Красноглазый Демон

NF — Real       Небо заволокло темно — серым цветом, который граничит с черным. В воздухе чувствуется запах свежести. Вдали слышно гром, который бьёт по ушам и заставляет невольно пригнуться. Сила природы пугает. Солнце давно зашло и спряталось и блондину тоже хочется последовать его примеру. Тени с деревьев играют с парнем в злые шутки. Страх, липкий, нечеловеческий страх, вот, что чувствует парень находясь ночью в лесу.       Парень идёт по тропе, хотя до конца и не уверен, что это вообще можно назвать тропой. Ботинки скользят по болоту, увязая. Парень поднимает ногу и морщится. Он, конечно, любит лес, но не ночью, не тогда, когда ничего не видишь перед собой. Протяни руку и даже ее не увидишь. Парень проверял. В кустах что-то шевелится, и парень цепенеет на месте. — Эй, Чимин~и, ты чего? Решил отдохнуть? — ржёт друг.       Хотя какой он друг, если потащил его в такую погоду и в такое время суток в лес? Вот именно — никакой. Это если не материться. А этот самый Чимин~и, пытается. Но получается из рук вон плохо. — Да блять, а почему нет? Прекрасные же условия, — морщиться парень. — Ну чего ты? Круто же, — ржёт НЕ друг. — Круто? Круто, когда солнышко светит и птички поют, Джун, а когда грязь по колено и темно, нихуя не круто. — Что там? Наша принцесса снова капризничает? — подходит высокий парень ухмыляясь. — Да, Чонгук~и, принцесса капризничает и горит желанием, взять первую попавшую палку и всадить тебе в жопу. Как хорошо, что их тут много. — Ахаха, Чонгук, не рискуй жизнью, не видишь, наше солнышко злое, может и испепелить, — смеётся парень с квадратной улыбкой. — А вообще-то, я согласен с Чимином, какого простите, хуя, мы здесь делаем? — спрашивает ещё один парень подходят ближе и становясь на сторону Пака. — Вот мне тоже интересно. Хотя дай угадаю, Тэхён, это твои мудили тараканы снов разыгрались? — ставит руки в бока Чимин. — Эй, ну чего ты, Чимин~и? Не обижай моих тараканов, иначе начну обижать твою жопу? — ухмыляется Тэхён. — Ахаха, Тэ, забыл что только, что мне говорил? Солнышко может испепелить, особенно если тронешь его орешки, — ржет Чонгук. — Хосок, а ты чего молчишь? — спрашивает Джин у парня, который, кажется, уснул стоя. — Аа? Что? — Ахаха, всё понятно с тобой. Так зачем мы здесь? Мне тоже интересно. Вы как помните, я за любой кипишь, кроме… — Голодовки. Потому что еда - это святое, — повторяют все хором и начинают ржать. — Ну, я прочитал тут одну легенду. Говорят, в этом лесу, живёт демон с красными глазами, который может исполнить твое любое желание. Но только одно.       По лесу проходиться громкий звук, это руки парней встречаются с лбами. Все уже привыкли, что Тэхён, ещё тот чудила — мудак. Но блять, это же ни в какие ворота не лезет. Вместо того, чтобы лежать в теплой постели и смотреть Сверхъестественное, он вынужден топиться в этой грязи и собственном страхе, только потому что один мудила прочитал историю второго. Убейте кто-то Пак Чимина, иначе он убьет сейчас Тэхёна. — Ты блять, издеваешься?!! Там новая серия Сверхъестественного вышла, а я здесь!!! — душил Пак Тэ, ну раз его никто не убил… — Ким Тэхён, это уже чересчур даже для тебя, — помотал головой Чонгук. — Я спать хочу. Давайте возвращаться, — сонно говорит Хо. — Ахаха, Хосок в том-то и дело, мы не знаем, где мы, — истерически ржет Чон, — Чимин души его сильнее, иначе я сам начну. Меня там еда теплая ждёт и игра. — Джиииин, спасииии — пищит Тэхён. — Извини, но я за то, чтобы закопать тут твое тельце, — пожимает плечами Сокджин. — А мне идея нравится, — улыбается Джун.       