Заточённая принцесса и настырный связующий

Вплоть до тридцать первого декабря с Сакико никто не мог связаться. Девушка не выходила из своей комнаты без надобности, а четыре угла ее комнаты казались ей самым безопасным местом в мире. Все, что она делала — смотрела боевики, а как только начинался момент с поцелуями или чем-то большим, Саки начинала дрожать. Она старалась не смотреть фильмы, где могла встретить такие сцены, но, к сожалению, они были не без них. За какие-то три дня девушка очень сильно изменилась, как внешне, так и внутренне. Ее лицо побледнело, тело перестало слушаться, ни на что не было сил, а главное — не было аппетита. Три дня она была на воде и том, что силой в нее пихали Ичиро с Макино. Абстрагировавшись от всего окружающего мира, она отключила телефон, предупредив об этом только Киту, которая заходила каждый вечер к подруге. После случившегося, Сакико смогла поделиться только с ней. Но даже с Футабой разговор не завязывался. Как бы девушка не старалась развеселить Саки, какие бы разговоры не заводила, все было бесполезно. Накамура Сакико была уничтожена изнутри. Нет, она не плакала. У нее не было сил даже на слезы. Сакико просто сидела, смотря в одну точку, потирая свою шею руками. Она принимала душ пять раз в день, а то и семь. Каждый раз смотря в зеркало на свое тело, на свои плечи и ключицы, ей хотелось содрать свою кожу. Все время она чувствовала, будто на ней что-то несмываемое. Будто она никогда не избавится от этих засосов. Даже те места, на которых ничего не было, Сакико терла мочалкой так, будто отмывала машину от птичьего помета. Лишь утром тридцать первого, когда ее отец не выдержал и заставил дочь подняться с кровати, на Сакико появились хоть какие-то эмоции. — В Хоккайдо? — еле слышно переспросила девушка. — Да, поедем втроем, — было видно, что Масаши был очень зол, но не на Сакико, а на себя за свою беспомощность. Мужчина каждый день пытался поговорить с дочерью, но кроме «все нормально» ничего не получал в ответ на свои переживания. Сакико не собиралась рассказывать, что с ней случилось на той вечеринке. Она просто сказала, что поссорилась с одним семпаем и все. — А кто третий? — Ичиро. Собирайся, я уже забронировал номера в отеле. Горы, снег, разве ты не рада? Девушка безэмоционально кивнула. Саки взяла из подсобки небольшой чемодан, а затем направилась в сторону комода. Достав пару теплых толстовок, она невольно посмотрела на свой телефон, который оставила там. «Сообщу Футабе, чтобы не искала…». Отослав короткое сообщение подруге, она посмотрела, что у нее просто дофига пропущенных, а почта так вообще разрывалась от сообщений. «Рисеки-кун… Футаба… Осаму… Шинске-семпай… Яно… Даже сообщение от тренеров. Блин, хороший я менеджер. Игнорирую тренеров своего же клуба». Сообщение от главного тренера было достаточно большого содержания.

«Сакико, добрый день! Довожу до твоего сведения, что тренировки начнутся шестого января. Как ты помнишь, тринадцатого января уже начинаются первые матчи национальных в Токио, но про организацию этого мероприятия потом. Есть одна очень хорошая новость. Мия Ацуму был приглашен на национальные молодежные сборы, поэтому с 6–10 января его с нами не будет, то есть он пропустит все официальные тренировки до национальных. Если тебя не затруднит, составь ему маршрут проезда от Токийского вокзала до «Токийского дворца спорта», где у них будет сходка. Не пей много шампанского на Новый год! С наступающим!».

