Связи

      С тех пор, как Джек обнаружил новое логово Кромешника, он стал наведаться к нему едва ли не каждые две недели. И продолжалось это уже второй месяц. Внутрь парень заходить не рисковал, а вот хозяина ловил регулярно. Как правило, они просто слегка трепали друг другу нервы замысловатыми и не очень шутками. Попутно Джек пытался выведать у Питча разные интересующие его вещи. Он, например, узнал, как Питч обнаружил его на Южном полюсе. Узнал, что в планах Кромешника теперь захватывать мир не ультимативно, а скрытно и незаметно (как уже давно делают сильные мира сего). Что бровей у него не было никогда, а темнота вокруг его глаз это не смоки-айс. - Снова ты? - недовольно спросил Кромешник, как раз собирающийся зайти к себе. - ЗдорОво, Питч! - весело и развязно начал Джек, прищурившись. - Фрост, тебя самого не смущает то, как часто мы видимся? - отвечал Король кошмаров голосом, в котором, как всегда, сочеталось нечто чарующее и опасное, будоража, заставляя постоянно быть на чеку. - Мне нравится тебя доставать, - довольно ответил трёхсотлетний юнец. - А у тебя что, есть свои предположения? - шутливо добавил он. - Ну, очевидно, что мы с тобой связаны, Джек. И ты не можешь этому противиться. - Ну ты и сказал, Питч! Может, это ты переносишь свои нужды на меня, а? Стыдно признать, что самому нужно общение? - усмехнулся ледяной дух. - Стыдно тут, пожалуй, только тебе, Фрост. - Пожалуй, нет! Говорю же, нравится тебя доставать. А ещё устраивать себе тренировочки! - Хах, ты ещё не знаешь, что такое настоящая "тренировочка" от меня. А покопайся ты в себе получше, обнаружил бы то, что боишься признать. Тебя ведь так и не отпустило произошедшее на Южном плюсе... Наш диалог, про одиночество и семью, - конкретизировал Питч с высокомерной улыбкой. - Допускаю, ты говорил мне это только ради того, чтобы переманить на свою сторону, - скрестил Джек руки, довольный своей способностью делать беспристрастные предположения о ведущихся с ним психологических играх. - Но у тебя есть надежда, что это не так, да? Вот и прощупываешь при любой удобной возможности. Тебе ведь необходимо чувствовать эту особенную связь между нами. Оно и понятно. Ни с кем другим такая не установилась.       Пару секунд Джек недовольно глядел на Кромешника. Была связь или нет, а только Фросту совсем не нравилось, как об этом сейчас говорится. - Нет у нас никакой особенной связи, Питч! - наконец выпалил он.       Кромешник засмеялся, чуть запрокинув голову, а затем посмотрел на Джека абсолютно серьёзным взглядом. - А впрочем, ладно, Фрост. Знаешь, мне и самому уже надоело играть с тобой. Ты прав... Связи нет, - тон Кромешника стал ниже и грубее, взгляд пронзительнее. От этой резкой перемены и сам Джек чуть изменился в лице. - Это действительно был способ привлечь тебя на свою сторону. Я просто знаю, что и когда говорить, чтобы спровоцировать определённые эмоции. Могу подстраиваться под каждого своего зрителя, мимикрировать, знаешь ли, - Кромешник словно сбросил с себя маску. Исчезла его обычная манерность. Чарующий оттенок голоса почти полностью пропал. С Джеком теперь будто говорила чистая опасность, воплощение страха, как оно есть. - Ты наверняка заметил, что я отличаюсь от хранителей и многих других сущностей. В эмоциональном плане я тоже на вас не похож. Думал, почему я вообще допускаю эту болтовню с тобой? Боги требуют крови, потому что бескровны. Духам требуется вера, потому что они не могут верить в то, что знают наверняка. Мне нужны такого рода переживания, потому что сам я на них не способен.       Аргументы Питча звучали твёрдо и убедительно. Джек чувствовал, что все эти слова и то, как они произносятся, оказывают на него странное, не поддающееся контролю влияние, и что Кромешник сейчас не просто преобразился, а предстал перед ним таким, какой он на самом деле. - Твои чувства мне не знакомы, Фрост. Я просто умело отразил то, что в тебе увидел... И ты всерьёз считаешь, я бы не свихнулся за свои тысячи лет, если бы ощущал всё так, как ты? Меня интересовали власть и твоя сила. Возможность её использовать. Ты был бы пешкой в моей игре, хоть и со способностями более статусной шахматной фигуры. Надо было лишь время от времени давать тебе реакции, в которых ты нуждался и которых больше нигде не получил.       