Пак отпускает уже синюю шею друга и идёт ко второму. Ибо его друзья сами просятся, чтобы их задушили. — Нет, ну, а что? Мы все равно здесь, — отскакивает Намджун от рук Чима. — Боже, ладно, — вздыхает Джин. — Я — за. Всё равно в жопе, — так же отвечает Гук. — Хосок? Ну хоть ты то… — просит Чимин. — А? Боже, я просто поспать хотел. Давайте найдем этого чувака и я пойду спать.       Чимин воет как волк, потому что его друзья Ебантаны. А Тэхён смотрит на него и ухмыляется. — Ты ещё сука мне тут поухмыляйся, — цедит Пак.       Ким Тэхён может и мудак, но мудак не бессмертный, поэтому затыкается. Они уже битый час пробираются сквозь ветки, которые наносят удары в ответ. У блондина всё лицо в царапинах, а ботинки уже и не видно из-за грязи. Становится только холоднее, и парень чувствует ледяные руки ветра, которые проникают под футболку. Гром не прекратился. И дождя не миновать. — Джун, если ты действительно думаешь, что этот человек-демон существует и, что он осуществит твое желание, то ты ещё больше псих, чем Тэхён, — говорит Пак другу, когда они равняются и немного отстают от других. — Пах, та, конечно, не верю. — Ты в курсе, что не умеешь лгать? Тем более, что твое желание очень просто осуществить. — Ахаха, ну и какое мое желание? — Хм, дай подумать, — театрально задумывается Чимин, — может, быть вместе с Джином? Джун резко остановился и повернулся к Паку. А тот ржет с тупого выражение лица друга. — Да Боже, это и слепой бы заметил. Об этом знают все, кроме того самого Джина. Признайся и делов-то. Или хочешь, чтобы демон это сделал за тебя? — Что сделал? — спрашивает Джин.       Нам отскакивает перепуганный и за сердце хватается. Пак ухмыляется и кивает в знак поддержки. — Эм… Джин, знаешь, какое я хочу загадать желание? — Ее ее, без понятия. — Кхм, я…я хочу быть вместе с одним человеком, — если было бы не так темно, то они точно бы увидели, как покраснел Джун. — И? Ты думаешь, этот демон признается вместо тебя? Или заставит этого человека быть рядом?       Пак ржет в кулак, и медленно отходит, оставляя их одних, но всё прекрасно слышит. — Ты прав. Никто вместо меня этого не сделает. Я....кхм....я...Джинтымненравишся, — на одном дыхании. — Что? Пак пытается сдержаться, ну вот честно. — Джин, ты мне нравишься, — уже медленно произносит Ким. Пак считает в уме и… Три Два Один — Я думал, ты так и не признаешься. Ты тоже мне нравишься.       Интересно, кто больше удивлен? Пак или Нам? Наверное, таки Намджун. Потому что Пак только счастливо улыбается, он же не слепой. Видел чувства и одного, и второго. Может, идея Тэхёна была не такой уже и плохой. Эта мысль держится ровно пять минут. Пока Чимин не находит себя совсем одного в лесу. — Эй, есть кто-то? Аууу. — Та блять. Как так вообще вышло? Ким Тэхён, если это твоих рук дело, я так уж и быть.... УБЬЮ ТЕБЯ.       Чимин уже наверное пол часа бродит, мобильник то он, конечно, не взял, как и все вообще-то, потому что Ким, Ебаный Мудак, Тэхён, собрал их и сказал оставить. Как потом стало известно, потому что это пугает демона. Ну заебись, единственное, что пугало демона исчезло. Чимин, конечно, не верит в существование этого существа, но, когда ты идешь один по лесу ночью, и отовсюду слышно какие-то звуки…начинаешь.       Пак проклинает мир, свою жизнь, грязь, но больше всего - Ким Тэхёна, которого он все-таки убьёт, если сам не сдохнет тут. Чимин в каждой тени видит человека, и это пугает, а ещё бесит, потому что фантазия: ты какого вылезла? Иди и убейся. Пак черкает взглядом по деревьям сбоку и на секунду у него спирает дыхание, потому что в темноте возле дерева он видит два красных глаза. «Блядский Ким Тэхён» — стонет Чиним.       