бо(р)юсь

Гей драма полиции Это адрес Муравьевых. Пестель удивленно уставился на диалог. Николай, мать его, Романов скинул ему адрес семейства Апостолов, как констатацию факта, ни черта не трудясь объяснить столь неожиданное, да и чего таить, странное сообщение.

Дорогуша, я не пьян и к ним сегодня не собирался

Гей драма полиции Я еду туда на вызов. Раненый Паша впервые начал молиться. полчаса до этого Поля понимал, что чувства высокие и прекрасные кружат голову, давая забыть о проблемах насущных, но, что он остается в квартире на неопределенные часы, чтобы отдать конспекты Анастасию Кузьмину, что своевременно не успел сделать его брат, жизнерадостно покинув место обитания вместе с Мишелем и оставив это бравое дело младшему, не давали такое же крылатое настроение младшему. В общем, за семнадцать лет жизни Ипполита ничего не поменялось, только добавились подзатыльники за фразу «Свобода или смерть!» услышанную на одном из сборов брата. Но Миша, услышавший это высказывание из уст Польки впервые, оригинальность оценил, за что получил аналогичное наказание. — Застрелитесь мне еще тут, — обутый Сергей хмуро стоял в коридоре, дожидаясь, когда Рюмин справится со шнурками. — Только после шампанского! — Бестужев! Ладно, Поль, Стас скоро придет. И как бы все. Фраза ушедших студентов — последнее упоминание человека, который уже второй час не мог прийти за своими же рукописями. Поля вздохнул, со скуки пролистывая вышеупомянутые тетради, теперь уже чувствуя не только раздражение к Анастасу, но и зависть. Все-таки писал непунктуальный очень красиво, а судя по наброскам пестрящих среди схем и понятий, то Кузьмин еще и сносно рисовал, так что, если завяжется разговор, то можно будет пошутить о портрете, как о плате за потраченное время и здоровье. К сожалению рука у Сережи была тяжелая. Он ждал человека старше его на пять гребаных лет, который должен показывать ему, как старшее поколение, пример поведения. Замечательно. Может позвонить? Быстро открыв диалог с братом, парень начал набирать сообщение

Я быстрее кончу, как Есенин, чем Кузьма придет. Кинь его номер

Старший средний Ты думаешь, что у Есенина был такой же?) Поумерь свой пыл. Ща, подожди. Поля изумленно выдохнул. Что это, блять, значит? Нет, ну мало того, что рукоприкладство, так еще и необоснованное издевательство над физиологией. И Есениным! Боже, прокатилась дурная слава, что похабник я и скандалист. Как эти слова сейчас подходят, и как хочется напомнить среднему, что его знания матерных стихов не только Сергея, но и Владимира, очень обширны, так что найти, как прекрасно послать брата, он может весьма изощренными методами. Вот Сережа любит розы? Быстро найдя нужный номер, Ипполит начинает ходить по комнате, предчувствуя назревающую перепалку с юмористом под мерные гудки из динамика. Со стороны коридора послышался стук. Отчего-то вздрогнув, юноша отбил звонок, скорым шагом направлялась к двери. Наконец, хоть и неожиданно, как домовой, но Кузя пришел. В глазок Муравьев не смотрит, все равно внешность парня он не знал, предпочитая капитулировать из квартиры, если намечались встречи, так что просто распахивает дверь, не сдерживая улыбки. Все-таки встреча с человеком, родители которого также хотели девочку. Встретил его мужчина, выходящий из квартиры соседки — одинокой мамочки, дочку которой иногда она оставляла с соседкой сверху, пожилой женщиной — Майей Трофимовной. Мужчина хлопнул дверью о стену, случайно открыв ее нараспашку, видимо, испугавшись лишних глаз. Парень удивленно уставился на незнакомца. Все-таки мама Марфы, так звали девочку, не раз говорила, что не может привести в их маленькую (она никогда не употребляла слова «неполную») семью другого человека. Тут он окинул взглядом мелькнувшую за закрывающейся дверью детскую ручку. Безвольная, будто бы фарфоровая, она лежала на полу. Мужчина резко закрыл дверь, не отрывая взгляда от Апостола. Поля начал медленно пятиться к двери своей квартиры. «Свобода или смерть!» обрела уже совершенно другой вид. Внизу запиликал домофон, на втором этаже это отдалось особенно отчетливо, заставив незнакомца чертыхнуться и рвануть к лестнице. Все произошло молниеносно, вот Поля пытается схватить неизвестного, а тот выхватывает что-то из кармана толстовки, взмахивая. Боли нет. Просто футболка начинает обретать алый цвет, неприятно прилипая к торсу. Ну да, конечно, какой же домушник пойдет на дело без ножа. Становится страшно, мужчина, не раздумывая сбегает по лестнице, сталкиваясь с вошедшим человеком. — Смотри, куда идешь, парень, — раздается гулким эхом по подъезду под аккомпанемент хлопка двери домофона. Ипполит осел на стену, нащупывая в кармане чудом не выпавший телефон, на автомате вводя пароль, перед глазами нещадно плыло, все-таки смотреть на причиненный себе ущерб не стоило. Шаги не прекратились, к его пролету приближался человек, судя по звукам, перешагивавший через ступеньку. Номер скорой в голову не лез, пришлось открывать поисковик, чтобы найти злополучные три цифры. — Поля? Впервые младший Апостол был так рад появлению знакомых брата. Рядом с ним опустился на колени долгожданный Анастасий, ошеломленно посмотрев на кровавое пятно. Секундное промедление и со студента исчезает футболка, оказавшись прижатой к порезу, а отобранный из рук телефон издавал монотонные гудки. — Скорая? Парень с ножевым ранением по адресу… Юноша устало облокотился на грудь Кузьмина - во всяком случае он надеялся, что это не левый человек, не выпуская мысль о девочке и заинтересованном взгляде убийцы. Убийца. Фарфоровая ручка девочки не выходит из головы. Надо было бы сказать об этом Стасу, на грани сознания мысли путались в неистовый ком, не давая сформировать связанную фразу. — Кукла, — единственное, что смог вымолвить Муравьев, уткнувшись в ключицу старшего, давая удобнее прижать к ножевому ткань, и потерял сознание. Он пропускает, как Стася испуганно прижимает его к себе сильнее, заметив, что тот закрыл глаза, появление скорой и полиции, погружаясь в пугающую темноту.

