Прародительница зла

— Знаешь, забавно, что мы вроде столько всего узнали о произошедшем, но, по сути, до сих пор не знаем ничего. Как тебе такое дельце? — Дин чуть толкнул плечом Сэма, который вот уже как несколько минут неотрывно смотрел в одну точку на экране монитора. — Что дальше-то делать? Ниточка с семейкой оборвалась, с ритуалом тоже. С какой стороны мы еще можем подойти? — Боги, ты можешь помолчать хоть минуту, или в тебя тоже кто-то вселился? Демон пустословия, изойди! — Сэм чуть рассмеялся, тоже толкая брата в ответ. — Болтаешь как девочка-подросток. — Эй-эй, мисс недовольство, угомонитесь. Сэм в ответ лишь закатил глаза и деланно вздохнул, но тут же стал куда более серьезным. — Слушай, а что на счет этого Грея? — О, готов поспорить, что он глаз с нашей загадочной дамы не спускает, — фыркнул Дин. — Хотя я бы тоже не отказался от таких знакомых, как думаешь, между ними что-то есть или...? — старший из Винчестеров неоднозначно взмахнул рукой, чуть перебирая пальцами в попытке изобразить взаимосвязь. — В твоей голове есть не похотливые мысли? — Так, заткнись и давай говори: что ты там придумал? — Я тут пытался найти информацию на этого Дориана Грея и обнаружил кое-что странное. В Нью-Йорк он переехал два года назад, и... — Ну и информация, Сэмми, что с того, что он переехал сюда два года назад? — Если ты заткнешься, как сам предлагал только что, то я смогу сказать что-то действительно важное, — Сэм, недовольно сведя брови, кинул на брата испепеляющий взгляд, а после продолжил. — Наш друг Дориан родился в 1990 году, его отец — в 1955, а дед — в 1920. Ничего странного не замечаешь? — Пф, может у них какой-то семейный фетиш — заводить детей в тридцать пять лет, тоже мне новость. — Хорошо. А как тебе то, что и отец, и дед тоже носили имя Дориан Грей? Имена матерей неизвестны, регистрировал детей всегда мужчина. А теперь — самое интересное, — Сэм вывел на экран три изображения, которые, судя по качеству, были выстроены в хронологическом порядке. — Твою мать, — Дин закашлялся, подавившись пивом, и чуть не грохнулся со стула. — Он что, клонировал себя? Это один и тот же человек, браво, Саманта, восхищаюсь! — Еще раз назовешь меня женским именем — я уеду отсюда куда подальше. Наш загадочный мистер Грей живет уже минимум сотню лет, подделывая документы. Вернее, создавая новые. — А с чего все началось? Мы можем выяснить, когда появился «первый»? — Ждал от тебя этого вопроса. Корни этой истории уходят в воду, так сказать. Догадаешься, из какой страны перебрался сюда этот долгожитель? — Англия, — кивнул Дин, не дожидаясь ответной реакции брата: все было очевидно, слишком много веточек ведут в страну аристократичных любителей чаепития. — Молодец. А теперь, чтобы окончательно во всем разобраться, вспомни прекрасный голос этой Ванессы. — О, он у нее очаровательный, с таким забавным ак... — речь Дина прервалась на полуслове: он все понял. — Акцентом. Британским. Твою мать. — Нашу мать оставь в покое, а к этому добавь манерность поведения, историю со странным платьем викторианской эпохи, ее загадочную связь с Греем. Эти двое точно непростые люди, однозначно. А теперь вспоминаем про ритуал, переезд семьи погибших из Великобритании, нападки... — Слушай, может эта Айвз была заодно с теми ведьмами? Может, они воскрешали старикашку этого английского? А потом поссорились, что-то пошло не так, и Ванесса их того, отправила в мир иной? — Думаешь, она тоже ведьма? Может быть, тогда будет понятно, почему она еще жива — сделка с Дьяволом — и почему нет запаха серы и реакции на серебро, по своей сути же она человек. — Вот именно. Нам нужно попасть в их дом, и как можно скорее. Найти следы ритуала, пока они их не уничтожили, найти хоть что-то! — Дин завелся с полуслова и уже было подскочил со стула, намереваясь схватить куртку, но его остановил Сэм. — Попрешься туда вот так, гений? Нам нужно выследить их, дождаться, когда они уйдут, и только тогда пытаться проникнуть в дом. — И чего мы ждем? Поехали, будем следить, не сидеть же здесь сложа руки. На этот раз младший из братьев согласился, утвердительно кивнув и взяв свою куртку. Спустя несколько минут Винчестеры уже сидели в машине: Дин, как обычно, за рулем, а Сэм — уткнувшись в телефон, где пытался обнаружить еще хоть сколько-нибудь важную информацию, касаемо расследуемого ими дела.

