Красный лотос

Краснеют лотосы Китая, Граница мертвых ожила. Клён полетел с реки, как стая Журавлей. Небес вся сила Отвергла красного князя. Стаданья жизни стали счастьем, Всем благовенья развезя. Невмочь войн деве. С тем, Сближенья ищет с речкой той, Вновь одержа провал по-полной, Идёт И ищет свой покой.

Когда человек умирает, в память о нём скорбившие пускают по реке лотосы. Ходит поверье, что если отправить в путь по реке, в ночь после смерти, то душа почившего попадёт в рай и ей будет дарован шанс перерождения. Вот и сейчас плывут эти лотосы, больше, чем обыкновенно случалось, и наполняется их небесно-розовый цвет кровью умерших, промакивая жидкообразной тканью цветы насквозь, и плывёт эта кровавая процессия по реке, и напоминало это пейзаж неба, когда людьми вновь праздновался фестиваль фонарей, и пуще омрачняет вид города демонов, и так славящийся своей нескупостью на оттенки красного, которые преобладают во всём пейзаже города. Глубокая ночь. Конец октября. Клён начинает опадать. Его ярко-красные и оранжевые листья клена кружатся, разлетаясь по округе, залетая со стороны леса на границе с поселениями людей в призрачный город. Они разлетаются по лавкам торговцев, остаются на крышах столовых и игральных домах, прилетают к вратам прочих зданий. У границы города с лесом находился демонический кафетерий. Вся еда в нём, хоть и была приготовлена демонами из выращенных ими ингредиентов, но походила на людскую, отчего популярностью кафетерий пользовался лишь в самом начале своей деятельности при открытии. Демонской едой некем было удивлять там, а то, что выглядела она как людская, шарма ей не придавала. Заведение всё продолжало свою работу, но сворливость хозяина усугубляла ситуацию, из-за чего любой, хоть чем-то не понравившийся, гость был выгоняем взашей. - Эй, а ты чего тут забыл, понаросхаживают тут, то люди, то боги, нехрен вам тут делать. Демонов город на то и демонов, что для демонов, пошёл прочь! Валяй обратно, к себе в городишко людское, выродок! - вновь начал кряхтеть старик, хозяин кафетерия, на зашедшего посетителя. Не успел тот "гость" сказать и слова, как его пинком вышвырнули из здания, злобно захлопнув за ним дверь, и оказался незнакомец вновь на улице, полной ныне невиданных им существ, домов и заведений. На горизонте появился гордо идущий демон. Словно сливаясь с ярким осенним листопадом, разгуливал он по улицам. Всё произошедшее не так давно не скрылось от его острого слуха и зоркого глаза. Демон этот выглядил лет на двадцать пять, не меньше. Левый глаз был светло-карий, практически янтарного цвета, правый прикрывала чёрная повязка, подбородок острый, скулы аккуратны. Руки были нежные, белые практически полностью, лишь кое-где с покраснениями от наносимых раз за разом, новых поверх старых, царапин, но знавшие тяжёлый физический труд, с длинными пальцами, как у игрока какого-нибудь струнного инструментаи аккуратно подпиленными твёрдыми ногтями, вид которых внушал мысль, что лучше этого демона не злить, иначе эти самые ногти вонзятся в шею, вспорят живот или расцарапают лицо так, что шрамы не спадуд до конца дней жизни. Небольшой белый лоб не отражал и лучика по-осеннему палящему солнца, но поблёскивал мертвенело-розовыми пятнами у висков от часто наступавших приступов тщательных раздумий, от которых лишь хватайся за голову. Ростом мужчина был чуть выше среднего, по людским меркам, чем значительно возвышался над большинством демонов, волосы цвета тёмного шоколада развевались на слегка ощутимом ветерке, который шёл со стороны реки, ведущей к людской части леса. Лишь пройдя пару шагов у лавочек с демонскими изысками мужчина поразил всех демонов вокруг своей красотой. Не найти и одного живого существа в этом городе, который не знал бы этого мужчину - великого князя демонов, градоначальника этого города, Хуа Чэна. По пути каждый демон пытался всучить князю свою стряпню или свёрток плесневелых фруктов, но Хуа Чэна волновало совершенно не это в данный момент. Всё его внимание сосредоточилось на уходящем с рынка незнакомца, который шёл, по видимому, к реке лотосов, к границе Призрачного города с лесом. Его не заворажила красота того незнакомца, не привлёк произошедший в кафетерии инциндент, больше всего этого его волновал тот факт, что обычный смертный ходит по городу, как ни в чём ни бывало, поэтому в мозговую деятельность демона вокралась мысль о том, что это новый переродившийся или же по какой-то, ведомой лишь небесам, ошибке появившийся не в нужном месте умерший. Сам Хуа Чэн переродился демоном из-за безумной любви к одному из богов войны - Се Ляню. Позже и сам Се Лянь полюбил первого в ответ, вот только любовь эта долго не продлилась. Как и любые отношения, эта пара распалась. Довольно трудно быть вместе богу и демону, ведь, как бы не приукрашивали всё различные сказки, любовь не длится вечно, приходит время и её концу, а в этом случае ещё и выступление с разных сторон возлюбленных сыграли роль. Се Лянь - бог, он за доброту и благодетель, после заточения первого и, пожалуй, главного на небесах бога, он стал центром внимания всех небожителей. Хуа Чэн же демон, убивший множество как людей, так и демонов. Как бы он не выступал за доброту, за любовь к своему богу, всякому есть предел. Это не сказки, не какой-то мультик, который закончится на "и жили они долго и счастливо". Это жизнь. С течением времени у каждого все больше появлялись различные "неотложные дела". Если поначалу каждый из них питал друг к другу легко разрывающую изнутри зависимость, то позже это стало больше похоже на аверсию. Се Лянь всё чаще начал оставаться на небесах, под предлогом "ждущих срочного решения проблем", на самом деле прогуливаясь с Ши Цинь Сюанем, его другом с небес и бывшим повелителем ветра, по небесным и земным мероприятиям. Хуа Чэн, прикрываясь то делами в игорном доме, то неувязках с другими тремя бедствиями, в особенности последствий деяний Ци Жуна, проводил время за играми в карты и разговорами с Хэ Сюанем об очередных долгах последнего. Время шло и это не могло продолжаться бесконечно. Они расстались. Вполне обыкновенное событие. Вот только у Хуа Чэна все же остался непонятный ему самому осадок на душе. Каждый день он пытался прятать за строгим взглядом невыносимую боль в сердце. Эта боль могла появиться когда угодно и заставить демона скривить позвоночник, схватившись за одеяния в районе грудной клетки. И появлялись эти приступы совершенно внезапно. Однако сильный духом и не желающий больше проявлять перед кем бы то ни было слабость Хуа Чэн всё скрывал и продолжал заниматься своими делами. Скрывать это вечно никак не получалось, попытки скрыть сердечную боль за болью физического характера, демон продолжал жить с проблеами прошлого, с пустотой в душе, заполнять которую он сам не хотел, припоминая себе, чем это всё обернулось в прошлый раз. - Господин Градоначальник! Куда Вы держите свой путь? Не хотите ли отведать .... - Я спешу, дела не ждут, приду отобедовать позже.