***

— Ника, — брат обеспокоено смотрит на напряженного старшего, Николай выдыхает, выкидывая из головы недавний диалог. Характер Павла мог сделать много проблем, если он выходил из-под контроля. Лишь бы этот идиот не вздумал сюда приехать. — Что, Миша? Соседей опросили? Свидетеля в участок забрать не забудьте, бумаги еще оформить надо, — мужчина пытается составить картину происшествия по показаниям Кузьмина. — Не отвечают на звонок. Сейчас. Поднимался к Муравьевым. На встречу странный мужчина. Ипполит на лестничной площадке с ножевым. Получается с целью ограбления? Нужно дождаться остальных жильцов. А если нападение? Домогательство и сопротивление, впоследствии чего ранение с целью усмирения жертвы. А шаги спугнули нападавшего, по описанию он не отличается физическими данными и телосложением. А почему на лестничной площадке? Дверь распахнута, а в квартире следов крови нет. Странно. Из мыслей выводит надломленный голос Романова. — В соседней квартире найден труп девочки. Предположительно около семи лет. Брат стоит бледный, как и половина присутствующих, бросая короткие взгляды на труп в прихожей. Страшно представить, что этот ангел вскоре окажется на столе в руках судмедэксперта. Белокурая, домашняя футболочка задралась, а шорты спущены вместе с бельем, кожа при искусственном свете люстры кажется совсем белой. А какой ей еще быть, Ник? Она м е р т в а. — Экспертов сюда, быстро! Изнасилование. Педофилия. Сколько Муравьеву? Шестнадцать? Если девочку изнасиловал тот подозреваемый, то Ипполит мог стать второй жертвой или нежелательным свидетелем. Совсем крохотная, наверное, еще и в школу не ходила… — Судя по рваным ранениям в области паха, изнасилование. Точно скажу при подробном осмотре, так же и о причине смерти. Ножевых или следов удушения не обнаружено. Николай еще раз внимательно осматривает подъезд, подмечая некую ухоженность, да и район является благоприятным. Нужно будет спросить про видеонаблюдение при выходе или магазинах. Целый этаж не опрошен –жителей не было дома. Боже, за что все это.

