Изменилась?..

      После войны Сакура изменилась. На первый взгляд, в ней уже не осталось ничего от той девочки, которая лила слëзы из-за каждой неудачи, но те, кто знал еë давно…       Мужчина с лëгкой улыбкой следил, как Харуно, размахивая руками и что-то энергично рассказывая Ино, выходит из госпиталя. В ней всё больше становилось черт, присущих Пятой. Такая же вспыльчивая, такая же решительная, такая же… Но всë ещё та Сакура, которой он её помнил — ранимая, немного наивная и неумеющая лгать. За изменениями в её характере наблюдать было, без сомнения, интересно, но сейчас были дела важнее этого.       Странно, что после Четвертой Мировой Войны Шиноби не все ещë свыклись: Скрытые деревни, наконец-то, пришли к миру и взаимопониманию. Всё-таки общий враг действительно сближает. Тем не менее, были ещё нукенины, желающие власти, денег или мечтающие выкрасть какую-нибудь секретную технику. С ними-то как раз и приходилось бороться, пропадая едва ли не каждый месяц на длительных миссиях. — Какаши-семпай, вот вы где. У нас всë готово, — на ветку рядом с мужчиной опустился Ямато и, поправив маску АНБУ на лице, посмотрел на капитана.       Сакура уже давно скрылась из виду, и Хатаке теперь был полностью сосредоточен на предстоящей миссии.

***

— Шаннаро! — Не выдержав, куноичи ударила кулаком по ближайшему дереву и гневно зашипела. — Разве нельзя было с первого раза понять, что тащить в рот первые попавшиеся ягоды — глупо?!       Пока Харуно пыталась успокоиться, совсем ещё юные генины в ужасе смотрели на рухнувшее позади хрупкой на вид куноичи дерево.       Это было их первым заданием, когда они вышли за пределы Конохи. Пусть им и нужно было всего лишь забрать свиток из соседней деревни, но шиноби радовались этому. Всë лучше, чем ловить противную кошку или собирать мусор. — Чтобы я ещё раз согласилась подменить кого-нибудь на задании с генинами…       Ирьенин прикрыла глаза и глубоко вздохнула. — Йоши, если ты ещё раз потащишь что-нибудь в рот… Разве это не самая нелепая смерть для ниндзя? — Сакура прищурилась, смотря на рыжего мальца. Вечно он всë в рот тащит с желанием попробовать, а ей потом лечи его. — А ты, Тоу, куда смотрел?       Брюнет виновато покосился на сенсея и взлохматил волосы рукой. Он всегда выделялся среди других. В академии — своими умениями в тайдзюцу и ниндзюцу, на заданиях — смелостью и предугадыванием следующего шага противника. Но когда дело касалось командной работы, то тут всë было не так хорошо. Ему всё ещё тяжело было свыкнуться с мыслью, что нужно работать не одному, а в команде. Слушать кого-то, получать советы… Когда родителям было откровенно плевать на тебя, принимать тепло и поддержку от учителей и сокомандников было непривычно. — Ладно, нам нужно идти, — Сакура улыбнулась и запрыгнула на ближайшую ветку. До вечера они должны добраться до места. Пусть война и закончилась, но время сейчас не самое спокойное. Ещё многое должно произойти и измениться, чтобы в мире, наконец, асё пришло к гармонии. — Сакура-сенсей, — Амино, единственная девочка в команде, нерешительно взглянула на ирьенина, будто бы боясь задать ей вопрос. — Я не кусаюсь. Говори смелее. — Вам было… Вам было страшно там, на войне? — Честное слово, ещё бы немного, и Сакура, шокированная таким неожиданными вопросом о её прошлом, упала с ветки. — Амино, на войне всем страшно. Особенно если ты медик и от тебя зависят жизни многих шиноби. Но ты не думаешь об этом. У тебя есть цель — вылечить как можно больше воинов и победить.       «А ещё страшнее — потерять близких людей…» — короткая мысль, которую сейчас Харуно не хотела развивать. — Я бы тоже хотела быть как вы, Сакура-сенсей, лечить людей и быть полезной на поле боя!       Грустно усмехнувшись, розоволосая оттолкнулась от очередной ветки. Сейчас её считают хорошей куноичи, медиком не хуже Цунаде, но что было раньше? Слабая и глупая Сакура, влюблённая в Саске и ничего не желавшая замечать вокруг. Она была обузой, раздражающей девчонкой и неумехой. Слушать лестные отзывы в свой адрес она до сих пор не научилась.       После войны изменилась не только Сакура. Наруто, всё ещё мечтавший стать Хокаге, сейчас был занят обучением, выполнением миссий особо сложного уровня и… Подготовкой к свадьбе. Даже у такого раздолбая личная жизнь сложилась хорошо. Харуно искренне радовалась, что её друг, наконец, открыл глаза и заметил Хинату. Пусть не сразу, но он смог разглядеть миленькую куноичи рядом с собой.       Саске ушëл в путешествие и, видимо, возвращаться в деревню не планировал. Если пару лет назад Сакура и хотела уйти вместе с ним, но сейчас понимала — её чувства были лишь детской влюблëнностью, которая помогла ей в какой-то момент взять себя в руки и достигнуть всего того, что она имеет сейчас. И за это она была благодарна бывшему сокоманднику.       Сай и Ямато вернулись обратно в АНБУ, чтобы продолжить работу под началом Хатаке.       Сам же Какаши, отказавшись от поста Шестого в пользу Наруто, был только рад забрать себе руководство Особого Подразделения. Что делать и как — он знал, а вот руководить всей деревней… Нет уж, пусть Цунаде разбирается со всем сама, пока Наруто не будет готов сменить её.

