что он не шутит. Кит не пытается умело сменить тему или уклонитьчя от ответа, а искренне хочет знать, почему Широ делает исключения в «правилах». Он никогда не позволяет Киту делать то, что может навредить ему самому. Вот и вся степень свободы. Поэтому Широ глубоко и тяжело вздыхает, забирает пустую банку из рук Кита, чтобы отставить ее в сторону. Рука возвращается с телефоном, а затем он быстро помещается в ожидающие руки Кита. — Пошли сюда несколько фотографий своих работ. - на самом деле это звучит не как предложение, под тяжестью того, как Широ произносит это, не остается места для споров. Кит узнает название фирмы, гордо красующееся в верхней части страницы и знает, что несколько татуировок, покрывающих тело Широ, были сделаны как раз в этом салоне. Портрет его матери на плече чуть выше того места, где начинается протез, меч, который он сделал для Кита в качестве сюрприза в тот день, когда Кит наконец закончил школу, и татуировка в виде сердца на бедре, которое аккуратно пересекает подпись имени Адама. Кит глубоко и тяжело вздыхает. — Серьезно? — Серьезно, Кит. Я думаю, попытка не пытка. Никогда не знаешь, может, быть татуировщиком - это твое призвание, твоя главная скрытая цель, которую ты так долго искал. - Широ говорит эти вдохновляющие речи Киту так, как будто у него есть все варианты в этом мире, и он может сделать все, что захочет. Кит борется с желанием просто заткнуть ему рот. Они спорят об этом до тех пор, пока Широ не говорит ему, что Кит спорит сам с собой, со своим сердцем. Он не уверен, что сможет принять отказ, который несомненно его ждет, если Кит все-таки пошлет заявку в этот салон. Эта мысль почти ломала его, ведь его даже не взяли в заведение быстрого питания, и это решение было просто основано на нем самом, на том, как он решил представить себя на собеседовании и в дураком резюме. Быть отвергнутым, основываясь исключительно на своих рисунках, на чем-то гораздо более личном и честном по отношению к тому, кто он есть на самом деле. Это уже самому себе кажется таким хрупким, что Кит вообще не знает как выразить эти тяжелые эмоции, он не хочет рисковать, открывая свое искусство для критики. Но ясно, что это много значит и для самого Широ, а Широ не часто пытается направить его в какое-то одно русло. Он признает, что Кит нервный, упрямый и свободолюбивый. Он не ценит вклад других людей в свою жизнь и то, как он должен ее прожить. Кит никогда раньше не думал об этом, но Широ стал для него исключением, единственным человеком, на которого он смотрит так высоко, что серьёзно обдумывает то, что тот ему сейчас наговорил. — Ладно. - резко отвечает Кит, обрывая Широ на полуслове, но тот лишь радостно цокает языком, медленно поворачивается и смотрит на Кита так, словно любое резкое движение может заставить его взять свои слова обратно. Знаете, может быть, Киту все же стоит «поторговаться» , прежде чем снова сдастся. — Я сделаю это, но только если ты напишешь Адаму и положишь конец этому дурацкому молчаливому идиотизму, который вы устроили. Широ почти не колеблется и стойко держится, как и ожидалось, ведь наверняка он уже планировал и обдумывал то, что собирался написать Адаму в ближайшее время. — Договорились, но мне нужно еще как минимум два пива, прежде чем это произойдет. — Мне тоже. - соглашается Кит. — Что скажешь, если на сегодня мы покинем эту твою пещеру позора и пойдем киснуть на диване? Я закажу нам пиццу. - Широ скатывается с койки, не обращая внимания на очередной скрип кровати и встает на ноги. Он оборачивается и протягивает Киту руку, чтобы помочь подняться. Кит молча прощается со своими мягкими простынями и удобным матрасом, уже скучая по ним, как только снова встаёт на ноги. — Это была хитрая уловка, чтобы заставить меня впервые за несколько дней встать с постели, да? Ты, блять, обманываешь меня, чтобы повернуть мою жизнь в обычное русло. - холодно обвиняет Кит, глядя на брата снизу вверх. Широ только ухмыляется широко, погано и беззастенчиво. Кит понятия не имеет, когда Широ научился так хорошо разбираться в его чувствах, уворачиваться от лавин и плыть сквозь цунами пустых эмоций, пересекать горы и долины, чтобы добраться до Кита, который сам чувствовал себя недостижимым. Кит дуется всю дорогу до дивана, где он быстро припарковывает свою задницу на подушках. Но это не то же самое, даже когда он накрывается одеялом и укладывается подробнее со своим привычно хмурым лицом, хотя да, это не тот же самый депрессивный замкнутый круг, в котором он находился в своей комнате да и вообще, в целом. Нравится Киту это или нет, но Широ вытащил его и вернул на твердую землю. Даже если он все еще физически просто лежит, то что-то в его унылоц перспективе все равно изменилось. Кажется, Кит снова начинает надеяться на что-то. Поэтому теперь он сидит тут, игнорируя глупые взгляды Широ в его сторону, и яростно печатает свой запрос на вакансию в тату-салон на другом конце города.

