хроники декаданса

руки тонкие, тощие, растворяются в холодном воздухе разум поражает болезнь лёгкие поражает дым здания старые, поросшие рыжим мхом мелкие мясистые грибы на стволах непобеленных деревьев чья-то сильная рука на трепещущем горле — пидоры ждёшь, когда в твой бритый висок всадят пулю смотришь на меня, улыбаешься — доверяешь свешиваюсь с балкона в подъезде, смотрю на огромную черную тачку у фонаря, боюсь выходить на улицу в старых ящиках между бабкиным пыльным нижним бельем — мои закладки ты говорил, что никто не станет там рыться каждый день проверяю ты слишком доверчивый, я тебя предам блюешь в старых квартирах с зелёными обоями ящики в коридоре воняют пылью и моей бабкой, у тебя руки холодные, влажные, взгляд как у больного щенка в детстве нашли щенка, хотели выкормить, а его искусали клещи мы ещё тогда с тобой воровали смородину из-за аварийного дома, куда все только поссать ходили (и за смородиной)., а ещё там абрикосы росли держу твою руку, пялюсь на то, как мою алкашку допивают другие шепчу, что все будет хорошо и мы скоро будем дома в своей голове с тобой нечего говорить — забери куда-нибудь это тело десны кровоточат, разодрал их о твои кулаки старый самолёт, уже не у дел заброшенный аэродром — городская достопримечательность трава кишит насекомыми из побитого динамика играет электронщина у тебя оба глаза подбиты — шучу, что истребителем если понадобится, я и сам тебе рожу начищу когда мы убегали от мусоров, я тебя кинул алкоголь дешёвый, жизни наши тоже, никому не нужные изо всех сил пытаюсь почувствовать свободу дети — лёгкие жертвы жизни босые ноги бродяжек, грязные рты и мокрые носы голод инфантилизм вместо спида склизкая кровь и тягучая слюна токсины у тебя под кожей тугой клубок разжиженных мыслей не даёт сделать глоток