Горькая ваниль

Он видел, как холодное тело того, кто грел ему душу, последний раз касается свежего воздуха. Слёз уже не оставалось, как и сил жить дальше. А теплое время года причиняло только больше боли.

      Саша думал. Очень много думал. Он уже не помнил, где мир реальный, а где его гребанное воображение. Он много чего забыл. Многое просто не хотел вспоминать. Антидепрессанты уже давно не помогают. А как давно? Саша и этого не помнит. Он перестал следить за временем, ведь каждый день был одинаковым и дата не имела особого значения. Сейчас было холодно, в этом Саша был уверен, потому что ему приходится одеваться теплее, чтобы выйти на улицу.       Он жил на последние деньги, которые остались после всего произошедшего. Саша пообещал себе, что не будет долго мучится. Ведь всё плохое нужно отпускать… Но он не знал как это сделать, поэтому решил эти размышления ненадолго отложить. Такое выживание со стороны выглядело очень жалко, но Саше было плевать на это. Он просто хотел ещё немного пожить с тёплыми воспоминаниями о том самом человеке. Хотел ещё ненадолго сохранить это чувство в своём живом теле. Но видимо вся его жизнь никогда не идёт по плану. — Хей, ты! Отмороженный! Подойди сюда. — Парень в капюшоне махнул рукой в сторону переулка.       Через несколько минут незнакомец привел Сашу в странное, забытое Богом, место. Кажется, у Саше в голове осталась только пустота. Кто эти люди? Зачем он пошёл за ним? Что они тут делают? Но этих вопросов у Саши не возникло. Он просто слушал, как какой-то парень рассказывал несусветный бред про нирвану и что они могут показать, как достигнуть этого состояния. Саша просто молча кивнул и осмотрелся вокруг. Ничего интересного и запоминающегося не было. Только странные на вид парни, которые сидели на земле, глупо улыбались и смотрели куда-то в пустоту. — Только, парень… Деньжата вперёд. — А. Да, сейчас… — Саша встряхнул головой и полез в карман за кошельком. — Вот, держи, это всё, что у меня есть. — Ох! Парень! Так этого тебе на месячный запас хватит! Держи пакет и можешь уходить. — Паренёк кому-то кивнул и через минуту передал какой-то пакет Саше. — И запомни ещё одну вещь… Нас ты не знаешь, усëк? — Да.?       Парни, которые сидели там, через пару мгновений отключились от мира и просто перестали замечать Сашу, поэтому он решил вернуться домой. А путь был не самым приятным. Хоть мысли и были не полными, а чувства растворялись максимально быстро при своём мгновенном появлении. Саша запутался и не знал, о чём ему думать и что делать ему дальше… Он идет, держа этот чертов пакет в своих руках, и ему плевать на то, что подумают остальные, если узнают, что он несёт в своих руках. Да и сам он не знает, зачем ему всё это…       Но и эти бессмысленные переживания были не к месту. Он спокойно дошёл до дома и кажется даже не встретил ни одного человека. И что делать теперь? Все свои оставшиеся деньги он потратил на идиотский пакет проклятого вещества. Дома еды нет, только какие-то жалкие остатки воды и круп, от которых Саша не находил никакой пользы. Цивилизованный мир вокруг и он в итоге остался без всего. Сам же упустив все возможности на восстановление. Та самая обида, та любовь… которая застыла в жилах… всё это оставило настолько неприятный осадок внутри, что сгрести его… очиститься от него никогда не получится.       Зародилась агрессия. Злость на весь мир. Придуманная им жестокость этого мира. Он винил всех и каждого в том, что произошло. Никто не смог помочь ему. Диме тоже никто не помог… Его оставили одного, давая шанс бороться с неприятностями, построить новую жизнь, которая будет в разы лучше прежней. Но Саша до сих пор пленён этим чувством любви… это всё смешалось. Запуталось и кажется уже никогда не распутается. Он обречен. Но он сделал это сам. Сам с собой. Отобрал все возможности и выкинул их, следом, скомкав все чувства и всё человечное, что когда-то еще пыталось держать его адекватным в этом мире. Теперь для него все стухло. Всё прогнило, как и он сам. Как и то самое тело его любимого человека. Он успокаивает себя тем, что он обещал Диме всегда быть рядом… Будто бы это аргумент его безумству? Возможно…       Но уже поздно. Окончательно. На душе тяжело. Воспоминания путаются так же, как и тогда. Ничего не осталось. Нет желаний, нет целей, нет средств, нет… Уже нет того Саши, который стремился стать счастливым. Того радостного мальчишки, который грел душу лишь своей улыбкой, его тоже больше нет… И никогда уже не будет.       