***

Кит просыпается согнутым в какой-то дьявольской позе, руки зажаты под тяжестью груди и полностью лишены должного кровообращения, в котором они, вообще-то, нуждаются. Ноги каким-то образом приподняты, кажется, засунуты между подушками дивана. Он... Он почти уверен, что-то похожее на кусочек сыра прилип к его щеке. Кит понимает это только потому, что это случалось и раньше, а еще он узнает форму влажного квадратика из нарезки. Он приоткрывает один глаз, почти шипя от солнечного света, который выстреливает в глаза и слепит, словно ракета. Слишком много, слишком ярко, да и выпил он просто сдохнуть как много. Боже, какого хуя, он вроде как теперь жалеет, что не прислушался к совету Широ и все-таки утопил свои тревогу и разочарование в алкоголе. В какой-то момент они перешли с пива на водку, и там уже пути назад не было. Когда Кит снова открывает глаза, то видит Широ, спящего в другом конце комнаты, и решает, что Широ тоже не очень хорошо прислушался к собственному совету. Кит уже слишком стар для этого. И если он слишком стар, Господь знает, что задница Широ в возрасте динозавра сейчас чувствует, вероятно, его мотает из похмелья в ад и обратно. Кит осторожно оглядывает комнату в поисках какой-нибудь ёмкости для рвоты, надеясь, что она все-таки не понадобится Широ, но Кит все равно хочет быть готовым, окей? Он начинает приподниматься, но тут же выругивается, когда угол его телефона упирается между ребер под очень неудачным углом. Кит протягивает руку и поднимает его, смотрит затуманенными прищуренными глазами, проверяя время. Но время не единственное, что отображается на экране, также приветствуют множественные сообщения от разных знакомых. Вопреки всем обстоятельствам, всем своим желаниям и своему собственному образу, в хорошей компании Кит склонен быть настоящим пьяницей. Он сам не уверен почему, может потому, что алкоголь помогает избавиться от всех тревог и ослабить свои неприступные стены, протянуть руку в поисках любви, которую он скорее застал бы мёртвой и холодной, нежели активно жаждущей и готовой принять его. Похоже, вчера Кит все же связался с парочкой бывших бойфрендов, парой братьев и сестер из старых приемных семей, с которыми не разговаривал годами, и даже с Адамом. Отлично. Он открывает свой телефон, почти готовый в полной мере оценить вчерашний ущерб, и его встречает знакомая официальная страница тату-салона. Внезапно, как по щелчку пальцев, Кит окончательно просыпаться и трезвеет, когда снова просматривает сообщения и замечает то самое среди других. Он чуть не задыхается, когда открывает диалог, задерживая дыхание. — Широ. - сначала бубнит тот, недоумение и волнение слишком сильно окрашивают его голос. Широ от этого лишь едва шевелится, только равнодушно хрюкает и продолжает храпеть. Кит берет с кофейного столика недоеденный кусок пиццы и замахивается им. — Широ! Вставай! — Кит, иди ты, давай спать. Это утро и так похоже на рассвет в кромешной жопе или типа того. — Уже за полдень! - спорит Кит, но всем все равно. Он буквально доползает на четвереньках, плюхается рядом с Широ и трясет его за плечи, пытаясь разбудить. Кит почти получает удар ногой туда, где солнце проблемам не светит, но умело уклоняется и продолжает приводить Широ в сознание. — Просыпаемся, похмельный дурак! Смотри! — О-о, Кит, да какого черта? - горько жалуется Широ, когда его глаза чуть открываются только для того, чтобы тут же быть ослепленными светом экрана телефона Кита всего в паре сантиметров от своей сетчатки. Широ выхватывает устройство, выглядя почти готовым швырнуть его в другой конец комнаты, но что-то в выражении лица Кита, должно быть, заставило его поколебаться. Он все еще не читает блядское сообщение, которое ясно отображается перед глазами, поэтому Кит выхватывает свой телефон обратно и начинает читать вслух самым профессиональным и самым деловым голосом, который только может выдавить несмотря на то, что только что проснулся в похмелье. — Уважаемый Кит, мы благодарим вас за проявленный интерес и за обращение на наш официальный сайт. В настоящий момент мы не принимаем заявки и резюме, так как наш салон работает на всех оборотах и не нуждается в дополнительных рабочих руках, но мы нашли ваше искусство невероятно