Папа против

Глава 5 Сентябрь был перенасыщен событиями. Как хорошо, что он закончился, и серые будни повседневности сожрали остальные месяцы вплоть до середины морозного декабря. Да, декабрь, этот месяц нельзя упустить из виду. Деревья отдали все листья на перегной, чтобы Вы узнали, чтобы вы узнали, что таят в себе последние дни уходящего года. Снежные тучи овладели городом Валюга, минус семнадцать режет щёки без ножа, сугробы, будто капканы для дешёвой обуви. Мало таких счастливчиков, которые любят начало зимы, но они есть и в их число входит Антончик, обожающий прогулки наедине, любуясь пейзажами зимнего города, особенно, когда опускается ночь и уличные фонари освещают разбитые дороги усыпанные снегом. Хлопья укрывают одежду, застилая глаза снежинками. Эх, зима, зима, но сейчас не об этом. После окончания уроков, учащихся одиннадцатого «А» класса, задерживает Лариса Леонидовна. Сперва инструктаж, перед важным событием, а потом, всё остальное. - Дети, сядьте. - А можно домой, я спешу, - соврал Чулков, уставший от наставлений взрослых. - Успеешь, сядь, - приказа Леонидовна, после обратившись ко всему классу. – Не для кого, не секрет, что сегодня у нас в школе проводится новогодняя дискотека… - Да, да, да, - радовалась Оленька, желая показать всей школе, чему она научилась. - Легейда, тише, - сделала замечание классный руководитель. – Вести себя нормально, вы, как старшеклассники должны показать пример, поэтому, кто придёт пьяным, сразу же уходит домой, и завтра возвращается с родителями, - сказала Лариса Леонидовна, имея ввиду прошлогоднюю выходку Валентина Олеговича и его лучшего друга Коврова. – Я надеюсь, вы не опозорите наш класс и будете вести себя достойно. Не драться, не курить в туалетах, не зажиматься с парнями Луговая… - А чего сразу я? – расстроилась Алиночка, уже забыв, кто был тот смельчак. - С учителями не ссориться, не отвлекать человека, который будет включать музыку… - Ди-джея? – спросил Чулков, думая, что сильно пошутил. - В общем, ведите себя нормально, прошу вас, - продолжила Леонидовна, не обращая внимания на глупые выкрики школьников. – Всё, ждём вас ровно в 17:00, до встречи. Школота ломанулась на улицу. Кто куда, а Ростик к Оленьке. - Оль, Оль, подожди, - спешил Камень, перебирая ногами по хрустящему снегу. - Ростик, отвали, - сказала Луговая, до сих пор не простившая Борисовича, за ту выходку в столовой. - Оль, я хотел спросить тебя, - наконец-то догнал Камень, стеснявшуюся девушку. - Спрашивай, и иди туда, куда тебе там надо, - не переставала Алиночка, надеясь быстрее избавиться от одноклассника, чтобы рассказать Легейде о ярком наряде в честь такого события. - Оль, можно я зайду за тобой, чтоб вместе пойти на эту новогоднюю… - Ты дебил, её папа убьёт! – подсказала красавица, зная родителей подруги. - Давай ровно в пять, хорошо? - Конечно, хорошо, - обрадовался парнишка, не зная, что ещё добавить к их разговору. - Камень, иди уже, нам нужно поговорить, - заявила Алина, скрестив руки на груди. - Да, да, конечно, Оль, я обязательно зайду, жди меня, - громко сказал Ростислав, убегая в противоположную сторону от своего дома, где находился маленький рынок в их части города. - Правда он замечательный? – спросила Оля у подружки, после того, как убежал Камень. - Если ты идёшь с этим придурок, то с кем пойду я? - озадачилась, но не обиделась Луговая. - И кстати, я бы на твоём месте не общалась с ним! - Это почему? - Да потому что он с простой семьи, что с него взять? - Ты тоже с простой семьи! И что теперь? - А то, что у девушки есть возможность поменять всю свою жизнь, если она найдёт парня из богатой семьи, тогда… - А своими мозгами никак? - В твоём случае, даже не знаю, может быть, - поджала пухлые губки девушка. – А в моём вообще без шансов. - Ну, ты и дура, - засмеялась Легейда, толкнув подругу в сугроб. - Знаю, - согласилась Луговая, подставив подножку Оленьке, от