От ненависти до любви

9 г̷л̷а̷в̷а̷ Настроение с самого утра на дне Ада. Помимо головной боли, у меня была ещё и слабость, в кучу с похмельем. Бессонная ночь и бутылки алкоголя дали о себе знать. Уснув около шести утра, я проспала всего четыре часа. Из царства Морфея меня вырвала мама со словами: —Солнце, просыпайся. Сегодня великий день, – о да, великий. Дети двух владельцев крупных компании свяжутся с друг другом узами брака. Я с мрачным лицом и ужасным настроением направляюсь в ванну. Утренние процедуры, душ, уходовые средства. —Тесса, сейчас мы идем на завтрак, а потом сразу же едем в " dall'odio all'amore ". К двенадцати туда прибудут визажисты, парихмахеры и Стеф для помощи,–я кивнула, затягивай пояс атласного халата цвета спелой вишни,–Дорогая, всё хорошо? —Всё просто прекрасно, – выдавив из себя улыбку, ответила я. —Точно? – в ответ получив положительный кивок головой, –Хорошо, я жду тебя внизу. Как сказать маме? А надо ли вообще говорить об этом? Ничего уже не поменять, всё давным давно решено. Решено и без меня. Чувствую ли я ненависть к нему? Скорее нет, чем да. Чувствую злость на себя, обиду, непонимание. Он ещё позавчера мне говорил, как любит меня, а вчера уже с другой обжимается на барной стойке. Быстро же он променял "нашу любовь". А что было ожидать от Скотта? Вечной преданности и безграничной любви. Он ведь не такой, мать твою. Это Хардин Скотт! Самоуверенный, самовлюбленный засранец, сын владельца крупной компании. Резкий, легкомысленный бунтарь. Да и я не лучше. Но всё же! Съев легкий завтрак, я пошла на террасу. Белые, кремовые, нежно-розовые цветы и ленты. Вазы, воздушные шары, банты. —Готова, Тесса? – привлек внимание мужской голос. Тревор. Помощник и правая рука Ричарда Янга. —К свадьбе? – в ответ утвердительный кивок, —Не знаю. Вроде готова, а вроде и нет. Готова ли? Нет, я пока что не хочу видеть его. Не сейчас, не сегодня. Но кому важно мое мнение? Правильно, никому. Всё решено. —Есть сигаретка?– прошу я, и парень дает мне одну, сразу же прикуривая. Дым обволакивает горло и легкие, приятно саднит. У меня нет зависимости, я могу долго продержаться без сигарет. Но это приятное ощущение мне нравится. Убивает, но красиво и приятно, – Спасибо. —Бросать не собираешься? —Нет, а зачем? Пока не собираюсь ограничивать себя в желаниях. Мне нравится,– сознаюсь я. Родители знают, видели. Ворчали, отговаривали, но смирились. Собрав все необходимое мы отправились в отель на окраине города около озера. Вокруг лес, свежий воздух, пение птиц. Недалеко от отеля красивое, большое озеро. Как мама и говорила, к двенадцати пришли визажист и парикмахер, Стеф позвонила и сказала, что не успевает и приедет чуть позже, к часу дня. Мария Кринко целых два часа возилась с моими волосами, пока другая наносила макияж. Изысканное свадебное платье силуэта «русалка» с эффектным шлейфом в оттенке айвори. Полупрозрачный лиф украшают ажурные аппликации и мерцающий декор, а декольте и вырез на спине придают ему чувственности. Юбка, украшенная аппликациями ниже талии и по нижнему краю, облегает бедра и расширяется, уходя в шлейф. Волосы собраны в красивую прическу, заделанную жемчужной заколкой и фатой под цвет платья. Выпущенные пряди обрамляют лицо, придают легкости. Макияж в теплых, натуральных оттенках. Необычайно красивая и нежная, сексуальная и элегантная, легкая и эффектная. —Какая же ты красивая, девочка моя!– восхищенно подала голос мама, когда увидела готовый образ. Слезы потекли по её щекам, слезы счастья. —Мамуль, не плачь, – я аккуратно обняла её. —Господи, как ты выросла, какая ты красивая. Сегодня последний день твоей свободы, последний день, когда ты жила с нами, –улыбаясь проговорила Кэрол. «Когда ты жила с нами» ? —В смысле? Я не собиралась съезжать от вас, мама. —Мы с папой, Кеном и Карен решили, что вам нужно будет свое гнездышко. Молодой семье нужен свой дом. —Чёрт, мама, я не хочу жить отдельно от вас, тем более с ним, – гневно выдала я. Мало я его терпела у себя в комнате. Да не дай бог, он ещё и других будет водить туда. —Что это значит, Тереза?