На пороге юности

— Уезжаешь?! Надолго? — Сергей озадаченно уставился на Электроника. — Не знаю, Громов не сообщил мне конкретных данных. — Эл глядел задумчиво в пространство. Сергей опустил голову, взъерошив вихры. Помолчал. - ..Из-за этого похищения? — нехотя он озвучил очевидную мысль. — Возможно. Профессор очень обеспокоен. Знаешь, он не был таким даже после моего побега, когда нашел меня в вашей компании. Он сказал: одно дело — школьники, и уже совсем другое — банда Стампа. Сергей встал со старого бетонного блока, на котором они сидели, и прошелся туда-сюда, засунув руки в карманы. «Жаль, нет сигарет..» — шальная мысль мелькнула в голове. Он пробовал курить только один раз, год назад — они с пацанами стащили несколько сигарет у чьего-то бати, и неумело раскурили за гаражами, отчаянно кашляя и сияя от собственной «взрослости». Чей-то батя просек, и им хорошенько влетело тогда. Больше его особо не тянуло к табаку.. но сейчас отчего-то захотелось. В карманах синих школьных брюк, которые уже стали ему заметно коротки, он нащупал только мелкие монетки, талончики, и свой пионерский галстук. Он вздохнул, глядя на длинную тень под ногами. Солнце опускалось к горизонту. — Я не хочу уезжать. Но я понимаю — это необходимо, для безопасности. Для меня, и для вас с ребятами — нарушил молчание Электроник. Сергей обернулся, и, щурясь, взглянул на него. Сияние еще высоко плывущего солнца за спиной Эла не давало разглядеть выражение его лица. Только фигура и ворох кудрей были четко очерчены медно-золотистым светом. Сергей отвернулся и снова прошелся туда-сюда, глядя на город, простирающийся под их ногами. Отсюда, с вершины холма, он казался миниатюрным макетом, искусно выполненным художником. Его мозаика переливалась на закате белым, песчано-желтым и сиреневым, мерцая, словно мираж в июньском мареве. Западный ветер со свистом прокатился по высоким травам холма, поднимая вихрь пыли под ногами Сергея. Юноша снова взглянул на закат — чуть слева от солнца, по линии горизонта, крадучись, выползали грозовые облака. Низкие и грязно-серые, они хмуро выделялись на чистом летнем небосводе. «Только небо, только ветер, только радость впереди…» — отчего-то вспомнил он слова школьной песни. Странное чувство горечи перехватило горло, Сергей в смятении пнул мелкий камушек на тропинке. Он сам не понимал, что на него нашло. Взъерошив челку, он вернулся на раскрошившийся бетонный блок, с которого они с Элом смотрели на город. Сергей поймал себя на мысли, что лучше бы вместо Эла тут была Майя сейчас — рядом с ней он забывал обо всем. О заботах, проблемах, грусти. О друзьях, которые уходят из его жизни. Об эмоциях, в которых с наступлением юности все сложнее разобраться. — Быть человеком непросто, верно? — взглянул на него Эл. — Ну, ты ведь к этому так стремился.. — хмыкнул Сыроега. — Да. И я ни о чем не жалею.- уверенно произнес его двойник. — Способность ощущать эмоции — это здорово, хоть это и не всегда ведет к счастью. Сергей передернул плечами. Он не любил пространных философских рассуждений. Как и долгих проводов. Что ж, возможно, все и к лучшему. Он искренне беспокоился за Электроника и не хотел, чтобы тот влип в очередную историю, которая может закончиться намного хуже, чем все их приключения. Если профессор Громов считает, что отъезд необходим, значит, существуют веские причины. Сыроега шмыгнул носом и вытащил из кармана скомканный красный галстук. Неловко попытался расправить ткань, и протянул его Электронику. — Вот, возьми. На память, вроде.. Эл взял галстук и обернул вокруг шеи, завязав узелок. Улыбнулся: — Ну вот, я снова