Пирожки во спасение

Марта проснулась на рассвете спонтанно. В доме царила аккуратная, наполненная шелестом листьев и скрипом старинного дома тишина. Мягкий, приглушенный свет, ниспадающий хрупкой пеленой на пол, обволакивает все живое, баюкая в теплых объятиях. Спать расхотелось совершенно. Большая чашка крепкого кофе, и девушка уже во дворе. Пахло свежескошенной травой, близостью речки и весной. В покрытых мелкими капельками недавно прошедшего дождя елочках отражалось солнце. Марта слегка улыбнулась. Любимая работа, тихий, милый сердцу городок и она. О чём ещё можно мечтать? Правда, ей не давала покоя ссора с родителями. В последнем письме от них чувствовался немой упрек: пред глазами тут же вставал сердитый образ отца, словно смотревший на девушку со смятой страницы: уехала в захолустье (а весточки шлёт лишь раз в месяц), замуж не торопится (а как же внуки?), о будущем не думает (ну какое будущее в захудалом городке с работой в булочной!). Порой Марта задумывалась о возвращении. Может, и правда не стоит так рисковать своей судьбой? Если вернется, то все вернется в привычную колею. Никаких больше упреков, найдет себе мужа, будет нянчиться с детьми. Только вот счастье свое она может уже не вернуть… *** Финн несся, сшибая с ног нерасторопных горожан. Успеть, лишь бы успеть к открытию! Булочная-с-секретом славилась на все окрестности своей волшебной выпечкой, слава о ней дошла до самой столицы. Ну где ещё вы увидите пирожки с солнечным светом и ванилью, рогалики с шоколадом и мятой, булочки с первым снегом и розами? Двери волшебного заведения открывались ровно в восемь часов, как только прозвенит колокол на городской башне. В первые десять минут с прилавков сметалось все чудесное и необычное, поэтому-то немного запоздавшим покупателям приходилось довольствоваться уже опостылевшими всем пирожками с мясом и булочками с корицей (сколько бы ни увеличивалось количество товара, через считанные секунды его уже не оставалось). Поэтому-то Финн и вскочил ни свет ни заря ─ попасть в чудесную булочную стало для него целью всей жизни. Матушка травмирована и этим ужасно расстроена.В один отнюдь не прекрасный вечер женщина услышала чей-то писк на чердаке и решила узнать, в чём дело. Попытка забраться по хлипкой деревянной лестнице – другой просто не было – окончилась падением, сломанными ребрами и полным отказом ног. Некогда живая, активная матушка оказалась прикована к кровати, что стало для нее большим ударом. Она всё больше молчала, а со временем перестала разговаривать вовсе – не было желания. Семья сплотилась, пытаясь помочь больной хоть чем-то, но бесполезно, пока однажды утром женщина, только отошедшая ото сна, не попросила слабым голосом принести ей пирожков с вишневыми лепестками. Встревоженное семейство бросилось на поиски, но найти цветущие деревья осенью, да еще и в холодном климате – задача не из легких. Да и матушке день ото дня становилось всё хуже и хуже, и вскоре она с трудом отрывала голову от подушки. И вот, наконец Финну пришла в голову потрясающая идея – почему бы не поспрашивать стариков, у которых когда-то были гербарии. Может, они смогли сохранить хоть пару лепестков? Но все оказалось тщетно – все засушенные лепестки сразу же раскрошились и годились лишь на выброс. Тогда Финн решил отправиться в самое таинственное место города – Булочную-с-секретом. Может, хоть там повезет? *** Марта тихо отворила едва скрипнувшую дверь и вошла, закашлявшись. Где-то в глубине комнаты едва слышно тикали огромные настенные часы с кукушкой. Деревянный пол недовольно проворчал под поступью девушки, направившейся к тяжелым темно-бордовым шторам, закрывавшим окно. Свет, освобожденный из своего заточения, тут же заиграл, искрясь и отражаясь от стеклянной люстры. В воздухе, медленно опадая, закружились волшебные пылинки. Лицо девушки озарила мимолетная улыбка, как приветствие свету, бликам и всему живому, что могло её видеть. Доброго утра, мир! Марта, переодевшись в рабочую