Холодный воздух, горячая кровь

      Сабьорн производил впечатление человека, умевшего наживать неприятелей без особых на то стараний, а его помощник — Маллий Макий, — казался бесконечно утомлённым. Медоварня Хоннинга была интересным местом за пределами окружных стен Вайтрана, отчасти тем, что Сабьорн, казалось, никого не жаловал — даже когда на пороге явилась Довакин, в пыльной, перепачканной, но явственно добротной броне. Бутыль мёда ей преподнёс Маллий, чуть кивнув в знак извинения за грубость хозяина, и, вероятно, лишь это и ладонь Паранэль на плече вынудило Лидию прекратить сжимать кулаки и не тянуться к рукояти меча, а лишь поджать губы и промолчать. Распив с Лидией благословенно тёплый напиток, Паранэль не видела поводов задерживаться на медоварне, потому скупо распрощавшись, они неспешно покинули зал.       А мгновения после Паранэль была прижата к земле. И в лицо ей дышал вервольф.       Пасть его была огромна. Паранэль оцепенела под хваткой неподъёмных лап, припирающих её плечи к земле, и едва замечала колдобины и камни, твёрдо и холодно упирающиеся в лопатки. Ряд зубов в темноте казался особенно острым и грязным, будто у дёсен могло забиться крошево плоти и костей. Могло ведь? — лихорадочно билось в голове у Нэль, а вервольф лишь осматривал её пронзительно-золотыми глазами, выдыхая через пасть густой душный запах забродившего мяса. Протяжный вой, послышавшийся откуда-то издалека, вынудил вервольфа дёрнуть головой и обернуться. Сглотнув, Паранэль в звенящей пустоте собственных мыслей пыталась дрожащими руками нащупать кинжал, но никак не могла разобрать, куда он подевался.       Она выхватила его, когда вервольф неожиданно рыкнул ей в лицо.       Паранэль не сразу сообразила, что он не собирается откусывать ей голову; напротив — срывается с места и отпрыгивает в сторону; потому она полоснула его лезвием прежде, чем тот успел увернуться. Для мощной, перевитой жилами шеи это была лишь царапина, мгновенно утонувшая в густоте бурой шерсти, в ночи казавшейся угольной. Паранэль вскочила на ноги под обрывок пёсьего скулежа, но когда она обернулась, вспомнив про Крик и растирая сведённое судорогой горло, увидела только массивную фигуру, несущуюся от города прочь. Словно медведь с неестественно длинными, сильными лапами стремглав бежал вслед за добычей.       Паранэль всё ещё трясло, когда она ощупывала липкий затылок Лидии, бессознательно свернувшуюся около камня. В голове было ужасающе пусто, и даже когда Лидия очнулась, хриплым голосом зовя её, изо рта Паранэль вырывался лишь прерывистый хрип.       Несколько дней спустя Паранэль стояла в Котелке Аркадии, осматривая бутыльки на прилавке, пока хозяйка лавки терпеливо истолковывала Олаве, как часто следует принимать настойку от болей в груди. Ежедневно Паранэль силилась объяснить себе, как вылазка на охоту, которая должна была закончиться мирным распитием мёда за пределами шумного города, вылилась в то, что теперь она ухаживала за Лидией, у которой на затылке зрел свежий шрам, а желудок и глаза мутило от скольких-нибудь резких движений.       Как из охотника она превратилась в добычу?       — Возьмите вот это, — посоветовал женский голос, едва не заставив Паранэль вздрогнуть.       Чужая рука, узкая, но плотно увитая мышцами, протянулась у неё над плечом и, выудив из ряда низкий бутылёк с широкой крышкой, преподнесла его Паранэль, подставляя открытую ладонь.       Крутнувшись на пятках, Паранэль отступила. Нордка, стоявшая перед ней, улыбалась из-под полос боевой раскраски и, нисколько не смущаясь, смотрела прямо и открыто.       — Отлично заживляет ссадины, — поделилась нордка доверительно, склоняя голову. — От синяков и следа не останется.       Окинув её взглядом, Паранэль расправила плечи. Броня нордки больше походила на накидку из шерсти, искусно отделанную по фигуре и скреплённую простым, но броским медальоном на груди. Рёбра проглядывались в вырезах вдоль боков, но её это, кажется, нисколько не смущало. Словно прочитав чужие мысли, она опёрлась о бедро и, поправив ржаные волосы, укрывавшие плечи, манерно уложила руку на пояс, — зная, что за ней наблюдают.       Про себя Паранэль хмыкнула. Вслух она коротко поблагодарила, выдавив из себя улыбку, которая, она надеялась, получилась не слишком нервной. Приняв из чужих рук пузырёк, она повертела его в руках, пока нордка, обернувшись, не принялась рассматривать прочие настойки. Когда она потянулась к подбородку и бессознательно почесала кожу, задумчиво глядя на полки, Паранэль с интересом подняла голову.       — У вас рана? — спросила она будничным тоном.       Нордка, обернувшись, непонимающе посмотрела на неё. Когда Паранэль указала на её шею, она улыбнулась, поводя головой так, что жилы натянулись и явились красную свежую полосу, аккуратной линией лёгшей вдоль скулы.       — Ах это, — сказала она, пробежав пальцем вдоль краёв, — просто царапина.       Опустив голову, она, щурясь, заглянула Паранэль в распахнутые глаза.       — Поранилась на охоте. Несколько дней назад.       Сжимая в руках бутылёк, Паранэль сладко улыбнулась и понимающе кивнула.       — Вот как.       Следующим утром она уверенным шагом поднималась по ступеням, ведущим к залу Йоррваскра.