как Сергей Сыроежкин, из 6го Б. — Из 7го.. — Сыроега улыбнулся зеркально — Теперь уже из 7го Б. Они помолчали пару минут. Затем Сергей встал и протянул двойнику руку: — Слушай, Эл, я хотел сказать тебе.. В общем, спасибо. За все. Электроник тоже поднялся на ноги. Солнце, уже касающееся горизонта, освещало сбоку его лицо. Он улыбался чуть печально. — Не за что, Сергей. Я очень рад, что повстречал тебя. Эл сжал его ладонь легонько, совсем по-человечески. В носу защипало, Сыроега кратко кивнул напоследок и отвернулся, быстро зашагав по пыльной дороге на склоне холма. Широкая и просторная на вершине, она сужалась и начинала сильно петлять по мере снижения, короткопалые колючие кустики цеплялись за отвороты брюк. На склон уже прокралась тень сумерек, и вечерняя мошкара роилась тучками в горячем воздухе. На полпути Сергей остановился и обернулся, взглянув на вершину холма. Последние лучи красного солнца обрисовали тонкой линией маленькую призрачную фигурку на фоне неба. В носу снова защипало, он моргнул, и фигурка чуть раздвоилась. Западный ветер вновь поднял вихрь пыли на вершине, и медно-золотистый силуэт растворился в пространстве. Сергей отвернулся, шмыгнув носом, и припустил отчаянным бегом по извилистой тропке, случайно царапая о кустарник руки и низы брюк. Задыхаясь, он выскочил наконец на пустынную городскую улицу, окутанную мглой, с редкими огнями фонарей. Они раскачивались под порывами ветра, что заставлял густые кроны деревьев угрюмо шуметь в ночи. Сергей замедлил ход. Сердце стучало тяжело, ему нестерпимо хотелось пить. А лучше — нырнуть с головой в воду, погрузить в нее грудь и ноющие руки, исколотые кустарником. Знакомый стук каблучков донесся вдруг до его ушей. Он прищурился и разглядел на противоположном тротуаре в свете фонаря девушку, что только вышла из двора. Светлые волосы и ровная осанка, белые гольфы.. — Майя! — он крикнул инстинктивно. Она подскочила и обернулась. Первый испуг сменился радостью: — Сережа, это ты? Как ты здесь? — воскликнула, вглядываясь в темноту. Он пересек улицу и подбежал к ней, успев затормозить, едва не сбив с ног. Пару секунд они глазели друг на друга, затем Майя сама бросила сумку, шагнула навстречу и обняла его. Голова закружилась от ее запаха, он крепко обнял ее в ответ, чувствуя, что наконец дышит полной грудью. Они замерли на пару минут, ощущая, как быстро невинная радость от внезапной встречи растворяется в объятии, превращаясь в нечто иное. Она шумно вздохнула и уткнулась носом в его шею. Руки невольно сжали ее еще крепче, сминая тонкое летнее платье. Он почувствовал жар, разливающийся в животе.. Сердце болезненно ударилось о ребра. «Стой, что ты делаешь?».. — Сережа.. — она тихо выдохнула, вторя его мыслям — Постой, постой.. Отпусти - прошептала ласково. Он разомкнул объятья и она отступила на шаг назад. Парень потупил глаза, взъерошив челку. Майя тут же заметила длинные царапины на запястье. — Ох, что это? Что случилось, где ты так? Сергей бросил безразличный взгляд на свои руки — А, это? Да ерунда!.. Он поднял ее сумку, повесив на плечо. Помолчал. Майя смотрела на него пристально, с беспокойством. — Я просто.. — он замялся. — У тебя что-то случилось, я вижу. Скажи, может, я могу помочь? — Да нет, ничего страшного.. Обычные царапины. Все нормально, правда. — он улыбнулся. — Я только.. Можно, я тебя провожу до дома? Майя пару секунд всматривалась в его глаза, затем добродушно ответила: — Ну конечно можно, я буду рада! Он улыбнулся ей в ответ. Затем перевел взгляд с ее лица на небо. На иссиня-черном полотне отдаленно мерцали сигнальные огни ночного самолета.