форму, прошла на мягкую, чистую кухоньку и принялась за работу. Плошки и миски заполнялись сладким вареньем, тесто, накрытое льняным полотенцем, медленно распухало от гордости. Печи наполнились пирогами, крендельками, булочками и прочей сдобой. Всё это тут же, ещё тёплое и неимоверно вкусное наполнило многочисленные витрины, чтобы вскоре перекочевать в карманы голодных посетителей. Внутри каждого пирожка, лепешки, находилась крупинка доброты и счастья, радости и удачи. Марта, оглядев результат своих трудов, улыбнулась. Когда делаешь добро людям и для людей, в тебе поселяется крупинка счастья и щекочет где-то под рёбрами. Пора начинать ежедневную церемонию радости. Доброго дня, мир! *** Финн встрепенулся, когда рядом приветливо звякнул колокольчик. За время, проведенное около заветной двери, здесь набралось уже человек двадцать – кто туристы, кто местные жители, решившие побаловать себя. Но мальчишка стойко держал оборону, прогоняя хитрецов, так и норовивших оттолкнуть его. И вот, долгожданный момент настал. Финн потянул за ручку и…. ─ Финн Флетчер! Финн! – закричал кто-то за его спиной. Мальчик испуганно обернулся. К нему, задыхаясь от быстрого бега, спешил один из пяти его братьев и сестер, Франциск ─ Финн, скорее! С мамой беда! - Франциск крепко ухватил брата за руку и потянул за собой. Они неслись, чуть не сшибая с ног людей, где-то срезая через кусты или перескакивая через заборы. На рваные резкие вопросы младший брат не отвечал, лишь цедил через зубы: «Дома… всё… узнаешь…». Наконец, среди калейдоскопа дневных улочек промелькнула встревожено распахнутая калитка, через которую секунду спустя пронеслись два метеора. *** Уже стемнело, а поток посетителей не иссякал. Девушка порхала от одного посетителя к другому, еле успевая приветливо щебетать «здравствуйте - пожалуйста - спасибо». Люди брали всё: пироги с вишней, черникой, травами; булочки с медом, корицей, имбирем; рогалики с мармеладом, шоколадом. Оставалось лишь надеяться, что для поздних покупателей останется хоть что-нибудь... Время неукротимо подбиралось к часу закрытия, и Марта устало облокотилась на прилавок, когда за последним посетителем прощально звякнула дверь. Девушка устало облокотилась на прилавок, наслаждаясь непривычной тишиной. Мягкий свет лампады успокаивал, сливаясь с сиянием бесконечно огромной луны. Скромняга-ветер беспокойно шелестел листьями огромного дуба, словно настраивая струны Ночи на добрую сказку. Вдруг в тишине, нарушаемой лишь шорохом метелки по полу, раздалось тихое «Дзынь». Марта лишь на секунду остановила работу, прислушалась. Тишина насторожилась, угасая. Раздалось неуверенное покашливание, а затем робкий голосок тихо произнес: ─ Здравствуйте... Здесь есть кто-нибудь? Метелка вернулась в свой угол, радостно блеснув в лунном свете, а возле прилавка неловко топтался мальчишка с растрепанными пшеничными волосами. Заслышав шаги, он встрепенулся и поднял на девушку огромные голубые глаза с ноткой лёгкой грусти. ─ Извините, я, наверное, слишком поздно. Ничего уже не осталось? В ночном воздухе засквозила звенящая осенняя улыбка: ─ Привет. Чего бы ты хотел? В грустных глазах промелькнул намек на счастье: ─ Пирожков с вишневыми лепестками Доверие разлетелось на миллиарды осколков, обиженное глупой издевкой. ─ Я не шучу! Понимаете, у меня мама… больна. Это может ей помочь. Тяжелый выдох пропитался жалостью и пониманием. ─ Пойдём. Сделаю, что смогу. *** Финн освободился лишь к вечеру. Матушке стало хуже, но отца старшие дети решили не трогать: волнений ему предостаточно. Из всей семьи о карьере врача мечтал лишь Финн, которого, как назло, дома не наблюдалось. За мальчиком отправили Франциска, наиболее ответственного из младшей ребятни. На счастье, Финн отыскался мгновенно и тут же прибыл на помощь. С осложнениями юный врач справился за пару часов, но тут самая младшая вывихнула ногу. А дальше, как нарочно: помог одному, ударился другой, справился с ним – настал черед третьего. Прибывший