Сакико удивленно уставилась на строки, где было сказано про молодежные сборы. Мягко улыбнувшись, она продолжала смотреть на имя парня в сообщении. «Я так рада за него…». Ответив на сообщение, она принялась отвечать на остальные. Хейске интересовался, куда она так быстро убежала, а сегодня поздравил ее с наступающим Новым годом. Футаба прислала фотографии с вечера с подписью «я знаю, что это не то, что ты хочешь вспоминать, но… Фотографии действительно волшебные». Осаму волновался о состоянии девушки. А капитан волейбольного клуба поздравил Сакико с наступающим и спросил, куда она запропастилась. «Зато от него ничего… Я не удивлюсь, если стала ему противна… Я столько думала о том вечере… Если бы он не спас меня, если бы не защитил, а затем… Если бы так не помог, я бы на месте умерла от стыда… Лишний раз убедилась, что скрывать свои чувства я не умею… Почему мое сердце не успокаивается, если понимает, что чувства невзаимны? Я ведь не мазохистка… Но… Почему его забота делает меня одержимой? Он бы сделал так и для Футабы, так почему я все равно хочу верить, что за его поступками скрывается теплое чувство ко мне? Почему я такое ничтожество… Я лишь стала одной из его «фанаток», обрекая себя на страдания…». Грустным мыслям в голове девушки не было конца. Выключив телефон, она положила его поверх вещей, а затем закрыла чемодан. Сакико была готова. Физически точно. Саки ничуть не удивилась спонтанному решению своего отца. Именно эта черта ярко описывала его как личность. Взять и сорваться куда-нибудь, подальше от проблем — способ укрыться от терзаний by Накамура Масаши. Он видел, что дочери плохо, а если и праздник не поднимает ей настроение, то смена обстановки — самое то.

***

В семействе Киты и Мии праздник проходил в обычном режиме: уборка, готовка, просмотр новогодних фильмов. Если в доме Шинске и Футабы было все спокойно, то в доме близнецов расположился мафиозный центр в лице братьев Мия. После того, как Осаму донес до брата, почему девушка так странно себя ведет, Мия просто треснул себя по лбу. Ему и в голову не пришло, что она не догадывается о его чувствах. Он не со всеми… Да даже ни с кем, кроме нее, так себя не ведет. Братья решили, что головной боли у них сейчас хоть отбавляй: теория Ацуму по поводу Курихары и Накано, а также запутанная ситуация с Сакико, которую они не смогут распутать, не рассказав той все от начала и до конца, но Ацуму не даст этого сделать никому. И сам не сделает. Помимо этого, скоро были национальные, а перед ними лагерь Мии, в который его пригласили. Ацуму был настолько горд собой, что зазнался дальше некуда. Мать с отцом все мечтали о скорейшем начале этого лагеря, чтобы не слышать эгоистичные вопли сына каждые пять минут. Осаму также мечтает о скором отъезде брата, потому что слово «лузер» он стал слышать чаще, чем свое имя.