Смотрит снова в то место, и ничего. Пак на себе волосы хочет рвать. Потому что страшно до чёртиков. Он ещё такого страха не чувствовал. Он липкий, тягучий, нечеловеческий и он проникает в само его существо. Сердцебиение участилось, и Паку даже не хочется считать, потому что знает, что это овердохуя для его сердца и груди тоже.       Гром снова оглушает, а сердце от неожиданности чуть не останавливается. Пак начинает быстрее идти, но смысл-то какой? Он всё равно не знает куда. Может, он ещё дальше в лес зашёл. Чимина кроет, кроет от непонятных звуков, от липкого чувства, что за ним кто-то следит. Везде ему мерещится какая-то тень человека.       Пак сейчас уже и сам не против встретить того демона и загадать то самое одно единственное желание — оказаться дома. Потому что больше ему ничего и не нужно. Молния ярко и резко осветляет всё вокруг, и Чимин цепенеет, потому что в нескольких шагах от него стоит парень с красными глазами. — Блять, — ноет Чимин. — Можно просто - Юнги, — шепчет кто-то позади него. Чимин резко оборачивается, но никого. — Потерял друзей? — спрашивает голос с насмешкой, но уже впереди. — Чувствую, ты приложил к этому свои ручонки. — Ахахах, есть немного. — Что тебе надо? — А разве ты не пришел сюда, потому что тебе что-то надо от меня? — Нет, я здесь потому что мой друг кретин. Мне от тебя ничего не нужно. — Разве? — и снова позади. — Слушай, тебя ищет один полоумный, и это точно не я. — Не сказал бы. От тебя чувствуется больше всего несбыточных желаний. — Чувак, у тебя радар поломался. — Не думаю. — снова позади.       Чимин чувствует его горячее дыхание на своей шее. А ещё проворные руки, которые поглаживают его бока. — Хочешь скажу тебе твои собственные желания? — Ага, — тяжело дыша говорит Чим.       Руки настойчиво поглаживают талию, а Чимин теряется в пространстве. — Ты хочешь человека рядом, человека, который будет дарить тебе свою любовь и страсть. Который будет обнимать на ночь. Который будет тебя трахать на всех поверхностях. — Ахаха, а ты смешной. А кто этого не хочет? Разве что Чон, ему и еды хватает.       Юнги резко прижимает его к себе, а Пак давиться воздухом. Руки спускаются к паху, медленно массируя. Чимин пытается сдержать стон, но получается херово. Демон оборачивает его к себе и жадно целует, сразу проникая языком внутрь. Берет за волосы, больно оттягивая, и ещё ближе прижимает к себе. Чимину хорошо. Чимину охуенно. Его уже давно никто не целовал, а вот так, то вообще никогда.       Но у Пак ещё остался здравый смысл, поэтому он пытается вырваться, но Юнги только рычит в поцелуй, и целует настойчиво, другой рукой сжимая его ягодицы. Чимин плавится от ощущений, и он в принципе не против секса, но точно не с демоном, и точно не в лесу. Да, возможно, у него недотрах, но он не в таком уж и отчаяние. — Не хочешь в лесу? Или с демоном? — разрывая поцелуй спрашивает Юнги. — Ни то, ни другое, — тяжело дыша говорит Чим. — А вот твой друг не против ни от одного, ни от другого, — и проводит рукой по бугорку. — Ах…прекрати. Зачем ты это делаешь? — Потому что хочу, — ухмыляется красноглазый. — А разве ты тут не для того, чтобы исполнять желания других? — Не сегодня, — ухмыляется брюнет, как успел заметить Пак, но там всё же темно, так что он не уверен.       А через секунду они оказываются в комнате, в спальне, с черными атласными простынями. Пака бросают на кровать, как мешок с картошкой и запрыгивают сверху, седлая. Демон берет его руки и поднимает вверх, удерживая одной рукой, чтобы парень не вырвался.       Чимин чувствует себя так, словно он знатно так набухался. В глазах всё плывет и размывается. Тело как жалейка, как очень плохая жалейка, потому что хозяина своего не слушается.       