Моменты

Слезы уже давно закончились. Опухшие красные глаза без всяких эмоций смотрели в одну точку. Постаревшие стены этой больницы, осыпавшиеся в некоторых местах, слышали больше искренних молитв, чем стены церквей. Они словно впитали в себя напряженную атмосферу, царившую здесь постоянно. Для Кассандры время остановилось на том моменте, когда дверь в операционную захлопнулась, оставляя её наедине со своими мыслями и чувством вины. Сколько слез было пролито в ожидании вердикта, который вынесет сама жизнь? Сейчас врачи борются за жизнь дорогого ей человека, а она не в силах чем-то помочь. Девушке остаётся только просить Всевышнего быть к ней милосердным и не отбирать у неё надежду на счастье. *** Военный аэродром. Солнце стоит в зените. Группа механиков во главе с её отцом о чем-то задорно шутят, осматривая новую модель самолёта, который должен был сегодня пройти проверку в воздухе. К ним подбегает лётчик- испытатель, готовый приступить к испытанию, сдаёт рапорт о прибытии. Кассандра подходит, протискивается сквозь толпу, вставая рядом с отцом, подмигивает лётчику, на что тот слегка краснеет, хоть и знаком с ней более трех лет. Девушка берет его за руку, смотрит прямо в душу. — Вэриан, прошу тебя, будь осторожен. Подумай ещё раз, может не стоит так рисковать? — кажется, она волнуется здесь за него больше всех. Лётчик целует Кассандру в макушку, на что получает неодобрительный взгляд её отца, тут же осознает ошибку и в два счета запрыгивает в кабину стальной птицы. Вэриан даёт себе обещание, что после этого испытания обязательно сделает девушке предложение. Как только группа людей отходит на приличное расстояние, двигатель начинает работать, самолёт разгоняется и взлетает в небо. С Вэрианом Кассандра познакомилась совершенно случайно. Холодным мартовским вечером ей посчастливилось заглянуть к отцу. Полковник в отставке частенько любил задерживаться в военном летном училище, где работал долгие годы. Из кабинета отца слышались крики и ругательства. Девушка решила повременить со встречей, любопытство взяло свое, ведь кричал именно её родитель. Послушав минуты две, она поняла, что отец отчитывает двух курсантов, натворивших что-то запредельное. Кассандра вошла на том моменте, когда, уже разразившийся словно гроза отец, хотел было отчислить провинившихся из училища. Полковник натянул фальшивую доброжелательную улыбку и велел курсантам убираться с глаз долой, давая им шанс на исправление. Присутствие дочери положительно сказалось на нём, он быстро остыл и принялся расспрашивать Кассандру стандартным набором вопросов о прошедшем дне и самочувствии. Когда девушка вышла из помещения, в коридоре её ожидали те самые провинившиеся. Она окинула их оценивающим взглядом: высокий широкоплечий блондин, с высокомерным взглядом, другой же ростом чуть меньше с взлохмаченными волосами, цвета вороньего крыла, и так получилось, что их глаза на этом моменте встретились. Взгляд бушующих морей, до краёв наполненный любопытством вступил с ней в зрительную баталию, продолжавшуюся пару секунд. Блондин быстро отблагодарил Кассандру за появление в нужном месте и в нужное время, и, схватив товарища за руку, поспешил удалиться. С тех пор, каждый раз, когда она приходила к отцу, возле кабинета её ждал один голубоглазый знакомый. Самолет набирает высоту. В динамиках слышен голос Вэриана, сообщающий о состоянии машины. Как ласточка, самолёт входит в штопор, пугая всех наблюдающих, и уже у земли профессионально выходит из этого состояния под облегчённые вздохи. Казалось бы, что может пойти не так? Снова набрав приличную высоту Вэриан готовится к посадке, одновременно демонстрируя свои умения управления. Вдруг из динамика раздается тревожный голос пилота, вещающий о том, что двигатель перестал работать. Ещё остаётся надежда на то, что Вэриан сможет посадить металлическую птицу. Самолёт планирует над землёй ещё минуту и с оглушительным грохотом падает за километр от взлётной полосы. Кассандра плачет, даже не плачет, а громко рыдает, чего никогда не делала при людях. А дальше все как в тумане: машина реанимации, госпиталь, литры слез. С того момента её жизнь потеряла краски. *** Через какое-то время в госпиталь заявляется Рапунцель со своим парнем. Блондинка плачет в плечо Юджина, но она не не чувствует даже сотой части той боли, что испытывает Кассандра. Вэриан был для них, как родной младший брат. Спустя час они уходят, оставляя подругу наедине с болью и отчаянием. Кассандра знает, что Вэриан работал над этим двигателем больше года. Он не простил бы себе того, что кто-то может разбиться из-за него, поэтому решил сам испытать новую модель. Девушка готова кричать, рвать волосы у себя на голове, она чувствует вину. Всё, что у неё осталось, так это моменты, отложившиеся в памяти, как лучшие минуты жизни. Кассандра вспоминает бессонные ночи под звездами, с горячим шоколадом в стаканах, вспоминает громкие ссоры из-за ревности, вспоминает нежные прикосновения и пылкие поцелуи. А сейчас больше десятка врачей пытаются вырвать его из ледяных лап смерти. Девушка уверена, он сильный, он справится. Утешая себя этими мыслями, она проваливается в сон. Кассандра вздрагивает от резкого звука. Дверь в операционную открылась, выпуская измученного хирурга. Девушка подбегает к нему, вопросительно заглядывая в глаза, на что врач отрицательно качает головой. НЕТ. Нет, нет, нет! Она отказывается в это верить. Кассандра входит в операционную и видит десяток врачей, спящих на полу после двенадцатичасовой операции. А на операционном столе лежит изувеченное тело. Повсюду кровь. Его голубые глаза все ещё открыты, а на лице застыло отчаяние. Девушка наклоняется к груди, хочет услышать биение сердца, но не слышит ничего, кроме тикания часов. Ладонь ложится на глаза, закрывая их навечно. Веснушки на его лице сильно побледнели. На белую простыню падает несколько слезинок. В окно пробивается солнечный луч. Рассвет. А Кассандра все ещё стоит перед операционным столом. Она понимает, что её жизнь погрузилась во мрак, солнце для неё больше никогда не взойдёт.