***

Полет оказался недолгим, всего какие-то два часа и трио во главе с Масаши прибыло в одно из самых снежных мест в мире — Хоккайдо, курорт Нисеко, отель Niseko Alpen. Пока делегация направлялась от аэропорта до гостиницы, Сакико успела сделать пару фотографий местности. Уж слишком давно она не видела снега, да и не чувствовала такого холода. Однако разговор у девушки не вязался ни с отцом, ни с Уэно. Оказавшись в отеле, она первым делом осмотрела первый этаж. Посреди холла стояла большая елка, а вокруг было полно детей. Зал был оживлен посетителями, Сакико даже удивилась, как ее отец смог выбить тут номера в самый последний момент. Оглянувшись назад, она увидела большущую сцену и сидячие места перед ней. Все было украшено в духе праздника, отчего атмосфера в отеле казалась сказочной. Не дожидаясь подходящего момента, Саки подбежала к отцу и крепко его обняла. — Спасибо! Это прекрасное место для того, чтобы отпраздновать Новый год! — девушка впервые за несколько дней улыбнулась, чем очень сильно обрадовала Масаши. Он обнял дочь, сказав, что ради нее ему ничего не жалко. Попросив Ичиро занести в комнаты сумки, отец с дочкой пошли разузнавать про «уроки катания на лыжах для чайников» и программу на новогоднюю ночь. Сакико взяла листовку, в которой было все расписано. «Вау… «С 21:00–23:55 — свободный микрофон — на кого упал прожектор, тот и играет/поет! :)» Надо будет держаться у стены и молиться, чтобы пронесло… После этого будут салюты, а также танцы и песни, ну, все понятно». Сакико поднялась к себе в номер. Открыв дверь, она прошла внутрь и увидела на своей кровати разлегшегося пластом парня. — Ичиро… Комната-то моя… — Жалко что ли… — парень чуть приподнял голову и устало посмотрел на девушку, — слыышишь, а можешь сделать одолжение… Дай таблетку от головы… И от живота… И… — Это как ты вчера напился, что тебе так плохо? Боже… — Сакико полезла в чемодан и достала маленькую косметичку, в которой находились таблетки на все случаи жизни. Предоставив парню стакан с водой и таблетку, Саки присела на край кровати. Прожигая точку на стене, она даже не заметила, как парень несколько раз легонько коснулся ее руки. Когда же он сильно толкнул ее в плечо, приводя в себя, она невольно подскочила. Смотря на Ичиро со страхом в глазах, она еле слышно произнесла: — Не трогай меня… — Что? — парень действительно не расслышал из-за оглушающего звука в голове. — Я сказала не трогай меня больше… — уже чуть громче, но без страха в глазах, произнесла Сакико, сердито посмотрев на парня. В комнате повисло небольшое напряжение, от которого парню стало не по себе. Сузив глаза на девушке, он молча удалился из комнаты, но дал себе слово, что расспросит ее о новых неприятностях сразу, как придет в себя. «Отлично. Теперь у меня фобия! Так, собираюсь и на выход, хватит с меня хандры…». Переодевшись в теплый пушистый свитер и джинсы, Сакико собрала волосы в пучок и взяла с собой теплую куртку вместе с перчатками. Закинув в карман телефон, она вышла из комнаты, не забыв карточку от номера. Спустившись, она поняла, что людей стало еще больше. У детей был свой собственный организатор и свое мини-шоу, поэтому они были вдалеке от сцены. «20:40… Походу все постарше собрались на этот свободный микрофон…». Сакико начала оглядываться и наконец нашла отца, который с кем-то мило беседовал. Это оказались его партнеры и знакомые с Америки, которые также приехали отдохнуть на новогодние праздники. Поздоровавшись, Сакико заняла место у стены, как и собиралась. Саки было интересно, что же будет сейчас происходить на сцене, хотя по ее виду нельзя было такого сказать. Как была бледная, так и осталась, даже такой сдвиг в планах не смог вывести ее из этого состояния. Как и говорилось в программе, организаторы начали ровно в девять вечера. Сцена засветилась еще ярче, на елке были включены все огоньки, а все внимание подошедших гостей отеля было приковано к прожектору, который вот-вот и кого-то заставит подняться на сцену. Как их назвала Сакико, «жертвы» поднимались на сцену и если не знали песню, читали слова с большого экрана на стене. Выходили один или несколько человек — зависело от самой песни. На сцене так же были и инструменты, но спустя полтора часа никто так и не заиграл на них. Саки стояла у своей стенки вместе с отцом и Ичиро, наблюдая за шоу все 2,5 часа. Когда же свет упал на кучерявого брюнета посреди зала, зал бурно отреагировал, хлопая и крича «ураа, мы вас ждали!». Парень победно вскинул руки и выкрикнул «НУ СЛАВА БОГУ». Однако вышел на сцену он не один. За ним последовало еще трое парней. Это были первые люди, которые коснулись инструментов на сцене. Однако как только они начали играть, Сакико от удивления попятилась вперед и стала разглядывать парней внимательнее. «Это же ONE OK ROCK! Боже, это реально они!». — Пап, это одна из моих любимых групп, играющих альтернативный рок! — Саки действительно светилась от счастья. Масаши на реакцию дочери лишь мило улыбнулся и погладил по голове ребенка. Ичиро, наблюдавший за наконец появившимися эмоциям на лице девушки, тоже слегка улыбнулся. Когда песня закончилась, солист группы громко произнес: — Есть, кто хочет спеть с нами? Эй, организаторы, выберите нам солиста, чтобы как-то разбавить наше выступление, — довольно нагло произнес парень и вскинул бровь, посмотрев на мужчину, сидящего за прожектором. Свет долго крутил вокруг всего помещения и наконец остановился. Сакико не могла понять, почему все смотрят на нее, но когда Ичиро щелкнул пальцами у нее перед глазами, она довольно громко икнула. — Эээ… — растерянный вид девушки напряг всех стоящих возле нее, — я честно не умею, я не… Отец Сакико не стал настаивать на том, чтобы ее оставили в покое, все-таки его дочь брала пару уроков вокала, да и группу знает. А значит песни тоже. Когда толпа, подталкивая, в наглую вывела Саки на сцену, та ухватилась за микрофон, как за спасательный круг. Она видела своих любимцев так близко и по идее должна была радоваться, но мысль о том, что ей придется петь перед таким большим количеством людей, вводила девушку в ступор. — Эй, успокойся, ты на сцене, а не на канатке, — улыбнувшись, бас-гитарист пытался успокоить девушку, — песни наши знаешь? — Д-да… — Есть предпочтения или… — Я наизусть помню только песню из последнего альбома… Change, — чуть более уверенно сказала девушка и опустила одну руку, крепко схватившись другой за микрофон. — Оки, значит перемены будем петь. Так, а как звать? — солист подошел к Сакико и поднес ко рту микрофон. — Сакико… Накамура Сакико. — И тааак, — парень заорал в микрофон, — Накамура Сакико вместе с нами будет исполнять нашу супер-песню, которая побила в свое время все строчки и была первой в рейтинге! И так, Сакико-чан и песня «Change»! — подмигнув девушке, он отошел назад, а парни хором произнесли: — Три, четыре! — и после этих слов начали играть. Неуверенно стоя на сцене, Сакико боролась с мыслью просто сбежать отсюда, но одобрительные взгляды отца и Ичиро делали это невозможным. Когда девушка дождалась вступления, она тихо и даже с немного подрагивающим голоском начала петь.