впечатляющим и отправили его нашему деловому партнеру, который надеется вскоре открыть свой собственный тату-салон. Мы надеемся, что это не было нарушением конфиденциальности, но наш коллега очень заинтересован в том, чтобы взять вас в качестве ученика в свой салон. Они являются салоном сертифицированных тату-мастеров, вы будете учиться у квалифицированного преподавателя, но к сожалению, это не будет оплачиваемой возможностью, пока салон не будет полностью финансово обеспечен. Если что-то из этого вас заинтересовало, то дайте нам знать, и мы перешлем вам информацию. Спасибо! — Хмф, в смысле как неоплачиваемая стажировка? Звучит как хороший рецепт для какой-то очередной катастрофы. - Широ кряхтя отмахивается, переворачивается на другой бок и снова засыпает. Однако Кит не дёргается, чтобы оставить его, а просто продолжает сидеть с тем же выжидающим выражением лица. Широ, явно не впечатленный произошедшим, вдруг оглядывается на него через плечо. — Кит? — А ты как думаешь? Это похоже на мошенничество? Что я теперь должен с этим делать? — Черт, дай мне секунду, я найду свои очки. - вздыхает Широ, ощупывая пол вокруг. Он находит очки и надевает их на переносицу, теперь глядя в телефон с каким-то запоздалым прозрением, когда Кит протягивает его Широ. — Хм… — Хм? — Ты правда хочешь знать, что я думаю? - спрашивает Широ, на что Кит нетерпеливо кивает и слегка наклоняется вперед, как будто сидит на стуле и качается, ожидая чужого мнения. Широ улыбается. — Думаю, ты уже принял решение и ничто из того, что я могу сказать, не сможет поколебать тебя. Я вообще не понимаю, зачем ты меня спрашиваешь, такой упрямый. И правда. Широ хорошо его знает. — Плевать на деньги, я найду другой способ заработать достаточно, чтоб отплатить тебе за то, что ты позволил мне остаться, если- — Кит, мне не нужны твои гребаные деньги. Сколько раз тебе это повторять? Можешь оставаться когда захочешь, и так долго, как понадобится. — Но- — Если так хочешь, то иди туда, но ты пропускаешь все выстрелы, которые вообще не делаешь. Я думаю, ты заслуживаешь того, чтобы тебе платили за время и усилия, но если ничего другого нет, то это шанс понять, действительно ли это то, чем ты готов заниматься. Только не надо недооценивать себя, как это делают все остальные. — Спасибо, Широ. - Кит немного расслабляется, радуясь одобрению. Он откидывается назад, широко зевает и пытается не обращать внимания на возбужденное биение своего сердца. Он не может поверить, что это происходит на самом деле, что у него будет шанс продолжить то, что так нравится. Это определенно намного лучше, чем ждать, когда тебе перезвонят из кафе быстрого питания, и это чертовски точно подмечено. Но вдруг медленное грозное хихиканье дает о себе знать. Широ, как известно, обычно не злорадствует. Его смех глубокий и сердечный, прямо из глубины груди. Если только... Если он не замышляет что-то абсолютно коварное, что должно быть немедленно остановлено. Этот зловещий смех как раз из тех, что заставляет Широ снова и снова поглядывать на Кита, чтобы понять, понял ли он его, поймал ли эту мысленную связь. Телефон Кита все еще у Широ в руках. — Какого хера ты смеешься? Перестань копаться в моих сообщениях, там все равно нет ничего интересного, и мы оба это знаем. — Ты реально был настолько в стельку прошлой ночью, да? - Широ лишь ухмыляется ему. Кит вздыхает, удивляясь, насколько неловкими были его попытки связаться со старыми друзьями. Широ, вероятно, имеет полное право дразнить его из-за того, что он мог написать какую-нибудь фигню. — Кто такой этот Леандро, который посылает тебе все это? Эти фотки ну о-очень постыдные, не думал, что ты с кем-то встречаешься. И у Кита кровь в жилах застывает. Сердце перестает биться, кажется, совсем перестает. Его глаза становятся огромными, как блюдца. — Широ! - взвыл Кит, атмосфера тут же меняется с ленивой и теплой до чего-то, похожего на наэлектризованное поле битвы всего за пару секунд. Он рывком подаётся вперед, непроизвольно нажимая на горло Широ своей ладонью, пока безуспешно пытается выхватить свой телефон. — Отдай обратно! — Я ему сейчас напишу! — Нет, блять, не напишешь! - в ответ рычит Кит, катаясь по полу и сражаясь с Широ точно так же, как это было, когда он был