в сумерках отец обнаружил Финна около двери в матушкину комнату, а рядом прыгали донельзя довольные «больные». Разогнав мелюзгу по кроватям, Финн поспешил завершить начатое На радость, в дальних окнах ещё горел свет. Чуть не подпрыгнув от неожиданности, когда зазвенел колокольчик на закрытой им двери, Финн оказался в темном таинственном помещении, где царил запах сдобы. На огромном деревянном прилавке еле теплилась свеча, витиевато шебурша с тенями. Неловкий кашель и смелый голосок: - Здравствуйте... Здесь есть кто-нибудь? Шорохи настороженно исчезли. Через мгновение перед Финном стояла болезненно-хмурая девчушка, нервно теребя длинную косу. ─ Извините, я, наверное, слишком поздно. Ничего уже не осталось? Лицо девушки замигало лунной улыбкой: ─ Привет. Чего бы ты хотел? Стена недоверия раскололась, словно от удара молнии: ─ Пирожков с вишневыми лепестками Вновь истошно завопило напряжение, Финн что-то пробурчал – кто же запомнил, что именно ─ а затем… *** Они оказались в просторном, но очень холодном помещении. Многочисленные полки были уставлены необычными баночками с разнообразными вкусностями, таинственными запотевшие бутылками . С высокого потолка свисали пучки разнообразных трав, кореньев, источавшие запах грядущего волшебства. ─ Я осматриваю левую часть, ты – правую. Ищи розовую наклейку – если тут и есть что-то подобное, то оно точно не подписано. Если вдруг что, кричи. Марта скрылась в бесконечности сластей, прощально звякнувших ей вслед. Финн отчаянно надеявшийся, что все получится, нырнул в пучину устращающе-ровных полок. Прошёл час, затем второй. Пару раз с одного конца кладовой доносился уже не такой веселый голос девушки, чтобы через мгновение убедиться, что всё в порядке. В глазах уже рябило от разнообразия цветов, но нужного всё так же не было. Марта была уверенна, что нужная склянка находится где-то неподалеку, но словно нарочно прячется подальше от любопытных глаз Вдруг тишину прервал еле различимый звон, словно кто-то неловко уронил маленький колокольчик. Один «дзиньк», второй, третий. Может, это шалит Финн? Девушка стремительно преследовала странное явление, которое с каждым шагом становилось всё чище и звонче. Наконец, что-то прощально звякнуло прямо над головой у Марты и затихло. Здесь, посредине лабиринта склянок находился никем не тронутый прежде островок, свободный от разноцветных баночек. Вдруг откуда-то из сгустка темноты между полками прямо на середину «острова» вывалился взъерошенный Финн. ─ Прекрати хулиганство! – и ошарашенно уставился на молчавшую в изумлении девушку. ─ А разве это не ты звенел? – Марта, казалось, не верила своим ушам. Мальчишка отрицательно замотал головой. Снова раздался насмешливый «дзинь», и прямо посередине комнаты появился низенький столик, - секунду назад его там не было! - а на нём… заветная баночка. Марта, осторожно приблизившись, заметила витиеватую надпись на пожелтевшей от времени этикетке: ─ Вишневые лепестки. Первый сорт. И добавила, разглядев чуть ниже приписку: ─ Будьте осторожны: исполняет желания… *** Всё закружилось, завертелось. На кухне снова запахло волшебством, тесто опять ворчало под льняным полотенцем. Печи забились маленькими, аккуратными пирожками, на столе переливалось варенье в стеклянной банке. За окном уже теплился рассвет . Марта задумчиво глядела в окно. Она вдруг поняла, что своими упреками мама и папа совсем не хотят обидеть или задеть её. Родители просто скучают по дочери и выбрали, как им кажется, единственный доступный способ сказать об этом. ─ Мам, пап, я приеду, обязательно приеду. Завтра же. – задумчиво произнесла девушка куда-то в пустоту. – Не переживайте, я вернусь. Обязательно вернусь… Финн сладко спал, полулежа на столе. За день он всё-таки устал, как и не старался скрыть это, сон всё-таки взял своё. И снился ему сон о том, что мама обязательно выздоровеет, и они, всей семьей, пойдут по полю, усыпанному вишневыми лепестками. И всё обязательно будет хорошо.