***

Ванесса, подавленная воспоминаниями о том, как все-таки поддалась Дракуле и чуть не свела на нет существования всего живого, еще около часа смотрела в окно, периодически закуривая новые и совершенно непривычные сигареты. Когда Дориан преподнес ей странную коробочку, она не сразу поняла, что нужно делать. Ох, как же он смеялся, когда она впервые закрутила между пальцами сигарету, с интересом разглядывая ее. Очередным открытием оказалось наличие непонятной «капсулы», но, войдя во вкус и сообразив, что к чему, Ванесса быстро восстановила свою не самую полезную привычку. Потушив очередную сигарету, она решила, что больше не позволит Тьме забраться в ее душу, через кого бы она не действовала. Для этого у нее существовал собственный ритуал. Айвз достала из ящика стола небольшой нож, скользнула взглядом по металлу, отражающему свет горящих свечей — единственного источника света в большой комнате. После опустилась на колени, упираясь руками в пол. Несколько раз глубоко вдохнула. — Отче наш, сущий на небесах! Нож легко и достаточно глубоко пронзил большой палец левой руки, но Ванесса даже не поморщилась — такая боль была давно привычной и как боль уже не воспринималась. Отложив нож в сторону, она прижала порезанный палец к деревянной поверхности и начала водить им из стороны в сторону, оставляя кровавый след. — Да святится имя Твоё; да приидет Царствие Твоё; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твоё есть Царство и сила и слава во веки. Аминь. Закончив, Ванесса сложила руки в замок и закрыла глаза. — Не введи меня в искушение, не введи меня в искушение. Не покидай меня, не покидай, — шепотом повторяла она, жмурясь так сильно, что вскоре по щекам потекли слезы. Еще несколько раз Айвз повторила знакомую с детства молитву в надежде пробудить Свет в своей душе. Кровь так и сочилась из порезанного пальца, тонкими струйками стекая по худым рукам, до локтей, а дальше — на пол. Ванесса не обращала на это никакого внимания, продолжая раз за разом шептать привычные слова. Когда-то давно она сама отвернулась от Бога, но после все же отдала ему свою душу, найдя обратную дорогу. В столь тяжелое время ей так нужна была его помощь, объяснения, но как тогда, так и сейчас поддерживать ее будут лишь собственные безответные молитвы. Ну и пусть. В этот раз она не оступится, не позволит, даже если останется одна в этом мире. Ее Бог всегда будет с ней. Не случится больше того, что уже в прошлом. Нет, она больше не допустит приближения Тьмы, и совсем неважно, кто снова будет пытаться ее соблазнить, завладеть ее душой. Она обещана другому — Богу, от которого Ванесса пообещала себе больше никогда не отворачиваться. Предыдущий жизненный путь был полон трудностей, ошибок и грехов в самом прямом смысле этого слова. Однажды она предала самую близкую подругу, которую любила сильнее, чем могут любить друг друга родные сестры. После Ванесса бесчисленное количество раз едва не встала на путь вечной Тьмы, и лишь окружающие люди, ставшие родными, поддерживали Свет в ее душе. Но в итоге она осталась одна, никем не поддерживаемая, нелюбимая. Одна в огромном особняке сэра Малкольма, где провела последние несколько лет своей жизни, и что же дальше? Тьма нашла лазейку в сильном, но надломленном духе. Воспоминания о прошлом тяжким грузом давили на Ванессу. Сигареты тлели одна за другой, а по щекам медленно текли слёзы. В этот раз все будет иначе — никогда она