Шоу начинается

— Мне скучно! — с нервозностью в голосе прошипела девушка. Она была хороша собой: черные как смоль волосы ассиметричным каре обрамляли милое женственное лицо. Ее большие карие глаза искрились злостью, но при этом от них казалось невозможным оторвать взгляд. Яркие ресницы и стрелки-ласточки еще сильнее акцентировали все внимание на взор этой особы. Небольшие губы были покрыты розовым блеском: их обладательница то и дело поджимала, не скрывая своего раздражения.       Молодая особа сидела на кресле, нервно сминая в руках подол своего бежевого платья в крупную клетку. На ее плечи был небрежно наброшен кофейного цвета жакет, что от любых движений то и дело соскальзывал, являя мертвенную бледность кожи. Девушка грациозно поднялась на ноги и принялась ходить перед замученными парнями. На ее ногах красовались бежевые туфли на высоком каблуке, которые при каждом шаге издавали звонкое цоканье. — Татьяна… — начал было спокойно один из парней, но от грозного взгляда девушки он слегка замялся. Это задание казалось худшим в его жизни. Илья сидел на диване, потупив взор в пол. Его невинное выражение лица вызывало желание прижать к себе, но это было напускное. Убивал парень точно с таким же безучастным и непорочным видом.       Курякин был самым молодым и перспективным агентом КГБ: за несколько лет службы успел остановить парочку войн и несколько раз спровоцировать мировых лидеров на опрометчивые шаги. А что он делает теперь? Охраняет взбалмошную и избалованную дочь советского посла. Парень чувствовал себя нянькой, а не обученной машиной для убийств, которую из него сделали в комитете. — Так, милочка, давай проясним: мы должны обеспечить твою безопасность, а не развлекать тебя, — Второй парень был более смелым. Хотелось зарыться рукой в его черные волосы и испортить слишком идеальную прическу: вылизанный до безупречности образ немного раздражал. На лице Соло играла самоуверенная ухмылка, которая так и просила вломить по роже ее обладателя.       Наполеон был рад этому новому заданию до того самого момента, пока не узнал, что его напарником будет Курякин. Этот советский болван мог умело вывести Соло из себя одним лишь взглядом. Железное самообладание куда-то испарялось. Наполеон не понимал, почему Илья так сильно бесил его.       Их новое задание заключалось в том, чтобы обеспечить безопасность дочери советского посла, которую планировали выдать замуж за дипломата США. А также проследить, чтобы эта девчонка не сбежала, ведь желанием сыграть свадьбу со стариком она не горела. Их союз мог положить конец Холодной войне, но не всем эта идея казалась хорошей. После обнародования этой новости моментально стали проскальзывать слухи о готовившихся покушениях на Татьяну, и обе страны приняли решение обеспечить безопасность девушки. Так Соло и Курякин вновь встретились.       Они уже неделю не покидали особняк, в котором поселили Татьяну. Агенты следили за тем, чтобы девушка не выходила на улицу, не позволяла себе никаких глупостей, а также ежечасно проверяли периметр на наличие возможных угроз. Девушке не нравилось сидеть под замком, поэтому она нашла себе развлечение, со временем вошла во вкус и получала огромное удовольствие. Татьяна целенаправленно бесила агентов, постоянно сталкивая их друг с другом. Девушке нравилось наблюдать за тем, как они злились, в особенности — как конфликтовали друг с другом. Она готова была поклясться, что между этими двумя что-то было: та нереальная химия, проскальзывающая между ними, не оставляла сомнений. — А кто из вас главный? — Татьяна вдруг остановилась и задала вопрос, который, как ей казалось, наверняка бы спровоцировал этих двоих. Должна же была она хоть как-то развлекаться, раз уж ей приходилось сидеть в этой золотой клетке. — Конечно я, дорогая! Ты сомневалась? — Соло расплывался в ехидной улыбке. Но, отвечая девушке, смотрел он на Курякина, ожидая реакцию этого неотесанного болвана. — Мистер Соло, я бы не был в этом так уверен, — Голос Ильи был спокоен, но глаза его пылали. Он знал, что его провоцируют, и пытался сохранить самообладание, хотя и давалось это с трудом. — А ты докажи! — с вызовом бросил Соло. Мысль о том, что он, оказывается, скучал по этому неандертальцу, вдруг пронеслась в голове брюнета. Наполеон потряс головой, пытаясь перефразировать: он скучал лишь по реакции Курякина на его личные провокации. В прошлой миссии это было любимым занятием Соло.       «Шоу началось!» — подумала Татьяна и плавно опустилась в кресло в предвкушении скорого представления.