совсем драчливым, чрезмерно злым, кусачим двенадцатилетним ребенком на самом пике своих двенадцатилетних сил. Кит ударил его коленом в пах, и Широ захрипел как умирающий дед, будто полностью только что лишившись костей. Киту все равно, он просто наконец выхватывает телефон и радостно вскакивает, чтобы выбежать из комнаты. — Ой! Ты собираешься оставить меня здесь умирать? Не думаю, что теперь смогу стоять. Мои кости! Мои хрупкие старые тридцатилетние кости! — Вот и хорошо! Так тебе и надо за шпионаж! - коротко парирует Кит, разворачивается на пятках, и убегает в свою комнату. Он захлопывает за собой дверь, просто чтобы дать понять, что не желает, чтоб за ним следили ни при каких обстоятельствах. Кроме того, Широ приходится иметь дело с жалобами соседей, пока он страдает похмельем и не хочет видеть других. С замирающим чувством страха где-то внутри, что он сделал что-то ужасно неловкое, Кит проскальзывает в свою постель и проверяет сообщения на своем якобы секретном втором аккаунте. Вообще, он про него почти забыл и особо не думал, потому что был больше поглощен своим мыслями и повседневными проблемами, которые так ясно читались на его лице. Но вот это, это гораздо хуже, чем просто посылать безобидные сообщения старым друзьям и знакомым. Он даже никогда не общался с этим чуваком! Он купил у него видео и пару обнаженок. Все, что он сделал, это отправил деньги, а затем Леандро отправил ему фотки прямо в личные сообщения без каких-либо подписей и надписей, которые по идее можно оставить. Это просто часть чужого бизнеса, деловая беседа, ничего личного и конечно же, никакой причины заводить разговор, не касающийся этого. Блять. Redwolf19: хей Prettybluekitty: хей? Redwolf19: ты ахуительно горячий Prettybluekitty: спасибо, я очень польщен Prettybluekitty: ты только что прислал мне пятьдесят баксов? Prettybluekitty: это просто твоя поддержка или типа донат? Prettybluekitty: что ты хочешь, милый? больше фоток? Prettybluekitty: ну не стесняйся. я заинтригован Redwolf19: я уже возбужден Prettybluekitty: охх, бедный мальш. мне помочь тебе с этим? Prettybluekitty: [приложенное изображение] Prettybluekitty: я так раззадорился, что пожалуй, прямо сейчас сделаю для тебя пару фото. как тебе нравится? хочешь, я надену что-нибудь красивое? или использую какую-нибудь игрушку? Prettybluekitty: сильно. ты молчаливый тип, окей. я позволю себе творческую свободу по своему усмотрению ;) Prettybluekitty: мм, держу пари, ты бы хотел быть здесь прямо сейчас, смотреть, как я трахаю себя пальцами, думая о тебе. а что бы ты сделал, если бы так и было? Prettybluekitty: [приложенное изображение] Prettybluekitty: смотри что ты наделал. из-за тебя я теперь совсем грязный Prettybluekitty: [приложены пять изображений] Prettybluekitty: Red? ты тут со мной? Ох, как неловко, что он не только сам начал разговор, но и полностью испортил все после того, как ему прислали новые ню. Обнаженки, которые он уже успел сохранить на телефон, так что у пьяного Кита с приоритетами все было в порядке. Все, на что он может надеяться, это то, что разговор состоялся, когда Кит был в ванной или где-то еще, а не когда Широ невинно спал рядом. Кит почти уверен, хотя в боксерах нет никаких улик того, что он все-таки кончил на эти фотки прошлой ночью. Но стоп, у него все же осталось смутное воспоминание о том, как он сидел на краю ванны и дрочил на одну из них, полусонный и пьяный, как ебаное животное, в то время как Широ наверняка отключился в соседней комнате. Супер. Просто зашибись. И теперь, поскольку Кит не является полным ублюдком и вроде как начинает любить всю эту концепцию получения ню от симпатичного парня на регулярной основе, он должен найти какой-то способ извиниться за то, что игнорировал того прошлой ночью. Он никогда не был хорош в общении с людьми, но это единственный разговор, который он действительно игнорирует, полностью теряясь в том, как построить что-то из обломков. Ну, с другой стороны, он наверное не сможет сделать еще хуже. Redwolf19: прости, я уснул Prettybluekitty: и тут я подумал, что ты кончил так сильно, что потерял сознание. мне кажется, моя идея лучше Prettybluekitty: ну что? скажи мне что-нибудь по поводу моей работы. как тебе? Redwolf19: горячо, реально