которой они повалились обе. *** У подъезда Алиночки ожидали два парня. Один из них, был Вовка Ковров, и ему не нравилось торчать здесь, поэтому он повернулся спиной, всем видом показывая своё отношения к девушке, которая подходила к ним, виляя бёдрами. Второй парнишка, улыбался во весь рот, не в силах дождаться разговора. - Что надо? – спросила красавица, подойдя впритык к одноклассникам. - Давай вместе пойдём на дискотеку, - предложил Бочка, всё так же улыбаясь Луговой. - Вместе с этим? – указала пальцем Алина на Коврова. - Слышишь, я не этот, меня зовут Вова, и ты это знаешь! - развернулся лицом к девушке парнишка. - Впервые слышу, мы знакомы? - Алин, перестань, скажи, пойдёшь со мной или нет? – добивался своего Валик. - Как ни странно, мне не с кем пойти… - Не вижу ничего странного, - пошутил Вовка. - Вован, успокойся. - В общем, было бы не плохо, если б ты меня провёл до школы. - Провёл? – удивился Валик, изменившись в лице. - Я имел в виду, чтоб мы там были вместе, - расстроился школьник, позабыв то число и день, когда в последний раз он был вдвоём с одноклассницей. - Там будет видно, - закончила беседу Алиночка, зайдя в подъезд. - Зачем она тебе упала? Видно же сразу - конченая! - Не называй её так, - сказал Бочка, уходя не понятно с чем, после долгожданного разговора. - Не называй её так, - скривился лучший друг, оставшись при своём мнении касательно Луговой. *** - Антончик, ты вернулся, - вскрикнул Андрюшка, встретив сыночка в коридоре. - Папа, хватит меня тискать… - Я не тискаю, просто обнимаю моего любимого мальчика. Лучше расскажи, как прошёл день? - Он ещё не закончился. - Не выделывайся, говори как там в школе? - Всё по старому, сидит у меня в печёнках, - сняв зимнюю куртку, сказал Чулков младший. – А есть что поесть? - Ты хотел сказать покушать? - Поесть, - огрызнулся Андреевич. – Кушают дети в детском саду и бабы, а мужики… - Ладно, хватит говорить ерунду, - перебил сыночка Петрович, устав слушать, как дитя считает себя мужиком, которым Антончик, точно не является. - У меня есть для тебя подарок, закрой глазки… - Папа, хватит так себя вести! - Как? - Как баба! Неужели не видно? - Со стороны виднее, но я всё равно с тобой не согласен. Давай, закрывай глазки, и ты увидишь, что папочка тебе приготовил. - Платье? – пошутил Андреевич, зайдя в зал. - Очень смешно, но нет, - улыбнулся отец, указывая сыну рукой на аккуратно сложенный строгий костюм. – Ну, как тебе? - Это же мой костюм для линейки, - не понял юмора сыночек. - Точно, точно, он самый, - радовался папаня. – Ты его так нормально и не надел, пошёл в какой-то чёрной футболке, а теперь этот же костюм в самое время. - Я не пойду в нём на дискотеку! - Почему ты вечно сопротивляешься, угомонись. Костюм прекрасен… - Вот и носи его сам, а сейчас, как ты говоришь, пошли кушать. - Я так старался, погладил его, может, передумаешь? - Только если купишь мне новый телефон, - предложил парнишка, чувствуя подходящее время для шантажа. - Только если на Новый год. - По рукам, - обрадовался сыночек, часто промышлявший такие фокусы с родным отцом. - Ах, ты ж хитрец, пошли кушать, - тоже обрадовался папаня, уже как месяц назад купив тот телефон, который понравился Антончику в супермаркете. *** - Вов, а ты где? – искала сына мать. - Я в погребе, - кричал из-под земли Ковров младший. - Что ты там делаешь? – нахмурилась Илона Константиновна, ожидая отпрыска возле небольшой открытой дверцы, ведущей в подземелье частного дома. - Варенье мам, - ответил сынишка, вылезая из подвала. – Чего-то захотелось, - продолжил Вова, держа маленькую баночку в руках и бутылку крепкого вина между потных ягодиц. - В общем, я погладила тебе рубашку, она на гладильной доске, а я к папе в центр, меня уже все заждались, хорошо вам погулять, - напоследок пожелала мама, при этом сама ушедшая повеселиться. - Ага, и вам тоже, - сказал Ковров, чувствуя, как медленно