Я все верну.

- Это очень рискованный план, - протянул Бьякуран после часового собрания. – Вы ставите на кон слишком многое, Реборн-сан. - Уже итак многое стоит на кону, даже без моего непосредственного вмешательства, - огрызнулся он. - На сборы полчаса, встречаемся в холле! – отдав указание, он резко развернулся и удалился из кабинета. - Что-то он совсем не в духе... – подметила Ария.       Как небо аркобалено, она была очень чувствительна к различным перепадам настроения своих хранителей.       “Видимо, он очень привязался к этому парнише...” – тепло глядя мужчине вслед, подумала Джинглио Неро.       Резиденция Бьякурана была в двух часах езды от главного штаба главной мафиозной семьи Италии и Европы в целом. Все собрались вовремя. Не проронив ни слова, все расселись по машинам.       В такой далекой от Японии Сицилии царило тепло и кажущийся с первого взгляда покой: день клонился к концу, диск солнца вот-вот должен был начать опускаться. Из тонированных окон машины был виден берег Средиземного моря, издалека доносились приглушенные крики чаек.       В такие моменты сильнее всего хотелось, что бы эмоциональные качели замедлились, вернув всех в мирные и славные времена.

***

      Первым, что почувствовал Тсуна, был дикий холод. Не открывая глаз, он старался успокоить разбушевавшееся от волнения сердце и пытался отдышаться.       Мысли путалсь. Психбольница, доктор Маммон, самолет... Ледянящий страх сковал тело парня. Все по-прежнему болело, но в данный момент сильнее всего беспокоили затекшие руки, по ощущением находившихся в подвешенном состоянии.       Наконец решившись, Савада открыл глаза. Он находился в небольшой комнате с каменными стенами и небольшим окном с решеткой на стене справа, являющимся по-видимому единственным источником света. Но на данный момент отсутствие яркого освещения было даже плюсом: адаптироваться было намного легче.       Осмотрев комнату, Тсуна поднял взгляд вверх на свои руки и ужаснулся: он был действительно прикован цепями к стене. Попытки встать ни к чему не привели, лишь к боли во всем теле от непривычности движений.       “Что я мог сделать не так? – отчаянно подумал шатен. – Меня хотят продать в рабство? На органы? Все равно я больше никому не нужен... – от этих мыслей на глаза непроизвольно выступили слезы. – Хоть бы Реборн-сан помог...”       Вдруг послышался громкий хлопок стальной двери. В комнату вошел уже знакомый Тсуне доктор Маммон в сопровождении мужчины с длинными серебряными волосами.       “Скорее всего, у доктора Маммона здесь что-то типа подпольного бизнеса”, - промелькнуло в голове у парня. - Врооооой! – после громкого крика блондина Тсуна невольно съежился. – Дорова, мелкий!       Парень чувствовал, как у него начали дрожать коленки. Он медленно начал ползти назад, пока спину не окинуло холодом каменной кладки. Судя по реакции кричащего, такое поведение Савады ему не понравилось. - Маммон, что ты с ним сделал? – повернувшись к малышу, спросил он. - То, что сказал босс, - невозмутимо ответил туманник. – Стер ему память.       После этой фразы Тсуна выпал из реальности. - К-как это... – пробормотал он. – Стёр память? А как же падение с крыши?       После этого крикливый рассмеялся настолько громко, что шатену пришлось прикрыть уши. С каждой секундой его смеха на душе у Савады становилось все паршивее.       “Неужели я все это время жил как подопытная крыса?” - Ладно, хорош прикидываться, - с трудом успокоившись, мужчина подошел к шатену. – Мы знаем, что Вонгола давным-давно сняла блоки Маммона, - вмиг холодное лезвие клинка было преставлено к горлу Тсуны. – Говори, мелкий, где Девятый, а то...       Шатен нервно сглотнул. - Я н-не знаю никакого Девятого... – дрожащим голосом ответил он. – Я д-даже не знаю в-вас, ну только д-доктора Маммона... - Скорее всего ментальные барьеры были сняты не до конца, - подал голос аркобалено. – Скуалло, тут без Бельфегора не обойтись, - сказав это, парочка удалилась.       Услышав хлопок двери, Савада без сил упал на колени. - Моя жизнь снова рушиться, - стараясь не паниковать, пробормотал он.       Но чувство одиночества и собственной безполезности сковало парня. Он сидел, уставившись в одну точку. С потолка капала вода.       Кап-кап. “ Я фальшивка”.       Кап-кап. “ У меня нет прошлого и будущего”.       Кап-кап. “ Меня запытают до полусмерти, а потом добьют окончательно...”       Кап-кап. - Как же меня бесят эти капли! – яростно крикнул он, попытавшись стукнуть кулаком по полу.       Тсуна думал, что у него не получиться из-за цепей, но неожиданно на полу осталась внушительная вмятина, на кулак парня покрывало оранжевое пламя, отдающее карамелью. - Аааааа, я горю! – завопил Савада, мотая рукой в воздухе.       Но пламя исчезло так же неожиданно, как и появилось. Шатен взглянул на свою ладонь.       “ Что это было? – испуганно подумал он, внимательно разглядывая свою руку со всех сторон. – Может цепь была старой и я случайно высек искры при стычке с камнем?”       Размышления прервало хлопанье двери. В камеру вошел коротко стриженный блондин с диадемой на голове. - Ну что же, мне сказали достать информацию любыми способами, ши-ши-ши, - губы растянулись в дьявольской ухмылке, которую незнакомец тут же скрыл за веером из ножей. – Ты как раз освободил правую руку, с нее пытки и начнем.       Блондин подошел и взял Тсуну за руку. В мгновенье на всю камеру раздался дикий вопль. - Это для того, что бы ты понял, что принц серьезен, - пояснил он. – Не будешь отвечать, начну ломать пальцы дальше... Итак, - протянул самопровозглашенный принц, - Где сейчас укрыт Девятый босс Вонголы?       Тсуна отрицательно замотал головой.       “ Что я должен ему сказать!?” – в ответ на это в голове эхом отдавалась пустота. - Ну что молчишь? - сверкнув стилетом в воздухе, поинтересовался блондин. – Неужели сломанного мизинца оказалось мало?       Бельфегор начал действовать вдвойне более жестоко: спустя секунду Савада орал от боли сразу в трех сломанных пальцах. - Я н-не знаю, что вам от меня нужно, - сдерживая подступивгие от боли слезы, промямлил пленник. – Но я ничего не знаю... Я всего лишь п-психически больной. - Ну тогда пойдем по-сложному, раз ты не хотел по-простому... – театрально вздохнув, блондин покрыл свои стилеты ярко-красным пламенем и чачал наносить Тсуне множественные порезы.       “С каждым новым порезом все больнее и больнее, - постанывая от боли, думал Тсуна. – Но его пламя... оно совсем как то...”       Судя по выражению лица Бельфегора, а точнее видимой его части, он начинал выходить из себя. Порезы становились все глубже, местами задевая связки и важные артерии. - Еще пара минут, и ты отключишься от потери крови, ши-ши-ши...       Мгновение – и хранитель урагана Варии был откинут мощной волной пламени неба, исходящего от Тсуны.       “ Я помню, - неожиданно пролетело в голове парня. – Пламя неба...”       Решив не дожидаться, пока противник оклемается, шатен собрал остаток сил и выпустил небольшой сгусток пламени в своего мучителя. Из-за многочисленных ран это получилось очень вяло, но Саваде было не до красоты и точности. - Ты же ведь...Бельфе...- не успев закончить фразу, он откинулся на каменную кладку стены, потеряв сознание от потери крови и переутомления.