Взрывная девчонка

Эта чёртова машина меня когда-нибудь доведёт! Серьёзно! Моих нервов больше не хватает на эту развалюху! Раньше всё было нормально, но через какой-то месяц после расставания с Ричардом она превратилась в настоящую истеричку! То дворники у неё не работают, то масло подтекает, то что-то стучит! Постоянно с ней что-то происходит, а наутро она ведёт себя так, будто бы и не было ничего. Настоящая женщина. Вот и сейчас я еду по городу и чувствую: что-то не так. То ли колесо спускает, то ли снова подвеска стучит. А может, и вовсе с аккумулятором проблема! Я не знаю, что с ней, но что-то определенно не в порядке. Иначе почему так бесит? Вот еду и мне прямо некомфортно. Один только рычаг на коробке передач глаз радует. Всё остальное — бесит. Стекло какое-то грязное, зеркала настроены по-дурацки, руль вообще на ощупь неприятный. Шершавый какой-то что ли. Кто вообще решил, что приятно ездить на машине, в которой шершавый руль? Мне вот гораздо приятнее было бы держать в руках что-нибудь гладкое. Моя подруга Эмма говорит, что мои нервы от недостатка секса. Глупая! Можно подумать, что секс — самое важное в жизни. Ну, не было у меня полгода, так что теперь, все проблемы на это списывать? Глупости какие-то. И совершенно не хочется, мне и без оргазма хорошо. Если бы хотелось, то я бы на парней засматривалась, хотела бы их, флиртовала. Но по отношению ко всем этим мужикам у меня пустота. Наверное, после Ричарда я вообще мужчин разлюбила. Буду лесбиянкой! Нет, ну а что? Девушки же лучше мужчин. Носки не разбрасывают, сами готовят, убирают. Прекрасно же, и мозг никто выносить не будет. Осталось только девушку себе идеальную найти, и дело в шляпе. Но сначала я поеду в мастерскую, потому что это дурацкое ощущение поломки не даёт мне покоя. Бе-сит. Невыносимо. А вдруг у меня сейчас колесо отвалится? Я, вообще-то, по работе еду за город, невесело будет сейчас на этой пустой трассе среди поля заглохнуть. Вот выехала из города же минут десять назад, ну, почему там было не заехать к мастеру? В этой глуши-то хоть автомастерские бывают? А то мне уже не смешно, паника накрывает с головой. Вот уже и руль как-то странно крутится, и, наверняка, под капотом полный хаос. Как же меня всё раздражает! Бесит чёртова дорога без единой машины. Бесит, что вокруг одни деревья и какие-то поляны. Бесит начинающийся дождь. Добрый вечер. Приехали. Мне теперь-то что делать? Высматриваю хоть какое-нибудь здание, чтобы, как минимум, переждать дождь. Потому что водитель я не слишком опытный, ехать, когда по стеклу бьёт ливень, мне просто страшно. Зная то, какая я везучая, меня либо молнией зашибет, либо ураган унесёт. Другого не дано. Капли всё крупнее, а паника нарастает. Это вообще нормально — ехать и думать о том, что у меня может отвалиться колесо? А я думаю! Мне ведь страшно! На горизонте появляется что-то отдалённо напоминающее какое-то строение, и я молюсь всем богам, чтобы там были люди. Даже если это жилой дом, плевать, буду без стеснения проситься внутрь, мне сейчас слишком страшно. Я подъехала ближе и поняла, что это огромный гараж. Ворота, к слову, открыты, внутри стоит какая-то развалюха, наверняка когда-то называвшаяся машиной, и громко играет музыка. По звуку что-то напоминающее "Scorpions", но я не слишком разбираюсь, если честно. Но мелодия интересная. — Эй, есть тут кто? — кричу, стоя на пороге. Машину поставила у входа, а сама заскочила под навес, жутко страшно мне, когда на улице этот чёртов гром. В ответ тишина, только продолжает играть та же музыка. Но не может же быть такое, что здесь никого нет, правда? Это единственное здание в этом захолустье, и я искренне надеюсь, что здесь есть люди, а не приведения. Гараж, кстати, какой-то странный. Вроде и куча хлама, а вроде и по полочкам всё. В самом центре стоит жуткая машина, а в углу охренительный байк. Стол, какие-то плакаты на стенах, огромное количество ящиков, инструментов. Это всё, конечно, очень интересно, но... — Ау! Хоть кто-нибудь есть?! Под