скользит бутылка. – Пока, пока. *** - Алина, ты не куда не пойдёшь, - ворвался в комнату отец, уже чем-то возбуждённый. - В смысле? – испугалась Луговая, всё это время после драки не провинившаяся ни в чём. – Я же хорошо себя вела, и оценки нормальные, папа, пожалуйста, это последняя школьная дискотека, ну пожалуйста. Филипп Эдуардович, немного подумав, продолжил: - «Ты никуда не пойдёшь в этом убожестве, Аня, заходи». В комнату вошла мамочка, неся красное платье, взятое на прокат: «Доченька, мы решили тебя порадовать, чтоб ты была самая красивая на новогодней…». - Ааааааа, - услышали родители, зная о том, что это проба высшего качества по шкале настроения их маленькой девочки. - Солнышко, только знай, платье на прокат, поэтому будь с ним осторожней, хорошо? – переживала мама, видя безумные глаза Алиночки. - Ааааааа, - снова услышали папа и мама, видя, как дочка прыгает от счастья. *** 17:00. Три стука в дверь. Парнишка не может успокоить учащённое сердцебиение. Ладошки вспотели. Рот превратился в пустыню, слюна отказывалась выделяться. Ростик продолжает ожидать, но никто не подходит к двери. Ещё три стука. «Идут, Господи, Господи, они идут», - паниковал внутри школьник, перебирая в голове первые слова, которые скажет Оленьке. - Здравствуйте, вы к кому? – открыл дверь отец отличницы. - Э, я это, в общем… - Что? Вы к кому пришли? – не мог вспомнить Александр Давидович одноклассника своей дочери. - Папа, это ко мне, - подбежала Легейда, встретив с улыбкой перепуганного Камня. - Оль, это тебе, - протянул цветы Ростик, видя недовольство папаши. - Молодой человек, вы извините, мы на секунду, - захлопнул дверь Давидович, чувствуя, как злость подбирается к его сердцу. – Это что ещё такое? - Это мой одноклассник, - спокойно ответила девушка, вдыхая аромат разноцветных цветов. – Смотри какие… - Лена, Лен, - звал на помощь Сашка свою жену. - Ты чего кричишь? – подбежала Елена Дмитриевна, увидев не понятную ей картину под названием: «Цветы от незнакомца». - За нашей дочерью пришёл какой-то мальчик! - И что? – вывернулась женщина, выбрав путь защиты ребёнка. - И что? И что? – раздувался Сашка, не в силах сдержать эмоций. – Я против! Оля, ты никуда не пойдёшь. Верни ему цветы и сиди дома! - Папа, - испугалась отличница, крепче сжав букет цветов. - Я всё сказал! - Саш, давай не будем портить этот день, пускай сходят, они же будут под присмотром, - пыталась вразумить мужа Лена. - Под присмотром? Каким ещё на хрен присмотром? - Саша, не выражайся, - сделала замечание Дмитриевна, заметив ошарашенную реакцию дочери, которая впервые услышала от папы такие слова. – Последняя школьная дискотека, она должна там быть. - Этих дискотек у неё будет море, а сегодня точно нет, возвращай цветы! – стоял на своём Александр, не желая отдавать родную дочь в руки неважно какому однокласснику. - Саш, давай так, через два часа мы сами сходим, и заберём её оттуда. Отец задумался. После чего заговорил спокойным тоном. - Там же действительно будут учителя? - Будут, много учителей, - ответила жёнушка. - Хорошо, я согласен, два часа, не больше, но после, этого твоего одноклассника, чтоб я больше не видел, понятно? - Понятно, пап, - ответила грустным голосом Оля, но после ухода папаши из коридора, сразу же прыгнула на шею матери. – Спасибо, спасибо, спасибо. *** Дискотека. Это слово веет ушедшим временем. Ушедшей молодостью повзрослевшей молодёжи. Да, как они там отрывались, распивая алкогольные напитки и куря сигареты на улице возле входа или внутри летней площадки под звёздным небом. Хочется вернуть это время назад, снова почувствовать силу молодости и бесконечных мечтаний в чистое, светлое будущее. Именно поэтому директор школы №7, назвала новогодние танцы - дискотекой. Чтобы вспомнить, чтобы растормошить свою память и хоть одним глазком заглянуть в прошлое. «Ох и повеселимся», - радовалась директриса, закрывая свой кабинет на