Очки

Треск.        — О, Господи! Извини, я не хотел…

***

Это грозило затянуться на целый день, потому что Тэхён решил, что будет плаксивым и нерешительным. Подобрать оправу — не такая уж сложная задача, Ёнджун, полжизни проходивший в очках, прекрасно это знает, но нет: Тэхёну нужна такая, которая будет абсолютно идентичная сломанной версии. Поэтому, когда выяснилось, что похожих больше не выпускают, а ассистент оптика предложил большой выбор, как альтернативу, Чхве почувствовал, что медленно умирает изнутри. Тэхён обернулся к нему, глядя большими глазами, с написанной на лице просьбой: «посоветуй!». Ёнджуну, конечно, льстило, что парень считает его тем, кому можно доверить выбор, но с другой стороны трезво оценивал свои возможности. Оставалось только ласково погладить младшего по руке и снова с опаской озвучить:        — Померяешь ещё, м? Тэхён нахмурился и потопал к полкам обратно, разглядывая очки так, будто из-за них были все его проблемы в жизни. Формально, так оно и было, потому что теперь с собственным уникальным стилем, похоже, возникли затруднения. Он скрестил руки на груди и впился взглядом в рамки с образцами, делая вид, что рассматривает их, но на самом деле, мысленно объявляя каждую пару уродливее предыдущей.        — Вот эти хороши, — Ёнджун протянул своему парню простые очки в черной оправе, пытаясь убрать непривычную хмурость с его лица.        — Нет, это не так, — фыркнул Тэхён, отворачиваясь.        — Ты даже не посмотрел.        — Необязательно смотреть на вещь, чтобы понять, что она уродливая. Я чувствую её ауру. Ёнджун закатил глаза. Казалось прошло ещё несколько часов, прежде чем Тэхён наконец подошёл к старшему, сидящему на небольшом диванчике, и спросил, вертя в руках несколько оправ:        — Что думаешь насчёт этих? — выглядел он более спокойным. Ёнджун почувствовал одновременно грусть, счастье и облегчение. Грусть — потому что милые кулачки Тэхёна разжались, счастье — потому что он снова заулыбался, а облегчение — оттого, что уже успел начать волноваться, как бы сегодняшнее посещение оптики не вылилось в истерику младшего, оставшегося без любимых очков. Может прозвучало глупо, но это действительно могло случиться. Ёнджун попытался представить выбранные рамки на лице Кана и произнёс, улыбаясь:        — У тебя в руках они выглядят симпатичным, но удобнее будет, если ты всё же наденешь их.        — Точно, какой я дурак, — хихикнул младший, нацепил очки на нос, покрутился чуть-чуть у зеркала и обернулся к Чхве. Во рту пересохло, а зрачки расширились, когда мозг Ёнджуна с запозданием переработал поступившее изображение. Боже, эти очки буквально созданы для Тэхёна; в них он выглядит изысканно, даже сексуально. Прикрыл глаза, успокаиваясь, и снова взглянул, остановившись по привычке на любимых губах и, чёрт, блядские очки… Похоже они становятся очередной чертой парня, на которую у Ёнджуна нелепый краш. На тот случай, если Тэхён до сих пор не сообразил какое воздействие оказывают на старшего его очки, Ёнджун приподнял брови и провёл языком по пересохшим губам, надеясь, что это в полной мере отразит его ощущения. Тэхён понял. Оглядел быстро зал, чтобы убедиться, что никто не смотрит в их сторону, и стрельнул страстным взглядом из-под ресниц, сдвигая стеклышки на кончик носа, и упираясь большим пальцем прямо в дугу купидона:        — Тебе нравится? — спросил нахально, уже зная каким будет ответ. Если до этого триггер в голове Ёнджуна колебался между «вкл» и «выкл», теперь его буквально заклинило в одну сторону. Старший решил, что можно ничего не говорить, понимая, что язык тела уже всё сказал за него. Вместо этого он подтащил Тэхёна за руку к кассе и объяснил продавцу, что они купят только эти очки, а если их успеют изготовить к концу рабочего дня, то заплатит вдвое больше. Тот ответил спокойно, что его просьба и без двойной оплаты будет выполнена в течение часа, а Ёнджуну, казалось, и близко не хватило бы слов, чтобы описать своё состояние.