больше не сожжет распятие, как раньше, никогда больше не поддастся Дьяволу. Нет, только не снова. До позднего утра, которое плавно переходило в обед, в привычном для себя стиле она раскладывала карты. Кажется, большинство из них слегка стерлись по краям, но так даже лучше: колода полностью переняла суть Ванессы, ее дух и силу. Ей не нужно было смотреть на изображение карты, она знала, что там, просто ощущала. От очередного изучения разложенных полукругов ее отвлек стук в дверь. — Да-да, входи, Дориан. — Ты даже не пыталась спать, — утверждение, но не вопрос. Легкая улыбка на губах Дориана была смешана с немым укором, впрочем, не ему ее воспитывать. — Верно, но зато я кое-что узнала о наших вчерашних гостях, — Ванесса удовлетворенно улыбнулась, наслаждаясь заинтересованным взглядом мужчины. — Молодые люди какой-то прочной связью соединены с нечистью, особенно тот, который помладше. У него есть особый секрет, о котором абсолютно все неизвестно даже брату. Они не так уж и похожи, верно? — Так значит братья. Кто же они? — Грей кивнул в сторону гостиной, откуда доносился весьма приятный аромат: вероятно, был готов завтрак. Бессмертные существа тоже бывают весьма обходительны. — Не уверена до конца, они связаны с Тьмой, но знаешь, как-то... Иначе, не так, как мы с тобой, — босые ноги Ванессы бесшумно касались широких ступеней винтовой лестницы. — Думаю, они как-то воюют с ней, пытаются прогнать, трудно сказать. Кстати, они планируют наведаться к нам в гости, в ближайшее время. Может, предоставим им такую возможность? — Разумеется, дорогая, — кивнул Дориан, широко улыбаясь и садясь с Ванессой за стол. — Приятного аппетита, надеюсь, оценишь мои старания. — С удовольствием. Так что на счет сегодняшнего вечера? Ты что-то говорил про современные кинотеатры, что я буду чем-то поражена до глубины души. — О, да, тебе однозначно понравится, только пообещай не пугаться. Хотя, да, о чем это я. Звонкий смех тут же раздался в гостиной: бояться им обоим уж точно было нечего. Слишком много самых разнообразных приключений им пришлось пережить. Пугала, разве что, их потенциальная взаимосвязь. Грей уже не мог откладывать этот разговор. — Ванесса, мы можем обсудить кое-что... Из нашего прошлого? Я тогда был почти без памяти влюблен, но ты разбила мне сердце. — Все могло обернуться куда более ужасным образом — мы могли разбить друг друга, потому что были и, я уверена, сейчас являемся в какой-то мере опасными друг для друга. — Но почему? Откуда такая уверенность? — Ох, Дориан, я просто это чувствую, как и тогда, но... В прошлом я все же поддалась твоей обаятельности и своему интересу, а закончилось это чем? — Ну, оставила на мне пару царапин, что с того? Это не так страшно, — Дориан все еще был удивлен тем, что та сцена, когда Ванесса в пылу обоюдной страсти оставила на его теле несколько порезов, казалась ей настолько пугающей. — Дело в том, что я просто смогла остановиться, и... Ты не знаешь, что было со мной потом, что я пережила после той ночи. Ты даже не можешь представить черноту той Тьмы, что поселилась во мне после связи с тобой. — Странно, что любовь пробуждает в тебе зло. — Таков мой поцелуй, Дориан. А случись он между нами — становится в разы опаснее. Несколько минут после они молчали, но Грей тут же вспомнил очередную занимательную историю, однажды приключившуюся с ним на просторах Италии, — и в комнате вновь начал раскатываться звонкий смех Ванессы.