***

— Капитан, на два часа слышны звуки сражения. Прикажете проверить?       Какаши отрицательно качнул головой. Они уже почти два дня искали убежище нукенинов из Ивы, пробравшихся на территорию страны Огня. По последним данным, которые они получили перед миссией, их видели как раз около границы со страной Чая. — Я сам проверю.       Размяться хотелось жутко. Тело ныло, требовало добавить хоть каких-то действий, кроме, казалось бы, бесконечного передвижения по округе. Сейчас бы хорошенько потренироваться, а потом под горячий душ, но мечтать о таком пока рано.       Снова движение. На два часа, говорите? И вправду, пройдя пару километров, Какаши отчëтливо услышал, как впереди кто-то сражался. Какого же было его удивление, когда среди шиноби он разглядел Сакуру и троих генинов. — Амино, Тоу, Йоши, забирайте свиток и уходите! Я вас догоню!       Сакура сильнее сжимала кулаки и отбивала очередную атаку, отбросив нападавшего мужчину в сторону. Ей никак не выстоять против них, но, отправив свою команду подальше отсюда, она сможет дать им время, чтобы уйти как можно дальше. — Тоу, не смей геройствовать, понял? Иначе, когда я вас догоню, останешься без ушей! — Даже сейчас Харуно выкроила момент, чтобы повернуться к генинам и улыбнуться. Глупые! Они ведь впервые оказались в подобной ситуации и уйти отсюда живыми не смогут, если не поторопятся. — Быстрее!       Лишь когда Амино дëрнула ребят за руки, заставляя скрыться в лесу, куноичи смогла трезво оценить обстановку. Нападавших около пятнадцати и каждый, судя по всему, шиноби не слабый. Что ниндзя из Камня забыли здесь? Неужели, все нукенины? — Развлекаешься, Сакура? — От голоса, раздавшегося рядом, розоволосая вздрогнула и посмотрела в сторону говорившего. — Какаши-сенсей? Что вы тут… — Потом. Сейчас не до этого.       Девушка кивнула и увереннее взглянула на противников. Если он рядом, то ей уже не страшно.