***

Это было тяжело. Привыкаешь к кражам, дракам. Привыкаешь к убийствам, виду крови, буквально охватывающей каждый миллиметр места происшествия. Закалка постепенно становится все железнее, но трупы детей… К ним привыкнуть невозможно. Рабочие часы тянулись ужасно медленно. Заполнялись нужные бумаги на автомате, а звонки родным Ипполита и девочки буквально ломали полицейскую выдержку, заставляя отходить от отученной схемы и пытаясь хоть немного преподнести страшные вести мягче, с сожалением. Не как машина — по-человечески. — Лидия Михайловна Фролова, Вы? — Да, а Вы?.. — Старший лейтенант Романов, Вы можете пройти на участок, либо же мы можем за вами приехать. Не Вы, не ваша семья ничего не нарушала, не волнуйтесь. — Боже, я сейчас подойду. Гудки отдаются тяжелыми ударами. Николай нарушал устав, не говоря о причине необходимости прихода женщины, но говорить ей это так было невозможно. Говорить при встрече еще хуже, но так было бы проще в плане человечности. Родственники Поли ждали итоги врачебных махинаций — рану пришлось зашивать. Вскоре врачи должны были сообщить, когда парня можно будет допросить. Надо было успокоиться, хоть немного. Изнасилование было не первым за два месяца. Получается серия? Маньяк? Или они не связаны? Определенного почерка не прослеживается, но жертвы — дети до пятнадцати лет. Точного описания никто дать не смог, но общие черты были с фотороботом и описанием Кузьмина. Все-таки, возможно, что это сделал один человек. Оставалось надеяться, что не душевно больной — хотелось засадить его на срок, который он заслужил. Жаль, что высшую меру отменили. — Николай Павлович, к тебе мама девочки. — Впускай.

***

Сережа себя проклинал. Ипполита оставляли в больнице на несколько дней. Если бы он подождал с ним, если бы они с Мишей остались, то все бы сложилось по-другому. — Ипполиту Ивановичу сделали шов, рана не глубокая, могли бы выписать и завтра, но мы боимся из-за пониженного гемоглобина. Мы должны сообщить об этом вашим родителям, это возможно? — врач поправил бланк, вопросительно смотря на Муравьева. Родители. Боже, Поля оставался большую часть времени с братьями, отец и мама делали это, не беспокоясь о его сохранности, ведь Матвей и Сергей успели заслужить доверие своих родителей в этом плане. Сейчас Митюша в другом городе, так же как и старшие Апостолы. Случилось ли это, если бы брат был тут? — Сергей Иванович? Господи. — Да, они находятся в другом городе по работе. Сейчас продиктую их номера. Миша напряженно смотрел на нервные движения парня, понимая, что сегодня будет ночевать не у себя. Иначе Рюмин не сможет.