***

— Черт их дери! Сколько можно сидеть в доме? — Не ворчи, старушка, как будто не знаешь, чем могут заниматься женщина и мужчина дома. Кому я это говорю вообще, — Сэм чуть рассмеялся, наблюдая, как Дин чуть ли не прожигает взглядом злополучную дверь. — Поверь, рано или поздно они выйдут оттуда, нам нужно просто дождаться. — Целый день здесь торчим, вон темнеет уже, — старший из братьев в очередной раз недовольно забурчал что-то себе под нос. — Тише ты, смотри. Дин тут же повернул голову в направлении дома Грея. Сэм вовремя привлек его внимание, ведь дверь уже была открыта, и через пару мгновений из дома вышел Дориан, а вслед за ним и Ванесса, легко смеясь и держась за мужской локоть. Они сели в припаркованную у дома машину и тут же уехали. Впрочем, братьев пока что не интересовало направление: для них более важной оказалась возможность пробраться в дом. — И как же мы туда попадем? — поинтересовался Дин, с интересом рассматривая дверь дома. — Вскрыть ее, я думаю, нереально. — Предлагаю для начала обойти дом, вполне вероятно, что где-то есть другой вход. Врываться через главный — очень глупо, особенно учитывая расположение дома, слишком велика вероятность, что кто-то нас заметит. Дин лишь молчаливо кивнул, следуя за братом и внимательно изучая новомодный дом. Вероятность попасть в него казалось все меньшей, даже почти сводилась к нулю, однако в какой-то момент взгляды братьев сошлись на одной точке — приоткрытом окне. Удивительная удача, несмотря на то, что окно находилось на втором этаже. Через некоторое время эта трудность была преодолена Винчестерами — они оказались в просторной комнате, которая, судя по висящему на дверце шкафа платью, принадлежала Ванессе. — Твою мать, что это? — свет фонарика Дина остановился на кровавом изображении, что прошлой ночью старательно создала Айвз, повторяя молитву. — Скорпион, не видно что ли? — Заткнись, умник, лучше расскажи, что это значит, раз тебе все понятно. — Вероятно, — задумчиво произнес Сэм, осматривая другие предметы в комнате. — Тоже какой-то ритуал. Может быть, призывающий ночных созданий. Или что-то другое. — На столе карты лежат. Она еще и гадалка, — усмехнулся Дин, переворачивая верхнюю карту. — Дьявол, как мило. — Символ разрушения, всяких грязных делишек и проделок, дурного нрава. Похоже на тебя, кстати, — Сэм тихо рассмеялся, радуясь очередной возможности подколоть брата. — Ничего интересного я здесь не вижу, никаких ведьминских штучек, книг, да и вообще... Обычная комната, за исключением этого скорпиона на полу. — Никакой паранормальной активности я тоже не вижу: прибор молчит, ни намека на какую-либо нечисть, абсолютно. — Хочешь сказать, это все удивительного рода цепочка случайностей, и мы в доме обычной парочки? — Думаю, нужно осмотреть остальные комнаты, весь дом, вдруг это просто спальня, а где-то по соседству ритуальная комната, со всякими травками, рисунками на стенах, магическими кругами и всякой такой дрянью. На этот раз молчаливое согласие исходило от Сэма — парни покинули спальню Ванессы, заглянули в соседнюю комнату, которая, как оказалось, была пустующей гостевой. Обычный шкаф, широкая кровать и небольшой стол судя по всему давно никем не были заняты. Убирались здесь тоже нечасто, о чем свидетельствовала пыль. Третья комната на этаже оказалась спальней Дориана. В ней также не удалось обнаружить чего-то сверхъестественного, за исключением, разве что, огромного количества разнообразных рубашек и галстуков. — Тоже мне модник, где сушеные крысиные хвосты, кроличьи лапки все такое? Винчестеры уже было разочаровались в своих догадках, но все же не отступили от мысли проверить весь дом, поэтому по крутой лестнице спустились на первый этаж и прошли в гостиную. — А вот и вы, я уже заждалась, — голос Ванессы, кажется, чуть не довел Дина до инфаркта, а уж с ним он был знаком не понаслышке. Два фонаря тут же были направлены на девушку, отчего та чуть сощурилась. — Если вы думаете, что, ослепив меня, как-то поможете себе, то очень ошибаетесь. — Кристо, — выпалил Сэм, брызнув в сторону Ванессы из небольшой бутылочки. — Святая вода и имя Господне, какая прелесть, — Айвз лишь зажмурилась на мгновение от резкого движения младшего из Винчестеров. — Довольны, или на всякий случай сразу меня сожжете? Ванесса, чуть смеясь и тем самым еще более интригуя братьев, встала с диванчика и подошла к ближайшей стене, щелкая выключатель, — комната озарилась приглушенным мягким светом. — Итак, агенты ФБР, — она чуть прищурилась, подходя к ним ближе. — Раз уж