Поступь молний

***

      После очередного выпуска ребята ввалились в гримерку.       — Какая же эта Ивлеева дура, господи, — сказал Лёша, проводя рукой по лицу.       — Никто даже не сомневался, Лех, — сказал Нурлан и начал что-то искать в ящике.       — Смотрите по списку дальше. Денис Вайнштейн, — сказал Серёжа, думая о том, что Настя — это ещё цветочки. — Этот вообще псих.       Тамби подошел к кофейному автомату.       — Ой, Тамби, налей мне тоже, а, — Лёша оживился, приподнявшись на локтях.       — Выглядишь отвратительно, — Нурлан, найдя свой телефон, сел в кресло и посмотрел на Лешу. — И что опять с твоей прической? — сморщившись, Нурлан провёл рукой по его голове, взъерошив волосы. Теперь уже отросшие. — У тебя вообще расчески нет?       — Отстань от него, Нурик, — сказал Сережа, набирая что-то по телефону.       — Да. Слушай, что тебе говорят, Нурлан. Отвали от меня, — Лёша отодвинулся. — И так задолбался сегодня этот бред слушать. Домой хочу, — Тамби даёт ему кофе, и Лёша хлопает его по плечу. — Спасибо, братан.       — Слушай, я тебя понимаю. Как же бесит, когда приходят такие тупые гости, — сказал Тамби.       — Блять, может уже пососетесь? — Нурлан сморщился, смотря на них.       — Да ладно вам, — сказал Рустам, выходя из угла с вешалками и плюхаясь на диван. — Вы просто беситесь, что версии нормальные не смогли придумать.       — Ага, — Лёша вспомнил, что самая лучшая версия была у Рустама. — Пойди придумай тут, когда вся история про пидоров и шлюх.       — Ну, по твоей тематике, Лех, — сказал Нурлан.       — Сабуров, я оболью тебя, — Лёша угрожающе замахнулся стаканом с кофе.       — Камон, тут каждый второй приходит, чтобы выставить нас геями, — сказал Рустам, отвлекаясь от телефона. — Вы видели, что про вас говорят?       — Про кого? — спросил Серёжа.       — Про Нурлана и Леху.       — Что?       — Ебутся они.       Серёжа и Тамби начали угорать.       — Эй, мы ещё здесь, — сказал Нурлан, нахмурившись.       — Да. Вы долбоебы? — возмущенно сказал Лёша. — У нас дети, а вы — ебутся.       — Ну, Лех, людям со стороны виднее, — Рустам показывает на телефон.       — Господи, — Лёша провёл рукой по лицу, как будто встречался с этим каждый день. — Дай сюда.       Лёша потянулся рукой, взял телефон и посмотрел. Нурлан подошел к нему сзади и глянул.       — Господи. Фикбук, блять. Опять. — Нурлан равнодушно отвернулся и сел обратно. — Хули всерьез это воспринимать.       Но Лёша листал сайт, и каждую секунду брови его хмурились все больше и больше. Он раздраженно выдохнул.       — А какого черта Сабуров всегда сверху?       Тамби засмеялся.       — Не, ну объективно, Лех, — сказал Рустам.       — Да ну тебя, — Лёша бросил ему телефон. — Вообще это омерзительно. Одна ебля.       — Да господи, Лех, заткнись. Поспать дай, — сказал Нурлан, проводя рукой по волосам.       Перерыв дальше шёл тихо. Из-за некоторых гостей вся съемочная группа сильно засиделась до самой полуночи и больше. Не сказать, что это было впервой для всех. Но тем не менее, все были рады, когда съемочный день закончился. Кто-то уехал домой почти сразу же, некоторые задержались и решили перекусить в баре на первом этаже здания. Лёша, беспрестанно зевая, пошёл умыть лицо. Настроение было отвратительное. Как назло, сегодня он приехал к зданию на автобусе. Нормальных автобусов в такое время суток, как сейчас, не найдёшь. А машины не было.       Леша зашёл в туалетную комнату и подошел к умывальникам. Рядом он увидел Нурлана, который хоть и слышал, что кто-то зашёл, все равно даже не повернулся. Он хмурил брови и сосредоточенно мыл кроссовки.       — Что, Нурик, туалеты вылизываешь? — спросил Лёша, открывая кран и подставляя руки под холодную воду.       Нурлан его проигнорировал.       — Серьезно, что ты делаешь? — сказал Лёша.       — Блять. Мне кто-то чай вылил на ноги, — ответил Нурлан, вычищая обувь.       — Фигово, — Лёша оценивающе посмотрел на его чёрные кроссовки. — Босой в метро поедешь?       — Нет, — ответил Нурлан, наконец посмотрел на него и хмыкнул. — А вот тебе я бы не советовал одному ехать домой.       — Почему? — спросил Лёша, выплёскивая воду себе на лицо и чувствуя приятный холод.       — Ну, знаешь. Ночь, темно, всякие педофилы, — сказал Нурлан без капли видимой издевки. Он закрыл кран. — Готов поспорить, тебя часто за проститутку принимают.       — Чего?! — Лёша вынырнул из воды и возмущенно нахмурился. — Проваливай-ка ты отсюда, пока я сам тебя не отымел у параши.       — Скорее это буду делать я, — буднично сказал Нурлан.       Лёша раздраженно посмотрел на него, сузив глаза.       — Ладно, — Нурлан надел на ноги кроссовки. — Но если хочешь, я тебя подвезу.       Лёша пожал плечами.       В машине Лёша практически сразу засыпает. Они едут тихо, да и к тому же темно вокруг. В очередной раз при тряске машины он просыпается.       — Господи, — Лёша вздрагивает, вздыхая.       — Да, — вдумчиво говорит Нурлан, внимательно смотря на него. — Нервы у тебя не к черту.       — Да за пацанов своих нервничаю, — отвечает Лёша куда-то в пустоту, смотря на глубокую темень за окном с красными фонарями. — Не понятно, что ли.       — Ты за кого меня принимаешь? — говорит Нурлан, поворачиваясь. — У меня вообще-то тоже дети есть.       Дальше ехали в тишине. Было как-то нервно. Лёша в итоге опять уснул. Он с каждым поворотом постепенно съезжал вниз, к Нурлану. В конце концов Лёша облокотился головой на его плечо. Он тихо дышал над его ухом, щекоча.       — Господи, — Нурлан почти что закатил глаза. — Ребёнок малый.       — Кто? Я? — не понятно было, говорил Лёша во сне или проснулся от голоса прямо над ухом.       — Да.       — Прости, — просто сказал Лёша, но даже и не думал слезать. — Я так раскис, как баба. Это все из-за забитого графика и усталости.       Дороги, дороги. Светофоры. Благо, Нурлан знал, где живет Лёша. Он вскоре увидел его дом за несколькими деревьями парка.       — Приехали, — сказал Нурлан, выглядывая в окно и заезжая в район.       Странно было это все, кажется. Лёша вообще заметил, что Нурлан какой-то чужой стал. Но Лёша сам виноват.       Они выходят. Стоят у входа в дом.       — Ну, пока, — сказал Нурлан и собирался уходить.       — Нурлан, — позвал Лёша, перебирая пуговицу на рукаве.       — Что-то ещё? — Нурлан обернулся. Черт. В лицо это сказать сложней.       — Ничего. Вали. Пока, — Лёша быстро закрыл дверь и обматерил себя. Его уже начали бесить эти постоянные словесные перепалки, которые вошли у них в привычку. Нурлан был ему как хороший младший (но дофига высокий) братишка, но почему же так сложно было с ним нормально общаться?