ключ. Актовый зал наполнился учащимися. Кто в чём, а Алиночка в красном платье, держа за руку Валентина, как всегда одетого в повседневную одежду и в повседневный перегар, в этот раз от лучшего домашнего вина (спасибо Коврову). Оленька стояла рядом с Ростиком, ожидая восхищения её танцам без правил. Большинство тёрлись под стенами, боясь осуждения и насмешек, но когда включили музыку и дали команду веселиться, пол загудел под зимней обувью. Луговую сразу же затмила Легейда. Учителя, видя этот пошлый беспредел, хотели остановить Оленьку, но она была нормально одета, обычно причёсана, даже лицо было без макияжа, поэтому её оставили в покое и девушка с радостью продолжала отбивать ритм музыки ягодицами. Что уж говорить, даже Вовка Ковров, ненавидящий умную выскочку, поменял своё мнение, подумав: «Ещё одна прошмандовка», но не слова о батанах. Пот выступал на лбах школьников. Ученики образовывали круги компаний, и самые смелые могли войти в один из этих десятков кругов, продемонстрировав импровизированные умения. Были и те, кому танцы казались скукой, а конкретно буйным парням, которые с удовольствием выискивали в толпе мальчишек послабее, задав физически слабым сверстникам отличную взбучку, до той поры, пока доблестные учителя не разнимут нарушителей спокойствия. Если не кривить душой, то Ростик был одним из самых буйных, он первым рвался в бой, завидя малейшую потасовку, но теперь всё иначе. Камню приходилось охранять одну персону, да ещё такую, на которую все пялятся, от парней, до завистливых девушек. И когда объявили медленный танец, он выдохнул. Оля закинула ручки на его плечи, прижавшись полной грудью к однокласснику. Она ещё никогда не была так близко к нему, если не считать неловкий поцелуй. Борисович вдыхал аромат её волос, ощущал прикосновения её тела, ему даже казалось, что он слышит, как бьётся сердце девушки, затем она произнесла ему на ухо: «Закрой глаза». Ростик подчинился и ко всему букету радостей, добавился мягкий поцелуй. Теперь-то у учителей есть повод, и они бегут сломя голову, дабы остановить несовершеннолетнее преступление. Пока Камня и Легейду отсчитывали по полной программе, рядом танцевали Валик с Алиной. Их танцы нельзя было сопоставить к высокой планке Ольги Александровны, но им было о чём поговорить. - Алин, почему ты так изменилась? - задал вопрос Бочка, обнимая Филипповну за талию. - В лучшую сторону? - Нет, не в лучшую, - прикусив губу, честно ответил Валик. – Я пытаюсь снова встретиться с тобой, пообщаться, но ты игноришь меня, в чём дело? - По-моему всё нормально… - Я хочу и дальше с тобой общаться, не только в школе. - Валик, ну я была занята, как ты не поймёшь, - увиливала Алиночка, вечно закатывая глаза от настырных вопросов. - Значит, мы скоро встретимся? - Нет, не встретимся, - всё-таки призналась красавица, опустив руки, на что Бочка крепче взял её за талию, продолжая двигаться в ритм мелодии. - Я хочу посидеть, отпусти меня. - Почему ты не хочешь увидеться, что я такого сделал? – злился Валентин, не желая отпускать Луговую. - Ты ничего не сделал, просто… просто… - Просто что? - Просто ты бедный и нам не по пути, - выстрелила Алина, почувствовав, как Валик разжал хватку. – Прости, мне очень жаль, - добавила девушка, уйдя в сторону лавок возле стены. Луговой оставалось каких-то шесть – семь шагов до отдыхающих школьников, как кто-то подбежал к ней со спины и разорвал то прекрасное платье на прокат. - Нет, нет, нет, - кричала Алиночка, пытаясь удержать остатки роскоши в дрожащих руках. – Нет, пожалуйста, нет… *** Жанна Денисовна всё же вернулась домой, как и предполагал отец Валентина Олеговича. Этой женщине, позабывшей заботу и ласку мужа, хотелось лишь одного, спокойного завершения дня (если Вам кажется что это смешно, тогда можно сделать вывод – Вас слишком мало били по роже). Кто-то шумит в подъезде, пытаясь попасть ключом в замочную скважину. Матюки