заглянули, присаживайтесь. Вероятно, у вас возник еще целый ряд вопросов, ответы на которые вы хотели получить от... Темноты? О, нет, наверняка вы хотели разговорить кухонную утварь, однозначно. И ни слова о моей остроте, она явно вам по вкусу, — Ванесса обворожительно улыбнулась, глядя на Дина. Разумеется, ответный заинтересованный взгляд она словила и на себе. — Кто Вы такая? — Сэм, почувствовавший себя лишним, решил прервать их молчаливую игру взглядами. — Более важно то, кто такие вы с братом. Мое имя вам известно, я — Ванесса Айвз, — она развернулась на босых пятках и, сделав несколько шагов, села на диванчик, где ранее дожидалась появления гостей. — Только не спрашивайте, откуда я знаю, не задавайте глупых и бесполезных вопросов. Карты в комнате вы явно нашли. — Хорошо, — кивнул старший, садясь на диванчик напротив предполагаемой ведьмы и упирая ладони в колени. — Меня зовут Дин, это мой брат Сэм. Мы не из ФБР, но хотим разобраться в смерти той троицы: они были ведьмами, а мы с братишкой любим все сверхъестественное. — Семейный бизнес, стало быть, — предположила Ванесса, тут же вновь слегка смеясь от реакции парней. — Чем вы так удивлены? Интуиция и карты прекрасно работают. — Кто Вы такая? — более напряженно повторил свой вопрос Сэм. Ему явно не нравилось, что ей что-то известно. — Он всегда такой дотошный? И обращайся ко мне не так официально, если можно. — Да, он такой, не обращай внимания, — прищурившись улыбнулся Дин, не отрывая взгляда от глаз девушки. Но и он был напряжен от возникшей неопределенности. — Но все же это важный вопрос, мы хотим знать, какое отношение к этим смертям имеешь ты. — Вы думаете, что я тоже ведьма, — Ванесса закурила, медленно выпуская дым и наблюдая за тем, как он растворяется во всем остальном воздухе. — Вариант с демонической или вампирской природой моего существования вы отбросили. Что же, я вас огорчу еще раз: я не ведьма. По крайней мере не такая, как те трое. — А бывают другие? — Естественно. Существуют темные ведьмы, выполняющие волю Дьявола, который дарует им молодость и богатства. Их тела вы обнаружили в том неприятном доме, — несколько коротких затяжек вызвали паузу в ее рассказе. — Но существуют и другие. Белые ведьмы, не имеющие никакого отношения ко Тьме. Как правило, ведут уединенный и отшельнический образ жизни, помогают людям, которые их за это же потом и убивают, но никакой чертовщины. — И много ты знаешь таких? — Знавала одну. Она была моей наставницей, научила всему тому, что мне известно, сделала из меня ту, кем я являюсь, — Ванесса потушила сигарету и на несколько секунд прикрыла глаза. — О, наверняка вы заметили рисунок на полу в моей комнате. «Мой маленький скорпион» — так она меня называла, это что-то вроде моего личного защитного символа. На обычных людей он никаким образом не влияет, а вот для всевозможных демонов и их слуг является непреодолимой преградой. — Значит, проверки взаимные? — Сэм чуть покачал головой, в очередной раз убеждаясь, что охотники сами попали в ловушку. — Я должна была знать, что вы как минимум люди. Это справедливо и действительно взаимно. — Согласен, но все-таки... Если ты не ведьма, вернее, не такая, как они, то кто? Как ты связана с их гибелью? — Игры с воскрешением очень опасны, даже если пользоваться демонической помощью. Обхитрить Смерть очень сложно, а уж если она распознает обман и алчность намерений, то... Сами видели, чем все закончилось. — Это как-то связано с повторяющимся тридцатипятилетним циклом жизни Дориана Грея? — Признаюсь, вопрос застиг меня врасплох, — Ванесса действительно на секунду растерялась, но после улыбнулась очередной игривой улыбкой, естественно, направленной в сторону Дина. — Но нет, он здесь вообще не причем. Именно поэтому он сейчас не с нами. — Кстати, как вам удалось провернуть это? Мы ведь своими глазами видели, как вы вдвоем ушли: сели в машину и куда-то уехали, — Дин ненамеренно увел разговор в другую сторону, что не на шутку выбесило Сэма, который и так с трудом сдерживал свое желание разорвать этот флирт, непонятно каким образом возникший между его братом и Ванессой. — Ничего сложного. Дориан пригласил какую-то свою знакомую, которая зашла в дом таким же незамысловатым способом, что и вы. Она надела мое платье, без труда соорудила такую же прическу, а темнота сделала свое дело. — Ловко, ничего не скажешь. Так... Если воскресить пытались не Грея, то это значит... — Да, ведьмы пытались вернуть к жизни меня. Как видите, им это наконец-то удалось, они были счастливы, радовались тому, что достигли