The Floor Is Lava!

На мгновение Глиммер кажется, будто собственные глаза её подводят. Но нет. Время идёт, а образ Адоры, балансирующей одной ногой на подлокотнике её трона, так и не проходит. Точно так же не исчезает и Катра, раскачивающаяся вниз головой на самой большой люстре зала. Конечно, это очень высоко, но разве не кошки всегда приземляются на лапы? – Если вы не объясните, что здесь происходит, то я… – Глиммер начинает речь громко и уверенно, однако договорить не успевает. Что-то юркое и маленькое проносится мимо её взгляда, а затем сильно толкает её, заставляя сделать несколько шагов назад. К несчастью, именно там позади королевы оказывается стол, и она, естественно, цепляется о его край сначала ногой, а затем блестящей мантией. И каким бы величественным твоё положение в обществе не было, какая разница, если ты всё ещё неуклюжая девушка с магией? Ох, точно, вспоминает Глиммер, магия. Неосознанно хватая врезавшееся в неё барахтающееся существо, Глиммер инстинктивно прижимает его ближе, чувствуя, как привычное сияние растворяет их тела, заставляя исчезнуть в одном месте, чтобы затем появиться в другом. Голова королевы болезненно ударяется о стол, тот самый, о который она запнулась изначально. Глиммер шипит, и ей очень хочется обругать кого бы то ни было словами, которые не должна использовать правящая женщина. Но внезапно перед её глазами возникает золотая прядь. Голубые глаза, полностью занимающиеся глазницы, с тревогой смотрят на неё. Вертикальные зрачки сужаются, когда проверяют целостность девушки. Наконец, Финн громко выдыхает, очевидно, решив, что опасность миновала, и широко улыбается клыкастым ртом. – Ты спасена! – объявляет ребёнок. – Ч-что? – это совсем не то, что Глиммер хочет сказать, но это единственное, что способно вырваться из её горла. Ситуация становится абсурднее с каждой секундой, и теперь ей просто интересно, куда она может завести. – Пол – это лава! – ничуть не смущаясь, поясняет Финн. – И мы все в ловушке! Глиммер непонимающе смотрит на Адору, но та и вовсе не замечает её. Высунув язык, блондинка внимательно и напряжённо смотрит на плиты тронного зала, будто там действительно что-то есть. Переводя взгляд на Катру, Глиммер обнаруживает точно такую же картину. За исключением того, что человекоподобная кошка смотрит прямо на неё с ухмылкой на перевёрнутом лице. – Осторожнее, королева, – мурлычет она, и в её голосе нет презрения или злости. Даже спустя больше десяти лет Глиммер всё ещё не может полностью привыкнуть к этому. Но замечая тревожный взгляд Финна, она согласно кивает. – Хорошо. А теперь можно более подробно, что тут произошло? – О, я расскажу, я! – Финн прыгает от нетерпения, стол угрожающе поскрипывает от каждого движения семилетнего ребёнка. Глиммер всерьёз опасается за ножки мебели, но они всё-таки выдерживают. – Мы прогуливались по дворцу, когда откуда-то потекла лава! Она накрыла весь пол, пришлось использовать подручные средства, иначе мы бы умерли! Драматично воздевая руки к потолку, Финн вытирает выступившую слезу. – Ну и, в общем, мы как-то оказались здесь, вот! Тётя Глиммер, а как ты прошла по лаве? Разве тебе не обожгло ноги? – Эм, нет, – первое желание – сказать, что никакой лавы на полу не существует, однако голубые глаза Финна полны такого восторга, что Глиммер попросту не может этого сделать. Улыбаясь, она треплет ребёнка по голове, взлохмачивая его светлые волосы. – Я защитила себя магией, глупенький. – Жаль, что тебя не было с нами раньше! – тут же реагирует он. – Тогда не пришлось бы перелезать через скульптуру королевы Анжелы, чтобы добраться до окна замка. – Делать что? – лицо Глиммер вытягивается, она бросает