сопровождают вошедшего хозяина квартиры. Дядька пытается разуться, но игривые шнурки, то и дело выскакивают из кривых пальцев. - Олег, всё хорошо? – спрашивает Жанночка, зайдя в прихожую. - Опять ты, уйди с моих глаз, - гаркнул мужчина, повалившись на задницу. - Олег, зачем ты снова напился? – в тысячный раз задавала этот вопрос супруга. – На кого ты похож, зачем всё это? - Заткнись, пока я тебя не огрел! - Лучше огрей свою пьяную голову! - Ты что себе позволяешь, мразь? - плюнул на пол Олежка. – Убью, я тебя убью, - сквозь сжатые зубы сказал алкоголик, пытаясь встать на ноги, что ему удалось. – Ты как со мной разговариваешь? А? Тварь! – кричал любимый муж, схватив Жанну Денисовну за волосы. - Отпусти меня, отпусти… - Отпустить? Хорошо, - согласился Олег, швырнув женщину в стену. – Мало тебе, может ещё? – поинтересовался муж, увидев, как по виску жены стекает рубиновая струйка крови. – Так на тебе ещё! – добавил пощёчину муженёк, будто услышав согласие от Жанны. - Хватит, пожалуйста, хватит… - Что здесь происходит? – вошёл в квартиру сыночек, увидев ужасную картину. - Ты где шлялся, мразь? – заорал батя, схватив сына за шкирку. – Говори сукин сын, где ты был? Как не сопротивлялся прибежавший с новогодней дискотеки Валик, но его так часто швырял отец, что их конфликт перенёсся в кухню. - Ты снова напился, чёртов ублюдок! – встал на ноги школьник возле кухонного стола. - Как ты меня назвал? А? Как ты меня назвал? - Я тебя предупреждал, если ещё раз тронешь мать, я тебя убью! – не обращал внимания на вопросы парень. – Говорил я тебе это, или нет? Олег продолжал задавать один и тот же вопрос: «Как ты меня назвал?» и упустил тот момент, когда сынишка схватил нож со стола и вонзил его в пузо по самую рукоять. - Валик, нет, что ты наделал? – рыдала Жанна, подползая к обессиленному мужу. Школьник не сказав ни слова, выбежал на улицу. Он не знал о том, что его отец выживет и не даст показаний против него, решив наказать сыночка собственными методами. Валик дрожал всем телом, хватаясь за голову. Когда и это не помогло, Валентин начал умываться снегом. Ситуация с окровавленным папой ещё ярче отражалась в мыслях, а крики матери в конец разжалобили парня, от чего он начал плакать закрывая лицо ледяными руками. - Что же теперь будет, что же теперь будет? – спрашивал сам себя школьник, боясь ответственности за содеянное. – Нужно было валить из этого города, почему я этого не сделал? Общаться с самим собой конечно приятное занятие, но не долгое. Поэтому Бочка набирает сохранённый в контактах номер телефона. - Рыжий, привет. - Здорова Валик, как дела? - Нормально, помнишь то, что ты мне часто предлагал? Так вот, я согласен. - Ну, наконец-то, когда придёшь? - Скоро буду. - Жду братан, приходи. *** Алиночка под присмотром Легейды и Камня вернулась домой. Зайдя в квартиру, её встретили родители. Девушка плакала, пытаясь объяснить, что не она порвала красное платье. Ком в горле мешал быстро изложить всю ситуацию, но отец не сдерживал крик, пытаясь дознаться истины. - Тебе вообще нельзя ничего доверить? Как можно быть такой… - Филипп, перестань, - влезла супруга. – Солнышко, давай ты переоденешься и всё нам нормально расскажешь. Платье и платье, ничего страшного… - Ничего страшного? Аня, ты в своём уме? - Папа, это я не виновата… - А кто виноват? - Валик, это сделал Валик. - Что ещё за Валик? – нахмурился Филипп Эдуардович, на секунду обрадовавшись тому, что есть тот виноватый человек, которого он размажет по стенке. *** Бочка Валентин Олегович стоял на краю города Валюга, возле старой хаты с наполовину завалиной крышей и окончательно повалившимся забором. Вечерняя зима была тёмной, самое подходящее время для получения подарка, за который поплатились многие. Снег издавал хруст под ногами школьника, от чего собаки на цепи подняли лай, оповестив хозяина. - Валик, это ты? – спросил Рыжий, выйдя из