***

Семнадцать дней назад — Анна Светло, четырнадцать лет. Сорок девять дней назад — Иван Карелин, одиннадцать лет. Восемьдесят три дня назад — Антон Галкин, шестнадцать. Серия? Но почему девочка убита? Нужно ждать заключение судмедэксперта. Стоит поднять список подозреваемых и сравнить с кадрами с видеонаблюдения. Также проверить все ли камеры заметили, все-таки на место отправили молодых, думая, что там одно ножевое. Мог ли он быть в списках по тем делам? Фоторобот разослан по отделам города, а Кузьмин слышал его голос, даже смог сказать примерный рост. Первая жертва смогла запомнить внешность, это Романов помнил точно — с юношей долго работали психологи. Ипполиту скоро семнадцать. Самая старшая жертва на год младше. Может ли быть Апостол в группе риска? Если педофил не один, то мало вероятно, но если серийник… Почему разница возраста так огромна? И почему Марфа мертва? Девочка была очень похожа на маму. Женщина красива, даже когда она зашла к нему в кабинет в легком испуге от неосведомленности ситуации. Пока не появилось в некотором роде привычная для Николая гримаса. Ужас. Губы складываются в немом крике, а глаза пытаются найти в тебе поддержку: «Ведь это не так, пожалуйста, скажите, что все хорошо…» А тебе ничего не остается, как прятать виноватый взгляд, подавая нужные документы. В таких делах хочется вернуть смертную казнь. От мыслей отвлекает стук в дверь. Полицейский бегло смотрит на часы: начало двенадцатого, проклиная личность, благодаря которой ход мыслей начитает путаться, мужчина встает с рабочего места, потягиваясь. — Надо будет записывать, — шоркая босыми ногами, Романов направляется в сторону коридора. Марфа, наверное, шла так же. Наивно, думая, что ее дорогая мама пришла с работы. Ипполит ждал Анастасия. Завтра в больнице надо расспросить об этом школьника лично. А чувствовали ли они в этот момент тревогу? Почему нельзя было посмотреть в глазок и просто не открыть дверь? Девочка не могла это сделать из-за роста, а Муравьев? — Ника, блять, открой! Мужчина мгновенно распахивает дверь, отбрасывая отчужденность, гость является не столь неожиданным, да и время для него еще нормальное, но он не ожидал увидеть его сегодня. — Если твои пидорасты не спросили у ебнутой бабульки со второго видео, то вы конченые долбоебы, а не менты! — Какое видео, Паш, наблюдение только у дома напротив и магазина, — устало потерев глаза, хозяин квартиры направился на кухню, — как у тебя силы ругаться находятся? Сергей говорил о брате? Возня в коридоре и чертыханья затихают, заставляя Колю насторожиться–каждый, кто хорошо знал Павла, боялся одного факта его нескромной жизни — в переизбытке чувств он может что-то сделать, и неважно с собой ли, с вещами или собеседником, но по-другому быстрее успокоиться Пестель не мог. — Бабулька та вечно боится, что к ней воры залезут, — парень заявляется в комнату, давая выдохнуть, — вот она камеру и поставила, соседи на нее ругались, что и их пространства затрагивает, поэтому ее сыны, чтобы и люди не горланили, и бабка, камеру на мелкую поменяли, за цветами спрятав. Там и статья и рожа должна быть, — на соседнем стуле с Романовым умещается тушка студента. Николай удивленно смотрит на Пестеля, пытаясь уложить в голове поступки жителей. Камера без согласия. Которая может помочь.Дело Апостола, как и остальные может быть раскрыто благодаря блядской паранойи пожилой дамы. Помогает фамилия потерпевшего или это счастливая случайность? - Знал, что ты неописуем? — Ника, я об этом осведомлен, а раз сказал об этом сам Романов, то я домой сегодня не попрусь. — Логической связи нет, — Коля улыбается, пытаясь вспомнить куда засунул вторую подушку в последний раз.

***

Все было хорошо первую неделю. Полю выписали на следующий день, прописав витамины и как ухаживать за швами, дали недельный постельный режим и пожелание меньше двигаться. Но потом стало… Надоедать. Выходить на улицу не хотелось. Общение сократилось до сообщений, и то, переписываться хотелось далеко не с каждым, но информация о его инциденте распространилась быстро, так что находились давно забытые люди заинтересованные в его самочувствии. Короткие диалоги с братом и его знакомыми были в некотором роде интересны, но многие аспекты были непонятны. Хотелось, чтобы его послушал кто-то не из семьи. Хотелось, чтобы того мужчину поймали. Комната за вторую неделю домоседства была отдраена до блеска, Мишель теперь знал о всех его проблемах и наблюдениях, а Серж получил за свое самобичевание. — Виноват только один человек, и я жду, когда его поймают, — Ипполит неосознанно тянется к животу, отдергивая себя, — меня опросили, Стасю — тоже, Николай Павлович, сказал, что есть определенный список подозреваемых, так что скоро все будет нормально. — Паша говорил, что серия. — Значит найдут быстрее. Не хотите на премьеру сходить? Потом мне расскажете. С трудом спрятав накатывающий страх, юноша молча направился в свою комнату, под взволнованные взгляды. Ему было стыдно за то, что не дает им остаться вдвоем, но поделать ничего не мог. Было страшно. Что бы было, если Кузьмин тогда не зашел? Его бы тоже. Так? Как соседку, так же трогая, затыкая рот рукой, чтобы не кричал. Мерзкие пальцы прикасались к его телу, не давая рационально мыслить и заставляя твердить лишь жалкое «Не надо», хотелось бы поскорее закончить все это, хотелось бы просто оказаться в другом месте, подальше от всех этих действий. Ему, семнадцатилетнему было жутко даже представить такое, а маленькому ангелочку пришлось это испытать. Муравьев истерично всхлипнул, закрыв лицо руками. С ним все в порядке. Из-за отсутствия пунктуальности людей, такие исходы обошли его стороной. Анастасий. Он забрал конспекты? Интерес к этому человеку, даже после событий не утих, напротив, хотелось его не только ощутить, Апостол отчётливо помнил, что в последние минуты сознания ему было тепло, но и увидеть, а не вспоминать тот размазанный силуэт. Он уже успел проверить его социальные сети, даже обрадоваться почти что мгновенным принятием заявок, но фотографий личных там не находилось. Никто из них друг другу так и не написал.