Если не идти вперед, Тогда для чего же мы живем? Похоже, мы погружаемся в хаос, Сражаясь в этой проигранной битве. Мы должны все уладить. Я не смогу справиться один. Как мы позволили ей зайти так далеко?

Когда же до Саки дошло, что ничего страшного не происходит, она резко переменилась в лице. Ее голос мгновенно окреп. Припев будто начал петь совсем другой человек. Парни от смены голоса с «я букашка» на «я ваша солистка» резко переглянулись и лишь с еще большим энтузиазмом начали играть и подпевать ей.

Эй, Знаешь, еще не поздно что-то изменить. Ты должна слушать свое сердце, что оно говорит? Сколько бы у нас не было проблем, мы не сломаемся. Потому что у нас есть все, чтобы остаться. Я знаю, что у нас есть власть. Мы хозяева своей судьбы. Вместе мы сильнее, Пока у нас есть вера! Этот голос нашептывает мне Бежать К дороге, нацеленной вперед. Эй, Знаешь, еще не поздно что-то изменить. Ты должен слушать свое сердце, что оно говорит? Сколько бы у нас не было проблем, мы не сломаемся. Потому что у нас есть все, чтобы остаться. Останься со мной. Сейчас тебе это нравится? Просто останься со мной… Осторожно! Сейчас мы настороже, мы настороже, Останься со мной, со мной, со мной. Останься, мы присмотрим друг за другом, Мы позаботимся о себе… Эй, Знаешь, еще не поздно что-то изменить. Ты должен слушать свое сердце, что оно говорит? Сколько бы у нас не было проблем, мы не сломаемся. Потому что у нас есть все, чтобы остаться.

Когда Сакико поняла, что песня закончилась, она повернулась к ребятам. На ее лбу читалось «ужасно?», но музыканты лишь улыбнулись. — Это было просто великолееепно, — солист, который изначально казался грубоватым, теперь излучал позитив, — давайте завтра повторим? На предложение солиста девушка, раскрасневшись, кивнула и поблагодарила за такую возможность. После того, как она спустилась со сцены, Саки подошла к отцу, где увидела абсолютно протрезвевшего Ичиро. — Я все заснял, — он протянул ей свой телефон, — можешь себе передать. Это было реально круто! — Ты молодечик, — Масаши погладил девочку по голове, — что тебе тот парень сказал, когда вы закончили? — Предложил завтра еще раз вместе спеть… — девушка не прекращала краснеть и поглядывала на ребят, которые уже играли свою следующую песню. Сакико вглядывалась на свои трясущиеся руки и ноги в начале песни. «Боже, как нелепо я выглядела… Зато потом… Вполне сносно для чайника… Надо скинуть Футабе…». Сакико мгновенно передала себе видео и послала его подруге. Время на телефоне было 23:53. Положив телефон обратно в карман, она вместе с отцом и Ичиро вышла на улицу, где на большом экране все уже ждали поздравление Императора, а после салюты. 0:00. Поздравления, объятия, пожелания удачи, все так, будто Сакико никогда не была на вечеринке и ее не пытались изнасиловать. На мгновение она совсем забыла про это и просто «втянулась» в атмосферу праздника. После она сразу написала подруге, поздравляя ее, ее брата и всю семью с Новым годом. Такое же сообщение она отправила подругам из класса и в общую беседу волейбольного клуба. После большого пира в общем зале, уставшая девушка вместе с отцом и Уэно поднялась в свои номера. Сакико разделась вплоть до нижнего белья, предварительно заперев свою дверь. Она решила принять душ и когда посмотрела на свое отражение в зеркале, на мгновение улыбнулась. Ни одного следа на ее теле от того вечера уже не было. «Вот бы и мои воспоминания также пропали…». Вода приятно ласкала тело девушки, отчего ей захотелось снова прикоснуться к нему без прежнего раздражения. Нанеся лосьон после душа, она слегка улыбнулась. «Был бы ты сейчас здесь… Снова бы сказал, что мой запах…». Сакико после душа в панике проверила телефон и… Расстроилась. От Ацуму не было ни весточки аж с того самого вечера. Зато Футаба знатно оценила вокальные способности своей подруги, а группу так вообще обожествляла и просила телепортировать ее туда.