***

      — Доброе утро, — Лёша заходит в гримерку и здоровается с ребятами.       — Доброе, — Рустам, смеясь над чём-то, отвлекается от телефона.       — О, Нурлан идёт, — Лёша посмотрел за дверь. — Слушайте, можете свалить куда-нибудь. Нам поговорить нужно.       — Да говорите здесь, господи, — сказал Серёжа. — Как неродные.       Нурлан входит в гримерку и здоровается. Лёша поджимает губы и садится на крайний диван рядом с Рустамом и Тамби.       — Нурик, от тебя Лёха чего-то хотел, — сказал Рустам.       Лёша пинает его ногой под столом.       — Чего? — спрашивает Нурлан и смотрит на Лешу.       — Ничего, — говорит он.       Нурлан вопросительно поднял брови, но промолчал, смотря на Лешу как на дурака.       — Тамби, забери это. Прочти пока, — Нурлан передал ему какие-то листки, что-то написал ручкой и пошел из гримерки. Лёша встал и вышел за ним. Когда дверь осталась позади, Лёша взял его руку, потянув на себя, чтобы он обернулся.       — Нурик, — позвал Лёша.       Нурлан вопросительно посмотрел на него, показав взглядом на их руки.       — Ну, хорошо, — Лёша кивнул больше себе, чем ему, решаясь на нормальный разговор. — Прости, что мы все время цапаемся. Но я не виноват, господи, до такой степени, чтоб ты меня игнорировал.       — Подожди, — прервал его Нурлан. — Ты пьяный, что ли?       — Черт, я серьезно сейчас, — сказал Лёша нетерпеливо. — Давай уже перестанем этот цирк.       — Так. Погоди. Дай разобраться, — Нурлан задумчиво нахмурился. — Сначала ты меня посылаешь нахуй, потом месяц меня игноришь, после этого появляешься здесь и несёшь какую-то хуйню, придираясь к каждому моему слову. И вот теперь ты говоришь мне, что это я виноват в чём-то? — Нурлан внимательно смотрел на него. — Не пора ли вытащить бревно из башки?       Лёша нервно облизал губы, кивнув.       — Ну, да. Да, я виноват. Но господи, я просто не хотел, чтобы мы так сближались. Это, блядь, пугает.       Лёша замолчал, перебирая губы зубами. Нурлан вздохнул.       — Так чего ты от меня-то хочешь? — спросил он, прервав тишину. — Я уже забил на тебя и не лезу. Так и ты свали от меня. Дай, блядь, забыть мне про тебя.       — Да. Пожалуй, это логично, — Лёша кивнул головой. Нурлан отвернулся и уже собирался пойти, но Лёша вновь потянул его за руку назад. — Но просто…проблема в том, что я… Ну, получается, ты тоже мне нравишься. Если я не могу нормально смотреть на тебя, ибо хочется, с одной стороны, двинуть по роже, а с другой, обнять.       Лёша, замерев и прищурив глаза, молчал в тишине.       — Нет, Леш, — сказал Нурлан. Лёша нервно посмотрел на него. — Это биполярка.       — Господи, — Лёша, выдохнув, усмехнулся. — Нурлан, блядь.

***

      После тяжёлого дня все уже разъехались. Нурлан зашел в гримерку, чтобы взять свои вещи. В дверях он встретил Тамби, с которым попрощался. В пустом помещении остаётся и спит на диване Лёша. Нурлан садится рядом, когда он просыпается и, сонно моргая, придвигается к нему, ложась на его колени. Нурлан своей рукой и длинными холодными пальцами проводит по его лицу и волосам.       — Нурик, — Лёша зовёт его, дергая за шнурок на толстовке.       — Что? — спрашивает Нурлан. Лёша отрицательно качает головой и укутывается в него, обнимая талию.

***