Он вновь прекратил выходить из дома. Начал понемногу сходить с ума… Начал умирать. Пытался проводить время, записывая воспоминания. Можно было бы назвать это личным дневником, где могли быть записаны мысли о грядущем… но получалась тетрадь сумасшедшего. Записи выглядели страшно и немного пугающе, но их содержание могло довести до слез. Он никогда не умел правильно формулировать свои мысли, но все его прекрасно понимали. Но сейчас он точно знал, что не сможет восстановить самого себя. Знал, что проживает свои последние дни, употребляя только тот порошок из пакета, на который спустил все свои деньги. Поэтому он старался писать красиво, делать так, чтобы те, кто его когда-нибудь найдут, узнали о том, как он жил и что он совсем не псих, нет… он просто очень сильно любил… И боялся. Всегда боялся потерять эту любовь. Но только не таким образом. как это случилось. Это его и сломало. Неожиданность повлекла безрассудство, что привело к такому жестокому исходу. Он не продумал этот момент. Он был не готов. И решил не сопротивляться.       Та самая квартира, тот самый солнечный свет… все это уже было не таким ярким и радостным. Вместо воздуха в доме летала пыль. Неизвестно сколько месяцев Саша не открывал окна. Сил не было даже для того, чтобы двигать руками… Хотелось ещё многого написать, передать все те чувства, которые когда-то разрывали его изнутри от неописуемого счастья… Интересно, сколько прошло времени с последней адекватной мысли? Происходило ли что-нибудь такое, что могло бы сподвигнуть Сашу одуматься и начать жизнь спокойно и размеренно… Нет ответа на этот бессмысленный вопрос. — А почему… Почему Дима не приходит… Посмотреть на меня… Я же так прошу…       Эти тихие и глупые слова разносились эхом по всей комнате, что раньше была ухоженной и мягкой спальней, но сейчас это лишь обрывки от воспоминаний. Такое же эхо, как и все произнесённые вслух мысли. Но сегодня всё было таким странным. А можно ли назвать что-то похоже на времяпровождение «сегодня»? Просто, когда Саша вновь очнулся, он не почувствовал тяжесть в теле. Было так легко, будто этого страшного кошмара никогда и не было.       Такие странные ощущения. В комнате будто стало светлее, а на душе в разы теплее. Не чувствовалась отвратительная боль, лишь лёгкие покалывания в руках и немного холод в ногах. А мысли совсем не путались. Может… Саша наконец проснулся после такого затяжного кошмара?       Но чуда почему-то не происходило, хотя Саша, кажется, уже успел в него поверить спустя столько времени. Но на секунду он совсем остановился. Перестал осматривать уже совсем светлую комнату, разглядывать свои на вид живые руки. Он задумался. А что же такого случилось перед сном, что сейчас Саша чувствует себя намного лучше? Таких ощущений он не испытывал, буквально… С последней встречи с Димой… Неужели… — Мне жаль, Саша, что ты теперь тоже здесь… — В комнате на мгновение стало ещё ярче, но через несколько секунд всё вернулось в норму. Теперь-то Саша всё видел четко. И точно понял, что случилось на самом деле. Никаких чувств почему-то он сейчас не испытывал. И вправду, здесь никто не чувствует боли. Лишь где-то вдалеке Саша чувствовал вину, немного радости и… что-то очень похожее на свободу. Даже появились силы немного поплакать. И такую возможность он решил не упускать. — Ты… Ты ведь видел всё… — Не волнуйся, я чувствовал всё вместе с тобой, Саш… Прошу, вставай, нам нужно ещё многое обсудить. — Дима выглядел потрясающе, даже слишком. Такой спокойный и красивый. Будто бы он всем своим видом хотел поделиться этим спокойствием. Даже сейчас, он казался Саше самым особенным. — Теперь… Даже если это звучит грубо… Но теперь мы можем быть вместе. — Мне как раз этого не хватало… Я так скучал… — Саша попытался встать. Слова произносились так легко, а движения ничем не ограничивались. Будто Саша вновь стал счастливым.       И всё последующее время Саша старался восполнить все потерянные нежности. Это было так неожиданно, но Дима, кажется, и сам был не против просто стоять и обниматься. Внутри души зарождалось странное тепло, которое не хотелось отпускать… Как и вновь терять такое чудо… Эту всю любовь, которая теперь никогда не будет разрушена законами жизни. Странно. Но теперь они точно всегда будут вместе.       Два холодных тела наконец оказались совсем рядом, но теперь никогда не смогут прикоснуться друг к другу. Их жизни заточены во снах, что так и будут бесконечно кормить их неживые мыли сладким счастьем. Не будет никогда больше такого мира, который они могли бы создать. Реальность закончилась на странных моментах их былой жизни, но они об этом больше никогда не вспомнят. Они теперь и вовсе не живут.