желаемого, но это продлилось немного. Они отправились туда, где их давно заждались. Ни Тьма, ни Свет не терпят, когда нарушается ход событий. Я не должна быть здесь, поэтому ведьм наказали. Тем не менее, не они первые и не они последние, поэтому я пытаюсь защититься... Мне не хватает моей наставницы. Маленький скорпион с трудом справляется с окружившей его темнотой. — Мы можем помочь. Охотиться на нечисть наша работа. А уж если ты ее приманиваешь, то польза будет обоюдная, но нам нужно знать все, что происходит. Начнем сначала: для чего ведьмы, темные по твоему утверждению, воскресили тебя? — О, это далеко не самое начало, — Ванесса звонко рассмеялась, по очереди глядя на братьев: ее забавляло их неведение. — Для начала вам все-таки нужно побольше узнать обо мне. — Я уже несколько раз пытался узнать, кто ты такая. — Не на все вопросы сразу приходят ответы, иногда приходится ждать десятилетиями, а то и веками. Но, впрочем, неустанно вести многочасовой диалог нелегко, где манеры в вашем веке, — она с необъяснимой легкостью поднялась с диванчика, сделала несколько шагов в сторону музыкального центра и включила одну из мелодий прошлого. — Дин, ты ведь умеешь танцевать? Не вздумай врать, иначе появится запах серы. — Даже не думал о вранье, — Винчестер поднял руки вверх в воображаемом «поражении», а после поднялся, чуть потягиваясь. — Если девушка хочет танцевать, то другого выбора не остается. Дин подошел вплотную к Ванессе, кладя одну руку ей на талию, а второй бережно касаясь ее пальцев. В ответ она лишь одарила его улыбкой и положила свободную руку ему на плечо. Дождавшись нужного момента, он сделал первый шаг — и они тут же закружили по залу, словно знают манеры и повадки друг друга едва ли не всю жизнь. В какие-то моменты Сэму казалось, что они вот-вот взлетят на воздух и будут порхать, словно бабочки. Ему было трудно понять, что происходит, а главное: почему Дин так легко поддается. Ответа на этот вопрос не было ни у кого, кроме, кажется, Ванессы. Ей было известно, что дар очарования достался ей от судьбы вместе с интуицией и умением чувствовать людей. Все ощущения, эмоции и чувства, живущие внутри ее души, говорили, что Дин ей совсем не угроза, от него не исходило ни капли негатива, он был чист. Со своими тайнами и секретами, но его душа была совершенно светлой. По крайней мере так казалось ей сейчас, а легкость, с которой они кружились в танце, лишь укрепляла эту уверенность. Дин же был совершенно очарован. В первую очередь, ее красотой — таких девушек он давно не встречал. Да, на его пути было немало красоток, но назвать так Ванессу язык не поворачивался даже в мыслях. Ее сущность манила его к себе, ему хотелось узнать ее всю, до последней капли, раскрыть все секреты, а внешность лишь подпитывала этот интерес. Однако вместе с этими чувствами существовал еще и страх того, что все может выйти из-под его контроля, а с такими девушками все как раз так и случается: не замечаешь, как контроль переходит из твоих рук в чужие. Вот Дин Винчестер и не заметил, как во время танца, которому они отдавались в наиболее полной мере, уже обе его руки придерживали Ванессу за талию, а ее пальцы легко поглаживали его шею сзади. Они оказались слишком близко друг к другу. Когда музыка прекратилась, а в зале повисла полная тишина, пара еще какое-то время продолжала танцевать, пока ноги сами не остановились. Трудно сказать, как давно они начали смотреть друг другу в глаза, но прекратив движения, они еще некоторое время не прерывали зрительного контакта и продолжали стоять максимально близко, так, что ощущали жаркое и чуть сбившееся дыхание друг друга. — Я — Ванесса Айвз, и я погибла в 1892 году, после того, как весь свет погас, а мир едва не погрузился в беспросветную Тьму, и лишь моя смерть предотвратила это, — она продолжала неотрывно смотреть ему в глаза и легко улыбаться. — Воздух тогда стал невыносимым для человечества. Я — мать всего зла, возлюбленная Дьявола, — слегка взволнованная своими словами, она чуть приподнялась на носочки, еще сильнее сокращая расстояние между ними. — Такова моя власть. Таков мой поцелуй, — Ванесса, едва заметно выдохнув и ненадолго все же отведя взгляд, легко коснулась его губ своими, заинтригованная его реакцией на происходящее. Что-то новое каждый день, кажется, по такому принципу жил Дориан Грей? Что же, Ванесса быстро подхватила его азарт к приключениям. А Дин... Что ему оставалось? Лишь отвечать на неожиданный поцелуй, едва ли не задыхаясь от эмоций. Слишком много всего произошло за последние минуты.