Пьяные помятые пионервожатые

— Шоппинг, — жизнерадостно объявил Коля и рухнул на кровать поверх одеяла. Илья обреченно застонал. — Доброе утро, ага, солнце проснулось, и я проснулся. Солнце вовсю жарило через тонкие занавески, прозрачно намекая, что утро если и было, то где-то в Кабо-Верде. — Малой, — не особо на что-то рассчитывая протянул Илья и зарылся лицом в подушку, смазывая конец фразы, — Съебись с глаз моих. Надо отобрать у него ключи. Когда родители его в последний раз видели вообще. Коля, не демонстрируя ни малейших признаков раскаяния, сложил руки на Илью и уперся острым подбородком в плечо. Илья еще более обреченно вздохнул и стряхнул его с себя, вылезая из кровати. Пятнадцать лет, напомнил себе Илья. Первое сентября, катка в доту, поцелуи с одноклассницами. — Та нахуя... — пробормотал Илья, пытаясь найти, куда он вчера кинул штаны. — Я вот тоже думаю, нахуя мне школьная форма? — Коля беспечно пожал плечами и перекатился на освободившуюся половину кровати. — Рукава у рубашки коротки, но я на первое сентября твою спизжу, один хер, ты ее в жизни не одевал. — Надевал, — машинально поправил Илья. Перед глазами как живое встало лицо Валентины Ильинишны, век ей жить и преподавать. На лице явственно отражались поправки к закону о «естественных и неестественных половых сношениях с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста». Малой, помнится, очень ржал над формулировкой. — Убедил, — признал Илья. — Ща пожру и съездим, купим тебе что-нибудь приличное. А то учителя твои батл-рэпом и гейскими шутками не закаленные — могут не оценить прикола, когда я тебя на линейку привезу. Коля солнечно улыбнулся. — Я приготовил тебе завтрак, — прилетело Илье в спину. Нет, ключи он, пожалуй, Коле оставит. Яичница с помидорами слегка примирила Илью с жизнью. Коля утверждал, что это настоящая греческая страпацада в честь Честера, не менее настоящего грека. Илья помалкивал. Во-первых, потому что не разбирался, а во-вторых, потому что в последнюю встречу с Честером по пьяне попросил набить себе ебальник. Кирилл недоуменно чесал залысины и особо не вслушивался в покаянные признания. «Я, кажется, больной на голову извращенец». Остаток вечера прошел как в тумане. Кажется, они гуляли, кажется, Илья посадил Колю себе на плечо и орал: «А я могу правой рукой Малого держать, а левой бутылку пива». На следующее утро Коля сообщил, что Илья вчера нажрался в говнину, и что у Коли теперь есть ключи от его квартиры. Информация требовала осмысления, но пить Илья больше не собирался, потому что под градусом начинал дурить и хотеть странного. «Странное» запустило пальцы Илье в волосы, приводя в порядок спутанные кудри, и отошло, удовлетворенное результатом. Илья забрал с зеркала ключи от машины и молча кивнул на дверь. Во избежание. В машине Коля первым делом залез в бардачок и нашел там солнцезащитные очки – сначала себе, а потом Илье. Наверное, в глазах дорожных патрульных они выглядели то ли как очаровательная семья, то ли как долбоеб и долбоеб поменьше. В магазине Коля куда-то пропал. Как можно потеряться в трех вешалках Илья не знал, но на всякий случай позвонил. Мелодия звонка донеслась из примерочных. — Почему у тебя на мой номер телефона в качестве рингтона поставлена «Daddy Issues», — в пространство спросил Илья. Количество вещей, требующих осмысления, росло в геометрической прогрессии. — Проспорил Асмодею, — с честным лицом открестился Коля. Святые люди его родители. — И не произноси слово «рингтон», я его только в рекламе на обратной стороне школьных тетрадей видел. Я набрал шмоток, пошли заценишь. — Футболка «Stranger things» тебе тоже в школу? — хмыкнул Илья, кинув взгляд на кучу вещей в примерочной. — Нет, в эту я буду плакать, когда вылечу с РБЛ, — Коля ухмыльнулся через плечо и спросил. — Поедешь со мной в Питер? — Поеду, — кивнул Илья и наугад вытащил из горы шмоток черные джинсы. — Вот эти примерь. Коля улыбнулся и толкнул его плечом в сторону выхода. Илья облокотился на стену рядом с примерочной, бессмысленно листая ленту. С лица почему-то не сходила дурацкая улыбка.