Чимин не сразу понимает, что он голышом, как и тот самый демон, который, кажется, на него как-то влияет. Потому что, что за хрень??! Блондин находиться как во сне, и одновременно с тем, как будто под воздействием алкоголя. Коктейль ещё тот. Для одного Пак Чимина это слишком. Он, как будто под дурманом. Но в какой-то момент всё заканчивается, и он как будто просыпается ото сна.       Он всё так же на кровати, на нем всё так же красноглазый демон, он всё так же голый, но отличие в том, что Юнги не держит его руки, но он всё равно не может ими пошевелить. Чимин поднимает голову и видит, что его руки привязаны к спинке кровати его собственным ремнем. — Та ты блять издеваешься, — стонет Чимин.       Брюнет гортанно смеётся и наклоняется над Чимином, лизнув его в скулу. Пак чувствует, как тело его предает, и начинает мелко дрожать. Демон видя реакцию на свои действия, ухмыляется и снова наклоняется, но уже для того, чтобы провести кончиком языка по соску, вырывая у блондина тихие стоны. — Что это было? Почему я чувствовал себя как под наркотой? — Немного моей силы. Чтобы ты не сопротивлялся. — А зачем забрал ее или как это вообще работает? Оставил бы и я бы себе смирно лежал, пока ты меня насиловал, — скалиться Пак.       Юнги хмыкает, приближается к лицу блондина, и грубо накрывает его губки, терзая их, покусывая, и прокусывая. Оставляя маленький капли крови, которые сразу же слизывает. Пак снова дрожит. — Потому что я не хочу тебя насиловать, глупый, я хочу, чтобы ты этого хотел. Чтобы извивался и надрывно просил о большем. Глубже. Резче. — А…а если я этого не хочу?       Демон заливисто смеётся, а затем прижимается губами к нежной кожи на шее парня, и вонзает зубы, посасывая, оставляя метку принадлежности. Чимина снова кроет, но уже не от страха, а от ранее невиданной страсти и похоти. Длинные, бледные, но горячие руки поглаживают торс, спускаясь то вверх, то вниз. У блондина каждый раз дыхание спирает. Но от чего он окончательно сходит с ума, и прощается с воздухом в лёгких, и самими лёгкими, так это от того, как красноглазый демон с хитрой ухмылкой, спускается к его самой важной части.       Но не для того, чтобы просто поглазеть, как себе позволил думать Пак, а затем, чтобы взять его член в свою горячую руку, медленно надрочивая, почти лениво. Но это ещё цветочки, ягодки на поляне появляются, когда Юнги берет его эрегированный член в рот, насаживаясь до упора. На этом пытки одного заблудшего юноши только начинаются. Брюнет делает вращательно — поступательное движения вверх и вниз, при этом кончиком языка облизывая каждую венку.       Чимин снова, как будто под дурманом. Но на сей раз, он точно знает, что это не из-за силы демона, а из-за его умелого и горячего языка. Пак прогибается в спине, а весь род кошачий стоит с открытыми ртами, и тихо учатся. Юнги смотрит ему в глаза, а через секунду руки Пака оказываются на свободе. Чем блондин и пользуется, руками сгребает атласную простынь, комкая в маленьких, но сильных руках. Стоны вырываться с него, как птички с клетки, один за другим. Пак неосознанно подается бедрами вперёд, молча умоляя взять ещё глубже.       И демон слушается. Юнги широко открывает рот, расслабляя глотку и заглатывает ещё глубже, тут Пак не выдерживает, и наконец-то берет его за волосы, больно оттягивая, и снова приближая, трахая его рот. А красноглазый только смеётся, посылая вибрацию по члену. И Пак уже просто не выдерживает, он чувствует, как напрягаются все мышцы в теле, чтобы через секунду расслабиться в сокрушительном оргазме.       