машиной резко что-то стукнуло, и я подпрыгнула от страха. Неужели приведения? И знаете, если это такие приведения, то можно я сдохну и тоже стану монстриком? Из-под машины на каком-то недоскейте выкатился мужчина. Привет, Эмма, я не лесбиянка. Что я там говорила? Не засматриваюсь на мужчин? Забудьте. Отныне — засматриваюсь. Он в одних спортивных штанах, которые держатся на честном слове, а его охренительное тело просто мигом приковывает к себе мой голодный взгляд. Я готова его прямо тут сожрать. Он вытирает полотенцем руки и смотрит на меня, видимо, ожидая, что я что-то скажу. А я же даже взгляд на его лицо поднять не могу, потому что его пресс и слишком сильно опущенные вниз штаны меня просто с ума сводят. — Немая что ли? Чего надо? Мне пришлось поднять взгляд на этого хама, отрываясь от его шикарного тела. Что он сказал? Немая? Вот же засранец. Манерам совсем не учили, видимо. — Да я просто... Браво, Джессика, ты так красноречива! Когда я вообще дрожала, как осенний лист, при мужчине? Да, ни единого дня в жизни. Эмма называет меня взрывной девчонкой, ругая за то, что при парнях часто не сдерживаюсь и могу сразу высказать им все недовольства в лицо. А тут стою как, действительно же, немая, и просто истекаю слюной. Ну, и не только слюной, конечно. — Заблудилась? — говорит этот невыносимый красавчик, ослепительно улыбаясь. У него ещё и улыбка красивая, вызывайте скорую, мне нужно чем-то дышать. — Да, — как кукла, киваю, но потом вспоминаю, что какого хрена вообще? Стою тут, лужицей растеклась, будто красивого мужчину в жизни не видела. Ну, подумаешь, что такого красивого, впервые, но это же не повод вести себя как умалишённая? — То есть нет! Боже! Я просто ехала по работе, а там дождь, а мне страшно. Вы не знаете, нет по близости никакой автомастерской? У меня с машиной что-то не так. Смотрит. Ну, и чего ты так смотришь? Голову немного на бок наклонил и смотрит. Засранец такой, ну сил моих нет. И я смотрю. Стою и смотрю, как дура, стараясь не опускать глаза. Потому что если я ещё раз задержу взгляд на его выпирающих костяшках и прессе, я сорвусь с места и побегу всё это великолепие целовать. Держи. Себя. В руках. Джессика! — Тебе сказочно повезло, красотка. Он подмигивает и идёт в мою сторону. Зачем ты ко мне подходишь? Зачем так близко? Боже, как ты пахнешь... — Думаешь? О чем я спросила? Не помню. Помню как он заправил мне прядь волос за ухо. Помню, как улыбнулся слишком красиво, и помню чёртов запах. Слишком вкусный запах ментола. — Это и есть автомастерская, золотко, — он шепчет мне на ухо, и я готовлюсь уже потерять сознание от близости. А потом на улице гремит гром, да так сильно, что я, как ошалелая, вскрикиваю и, отпрыгивая от мужчины на пару метров, машу руками в разные стороны. Здорово, Джессика, отлично ведёшь себя при виде красавчика. Теперь он подумает, что я сумасшедшая, выгонит меня на улицу, и буду я под дождём бояться и плакать. — Ты грома боишься? Он смотрит на меня, как на обезумевшую, и начинает громко смеяться. Опустим те моменты, какой красивый у него смех и как красиво он запрокидывает голову, представляя моему взору свою невероятную шею, на которой так и хочется оставить несколько укусов. Забудем об этом, ведь он с меня ржет! Я уже говорила, что он засранец? Скажу ещё раз! Теперь и этот накаченный шкаф меня бесит, спасибо, я только успокоилась. — Хватит ржать! — вскрикиваю, совершенно по-дурацки топая ногой. — Человек не может бояться грозы? Ты мастер? Вот и чини мою машину. Молча! Он театрально закатил глаза, но улыбаться не перестал. Провел пальцами по губам, будто закрывая их на замок. Детский сад. А потом... Потом этот дурень отодвинул резинку штанов и бросил туда свой импровизированный ключ! Воздуха мне! Потому что, кажется, он не носит белье... А я стою, как идиотка, снова и пытаюсь сообразить, что вообще происходит. Он указывает пальцем на мою машину, что стоит за воротами, видимо, спрашивая, что с ней. Конечно, сказать он не может, он ведь застегнул свои губы, чёрт