***

— Эй, лобастая, сегодня ты слишком молчаливая, что-то случилось? Снова грузишься из-за того, что Учиха ушëл из деревни? — Ино, усевшись на свободный от бумаг краешек стола, с любопытством смотрела на лучшую подругу. — Нет, всё нормально. При чём тут вообще Саске-кун?       Рабочий день медленно подходил к концу, а разобрать до конца эти чëртовы отчёты у Харуно до сих пор не получилось. Как вообще можно было запустить архивы до такого?! А тут ещё и Ино со своим желанием помочь. — Уверена? А мне кажется, что… — договорить блондинка не смогла. Дверь открылась и в кабинет вбежала перепуганная медсестра. — Мина? — Т-там Какаши-сан. Очень тяжёлое ранение.       Дальше Сакура слушать уже не стала. Лишь бы успеть вовремя, лишь бы не опоздать! — Восьмая операционная! — Уже вдогонку ирьенину крикнула Мина.       Халат, перчатки, маска… Как же долго! У неё, возможно, времени почти не осталось. Розоволосая вбежала в помещение, сходу оценивая состояние бывшего учителя. Критическое, шаннаро! Открытая рана на груди, точно повреждены внутренние органы…       Для начала нужно остановить кровотечение, а потом заняться остальным.       Операция длилась около четырёх часов, на протяжении которых Сакура ни на шаг не отходила от Хатаке. Ей кажется, что, отвернись она от него хоть на минуту, и всë будет кончено. Лишь, когда жизни мужчины ничего не угрожает, ирьенин устало привалилась спиной к стене и облегчённо выдохнула. Спасён!       Харуно не понимала, почему сердце так бешено колотилось. Не хотела понимать, потому что боится снова обжечься. Когда Какаши стал для неё настолько дорог? Когда у неё начало перехватывать дыхание, когда он находится слишком близко? Когда она… Влюбилась? Нет, глупости! Он, хоть и бывший, но её учитель. Как ей только в голову могло прийти что-то подобное?

***

— Какаши, слева!       Чакры почти не осталось, а нукенины всё ещё превосходили их по количеству. Пятеро против двоих. Им удалось обезвредить большую часть нападавших, но этого всё ещё недостаточно.       Хатаке, мысленно благодаря куноичи за подсказку, быстро отразил атаку слева. Уклониться, уйти немного в сторону и вонзить кунай прямо в сердце — четверо против двоих.       Странно, что команда Какаши всё ещё не отправилась на его поиски. Тензо, мирно ждущий возвращения семпая? В это как-то слабо верится. Может, это была засада и на них тоже напали? Тогда стоит поторопиться. Пусть у мужчины осталось не так много сил, но оставлять своих товарищей он больше не собирался.       В противоположной от Копирующего ниндзя стороне, раздался грохот и пепельноволосый в очередной раз поразился той силе, которая скрывалась в этом хрупком теле. Сакура стала сильнее, и к этому уже давно пора было бы привыкнуть.       Трое против двоих. — Что, Какаши-сенсей, уже сдаëтесь? — Девушка тяжело дышала, но всë равно улыбалась. Они оба в крови, грязные и потные, но отчего-то довольные тем, что рядом друг с другом. Стоя плечом к плечу, страхи отступали, и появлялась надежда на лучший исход. — Не дождёшься. Я ещё не настолько стар.       Когда бой окончен, на поляне появились АНБУ. Вовремя, ничего не скажешь.       Сакура, оглядев Хатаке и удостоверившись, что с ним всё в порядке, теряет сознание, тихо шепча: — Ты цел…       Всë-таки, они справились и все остались целы. А её раны заживут, она это знает. Тем более рана от куная, брошенного особо ловким нукенином, не такая уж и глубокая, как кажется на первый взгляд…