Пак тяжело дыша, падает на кровать, утопая в послеоргазменной неге. Ему так хорошо, что он напрочь забыл, где он, кто возле него, и кто он вообще. Сейчас только кайф. Паку хочется лежать на этой мягкой кровати вечность, вот так вот распластавшись, как тюлень на берегу. Но Юнги, кажется, думает иначе, потому что резко, но нежно оборачивает Чимина на живот. И только для того, чтобы сладкими и медленными поцелуями, спуститься к заднице парня, раздвинуть половинки в сторону и провести тем самым языком по сжатой дырочке. — Что…ахах… Что ты делаешь? — задыхаясь спрашивает Пак.       Демон опаляет его шею, горячим дыханием и томно шепчет в ухо блондина, которое вспыхивает, как фейерверк, только в отличие от него, у Пака только красный цвет: — Малыш, мы только начали.       И возвращается к своему покинутому делу, а именно вылизывать нежно — розовую дырочку Пака. А блондин и не против, потому что не может человек, который против, так сладко стонать. У демона только больше твердеет, от этих сладких звуков. Будь он даже мёртвым, у него всё равно бы встал, потому что стоны Чима, как звук сирены, которые заманивают и убивают. Чимин, кстати, тоже его убивает, только морально.       Пак раз за разом поддается задницей вперёд, насаживаясь на язык красноглазого. А Юнги только ухмыляется, и продолжает трахать задницу Пака то языком, то пальцами. Но Юнги хоть и демон, а выдержки у него оказалось немного. Как только три пальца легко входят, он переворачивает Пака на спину, под аккомпанемент его скулежа, из-за пустоты в заднице. Но демон скоро это исправит. — Малыш, я могу сделать так, чтобы ты не почувствовал боли. Позволишь мне сделать это?       Пак округляет глаза, пытаясь понять, почудился ему этот вопрос, с этой нежной интонацией или нет. Он хочет переспросить, но взамен почему-то только кивает. Сердце колотится в груди, как птичка в клетке. Кровь в венах закипает и бурлит. И этот скоп эмоций он чувствует только из-за просто вопроса? Или из-за интонации? Пак не понимает, но собственное сердце пугает.       Ещё никто к нему так нежно и трепетно не обращался. Никогда. А тут даже не совсем человек или совсем не человек, который знает его от силы несколько часов. Но ладно демон, может он так просто развлекается, но почему Пака то так накрыло? Он ещё долго бы рефлексировал, если бы Юнги нежно не провел рукой по его лицу, не наклонился и так же нежно не поцеловал бы. — Малыш, всё в порядке?       Ни хрена не в порядке. Хочется кричать Паку, но он только кивает. Красноглазый снова его целует, но этот поцелуй уже не нежный, он горячий, он страстный, он пробуждает вулкан, который мирно спал внутри парня, побуждает его извергаться, затапливая всё внутри. Языки яростно, в спешке вылизывают друг друга. Принося неописуемое удовольствие. И пока язык демона доводит Пака до Гонконга, член Юнги медленно входит внутрь.       Но как и обещал брюнет, боли нету. Есть только райское наслаждение. Чимин обвивает ногами талию демона, прижимая ещё ближе, повиливая задницей в темп толчков. Руки блондина разделились: одна больно и одновременно приятно оттягивала смоляные волосы, а другая царапала коготками цвета фарфора кожу на спине демона.       А толчки всё продолжались, фрикции то лениво — медленные, то яростно — быстрее. Чимин потерялся в пространстве, в скопе чувств, и в самом себе. А пытка всё продолжалась, то приближая его к сокрушительному оргазму, то отдаляя. Пак из-за этого только больнее царапал, сдирая нежную кожу на спине. Но Юнги вовсе не был против, только улыбался и страстно целовал: шею парня, лицо, и куда только доставал, помечая каждую частицу этого прекрасного, смуглого тела. — Юнгиии, — скулил Чимин, смотря щенячьими глазками. — Что? Что мой малыш хочет? Снова домой или что-то другое? — ухмылялся красноглазый. — Если ты сейчас же…ахах…ха…не прекратишь, я сам тебя изнасилую.       