быстрый взгляд в громадное открытое окно, убеждаясь, что со статуей всё в порядке. – Не переживай, мы ничего не сломали, – смеётся Катра и добавляет, – почти. Невозможно сказать, говорит ли она правду или нет, и это сильно раздражает. Впрочем, как догадывается королева, вряд ли эти трое были бы так счастливы сейчас, если бы действительно что-либо сломали. – Ох, мам! – неожиданно Финн бросается вперёд, Глиммер едва ловит его за красный шейный платок, не позволяя упасть с края стола. В конце концов, разве на полу нет лавы? – Держись! – Я пытаюсь, – шипит Катра. Она изгибается, хватаясь за перекладину люстры в тот самый момент, когда её ноги соскальзывают вниз, заставляя кошачью девушку повиснуть только на руках. – Ох, чёрт! – Катра! – предупредительно произносит Глиммер, успевая закрыть уши Финна до того, как последнее слово было произнесено. Однако, кажется, он даже не обращает внимания, с тревогой прижимая руки ближе к груди. – Ну, это и правда было «ох, чёрт», – доносится с трона. – Адора! – королева всё ещё никак не может поверить в несознательность этих двоих, но её понимание приходит, когда она бросает взгляд на ребёнка, замершего в её руках. Финн действительно напуган, его взгляд не отрывается от Катры, болтающейся под потолком. Несмотря на высокую выносливость, кошка всё же не может удержать себя слишком долго. И если Финн смотрит лишь на опасность, Глиммер видит, как дрожат пальцы Катры, как её уши прижимаются к голове, когда она оценивает угол будущего падения, как размашисто движется её хост, когда она понимает, что падать слишком высоко даже для неё. И как она широко улыбается, стараясь скрыть насколько опасно её положение. – Мам, сделай что-нибудь! – Финн поворачивается к Адоре. Несмотря на то, что блондинка готова к прыжку, она, как замечает Глиммер, не ставит ногу на сидение трона, вместо этого используя его спинку. – Спаси маму! – Да, Адора, спаси меня, – смеётся Катра, это даётся ей нелегко, учитывая положение, но она никогда не любила показывать уязвимость. – И не забудь, что пол является лавой. Глиммер закатывает глаза. Нет, эта девушка была совершенно неисправима. Едва она думает об этом, как пальцы Катры разжимаются. Никто из четверых, даже сама Катра, не знает, было ли так задумано, или же она просто соскальзывает вниз от усталости. Финн взвизгивает, пряча лицо в мантии Глиммер. Тут же справа раздаётся грохот упавшего трона, а затем весь зал освещает яркая вспышка света, болезненно обжигающая глаза. Когда Глиммер может снова видеть, а не только различать очертания, она осторожно тянет Финна за плечо. Ребёнок сжимается в её руках, стискивая когтистыми пальцами ткань её одежды. Но Глиммер настойчива, и Финн поддаётся ей. – Смотри, – шепчет она в светлые спутанные волосы. Свет рассеивается медленно, но всё же исчезает. Посреди тронного зала, прямо под люстрой, стоит высокая женщина в бело-золотом боевом одеянии. Её волосы стянуты в длинный хвост, который почему-то с трудом подчиняется правилам гравитации и больше летит за его обладательницей, когда та пересекает зал длинными шагами. Женщина держит довольную Катру на руках, хвост кошачьей девушки оплетает одну из её рук. – М-мама? – неуверенно спрашивает Финн, Глиммер, Катра и Адора знают, это первый раз, когда он видит трансформацию. – Эй, малыш, – Ши-Ра улыбается, её ноги стоят на полу, лицо Финна тут же вытягивается. – Не бойся, у меня абсолютно точно есть защита от лавы. – Правда? – восхищённо спрашивает ребёнок, протягивая руку вперёд. – Круто! Когда я вырасту, я хочу быть как ты! Они все смеются. Глиммер вновь лохматит волосы, обнимающего её Финна, и смеётся громче всех. – Ты обязательно будешь.