под влиянием сна

17.12. Я видел душный день. Видел то, как мы бежали по полю, усеянному разными цветами. Ты нашёл самые душистые и сплёл из них венок. Нам так хорошо, мы счастливы вдвоем. Я видел это во сне. Мне больно от того, что в жизни всё не так, как в моих снах. Уже прошло полгода, а тебя нет. Врачи не надеятся на твоё выздоровление. Ты каждую минуту борешься за жизнь, я знаю, пожалуйста, сделай одолжение хотя бы сейчас, прошу, живи. конец записи. Огай уже полгода ходит в больницу, каждый день навещает умирающего Юкичи. Каждый день сидит и рассказывает о том, что было на работе, какая была погода. Сегодня рассказывал о своём сне, говорил, что это хороший знак, что он скоро очнётся, он верит в это. Верит в то, что скоро признается в своих чувствах, что всё будет хорошо, как в его снах. 18.12. Мне снилось, что мы с тобой гуляем по парку, о чём-то мило беседуя. Покормили бездомного котёнка, поели мороженого, всё было прекрасно. К вечеру мы сели на лавочку, уже уставшие, и сидели так, смотря на закат. Я проснулся с горечью от того, что наяву всё плачевно. Но я знаю, ты идёшь на поправку, я чувствую. Жду твоего пробуждения, жду того момента, когда мы сможем так же гулять по парку и есть мороженое. Хочу сказать тебе о своих чувствах, признаться, хоть даже и получить отказ, но всё же, оно того стоит, ты будешь знать. конец записи. Мори снова просидел весь день у непонимающего тела, но он думает, что тот его слышит, чувствует хотя бы. Рассказал про свой сон, про свои надежды, обещал рассказать что-то очень важное, когда он очнётся. На немой вопрос «что это такое важное?» он отвечал, что это он узнает, если будет всё хорошо. 19.12. Этот сон был о том, о чём я так долго мечтаю, это сон про то, что ты наконец очнулся. Ты так был рад меня видеть, как и я тебя. Я признался тебе в своих чувствах, а ты ответил мне взаимностью. Такое только в снах и бывает. Мы протянули друг другу руки, я почувствовал тепло, почувствовал, что случилось что-то хорошее, почувствовал лёгкость на душе. Я проснулся с улыбкой на лице. Всё утро меня не покидает чувство лёгкости, покоя, умиротворения. Что-то хорошее действительно случилось. конец записи. Босс мафии, по привычке уже шёл истоптанной дорогой к больнице, тепло в сердце наполняло его с каждым шагом. Он предчувствовал что-то. Зайдя уже в приевшееся помещение, он подошёл к девушке, которая должна его записать на посещение. Она уже давно его запомнила. — У меня для вас прекрасная новость. — Прощебетала девушка и уже записала Огая. — Я весь во внимании. — Огай светился от счастья, он был готов поклясться, что сейчас услышит эти заветные слова, услышит, что его любимый очнулся. — Он вышел из комы этой ночью. Вы помогли ему, я поздравляю вас. Мори уже не слышал её, ведь бежал в палату сломя голову. Вот палата, он открывает дверь, медсестра меняет капельницу, проверяет приборы и быстро уходит, оставляя их наедине. «Он ещё слишком слаб, думай, что говоришь и делаешь» твердил сам себе Огай. Снова это место рядом с любимым, только его будет уже слушать человек, а не практически безжизненное тело. — Мне сказали, что ты приходил на протяжении в его этого времени. Я так рад, — нарушил тишину Юкичи, — ты потратил на меня время. — Для меня это не сложно. — Он по привычке взял того за руку, но он не сопротивлялся, а наоборот даже попытался сжать руку старого друга. — Я хочу тебе что-то сказать, — Юкичи вдруг стал выглядеть тревожным, — иначе, у меня не будет больше времени. — Нет, не говори так, всё будет хорошо, ты поправишься. — Мори крепче сжал руку возлюбленного, чтобы показать, что он рядом. — Я тоже хочу тебе кое-что сказать. — Можно сначала я? — Приборы начали показывать другие показатели, пульс начал скакать. — Я люблю тебя, Огай, всем сердцем люблю. Я виню себя за то, что не сказал этого раньше, я бы сказал тебе это при других обстоятельствах, но уже поздно. Приборы начали мигать и пищать, а Фукудзава начал задыхаться. — Я тоже люблю тебя, Юкичи, очень сильно люблю, мы с тобой справимся с этим, мы будем жить ещё долго вместе. Я так много… Ровная таблица с пульсом и отдающий звоном в ушах писк перебили его. Он так и держал его руку, уже безжизненную, но ещё тёплую. --…не рассказал тебе… По щекам покатились слёзы, шум вокруг перебивал собственный крик боли. Теперь он ценил каждую секунду, проведённую рядом с ним, осознал, насколько сильно он его любил. Вокруг никого не видно, кроме бездыханного тела любимого. Только его лицо, полное радости и грусти одновременно, отпечаталось в памяти, его слова о любви, собственный крик — всё это он прокручивает уже несколько дней в своей голове и пытается найти ответ на единственный вопрос «почему?» 10.01. Мне снился ты, снова и снова. До этого дня. С последней записи ты снился мне каждый день. Каждый раз ты умирал у меня на руках и каждый раз я старался что-то сделать, я винил себя в этом. Сегодня твой день рождения. Мне снился ты, но ты не умирал. Ты пришёл ко мне, успокоил и сказал, что всё хорошо, тебе не было больно, ты был счастлив, счастлив за то, что мы узнали о своих чувствах. Ты сказал мне не плакать больше, потому что тебе больно, но прости, я плачу и пишу это, прости за эту боль. Я навещу тебя, как и раньше. Прости, что не приходил последние дни. Запой, дела. Я постараюсь прийти к тебе трезвым. конец записи. Огай уже полчаса бродил по улицам, чтобы освежиться на морозе, чтобы снова не пойти в ближайший бар и не напиться, чтобы выветрить из себя оставшийся алкоголь. Он осмелился зайти на кладбище, подойти к его могиле. Он снова сел рядом, подавляя слёзы, прикоснулся к земле, запорошенной снегом. Он снова спросил как ему там. Ответа не последовало. Он начал рассказывать о событиях в его жизни, это всё происходило на автомате, но вдруг его что-то переклинило, он запнулся, начал смотреть в одну точку. Рядом с могильной плитой лежал венок уже из совсем замёрзших цветов. Слёзы покатились ручьём, оставляя горячие следы на холодных от мороза щеках. Он вспомнил свою запись в дневнике, про тот сон, где они были счастливы, где они вместе. Он хотел отпустить прошлое, но в итоге снова привязался. — Юкичи, скажи, зачем ты это делаешь? Ты хочешь, чтобы я воссоединился с тобой? Снова тишина. Какой ответ может дать покойник? Но этой тишины ему хватило, чтобы расслышать «да». Он взял один ещё не такой замёрзший маленький цветок из венка, встал и побрёл домой. Даже не попрощался, хоть и всегда делал это. тот же день. Сегодня я покончу с собой. Прошу никого не винить в этом, это всё по моей воле, из-за моих переживаний. конец записи. Он больше ничего не стал писать, просто прикрепил цветочек скотчем и написал рядом «спасибо». В этот же вечер его не стало, он сбросился с крыши, на которой и оставил этот дневник, чтобы все знали о его любви.