***

      Мужчина раздражëнно выдохнул и сел на подоконник. Вчера, когда они прибыли в Коноху, поговорить с Сакурой у него не вышло. Хотя бы потому, что она всё ещё была без сознания, а потом, когда Цунаде её осмотрела и убедила Хатаке, что ей ничего не грозит, его отправили отдыхать.       Зато сегодня с утра-пораньше Какаши решил нагрянуть в больницу и поговорить с бывшей ученицей. Внутри у него был полный беспорядок. Мысли путались, дыхание сбилось, и сосредоточиться на чем-то получалось из рук вон плохо.       После войны их отношения с Сакурой изменились. Оба — герои, уважаемые шиноби и больше не учитель с ученицей. Они виделись редко, то ли из-за того, что Какаши часто был на миссиях, а Харуно пропадала в госпитале, то ли по совершенно другим причинам. Но, несмотря на нечастые встречи, каждая из них была по-своему особенной.       Прогулка в парке, когда куноичи что-то воодушевлëнно рассказывала про новое дзюцу, а Какаши внимательно слушал её. Она кажется такой живой и яркой по сравнению с ним, что у мужчины дух захватывает. Хочется дотронуться до этого света, исходящего от неё, но он понимает, что не имеет на это права. Саске. У неё есть Саске.       Первый раз, когда Сакура увидела его без маски. Он в очередной раз, едва ли не ценой собственной жизни, спас товарищей. Помнится, тогда ирьенин впервые повысила на него голос и попросила больше так не рисковать, а Хатаке… С глупой улыбкой на лице провёл по щеке девушки рукой, виновато улыбнулся и заснул, оставляя смущëнную Харуно наедине со своими мыслями.       Таких моментов было достаточно, чтобы в душе Какаши появились сомнения о том, что же он, в конце-то концов, испытывает к бывшей ученице. Без сомнения, они стали ближе, но могли ли они позволить себе сделать этот шаг от дружбы к чему-то большему? — А вдруг Сакура-сенсей не любит эти цветы? — Звонкий голос одного из генинов, которого, кажется, Копирующий ниндзя видел в лесу вместе с розоволосой, заставил мужчину прийти в себя.       Напротив палаты, где сейчас лежала куноичи, остановилось трое подростков. Йоши держал в руках букет, Амино — пакет с фруктами, а Тоу переминался с ноги на ногу, не решаясь постучать. — И что вы тут забыли?       Генины вздрогнули и повернулись лицом к Хатаке. — Мы сенсея проведать, — прошептала блондинка и отступила за спины товарищей. Всë же, находиться под пристальным взглядом самого Копирующего было для Амино делом нелëгким. — Даже так, — мужчина усмехнулся. Вчера, когда они направились обратно в деревню, по пути как раз подобрали эту троицу. Двое из них активно пытались уговорить третьего, кажется, Тоу, если Хатаке не изменяет память, не возвращаться за Сакурой, потому что он в одиночку ничего не сможет сделать. И, если бы команда Какаши не оказалась рядом, то страшно было бы представить, чем могла закончиться первая миссия этих ребят за пределами деревни. — А не слишком ли рано вы пришли? — А вы? — Брюнет не успел прикусить язык, прежде чем до него дошло, что так разговаривать со старшими не стоит. Особенно конкретно с этим старшим. — Кто тут расшумелся с утра? — Сакура, ещё более бледная, чем обычно, с синяками под глазами, но уже более «живая», чем вчера, выглянула из палаты в коридор. Её разбудили чьи-то смутно знакомые голоса, и она решила проверить, кого принесло в такую рань в больницу. — Какаши? Ребята? — И вновь она обратилась к мужчине просто по имени, совершенно не понимая, как это на него действует. Хатаке вновь думал о том, что давно перестал воспринимать девушку просто как друга и от этого на его душе становится тяжелее. Его чувства лишь его и обременять молоденькую куноичи на жизнь с шиноби, повидавшим многое… — Мы на минутку, Сакура-сенсей, — Амино, лучше двух своих сокомандников, понимала, что сенсею и Какаши-сану стоит поговорить, а они будут только мешаться. Поэтому блондинка, вырываа букет из рук Йоши, передала его вместе с фруктами мужчине и утащила мальчишек из госпиталя. — Что это с ними? — Удивлëнно произнесла Харуно и вернулась обратно в палату, отчего-то зная, что пепельноволосый пойдёт следом. Останавилась около окна и повернулась лицом к бывшему учителю.       