***

Тэхён переключился на четвёртую, выезжая на скоростную полосу, и почувствовал, что по шее скатывается крупная капля пота, хотя в машине работал кондиционер и жарко не было.        — Ты смотришь на меня пристальнее, чем обычно, — усмехнулся, оглядываясь в зеркало заднего вида, — И я начинаю бояться, что эти очки не так хороши, как ты сказал мне в оптике.        — Я смотрю, потому что… — слова смешались в выдохе, а ладонь переползла на бедро младшего, — Сейчас на тебе они в миллион раз лучше, чем раньше. Тэхен ответил хихиканьем и шлепком по вторгшейся руке, отпустив руль на секунду, чем заставил машину немного отклониться влево.        — Ох, чёрт! Это из-за тебя! — испуганно взвизгнул он и выровнял ход, чтобы большая часть машины оказалась на середине полосы — там, где ей и полагалось быть.        — Я ничего не могу с этим поделать, — облизнулся Ёнджун, вновь скользя ладонью выше, полностью обнажая свои намерения, — Ты слишком замечательно выглядишь. И даже не думай о том, чтобы снова меня оттолкнуть — это приказ.        — Конечно, господин, — засмеялся Тэхён, когда пальцы Ёнджуна вновь погладили его ногу. Это было немного щекотно, чувственно, и на сто процентов отвлекало, а ещё нужно было смотреть на дорогу, и неспособность увидеть такую любимую им разницу между ёнджуновскими руками и собственными бёдрами казалась пыткой.        — Боже, почему мне так нравится, когда ты называешь меня так? — пробормотал Ёнджун, игриво сжимая пальцы и едва удерживаясь от того, чтобы просто попросить младшего остановить машину. Это почти заставило Тэхёна поперхнуться, потому что когда этот разговор успел стать настолько грязным? Назовите Ёнджуна сумасшедшим, но он, похоже, никогда не замечал, как привлекательно выглядит его парень за рулём. Это была одна из тех вещей, которые воспринимались им подсознательно, доставляя эстетическое удовольствие, например — тонкие пальчики на резиновом колесе, тёмная оправа очков, ласковые губы вокруг собственного… Ему действительно надо остановиться.        — Ты так потрясающе выглядишь в них, — голос опустился до шёпота, словно Ёнджуну хотелось удержать эти слова в секрете ото всех, кроме краснеющего младшего, — Я не могу отвести от тебя взгляда, и, знаешь, честно говоря, я совсем не хочу, потому что… Чёрт, Тэ, — закончить так и не удаётся, но действия говорят лучше слов, а длинные пальцы без стеснения тянут за петли ремня Тэхёна и скользят под рубашку. Возможно, эти дурацкие очки произвели слишком сильное впечатление. Они были не обычными круглыми, которые выбирало множество корейцев, а скорее в более западном стиле, прямоугольной формы, и это придавало лицу Тэхёна визуальную гладкость. — Господи, Джун-и, ты действительно считаешь, что я выгляжу сексуальным в них? — улыбнулся Кан, поворачиваясь к парню и терпеливо стараясь не обращать внимания на ползающую по собственной ноге руку, — Твоё поведение буквально кричит об этом. Дай мне сосредоточиться до конца поездки.

***

       — Ты правда не можешь подождать пока мы зайдем внутрь? — притворяться раздражённым никогда не было одной из сильных сторон Тэхёна, о чём оповещают его горящие уши, пока он пытается скинуть руки Ёнджуна с собственной задницы и одновременно попасть ключом в замочную скважину, — Наш сосед решит, что мы извращенцы. Ёнджун абсолютно не обращал внимания на его слова, потому что главным приоритетом сейчас было — наконец-то прижать желанное тело к стене.        — Да какая разница, — нетерпеливо ответил, захлопывая дверь и хватая младшего за талию, в который раз внутренне сжимаясь от того, насколько хрупким Тэхён ощущается в его руках.        — Не будь таким грубым, — промурлыкал Кан, за рубашку притягивая к себе, — Джун-и, чёрт возьми, всё потому, что тебе нравятся мои новые очки? Я могу уйти и вы побудете вдвоём. Тэхён хихикнул, довольный собственной остротой, и звучно простонал, наслаждаясь жадными поцелуями-укусами в шею и губы. Ёнджуну действительно редко срывало крышу настолько сильно, да и секс у них был, мягко говоря, на постоянной основе, поэтому теперь, чувствуя на своих ключицах влажный язык, Тэхён со стоном выгибается, подставляясь под ласки знакомых ладоней.        — Знаешь, ты совсем не умеешь хитрить, — усмехается младший, ловя голодный взгляд, когда они отстраняются друг от друга. Ёнджун прижимается своим лбом ко лбу Тэхёна и смеётся тихо:        — Не думал, что когда-нибудь скажу такое, но мне совсем не жаль, что я сел на твои очки.