tsunami

      Ты сидишь на коленях Намджуна и обнимаешь парня за шею. Он уже немного пьян в отличии от тебя: смеётся над глупыми шутками Джина и Чонгука, не пытается их разнять в шуточной бойне, даже не реагирует на косые взгляды Хосока на вас и лишь прижимает за талию ближе к себе. В комнате атмосфера приятная, хоть и высокоградусная. Ты чувствуешь себя будто под тёплым и мягким одеялом, но сильно отвлекает холодок вдоль спины от чьего-то взгляда.       Юнги не может на это смотреть, ревность горькой желчью разъедает нутро. Его это бесит, хочется оторвать тебя от Джуна, когтями вцепиться в твою кожу и не отпускать. Злость и холод крепкой хваткой оцепили горло, фаланги пальцев кажется почти окоченели. Его гнев пробирает. Кажется, что даже сигаретный дым стал бы черным.       Парень уходит на кухню и снова наливает бокал. Хотя зачем, проще уже из горла. Откидывает посуду и присасывается к бутылке, пьет жадно, крупными глотками, будто это поможет заглушить всё что так колотит изнутри. Ему больно? Ему неприятно? Ставит бутылку с грохотом на стол и жадно хватает воздух, а перед глазами пальцы Джуна, которые перебирают твои волосы и как тот парень обнимает тебя за плечи. Злость снова, как лава из вулкана, поднимается вверх и горло снова саднит от привкуса желчи. Мин падает на колени перед столом, еле удерживаясь пальцами за столешницу. Ему надо валить, надо срочно отсюда уходить пока он совершил ошибки, о которых будет сильно жалеть.       Внезапно парень чувствует, как чьи-то руки сжимают его плечи. В груди, буквально на несколько секунд, затихает буря.       - Хён, вставай, с тебя уже хватит, - Хосок присел рядом с другом и сжал пальцы на его плечах.       Юнги оседает на пол. Это не ты. Почему это не ты? Не ты пошла за ним следом, не ты оставила Джуна, не ты положила руку на его плечи. Это мог быть кто угодно, но должна была быть ты.       Мин мотает головой, пытается встать, но внутреннее дерьмо и алкоголь раскачивают его как при шторме. Хосок берёт парня под руки и что-то говорит про норму, алкоголь, дерьмо и друзей. А друзья ведь не обнимают так девушек своих друзей? Даже бывших девушек своих друзей? Им нужно обязательно об этом поговорить, а пока Юнги чувствует, как падает на что-то мягкое и это явно не ковёр на полу.       А ты ведь также сидела на коленях парня несколько недель назад. Обнимала за плечи, целовала влажными губами в шею. Он даже сейчас чувствует нежность твоей кожи на подушечках своих пальцев. Он так любил, когда ты тыкалась носом в его щеку «Котенок, идём домой. Лил-лил мяу» Он улыбается. Часто, когда Мин улыбался, ты брала его щечки в ладони и целовала в нос. Тогда его немного раздражали эти «милости», а сейчас эти же воспоминания душат его. Они словно шёлковые ленты нежно обвивают лёгкие и перекрывают кислород, до боли сжимая органы.       - Юнги, ты в порядке? – парень чувствует чье-то присутствие, и как холодная ладонь ложиться на горячее лицо. Заботливые пальчики убирают пот с висков и лба. Хочется льнуть к этим рукам, ластиться и так надеяться, что это ты.       - Я люблю её. – начал парень монотонным голосом. – Я чувствую себя нужным рядом с ней, всем телом и душой. Меня кроет без неё. Я этим же вечером пожалел, что отпустил. Мне пусто без неё. Знаешь, она как-то говорила, что во французском языке нет фразы «я скучаю по тебе», ты говоришь что-то типа tu me manques, это значит «ты отсутствуешь у меня». Я не люблю это «ты отсутствуешь у меня», она как будто моя часть или орган, или кровь, текущая по моим венам. Я не могу без неё. Я знал, что ей нужны эмоции, прикосновения, внезапные поцелуи, но я не могу так много выдавать. Не умею я сюрпризы делать, придумать все эти романтические сопливые причуды как в дорамах. Я не понимал, что люблю её даже. Мне казалось, что она просто со мной. А теперь она у меня отсутствует и мне больно.       - Тогда почему так легко отпустил?       По телу парня пробегает заряд тока под 500 вольт. Юнги резко вскакивает и пытается найти источник звука. Это точно твой голос. Его взгляд безумный, расфокусированный, с ноткой надежды. Ты пришла к нему, сейчас ты рядом с ним.       Парень валит тебя на кровать и прижимает сверху, несмотря на протесты с твоих губ. Ему просто коснуться и станет легче, определенно это цунами внутри стихнет, как только он поцелует тебя. От дыхания Мина несёт перегаром, его губы мажут по твоим, он не будто и не слышит твоих слов.       - Юн, отпусти меня, - говоришь сквозь зубы, пытаешься увернуться, а парень лишь сильнее сжимает, даже впивается ногтями в кожу. – Мне больно.       - Мне больно! Мне тоже чёрт возьми больно!       Мин резко встает на колени и нависает над тобой. Ты бы могла сказать, что он вымотан, если бы не крепкая хватка на запястьях. Дыхание сбитое, рваное и внутренние всхлипы рвутся наружу. Ему нужно было, чтобы ты пришла. Ты здесь, но его шторм не утихает. Он хочет снова поглотить тебя, как океан, забрать тебя всю без остатка.       Он прижимает твои запястья к кровати и касается губами шеи, сначала нежно и мягко, почти невесомо, затем резко прикусывает и посасывает кожу. На шее явно будет огромный, багрово-синий засос.       - Поцелуй меня, как обычно ты делаешь, - Юнги проводит кончиком языка по контуру губ. Проникает языком в приоткрытый рот и даже не дёргаться, когда ты кусаешь его за кончик. Он уже отпустил твои руки, теперь его пальцы перебирали твои волосы. Сейчас он уверен, что больше никому не позволит их коснуться, переломает остальные культяпки, как барабанные палочки. А ты вырываешь протяжный стон из его груди, когда посасываешь губами его язык. Так делаешь только ты, и это до сих пор сносит его крышу напрочь. Это твой личный запрещённый приём. Он позволяет себе раствориться в тебе, он смачно целует твои губы, будто его пробирает жажда.       Ты впервые видишь Юнги таким. Ты поверить не можешь в эти эмоции, которые ему всегда было тяжело показать. А сейчас вас двоих они захлестнули с головой, топят, без возможности глотнуть воздуха. Неужели надо было вывести твоего каменного Мин Юнги на ревность, чтобы услышать эти слова       - Безумно люблю тебя, - бредовый шёпот в губы между поцелуями. Юнги долбит и разрывает от ощущений. Он берёт твою руку и просовывает под майку, к оголённой кожи груди, где сердце. Накрывает твою ладонь своей, чтобы ты чувствовала его сердцебиение. Ты держишь вторую ладонь на своём сердце, ведь сейчас ты буквально на краю. – Люблю.       – А я тебя нет, - нагло врёшь глотая внутренние слёзы. - Я не могу любить камень, Мин Юнги.