– уже более серьезно спросила она. —А то и значит! —Мы уже решили, дорогая, вы живете отдельно от нас. Семейная жизнь, детишки, наследники... —Стоп, стоп, стоп! Какие детишки?! Какие наследники, мама!? Вы с ума посходили что-ли? —Тесса, ну не сейчас, можно через годик - два,– предположила она. Мне 21, мать твою. Какие дети? —Боже, – взревела я, хватаясь за голову. В этот момент заходит Стеф с фужерами в комнату. Один бокал шампанского себе, другой видимо мне. Мы со Стеф поговорили, она не обижается и всё понимает. Джейс, и в правду, ей не изменял, это была всего лишь игра. А Молли приперлась вместе с Анной. При упоминании Анны я ее остановила, слышать ничего не хочу. —Спасибо,– бросаю я и залпом опустошаю бокал залпом. Вспыльчивая мама ушла, оставив меня наедине с Стеф. Я рассказала ей все, про дом, про детей, про Скотта. В уголках глаз защипало, слезинки медленно начали скатываться по щекам. —Ч-ш-ш-ш, не плачь, всё испортишь, – возмутилась рыжая бестия, махая ладонью перед моим лицом, создавая имитацию ветра. В дверь раздался стук, а позже она отворилась, представляя девушку. Анна зашла в комнату осматривая меня и Стеф. Гнев начал бурлить в крови. Какого хрена? —Что ты здесь забыла? —Мне нужно поговорить с тобой, – поселив, ответила она. —Как ты вообще смеешь прийди ко мне на свадьбу!– повысила голос я, а Стеф технично слиняла из комнаты мо словами « Не буду мешать ». —Вот, – она показывает мне приглашение. —Вот де черт! Совести у него хватило позвать тебя на свадьбу. Самой не стремно? —Угомонись, и выслушай меня, – рявкнула она, что аж я опешила. —У тебя 5 минут, – бросаю я, махнув рукой, и аккуратно призаживаюсь на стул около зеркала. Девушка в бирюзовом воздушном платье прошла вглубь комнаты и уселась на широкую кровать. —Тебе Хардин рассказывал обо мне? Должен был по крайней мере, – я перевернула плечами, — Я его кузина, Тесса. Я Анна Скотт. Мы с ним родственники - между нами ничего нет и быть не может. Точно, он мне рассказывал про милую девушку - Анну, его кузину. Она младше его на 5 лет. И живет далеко отсюда. —А что я вчера видела? —Мы просто сидели, ничего больше. У нас довольно таки хорошие отношения, мы дружим. Ты вчера и слова не дала сказать,–я тяжело выдохнула, – Я приехала вчера вечером, где живешь ты - я понятия не имею. Осталась дома у Хардина, позже и Молли пришла. Тесса, пойми меня, я не хотела портить ваши отношения. Я знаю всю ситуацию, и я рада, что всё хорошо. —Анна, прости. Я погорячилась и просто было не очень приятно. —Ничего, я все понимаю. Ты приревновала, ты любишь его. Также как и он тебя. —Что? – переспросила я. —Хардин любит тебя, Тесса. Он мне все уши прожужжал, какая у него невеста. Глупая, но счастливая улыбка озарила моё лицо. Я нуждалась в подобных словах. О, Боги, как я рада. —Господи, спасибо, Анна, – я на радостях подлетела к девушке и заключила ее в объятия. —Ты очень красивая, Тесса. Думаю у вас будет крепкая и счастливая семья. Вы любите друг друга, – я благодарно ей улыбнулась. Любим. Длинные столы были накрыты белыми кружевными скатертями. Хрустальный и серебряный сервиз блестел на солнце. Прислуга носилась туда-сюда и поправляла блюда на белых скатертях. Между угощениями с одинаковой симметричностью располагались белые и нежно-розовые розы, собранные в небольшие шары. Бокалы натирались. Оркестр репетировал. Все открытое пространство, что было за садом заставлялось столами. Для удобства застелили поле деревянной поверхностью. Официанты и помощники суетились и выравнивали белые стулья. Я смотрела с окна как ряды столов