хаты. - Да, я. - Заходи дружище, я тебя заждался. Наркоман, получивший кличку из-за цвета своих волос, был худощавым дядькой, с выбитыми украшениями на коже. Он кашлял и хромал на правую ногу. Измазанные в чём-то руки постоянно дрожали. Сутулое тело демонстрировало свои угодья. - Не богато живу, да и ладно. - Я уже был у тебя, ты забыл? - Нет, не забыл, ты частенько приходишь с Косым, только вот ты смотрел, а сам никогда не соглашался, что так, почему именно сегодня? - Это так важно? - Может быть и важно, а может быть мне скучно, как думаешь? - Я думаю, что не готов рассказать. - Как знаешь малой, тогда садись, сейчас всё сделаю. Опустим все подробности процедуры. Это ни к чему. Самое главное то, что Валик попросил двойную порцию, надеясь попрощаться с реальностью, на что Рыжий категорически отказывался. - Прошу тебя, неужели тебе жалко? - Мне жалко и тебя и своё добро. - Рыжий, я справлюсь, только сделай так, как я прошу. - Я из-за малолетки рисковать не стану. - Ты же меня знаешь, я, что брал в долг, всегда отдавал. - Да, так и было… - Не переживай за меня, я справлюсь, только сделай это. - Эх, малой, любишь рисковать, в первый раз да ещё двойную дозу, - рассмеялся дядька, после чего надолго закашлялся. – Ну, смотри, сам решил, я здесь не причём. - Ты здесь не причём, - успокоил хозяина дома парнишка. На том и решили. Спустя какое-то время, Рыжий задаёт последний вопрос, держа шприц в руке: «Готов?». - Готов, - ответил Бочка, и яд поплыл по его венам. - Держись малой, держись. Валик закатил глаза, улетев далеко-далеко, так высоко и не бывает, но больше он не проснулся. *** Январь. В одиннадцатый «А» класс без стука врывается классный руководитель. - Простите Геннадий Павлович, я ненадолго, - извинилась Лариса Леонидовна, прервав урок химии. - Конечно, конечно, - не стал сопротивляться мужчина, видя взволнованный вид женщины. - Значит так дети, вы окончательно не поддаётесь контролю. Вы самый худший класс, который у меня был… - А что случилось? – с места задала вопрос Оля Легейда, перебив Леонидовну. - Легейда, закрой рот, не смей меня перебивать. - Простите… - Вы то избиваете себя до полусмерти, то напиваетесь как ума лишённые, то как Валик… - не смогла договорить женщина. - А при чём здесь Валик? Он конченый наркоман! - выкрикнул Ростик, не чувствуя сожаления, к умершему парню, который скончался месяц назад. - Завали свой рот! – выкрикнул Вовка Ковров. - А что ты мне сделаешь? - Мальчики хватит! После напоминаний о Валентине, Алина Луговая плакала не в силах остановить слёзы. Слишком глубоко этот парнишка поселился в её сердце, чего она бы никогда не подумала. Душевные раны заживают намного дольше физических, поэтому четыре недели слишком маленький срок, поэтому Алиночка плачет и Оля пытается её поддержать. - Вы не умеете спокойно жить, вам видимо скучно, - продолжил классный руководитель. – Сегодня сутра мне позвонил отец Чулкова. Антон пропал из дома, его все ищут. Поэтому, если кто-то из вас увидит его или узнает о нём что-то, сразу сообщите, потому что его отец места себе не находит. Будьте людьми, не промолчите, если что-то узнаете. *** Пять утра. Антончик стоит на автовокзале. Такого хорошего настроения у него давно не было, если под словом давно, считать никогда. В кармане папины сбережения на ремонт, в паспорте тот самый возраст, который позволяет ему быть совершеннолетним. Да, Антону недавно исполнилось восемнадцать, и он плевал на школу, плевал на родных, плевал на будущее. Есть только мечта и его свобода. Вчера Андрюша приготовил ему самый вкусный торт, папаня часами искал этот рецепт, но свечи задуты и пришло время, уйти по-английски. Школьник в прошлом, снимает разноцветную варежку, затем достаёт мобильный телефон, включает фронтальную камеру, нажимает на пуск, и, сияя как полярная звезда, говорит: «Всем привет, меня зовут Антон, я еду в столицу и это мой самый первый блог…». Конец.