Юнги широко улыбнулся и снова поцеловал, эти уже красные, искусанные и пухлые губы. И таки прекратил издеваться, по словам Пака, и начала резко и яростно вдалбливается в податливое тело под собой. Раз за разом попадая по простате, вырывая из парня громкие и надрывные стоны. Пот сверкал кристалликами на теле блондина, а Юнги так захотелось слизать их всех языком, в чем он себе и не отказал.       По комнате расходились крики — стоны Чимина, тяжёлое дыхание Юнги, и звук шлепков задницы об мошонку. Как по Юнги, так это от сегодня его любимые звуки в мире. Ещё пару яростных толчков и Чимин обильно кончает себе на живот, даже не дотронувшись к себе, выкрикивая имя Юнги на пике. Красноглазый делает ещё пару толчков и изливается глубоко внутрь Пака.       Юнги падает на кровать возле Чимина, обнимая его за талию, зарывшись носом в его мокрые от пота волосы. И почему-то чувствует себя чертовски счастливым. Они лежат в тишине около десяти минут, которые кажутся тысячелетиями, и брюнет думает, что парень уснул, поэтому крупно вздрагивает, когда Чимин спрашивает: — Юнги, а ты был демоном всегда?       Брюнет несколько секунд думает, над тем ответить честно или свести всё в шутку, но решает, что почему-то хочет быть честным с этим светлым парнем. — Нет. Я был простым человеком. — Тогда как это произошло? — Хах, ну я пришел в этот лес, с такой же целью, как и твой странный друг. Я хотел, чтобы моё желание исполнилось. — И что случилось? — Демон на то и демон, что обманул меня. Он своими играми запутал меня, ввел в дурман, и под его влиянием, я загадал, чтобы поменяться с ним местами. — Черт. Я думал ты умнее, а ты как Ким Тэхён, ещё тот псих. — Ахаха, получается, что так. — Кстати, а как там мои друзья? «Мда, херовый ты друг, Пак Чимин. Ещё бы вспомнил о друзьях, когда будешь дома. А с другой стороны, какие они друзья, раз притащили в лес ночью? … кажется хорошие». — С ними всё в порядке. То есть, они до сих пор гуляют. Хочешь, чтобы я вывел их? — Аха-хах, НЕТ. Пускай мучаются гады, — злобно ржет Пак, а Юнги улыбается и по голове его нежно гладит. — Ха-ха, как скажешь. — А я ведь все ещё могу загадать желание? — Конечно.       Юнги почему-то расстраивается, и отпускает Пака, садясь на постели. Чимину становится холодно без горячих рук красноглазого. — Но сначала, можешь ответить на вопрос? — Задавай. — Почему я? Почему ты выбрал меня? Хотя нет, скажешь после того, как я загадаю желание. — Хорошо.       Юнги почему-то тоже холодно становится, но не физически, а душевно. Он думал, этот парень другой. Что ему действительно ничего не нужно, но всем что-то нужно. Всем и всегда. — Я хочу, чтобы…чтобы ты освободился и снова стал простым человеком.       Юнги даже не слушая, закрывает своим алла — красные глаза и осуществляет желание Пака. Но когда осознание все-таки приходит, он резко и широко открывает глаза. И удивленно смотрит на Чимина, который улыбается, и запускает руку в его волосы. — Знаешь, когда ты блондин, это выглядит ещё горячее. Но твои глаза, мне больше нравились красные. Но так ты выглядишь милее.       Юнги не мигая, слушает Пака, а затем вскакивает с кровати и несётся к зеркалу, чтобы заглянуть в него и впасть в ступор. Цвет его волос…он вернулся, и глаза, миндально — карие, его глаза. Он так и стоит перед зеркалом, когда Чимин босиком подходит к нему сзади и обнимает за талию, ставя голову ему на плечо. — Ты красивый, — улыбается Чимин.       