увеличиваются. На нашу свадьбу были созваны крупные бизнесмены и владельцы компаний, друзья, родственники, как со стороны Янгов, так и со стороны Скоттов. Алтарь находился в самом саду, прямо в центре. В виде круглой площадки, которая чуть возвышалась над землей. К алтарю вели белые небольшие ступеньки. Сам алтарь имел небольшой бордюр, который обвивали белые орхидеи, арку, украшенную множествами цветов. Чем больше я смотрела на подготовку, тем сильнее мое сердце стучало. — Ну хватит, переживать, — на балкон вошла Стеф держа в руках ещё два фужера на тонких ножках. Она протянула мне бокал с розовым шампанским и мы выпили. Я поцедила сладкий искрящийся напиток и проглотила. — Стеф, я выхожу замуж за Хардина. — Правда? А я думаю, зачем мы здесь собрались, — Джонес выпила залпом и поставила фужер на столик, — Пошли, пора выдвигаться. На Стеф было одето бордовое платье, что было усеяно мелкими бордовыми стразами. Платье имело необычный фасон. Оно шло в обтяг и по фигуре девушки. На левой ноге имелся высокий разрез, прямо до верхней трети бедра. Левый рукав отсутствовал. А правый закрывал руку до середины пальцев. Ее волосы были собраны в высокий конский хвост и выпрямлены. Бархатные туфли девушки имели такой же бордовый цвет. Вместе мы спустились ко входу в сад, а позже Стеф присоединилась к остальным гостям. Под свадебный марш Мендельсона я направлялась к белому алтарю по белой ковровой дорожке. Все гости смотрели на меня и восторгались моим внешним видом. Почти все стояли с фужерами, которые поднимали, как только я проходила мимо. Я ловила на себе восхищенные взгляды и улыбки. Мне кивали и посылали воздушные поцелуи, а я улыбалась. Мое сердце стучало звонким молотком и рвалось наружу. Я шла вперёд и находила среди толпы знакомые лица. Здесь были Джейс, Ким, Нильсон, Крис, Ной, Джеймс Уироли и все, все, все. Слева от алтаря в золотом платье, стояла моя мама. Рядом с ней папа. Они смотрели на меня и о чём-то переговаривались. Широко улыбаясь и поднимая за меня и Хардина бокалы. Я оглядела огромную толпу гостей, мое волнение вернулось. Звуки Мендельсона усилились. Я посмотрела на алтарь и осторожно зашагала вверх по белоснежным ступенькам. Только сейчас из-под пелены счастья я увидела ожидающего меня Хардина. Он был прекрасен. На нем был одет темно-синий костюм с переливом по типу хамелеон в чёрный цвет. Из-под смокинга выглядывала белоснежная рубашка. Застегнутая на все пуговицы. Рубашку украшала под цвет костюма небольшая бабочка. Хардин с восторгом смотрел на меня и улыбался. Его взгляд выражал нежность и заботу. Я медленно и плавно поднималась по ступенькам. Брюнет спустился и подал мне руку. — Ты сногшибательно выглядишь, моя дорогая. — Вы тоже, мой дорогой, – с улыбкой ответила я. Мы встали друг напротив друга, держась за руки. Я оглянула гостей, все были в ожидании самой процессии. —Я, Хардин Скотт. —Я, Тереза Янг. — Беру тебя, Тереза Янг, в законные жёны. —Беру тебя, Хардин Скотт, в законные мужья. —И обещаю любить и оберегать тебя, — Понимать и уважать тебя, —Помогать и верить тебе, — Всегда, что бы ни готовило нам будущее, —Я брошу вызов любым препятствиям, с которыми нам суждено будет столкнуться, —Именем всего, что мы создали вместе, —И всего того, что будет создано, —Я предлагаю тебе свою любовь и верность, – закончил клятву Хардин. Маленькая девочка под ручку с мальчиком приносят нам кольца на белоснежной подушечке. Хардин осторожно надел мое кольцо. Дальше я взяла кольцо и дрожащими пальцами совершила тот же ритуал. Эйфория счастья нахлынула на меня. Скотт осторожно взял меня за лицо, и мы медленно поцеловались. А после прикоснулись лбами друг к другу. Наши глаза были прикрыты. Я вдыхала такой родной аромат моего Хардина. Народ зашумел и зааплодировал. —Теперь ты от меня никуда не денешься, Тереза Скотт...