Ликорис

Маленькая мальчик, не жалея ног, бежал вперед, даже не успевая раздвигать кусты и веточки — лишь бы успеть спрятаться от Сьюзан, вот бы успеть! Ветер ударяет по щекам, а в рыжих кудрявых волосах застревают листья, но после пары секунд бега он останавливается и прыгает в кусты, нагибаясь и стараясь не дышать, чтобы куст не шевелился. Сердце замирает, когда кто-то пробегает рядом, но, кажется, это не водящая. Издалека слышны не разборчивые диалоги и игривый смех. Наверное, его там уже все обыскались! Мальчишка тихо хихикает и аккуратно выглядывает из кустов и прищуривается — никого. Может он сможет в этот раз выиграть? Как вдруг слышится громкий шлепок и кто-то ударяет его по голове, от чего резко становится темно, а ребёнок от испуга визжит. Но после настаёт тишина.

***

Ноа сквозь дымку слышит чьи-то обеспокоенные голоса и опьяняющее тепло держащих его рук. Он во сне улыбнулся, думая, что мама, наверное, волнуется за него, да и сестра тоже. А если он не чувствует боли и холода, то значит жив и всё это было лишь страшный сном. Сейчас Ноа, наверное, находится в больнице, укрытый тёплым одеялом и одетый в какую-нибудь сорочку. Рядом стоит его инвалидное кресло, а ещё ближе сидит мама, крепко сжимая его руку. "Надо просыпаться, они волнуются" — думает Ноа. Мальчик тянет руки к свету, и чувствует как чья-то ладонь сжимает его пальцы. — Мама, — сонно тянет мальчик и приоткрывает глаза, жмурясь и пытаясь привыкнуть к дневному свету. — Ноа, милый, у тебя что-то болит? — послышался очень знакомый и мягкий голос, на что проснувшийся отрицательно кивает головой. И малыш наконец полностью открывает глаза и уже знает, кого он там увидит — маму с растрепавшимися волосами и обеспокоенным взглядом, но... — Кто вы?!— выкрикивает он, выпуская из рук ладонь женщины, сидящей в чёрном платье и белом фартуке, а после отодвигается назад и ударяет кого-то плечом, — цто я тут делаю? Ноа в удивлении застыл, понимая, что не смог выговорить шипящую букву и вновь повторяет попытку, которая ничего не даёт. Вокруг ошарашенные дети разных возрастов, они что-то вскрикивают и ахают — Ноа, это же Мама, — тянет руку какая-то рыжая девочка, а тот лишь сильнее пятится назад, пока не врезается в более высокого мальчика и не кричит пуще прежнего: — Отпустите!