У Джека стал ком в горле. Он смотрел на Питча, все ещё удивляясь, что не слышит в его голосе привычных ноток иронии, и переживая волну возмущения от такого хладнокровного восприятия мира. - Однако ты зря думаешь, что это какая-то изощрённая жестокость с моей стороны. Ты встречал хоть кого-нибудь, кому действительно было до тебя дело? Удалось ли тебе подружиться с какими-то сущностями до того, как ты стал хранителем? А ведь времени завести друзей было предостаточно. Может, дело в тебе? - сделал Кромешник многозначительную паузу. - Хотя, может, и в других... Одинокий дух, шатающийся по миру без цели. Но никто не задумался о тебе в драматичном ключе, да? Никто не увидел в твоих выходках нечто большее, чем бессмысленные проказы. Хранители приняли тебя, только когда ты стал одним из них. Теперь они, должно быть, тебя поддерживают, но не похоже, чтобы раньше они тобой вообще интересовались. Когда ты так нуждался в чьём-то внимании, в помощи. - Джек почувствовал, как у него что-то сжалось внутри. - Согласись, это как-то... искусственно. Когда помогают только своим, тем, с кем связаны общим делом. По воле внешних сил.       Парень ничего не отвечал и продолжал внимательно смотреть на Питча. - Забавно даже: ты всё беспокоился что тебя не видят люди. А ведь духи тоже тебя не видели. Не хотели увидеть тебя настоящего. А ты так этого жаждал, что мне хватило лишь пары фраз, чтобы ты опустил свой посох тогда, - в этих словах прозвучала насмешка, совсем непохожая на обычные. Она будто ещё больше продемонстрировала непохожесть Джека и Кромешника, указала на непреодолимую пропасть между ними.       Фрост хотел было возразить, как-то всё оправдать: - Лу.. - Луна - да. Впрочем, почему она не могла дать тебе кого-то? Ну, знаешь, друга, наставника. Кого-то, кто на тебя похож. Или хоть какую-то подсказку, как всё это найти. Станешь отрицать, что порой на неё злился? Потом, конечно, винил себя за это. Как можно? Как забыть ту ночь на озере, тот чудесный свет и внутреннее успокоение после страха и холода? А если я скажу, что Луна дала мне указание прийти к тебе тогда? Что я был там с тобой, в темноте озера, и обрабатывал твоё сознание, чтобы появился контраст и в итоге всё выглядело бы как спасение. Чтобы ты проникся к Луне... доверием, - вновь усмехнулся Питч, - и не бунтовал лишний раз... Считаешь, ты был бы пешкой только в моей игре? Ты давно уже пешка, Фрост. В играх более масштабных.       Эта последняя фраза и всё сказанное ранее ввело Джека в настоящий ступор. Он уже не смотрел на Кромешника, он смотрел куда-то перед собой, продолжая впадать в оцепенение. - Подумай сам, разве Луноликий допустил бы с тобой такое, если бы всё было по-другому?.. Разве хранители делали бы то, что делают, если бы от этого не зависела их сила и сама их жизнь? Ты всё искал ответы на вопросы, думал, как устроен мир... Мир построен на эгоизме, Джек, и удовлетворении личностных нужд. Дело лишь в иерархии.       Кромешник говорил с непоколебимой уверенностью, словно открывал Джеку истину, которую точно знал, будучи одним из древнейших антропоморфных существ на планете.       Джек крепко сжимал посох. Его дыхание совсем потерялось. Мир, в котором нет бескорыстных связей, в котором нет доброты и сочувствия. А если и есть, то они существуют лишь как побочный эффект, и вовсе не предполагается, что душа может в этом так сильно нуждаться и что ей это будет предоставлено. Мир, в котором, вся его перенесённая боль, все его надежды - это один большой побочный эффект, который никогда не учитывался как что-то значимое и подразумевающее эмоциональный ответ.       