возьми. — Я не знаю, что с ней. И пока ты не начал ржать снова, скажу сразу, что точно что-то не так. Я уверена. Потому что она просто бесит меня! То там что-то стучит, то пыхтит. Руль вообще шершавый! Он приподнимает бровь и растягивается в какой-то странной ухмылке. Что-то мне это не слишком нравится. О чём он думает? — Зовут тебя как? Мистер «Широченные плечи» снова заговорил, складывая руки на груди. Дождь, тем временем, лил стеной, даже попадая на мою машину, что стояла под каким-то навесом. — Джессика. — Я Адам. А я Ева, давай сходим голенькие в божественный сад? — Давай, закати машину сюда, будем смотреть, что там. Я с ужасом поворачиваюсь и осознаю, что мне нужно выйти прямо в эпицентр бушующей стихии. А быть в непосредственной близости с ней у меня нет никакого желания. Да, я странная, да, боюсь дождя и грозы, да. — Я не пойду туда, — бездумно машу головой в разные стороны, прикрывая от страха глаза. — Ты шутишь? Адам подходит ближе ко мне и берёт меня за запястье, утягивая в сторону улицы. А мне страшно! Я ведь не шучу! — Нет-нет-нет! Пожалуйста! Вырываю руку из цепкой хватки и отскакиваю от него, будто бы он какое-то чудовище. Хотя, по сравнению с этим красавчиком, чудовище здесь я. Он улыбается мне, и я испытываю какие-то странные ощущения. Совершенно незнакомый мне человек, возится тут со мной, выслушивает мои истерики по поводу дождя. Будь я на его месте, я бы себя уже раз сто послала, если честно. — Это не страшно, поверь мне. Поверить? Почему я должна верить тебе? Я тебя совсем не знаю. Может ты и вовсе маньяк какой-то. Он медленными шагами идёт в сторону улицы, а я наблюдаю за ним обезумевшим взглядом. Он для меня сейчас герой, не меньше. Идти туда, где гремит гром и льёт сумасшедший ливень. Меня даже сейчас не бесит ничего, наорать ни на кого не хочется. А потом... Боже. Он вышел на улицу, останавливаясь и поворачиваясь ко мне лицом. Его спортивные штаны мигом промокли и прилипли к сильным ногам. Дождь льёт как сумасшедший, вода струйками стекает по его мощному торсу, огибая каждую мышцу. Адам раскрывает руки в стороны и поднимает голову к небу, подставляя лицо под крупные капли дождя, а я просто не могу насмотреться. Он красивый до чёртиков, и этот вид его полуобнажённого под дождём просто сводит с ума. Нормально хотеть незнакомого мужчину? Наверняка да, потому что он невероятный. И что он делает? Зовёт меня? Серьёзно? Нет-нет, парень, ты, конечно, очень сексуальный, но я действительно очень боюсь выходить под такой ливень. Но он зовёт меня. Манит пальчиком и улыбается, показывая, что там совсем не страшно. А может и правда? И я иду. Чёрт, иду! К незнакомому парню под ливень, просто потому, что он меня позвал. Ну, ещё потому, что он невыносимый красавчик. Но это, конечно же, не главное. Конечно же. Я делаю первый робкий шаг под дождь, а Адам тут же хватает меня за руку, вытаскивая меня полностью на улицу. Одежда в секунду промокла, а я закрыла глаза от страха. Просто стояла и мокла, как вкопанная. А потом... Потом я почувствовала крепкие руки на своей талии. Почувствовала, как он прижимает меня к себе, почувствовала жар его тела, несмотря на прохладный дождь и хриплый шепот на ухо, что был еле различим из-за шума дождя: — Расслабься, здесь совсем не страшно. Я даже не успела разобрать, что он сказал, не успела сделать вдох, открыть глаза или что-либо ответить: его губы мгновенно накрыли мои, сминая их в нежном поцелуе. Дождь стеной, мы стоим вдали от цивилизации, рядом только непонятный гараж и две машины. Я обнимаю его шею и поднимаюсь на носочки, чтобы прижаться крепче и целовать глубже. Мы знакомы минут пятнадцать, я не знаю кто он, что он. Может, он и про автомастерскую мне наврал. Но знаете что? Мне сейчас так хорошо, что плевать вообще. Потому что он целует меня так, что я обо всём забываю, абсолютно. Я будто парю в облаках, а льёт на меня не дождь, а какой-нибудь волшебный водопад, исполняющий желания. — А чтобы с машиной всё было в порядке, — хрипит Адам, разрывая