У меня лучший отец на свете… Я никогда бы не смогла выйти из этой депрессии, если бы он не привез меня сюда. Атмосфера праздника, счастливые лица, а еще мое выступление с любимой группой… Папочка, как хорошо, что ты есть.

Девушка долго смотрела в потолок. Она не могла уснуть из-за нахлынувших мыслей и в конце концов решилась на один шаг. Она взяла свой телефон и открыла мессенджер. Отправив сообщение Ацуму, она нервно поерзала на кровати, жалея об отправке. «Уже поздно… Оно отправилось и теперь я хоть уснуть смогу».

***

«С Новым годом, Ацуму! Спасибо, что приглядывал и выручал меня в прошедшем году. И еще, поздравляю тебя с национальными молодежными сборами. У тебя первоклассные навыки, уверена, ты всех поразишь! P.S. Поздравь от меня Осаму!».

Утро для парня действительно было доброе. Увидев сообщение от девушки, он заулыбался, как чеширский котик, предвещая сладкую встречу с девушкой, хоть она обещала быть не скорой. Как и принято, под конец года у каждого возникают мысли по поводу следующего. Кто-то подводит итоги ушедшего года, кто-то строит планы на будущий. Ацуму точно знал, что влюбился. Где-то в глубине души он признавал, что эта девушка пробудила в нем чувства, которые он раньше не испытывал ни к кому. Желание защищать и оберегать ее, ревностное чувство, кричащее «ты моя», сильная злость на всех, кто ее только касается или просто разговаривает, заставляя ее смеяться… Столько чувств и все от одной Накамуры Сакико. Недалеко от романтика-тугодума живет такой же, только чуть посмышленее. Осаму также признал свои чувства к Ките Футабе. Эта девушка напоминала парню солнце, которое освещает его. Ему действительно казалось, что Кита — лучик доброты и света, которого ему так не хватало. Не задвигая свои чувства в дальний ящик, парень решил, что самое время в новом году начать добиваться этой девушки. Кита же для себя уяснила, что Накано Хиро — последний ублюдок, с которым она не намерена находиться в одном клубе. Как его вытурить, она еще не знала, но находиться рядом с таким чудовищем она не собиралась. Что по поводу ее любовных терзаний, она сама начала замечать, что обожаемый ею Осаму Мия начал обращать на нее внимание. Как она себе сказала ранее, так и решила делать дальше. «Я влюблена в него, но если он нет, бегать не буду. Если мои чувства будут взаимны, он сам меня найдет».

***

Поспав всего пять часов, Сакико встает и начинает свою привычную зарядку. После она идет в душ, делая все так же, как когда находилась дома. Подойдя к телефону, девушка резко вспомнила, что сделала ночью. В страхе снова быть проигнорированной, Саки открыла почту и, чуть покраснев, заулыбалась.

«Утречка, Саки. И тебя с Новым годом! :) Малыш, я как приглядывал за тобой, так и продолжу ;) Так что не молись Ками-саме от меня избавиться, ничего не выйдет. После моего лагеря увидимся, будь осторожна, пока меня не будет. P. S. Саму тоже с нг поздравляет. И мама. И папа. Будь у нас кто-то еще в семье, он бы тоже передал тебе поздравление»

«МАЛЫШ?!».