Он молчал, и она не решалась продолжить разговор, разглядывая стоящего перед ней Хатаке и прикусывая нижнюю губу. Сакуре неловко рядом с ним, она смущалась и слабо понимала, отчего у неë такая реакция. Неужели, между ними действительно что-то большее, чем просто дружба?.. — Знаешь, Сакура, — Какаши убрал букет вместе с пакетом на прикроватную тумбу и подошёл к девушке, замер в паре шагов от неё и поерошил волосы на затылке. Слова словно застряли что-то в горле, и он не мог ничего сказать. Что он вообще тут забыл? Да, пепельноволосый вчера, когда куноичи упала в обморок, так с кем не бывает? Даже если она первоклассный медик, это ещё не значит, что она застрахована от всяких случайностей, — кажется, я…       Розоволосая впервые видела, как мужчина запинается, пытаясь что-то ей сказать. Если честно, то она и сама чувствовала себя неловко рядом с ним. Именно сейчас они оба понимали, что никакой дружбы между ними быть не может, и Какаши… Решает отступить. Нет, он не хочет, чтобы она потом всю жизнь жалела, что связалась с ним. — Что ты, Какаши? — Ирьенин улыбнулась и сделала шаг навстречу. Кажется, если она этого не сделает, то он так и останется стоять на месте. В голове у Харуно будто что-то щëлкнуло, и она отчётливо поняла, чего ей хочется сейчас. Ещё шаг вперёд, и она почти прижалась к мужчине. Нерешительно подняла руку к его лицу и провела пальчиками по краям маски. Не встретив сопротивления, потянула ткань вниз. Любовалась тонкими губами, родинкой рядом с ними и, приподняв голову вверх, встретилась взглядом с Хатаке. Она смотрит недолго и смущëнно отворачивается. Да что это такое с ней?! Какого чёрта она вообще сделала это? — Посмотри на меня, — голос у Какаши хриплый, а Сакура совсем растерялась и смутилась. Облизала пересохшие губы и вновь повернулась к мужчине.       Время остановилось. Она тонула в этих графитовых глазах, судорожно цеплялась ледяными пальцами за его жилет, а он больше не мог сдерживаться. Поддавшись вперёд, накрыл её губы своими, сминая их, расставляя все точки над «i» в их отношениях. Или ещё больше запутываясь? Но думать об этом не хочется. Тем более, когда Сакура так робко отвечала на его поцелуй, обнимая обеими руками за шею, желая быть ещё ближе. — Черт, Йоши, ты мне ногу отдавил!       Шëпот Тоу в тишине палаты казался слишком громким. Харуно резко отстранилась и покраснела, вызвав тёплую улыбку на лице Какаши. — Брысь отсюда! Я вам покажу, как подглядывать! — Сакура разозлилась и выглянула из-за мужчины. Генины, нервно икнув, скрылись из виду. Всё-таки, любопытство — страшная штука! Оно уже погубило ни одного шиноби. И сейчас единственным, кто мог спасти троицу Йо-То-Ами, как мысленно окрестила их розоволосая из-за того, что слишком уж они напоминали ей Ино, Шикамару и Чоджи, от скорой расправы, был Хатаке, всё ещё прижимавший девушку за талию к себе. — Потом. Сейчас есть кое-что важнее.       Какаши продолжил улыбаться. Харуно ни капли не изменилась. Перед ним находилась всё ещё та ранимая и эмоциональная девушка, которую он и… Полюбил? Впрочем, у них будет ещё время, чтобы окончательно разобраться в себе и своих чувствах. Тем более, что первый шаг к общему счастью уже сделан.