поцелуй. — Нужно смазать одну деталь. — Какую? — Тебя. И я умираю, когда он снова целует меня, да так глубоко, что мне становится сложно дышать. И, кажется, я больше не боюсь грозы. По крайней мере, сейчас. Гром разразился прямо над нами, а я не то, что запрыгнуть под крышу, я ни на миллиметр не могу оторваться от его губ. Таких вкусных, сладких, манящих, которые хочется целовать ещё и ещё. Он подхватил меня на руки, прижимая к себе критически близко. Я держусь за его шею, ногами обнимаю талию, и чувствую, как крепко он сжимает мои ягодицы своими огромными ладонями. Да я такой сексуальной себя в жизни не чувствовала! Хочется стонать от одного поцелуя, быть ещё ближе, сходить с ума рядом с ним. Я даже не успела понять, когда он занёс меня в гараж и усадил на капот той развалюхи, настолько сильно меня охватила страсть. Тело дрожит от возбуждения, а мокрая футболка слишком сильно обтягивает мою грудь с возбуждёнными сосками. Это настолько странно, настолько охренительно, что кажется нереальным. То, как он с диким рычанием срывает с меня футболку, целует и кусает шею, сжимает ладонями мою грудь. Я крепко сжимаю его волосы на затылке, с губ уже слетают рваные вздохи вперемешку с тихими стонами, а когда он проходится языком по моим соскам, начинаю стонать только громче. И раньше я была приверженцем тихого секса, нежного и аккуратного. Но сейчас... Сейчас, когда он так сильно сжимает мои ягодицы и слишком резко поднимает мою юбку на талию — мне хочется стонать во весь голос, потому что молчать просто не получается. — У тебя... Ах! — я прерываюсь, когда он грубым движением притягивает меня на край капота и прижимается всем телом. — Защита есть? Он кивает и снова поднимает меня на руки, чтобы дойти со мной до байка и усадить теперь на него, всё это время страстно целуя. А я извиваюсь, как змея, когда он проникает пальцами под мои кружевные и массирует клитор, размазывая мой потоп по всем складочкам. Стоны уже неконтролируемым потоком срываются с моих губ, и я хочу большего, мне срочно нужно чувствовать его внутри, кусать его шею, царапать спину и стонать ещё громче! Ещё и ещё! Он срывает с меня трусики, я спускаю его штаны, что из-за дождя поддаются мне с трудом. Но я так сильно его хочу, что будь на нём хоть пояс верности, я бы разорвала его в клочья. Секундный шелест упаковки презерватива, непрекращающийся поцелуй и рваные вздохи. Он притягивает меня ещё ближе к себе, устраиваясь у меня между ног, и...

— Ада-а-а-а-ам!

Я кричу как ненормальная, кусаю его за губу и очень стараюсь не кончить в первую же секунду. Он двигается резко, жадно, быстро, но без единого намёка на грубость. Даже сейчас он кажется слишком нежным, когда сжимает мою талию так, что завтра на ней точно будут синяки. И мокрые тела создают жутко пошлые звуки шлепков, он тихо рычит, а мои громкие стоны оглушают даже меня. Я чувствую себя крайне сексуальной, какой за свои двадцать пять лет не чувствовала ещё ни единого раза. Вся его резкость говорит только о том, как сильно он возбужден, и это окрыляет меня ещё сильнее. Наверняка на его спине уже куча кровавых полос, а на моей шее и груди десятки засосов. Если бы мотоцикл не стоял у стены, он бы давно уже упал на пол от этого сумасшествия. Он буквально втрахивает себя в меня, слишком резко и глубоко, так охренительно, что я неистово сильно кончаю, сжимаясь так, будто сижу на электрическом стуле. Он делает ещё несколько мощных толчков, врывается в мой рот своим языком, и рычит сквозь поцелуй, кончая, получая крышесносящий оргазм. Мы так и сидим в этой позе, сил нет ни на что, даже вымолвить хоть одно слово. Меня хватает только на то, чтобы открыть глаза и нежно коснуться губ того мужчины, который перевернул мой мир с ног на голову за сегодняшний день. — Так с машиной всё хорошо? — хрипло шепчу, понимая, что я сорвала голос своими стонами. — Ага, — кивает Адам, выгибая бровь. — Но я ведь даже не проверил её. Если хочешь... — Хочу! Только приезжай сам, у меня дома тоже гараж есть.