Парень сделал пару шагов назад. - Я не верю в это... - произнёс он словно в бреду, очень тихо. - Я не верю в это... - состояние Джека становилось похоже на паническую атаку. - Я не верю в это, я не верю в это, - говорил он всё громче, понимая рассудком смысл этих слов, но совершено его не чувствуя: моменты его прошлого вопили сейчас гораздо громче. - Я не верю в это. Я не верю в это! Я не верю в это! - он уже почти кричал, по-прежнему глядя в никуда и всё крепче сжимая посох. Вокруг стал подниматься кручёный ветер, в нём беспокойно заметались снежинки. - Да ладно, Джек, успокойся, - Кромешник подошёл к нему и крепко вцепился в его плечи, даже чуть приподняв. Юноша перевёл на него полные ужаса глаза. - Дыши, дыши! - сказал Питч с несколько саркастичной усмешкой. - Не тебе же одному всех разыгрывать. - Будто невзначай добавил он очень спокойно, улыбаясь с совсем уже обычным самодовольством.       Джек смотрел на него ошарашенным взглядом, пытаясь что-то сообразить. "Разыгрывать?.. Что он говорит?.. Это была такая "шутка"?" - Это... Это не?.. - парня по-прежнему трясло, он всё ещё задыхался от перенесённого шока. - Это то, что я захотел сказать, чтобы вызвать у тебя определённые эмоции. Но посуди сам... До каких глубин отчаяния нужно опускаться, какого чувства беззащитности достигать, чтобы они проявились так быстро?       Питч медленно разжал руки, пятки Джека коснулись земли. - Это... Это неправда? - еле выговорил Фрост. Его сейчас даже не смущало, как он общается с Кромешником, насколько явно демонстрирует свой страх, который, казалось, был в разы сильнее того, что ему пришлось перенести однажды в логове. - Неужели ты так и не понял, Джек?.. Я лишь озвучил твои собственные опасения. Просто запрятанные глубоко внутри. Поэтому ты так легко и принял их на веру, - Питч немного отступил. - Считаешь, ты не хочешь этой связи? Считаешь, без неё было бы правильнее и легче? А теперь подумай и скажи ещё раз.       Джек вдруг почувствовал, что Кромешник, прежний, вернулся, во всяком случае Джек ощутил, как хочет этому верить. Его эмоции были похожи на те, что он испытал, когда увидел Кромешника в пещере и испугался, что тот умрёт, что он потеряет его навсегда. Не заботясь о том, какое впечатление производит и как это отразится на его самовосприятии после, парень резко налетел на Питча, уперевшись согнутыми руками ему в грудь. Кромешнику от такого удара даже пришлось сделать шаг назад, впрочем, он был вполне готов к подобному жесту и чуть слышно ему усмехнулся. - Ты... Так ты можешь всё это чувствовать? - почти умоляющим тоном спросил прижавшийся к нему Джек. - Не советую полностью в это верить, - ответил Кромешник с лёгкой ухмылкой. - Но... ты же сам видел меня в логове после проигрыша, ещё и постоянно шутил над такими проявлениями с моей стороны. Быстро же ты списал всё это со счетов. И не только это... - в качестве хоть какой-то компенсации Питч положил руку на плечо Фроста, будто отвечая на это странное объятие. - Ну а я неплохо отомстил за твои шуточки, а?       Джек закрыл глаза и крепко вцепился пальцами в одеяние Кромешника. Он не мог ничего сказать. Не мог шутить, не мог злиться. У него просто не осталось на это сил. Сейчас он мог лишь застыть в таком положении и получать от Кромешника что-то, что невозможно было бы получить от существа, которое тот играл минуту назад.       Джек определённо не предполагал такого финала этой встречи, Не мог даже подумать, что однажды позволит себе нечто подобное.       Прошло секунд 10. Кромешник не отстранялся и не убирал руку, как бы давая Фросту хоть немного прийти в себя. - Мы не друзья, Джек, и не соратники. И на мир смотрим совсем по-разному. Но ответь на главный сегодняшний вопрос: есть ли эта особенная связь между нами? -... есть, - тихо ответил Джек после небольшой паузы, не открывая глаз.       Внезапно он ощутил, что теряет опору. Парень открыл глаза и увидел, как его руки падают в пустоту. Кромешник исчез, растворившись в воздухе, что вполне соответствовало его возможностям и его стилю. ***       Фрост стоял на месте, словно оглушённый. Случившееся напоминало отклонение маятника на небывалую амплитуду. А сейчас маятник вернулся в свою изначальную позицию, будто и не менял её вовсе.       