***

Больше месяца. На поимку ушло больше месяца. Сергея Анатольевича Вилкуна взяли на собственной квартире, перепугав его жену и двух дочек, но самого педофила не удивив ни капли. Он спокойно встал, направляясь к наряду, его неестественно угловые руки были подняты, а лицо озарила победная улыбка. — Почти что четыре месяца, я думал, что это делается быстрее, — Вилкун ловит напуганный взгляд супруги, — видишь до чего доводят твои отказы? Непонимающая женщина затрепетала, поочередно заглядывая в глаза, то Сергея, то сотрудников, пытаясь найти ответы на причину происходящей картины, а меленькие ножки выглядывающие за спиной мамы неловко переминались, появившись показать свою владельцу взору незнакомых для него мужчин. — Вы задержаны по причине подозрения в серии изнасилований несовершеннолетних и причинения среднего вреда здоровью, повлекшему летальный исход от полученных психологических травм. Тогда Романов искренне удивился, как обошлось без случайных падений подозреваемого с лестницы. Он бы это своим ребятам простил, не испытывая никакого зазрения совести. Если его опознают, то дело остается за малым — посадить его на максимальный срок. Он просил адвоката. Без него не соглашался говорить, что было ожидаемо. На чистосердечное не соглашался, что было ожидаемо, все-таки его молчание может помочь ему уменьшить срок. Но все его надежды потерпели крах. — Выгоднее всего не отрицать. Улики на вас велики. Он выдал все, начиная с далёкой счастливой жизни с женой, появлением детей, которые испортили всю его личную жизнь, заставляя пахать на семью, чтобы не оказаться в долгах и нищете. Рассказал отвратительные подробности его мыслей, когда жена очередной раз отказывала, вымотанная занятиями с детьми, а уроки с женской подростковой группой волейбола приносила удовлетворение не только в плане отличной работы девочек. Так была понята связь с увлечениями первой жертвы и местом совершения преступления — тропа, по которой шел Антон была одним из путей в спортивное заведение. Вилкун знал, что его ждет заключение, идя на преступление осознанно, та свобода, которая ему дана, его не устраивала. Опознание проводили в допросной. Очно никто из свидетелей это сделать не захотел. В итоге смягчив наказание за неимением судимости ранее, Вилкун Сергей Анатольевич был приговорен к девятнадцати годам колонии.

***

Стас Это Кузьмин. Не могу дозвониться до Сергея, а конспекты нужны, можно я зайду? Ипполит хитро смотрит на рядом сидящего брата, телефон которого не показывал признаков социальной значимости владельца.

Конечно, я даже их вынесу, может тогда и погуляем?

***

- Девятнадцать лет? Ник, ты угараешь? –Паша вскакивает с табуретки, чудом ее не роняя и избегая смерть стоявшего на полу горшка с чем-то большим, но точно не подающим признаки жизни. Если Романова не подводила память, то это была герань, которую его дорогой брат получил в подарок от своей молодой дамы, но, особо цветок не оценив, решил отправить его на верную смерть в квартиру старшему. — Будь моя воля, то я бы вышку поставил, но, закон есть закон, — мужчина прикрывает лицо руками, — психологические травмы подростков и смерть юной гражданки равняется девятнадцать годам. Эта сволочь потом выйдет и будет спокойно жить, а его жертвы трястись. Но таков блядский закон. Пестель шумно выдыхает, меря шагами узкую кухню. Четыре в ширину, три в длину. — Эти жалкие бумажки, Ник, запрещают мне любить, Мише, Кондратию, Сержам! Но они это делают, понимаешь? Инстинкты, физиология, потребности, от них не убежать, они будут, есть и были. Какова вероятность, что он не проложит, потом сев на пожизненное, но лишив жизни очередную малышку?! –Павел иронично усмехается, — и какова вероятность, что он выйдет целым? Николай поднимает опухшие глаза, не читаемо смотря на собеседника. — А кого ты так любишь, Паш?