/flаshback/

Ярко сияли на солнце фонари, которыми был обвешан каждый дом города. Толпы людей направлялись к центру столицы, дабы посмотреть на празднование. Сквозь это скопление зевак невозможно было хоть что-то увидеть, а ведь именно этого так хотели в тот момент все дети. Кто-то додумался остаться дома и наблюдать за всем с высоты этажей дома, кто-то уговорил родителей посадить на шею, а кто-то...а кто-то взабрался на крышу и разглядывал всё оттуда. В самом центре города красовался наследный принц: его золотая маска переливалась под лучами палящего солнца, шёлковое одеяние пархало вслед за каждым движением принца словно балерина на сцене, а алые серьги придавали ему ещё большей величественности.

/end of flashback/

Подойдя к реке с лотосами, которые пускали обыкновенно люди в честь умерших, Хуа Чэн увидел мужскую фигуру в феолетовых одеяниях. Мужчина стоял спиной к демону и, сжав кисти рук в кулаки, смотрел прямо на пускающиеся по реке лотосы, его лица видно не было, но именно так выглядят со стороны люди либо готовящиеся зарыдать, либо уже истекающие слезами. -Умерли...все умерли...и не пустил никто в честь них лотосов...и не осталось больше лотосов...сожгли... - всё, что смогло донестись до ушей Хуа Чэна от неизвестного мужчины, демон начал вновь после небольшой остановки подходить к мужчине в фиолетовом. Мужчина услышал шаги демона, как только тот начал спускаться ближе к реке, где стоял первый; он вытер слёзы и обернулся.