Юнги. Мин Юнги. Человек. Резко оборачивается и нежно целует Чимина, запуская руку в его волосы, притягивая ближе, не даёт отстраниться, но Пак и не думает отстраняться, он наоборот ближе прижимается. — Ответ на твой вопрос: потому что ты мне понравился, потому что ты был не как все, ты был и есть особенным. Нежным, добрым, чутким внутри, и саркастичный, колючий снаружи. Ты напомнил мне себя. И как только я тебя увидел, возжелал так сильно, что не мог оторвать глаз. Но я хотел и хочу не только твое тело, но и твою душу. Пак Чимин, ты будешь со мной встречаться? — Я…я… КОНЕЧНО.       И крепко обнимает Юнги. Чувствуя бабочек в животе, в голове, в ушах, и даже на кончиках пальцев. А у Мин Юнги: Рождество, День Благодарения, День рождения, и все праздники разом, потому что он получил то, а чем даже боялся мечтать. Снова быть человеком, но быть нужным кому-то. Приходить в квартиру, зная, что там тебя кто-то ждёт. Вот какое желание он хотел загадать. — Почему ты загадал именно это? — Потому что так осуществиться моя мечта, о которой ты уже говорил. Быть любимым и нужным. И как видишь, осуществилась, — нежно улыбается Пак. — Я знаю, что это всё странно и слишком быстро, но не хочешь жить вместе? — Если это значит засыпать и просыпаться в твоих горячих объятиях, то я за. — Боже, я люблю тебя. — Ахаха, а вот это действительно за быстро. Эм, но если теперь у тебя нету сил…ты же всё равно можешь нас всех вывести? Да? Скажи, что да, пожалуйста. — Ахах, конечно, могу. Но если мы сразу пойдем домой вместе. Я ещё голоден, — и ухмыляется. — Ахахах, пошли.

***

— Погодите-ка, я всё правильно понял? Ты был тем самым демоном, который мог осуществить мое желание, но тебя сцапала это колючая булочка с жопой — орехом, и сделала человеком, и теперь вы вместе? — странно — спокойно уточнил Ким Чудак Тэхён. — Ахаха, ну ты Чимин~и, и даёшь, — заржал Чонгук. — А меня всё устраивает, — улыбнулся Джун, держа за руку счастливого Джина. — А я до сих пор хочу спать, — ныл Хосок. — Если хочешь я могу осуществить твое желание прямо сейчас. Для этого не нужна сила демона, — предложил Юнги, держа за ручку такого же счастливого Чима. — Действительно? Давай, — заулыбался Ким, — а то как-то нечестно получается. Желание хотел загадать я, а досталось всё человеку, который даже идти не хотел. — Тогда хорошо, — Мин подмигнул Чимину, — Чонгук, Тэхён любит тебя и уже долгое время в ванной дрочит на твои фотки. — ЧТО? НЕТ…НЕТ, — заверещал Тэхён, а у Чонгука батончик выпал с рта, — ах, То есть да. Это правда. — Чонгук, а хочешь и твое осуществлю? — ухмыляется Юнги. — НЕТ, НЕТ и ещё раз НЕТ, — панически кричал Чонгук размахивая руками, и таким способом потеряв батончик, который у него оставался в руках - мельницах. — А мне вот интересно, — по-чеширски улыбнулся Тэ. — Он тоже на тебя дрочит, — будничным тоном сказал Юнги. — А? Это типа я тут единственный нормальный? — сонно втиснул свои пять копеек Хо. — То есть нормальный человек бросает открытки в шкафчик Бони, при этом целуя и убегая, как вор? — не мигая отвечает Юнги.       А все начинают громко ржать. Но смех становится только громче (куда уж громче, и так все животные убежали с страхом в глазах), когда они видят красные щеки Хосока, которые даже в темноте видно. — Ты мне нравишься, такой же ебо-бо. Мы подружимся, — говорит Джун Юнги, улыбаясь. — Всё-таки не дурно пошли, каждый осуществил свое желание, — улыбаясь говорит Джин. — Так что, спасибо тебе, Ким Больные Тараканы, Тэхён, — ржет Пак и прижимается к своему собственному желанию покрепче.