Джек не был готов к той бездне, что перед ним раскрылась. Причём в нём самом. Он почувствовал, что сейчас у него нет никакого резона вновь в неё погружаться. Влияние оказано. Вывод сделан. А он, также быстро, как погрузился в эту пучину, так же быстро из неё и выбрался. Быть может, она ещё напомнит о себе. Но пока он не испытывает желания или потребности в неё опускаться и даже просто заглядывать.       Джек всё больше возвращался к своему нормальному состоянию. И правда, как он мог списать со счетов столь многое, и в своём прошлом, и в том, что связано с Кромешником?       Питч был точно способен по крайнем мере испытывать страх и обиду, уж не говоря о том, что он обладал чувством юмора, хоть и специфическим. (А для Джека наличие чувства юмора всегда было признаком эмоциональной глубины.)       Кромешник назвал его пешкой, но, если говорить на чистоту, Фрост стал едва ли не ключевой фигурой в финальной схватке с ним. Интересно только, правда ли Кромешник был с ним тогда, в озере. Ведь Джек знал от хранителей, что к Луне Питч тоже имеет отношение. Впрочем парень понял, что пока не готов это узнать. Да и у него нет никаких гарантий, что Питч скажет об этом правду. А по поводу того, как Кромешник видит эмоциональное содержание других душ, вообще оставалось много вопросов. Его манипуляции с совмещением реальных фактов, лжи, смутных недостроенных предположений и личных переживаний самой жертвы - это всё-таки было крайне эффектно... "Надо будет подробнее расспросить о нём хранителей..." - отметил для себя Джек.       Хранители... Сейчас они действительно поддерживали Фроста, приняли его как члена своей семьи. Джек не мог в этом ошибаться и не мог этому нарадоваться. Что же касается его прежнего одиночества... Так ведь и Джек не раз ловил себя на мысли, что был вовсе не там, где ему следовало быть, не помогал тем, кому действительно стоило помочь. Просто потому что не мог всего знать... А сам он никогда не привлекал к себе подобного внимания, не просил ни у кого поддержки. Парень вполне соответствовал образу свободного озорного духа, и не хотел здесь что-либо менять. Может, и зря, конечно... Впрочем, были те, с кем он делился переживаниями.       Например, ещё задолго до становления хранителем он очень сдружился с Песочником. Песочный человек вообще располагал к себе, проявлял себя как весьма лояльную, доброжелательно и понимающую сущность. К тому же он был немым, а это означало, что сказанное Джеком не пойдёт дальше. Однако Фрост также понимал, что из-за этого сам Песочник не может ему толком что-то рассказать о себе (хотя Джек всегда очень старался понять его "речь"), поэтому парень имел совесть и не грузил светлого духа собой сверх меры. Но не один Песочник был у него в друзьях. Фросту удалось завоевать авторитет у самого Ветра, бестелесного древнейшего духа, который поначалу над ним смеялся за его юный возраст и внешнюю форму, а потом даже стал ему помогать, что было по-своему уникально. И с другими духами Джеку нередко удавалось найти общий язык, пусть этого и недоставало, чтобы полностью утолить его одиночество.       Но, в конце концов, далеко не только одиночество он испытывал в своей жизни. Джек вполне осознавал, что во многом его жизнь была удивительной, открывала перед ним уйму возможностей, другим недоступных. И что в ней всегда можно было найти крупицы света и смысла, которые помогали продолжать путь, давали возможность оставаться собой и позволили ему стать в итоге... Хранителем детской радости, не мыслящим мир без доброты и сочувствия и готовым проявлять их даже по отношению к сущностям, вроде Кромешника... С кем, как выяснилось, у него тоже есть очень сильная связь... И связи этой он, как ни странно, боится не так сильно, как её потерять.       Впрочем, пока Джек решил не соваться к этому неоднозначному существу, которое явно оказалось сложнее, чем он думал. И которое ему только предстояло по-настоящему узнать. Если, конечно, это в принципе возможно, и главное, если он сам на это решится...