горячо. спасибо Prettybluekitty: твой отзыв оставляет желать лучшего, Red Prettybluekitty: но думаю, что твой кошелек компенсирует это. не стесняйся, пиши, если захочется больше. вся эта неловкая, но благодарная идиотская штука вроде как в итоге материально помогает мне. это мило. Redwolf19: напишу Это оказалось... Оказалось на удивление легче, чем ожидал Кит. С этим парнем, кажется, легко разговаривать, и может быть, он даже немного отчаянно нуждается в похвале, но это странно, что похоже он получает мало похвалы, учитывая, что публикует свое тело в интернете. И дело не в том, что он не заслуживает этого, ну, похвалы, потому что он ахуительно великолепен. Кит вспоминает об этом только сейчас, когда тревога достаточно утихла, чтобы он мог открыть фотки, которые сохранил прошлой ночью, и должным образом посмотреть на них. Первая пара фотографий дразнят, крупным планом запечатлена выпуклости в его тонком белом нижнем белье, а затем крупный план члена, прижатого к животу. Пять фоток, которые он прислал сразу, вовсе не дразнящие. Леандро перед камерой полностью обнажен с самого начала, а под ним только фон темно-синих атласных простыней. Должно быть, он даже нашел время установить штатив или что-то в этом роде, потому что все его тело находится в кадре, хотя лицо как всегда вне кадра. Кит не знает, почему подумал, что это изменится. Пока Кит просматривал фото, он детально помечал, как на каждой новой позы менялись. Будто распростертый орел на кровати, рука обернута вокруг твердого члена, вспышка камеры улавливает блеск влаги, капельками собирающейся по его телу. Томно вытянувшись, как кошка, с задницей в воздухе и плечами, прижатыми к матрасу, он давал камере хороший обзор того места, где его пальцы плотно прижаты друг к другу внутри него самого. На третьей фотографии он ближе к камере, с симпатичным стеклянным фаллоимитатором, аккуратно удерживаемым на плоском языке. Остальная часть его лица все еще раздражающе обрезана, но это первый раз, когда Кит видит его рот, и по какой-то причине он наслаждается даже этим. Губы Леандро милые и розовые, возможно, из-за помады, хотя Кит не может сказать точно. Четвертая фотография - Леандро со стеклянным фаллоимитатором внутри себя, засунутым по самую рукоять, обхватил рукой основание, чтобы вставлять его внутрь и вытащить обратно. Все гладкое и манящее, его бедра широко раздвинуты, как будто он так и хочет, чтобы кто-то устроился между ними. Кит вдруг пожалел, что не прислал больше денег или по крайней мере, не додумался написать и попросить видео. Сука. На последней фотографии Леандро брызнул себе на живот и грудь, его размягченный член прижимается к собственному бедру, а руки упираются под колени и держат ноги. Кит видит, что фаллоимитатор все еще внутри него, его ободок плотно прижат, не выскальзывая даже без помощи рук. Боже, Кит отдал бы что угодно, чтобы оказаться там прямо сейчас. Может, прошлой ночью ему и нечего было сказать, но сейчас он думает только о тех грязных вещах, которые делал бы сейчас, если бы оказался в постели Леандро, устроившись между этих гладких бедер и получив разрешение прикоснуться к ним. Он бы в мгновение ока выжал из него еще один оргазм, отбросил бы фаллоимитатор и уткнулся бы туда же лицом, облизывая его и проталкивая язык. Хотя он и был довольно тихим в том единственном видео, которое смотрел Кит, он не может не представить себе, что Леандро был бы крикливым, громким и голосистым весь процесс. Блять, представлять как трахаешь его? Супер. Буквально чувствуя, как тело Леандро бы дрожало под ним и дергалось, судорожно сжимаясь вокруг члена Кита, пытаясь вобрать его глубже. Леандро, похоже, относится к тому типу парней, которые хотели бы сделать это быстро и жестко, с лицом, уткнутым в подушку, пока бедра высоко подняты, позволяя использовать их буквально в качестве рычага, чтобы тянуть на себя и от. Он наверняка научит Кита чему-нибудь новому в сексе, что заставило бы его кончить сильнее, чем когда-либо ещё. С сокрушенным вздохом Кит стягивает пижаму и засовывает руку под резинку белья. Теперь он, по-видимому, порно-наркоман, всю свою жизнь обходился без этого и теперь дважды за двадцать четыре часа кончает на один и тот же дурацкий набор фоток.