Я все верну.

      “И все-таки, эти новые методы определенно странные, - схмурив брови на пороге кабинета, подумал Тсуна. – Ладно уж, что только не сделаешь, лишь бы выйти отюда...” Вот уже три дня занятия проходят в форме “медитаций”. Однако кроме Реборна в круг добавился еще один человек, представившийся местным интерном – Рокудо Мукуро. Странный тип, вечно заканчивающий все свои изрекания каким-то странным “ку-фу-фу”, навевал еще большую странность на нового психотерапевта.       Но, Тсуна решительно не обращал на это внимание. Он все время смотрел в глаза Реборна, не понимая, откуда в них такая боль. Каждый раз, когда они встречались взглядами, мужчина резко отводил взгляд, пытаясь при этом завязать новую тему для разговора. - Тсунаеши-кун, как ты смотришь на то, что бы прогуляться? – неожиданно задал вопрос Реборн. - А.....мне вообще можно? – удивленно спросил он. За все время, проведенное здесь, парень ни разу не покидал стен лечебницы. Для него внешний мир был чем-то недосягаемым, по крайней мере, в ближайшее время.       Хмыкнув, психотерапевт лишь открыл дверь и протянул руку в приглашающем жесте.       Важно отметить, что погодные условия были идеальными. На календаре была середина апреля, что ознаменовывало цветение сакуры. Ступив лишь один шаг из ненавистного им здания, Савада буквально застыл от изумления: подуваемые легким ветерком, в воздухе кружилось множество лепестков цветков прекрасного дерева, слышалось приглушенное пение нескольких птиц и в далеке ярким диском ослепляло солнце.       Он медленно сделал шаг, потом еще один. Медленно пройдя все ступеньки, он резко побежал к ближайшему дереву. - Постой, Тсунаеши-кун! – придерживая шляпу, поспешил за ним Реборн.       Но его никто не услышал. Пробежав всего несколько метров, у парня началась отдышка и он рухнул в мягкую траву, начав водить ногами и руками в разные стороны. - Похоже, что у меня проблемы с физической подготовкой, верно, Реборн-сан? – сказав это, Тсуна заливисто засмеялся.       Он был словно маленький ребенок, впервые увидевший снег или радугу. - Реборн-сан, вы что, плачете? – удивленно приподнялся парень. - Скорее всего, так проявляется аллергия, - отвернувшись, Реборн провел ладонью по щеке.       “Ты киллер элитного класса или сопливая школьница?!” – возмущенно подумал он, мигом стререв следы влаги.       На самом деле, он просто не мог иначе отреагировать на происходящее. Исхудевший парень, выглядящий как беженец с далекой войны, просто смотрит на сакуру и безмерно счастлив.       Неожиданно психотерапевт почувствовал себя в обьятиях. - Я вам безумно благодарен, Реборн-сан, - улыбнувшись во все тридцать два, произнес Тсуна. – Вы первый человек в моей памяти, заставивший меня смеяться, - впервые при встрече взглядов Реборн замер. – Ну что вы, не смотрите на меня так... – замущался Савада. - Скажи, а твои воспоминания начинаются с больницы? – задал вопрос Реборн. - Да, сколько я не пытался вспомнить, все начинается в первой палате и докторе Маммоне-сан, - на этой фразе психотерапевт удивился. – Но теперь я впервые почувствовал себя живым...       Реборн прижал к себе Саваду и легонько потрепал его по значительно отросшим волосам.       “Они все такие же мягкие”, - прикрыв глаза, подумал он.       Позже они еще немного погуляли, после чего Тсуна отправился в свою палату. Реборн же отправился в свой кабинет, где его ждал Мукуро и Хроме. - Какова ваша оценка ситуации? – сразу с порога поинтересовался он. - Скажу прямо, мы в полной заднице, ку-фу-фу, - мрачно произнес хранитель тумана, размешивая сахар в чае. – У него стоит ментальный барьер пламени тумана, который так просто не снимешь. Аркобалено проследовал в глубь кабинета и сел в кресло, попутно рассказав упоминание Маммона в разговоре с Савадой. - Я нашла несколько усилитей пламени в палате босса, - тихо подала голос фиолетоволосая девушка. – Думаю, что они работали по подобию колец, только на расстоянии.       Мужчина гневно фыркнул и достал из кармана сигарету. - Ойя-ойя, а разве Тсунаеши-кун не запретил тебе курить? – ухмыльнувшись, поинтересовался иллюзионист, на что получил лишь холодный взгляд. – Ладно, молчу-молчу. Скорее всего, нам придется постепенно заменять часть пламени Маммона на наше, постепенно ослабляя барьер.       Реборн задумался. Это действительно могло сработать. Если в его палате Докуро успешно нейтрализовала подпитку вражеского тумана извне, то рано или поздно у них появится возможность обойти барьер. - Лады, попробуем, - закинув ноги на стол, заявил психотерапевт. – Сколько это займет? Мукуро подошел к окну. - Все зависит от силы Маммона. Он же такой же аркобалено как и ты, верно? Как я понимаю, он не из робкого десятка, так что придется постараться. Реборн гневно придавил сигарету в пепельнице. - Я не спросил, будет это сложно или нет. Я спросил, как долго это будет длиться.       Хроме заволновалась и принялась успокаивать черноволосого, заверив, что в течение 10 дней при предельной концентрации можно добиться желаемых результатов, после чего туманники допили чай и удалились.       Как только дверь закрылась, из под шляпы вылез Леон. - Доброго дня, напарничек, - грустно улыбнулся аркобалено. – Сколько мне еще придется смотреть на его измученное стрессом и недоеданием тело и на потухшие от жизни здесь глаза? Мне кажется, что сегодня он на мгновение стал похож на старого себя...- в ответ на это Леон лишь молча посмотрел черноволосому в глаза. – Действительно, что ты можешь мне ответить.       Он развернулся в своем кресле и посмотрел на город, погруженный в цветение сакуры. - Обещаю, следующий раз мы посмотрим на нее все вместе.

***

      Как только дверь за санитарами закрылась, Тсуна мигом побежал в туалет и облил себя холодной водой, что бы успокоиться. Сердце колотилось как бешенное, а виной всему являлся он. - Ну вот как можно просто взять и обнять его? Тсуна, ты вообще совесть потерял?! – гневно крикнул он в пустоту болничной палаты.       По привычке начав царапать свою руку, парень начал ходить кругами по комнате.       Было в Реборне что-то загадочное, но в тоже время такое родное и приземленное, что не давало покоя. Это тепло, что он чувствовал на первой медитации, только усиливалось с кажым разом.       Та самая картинка, которую велел представлять доктор: пляж, чайки... Казалось, что все это уже происходило, но во сне. Периодически в его голове возникал образ маленького огонька, тлеющего в центре беспросветной тьмы. Он медленно шел к ниму, казалось, что вот-вот он станет единым целым с пламенем карамельного цвета, но вдруг между ними вставала стена. Она словно давила на парня, из-за чего единственным желанием было убежать.       “Скорее всего, эти новые тактики в лечении Реборна действительно работают”, - неожиданно для себя пришел к выводу Савада.       В дверь постучали. Странно, но такого раньше никогда не было. - И чего я в психушке стучу...- хихикая, на пороге появился Рокудо Мукуро, присутствовавший на сеансах. – Ну что, не против поспать, Тсунаеши- кун?