Лживая и милая, до дури красивая

Это страшный сон, верно? Закричи и скажи, что «нет! Я реальность!» Но ты исчезаешь мгновенно, А я оставался в печали… Анастасий, Феликс и Атанасия остались наедине. Они ждали, когда в комнату приведут Клода и мага. Принцесса нервно сжимала кулаки. Папочка в коме. Он не проснётся. Именно так думала она. Девушка не знала, что им делать. Анастасий был опасен, Атанасия видела это по его глазам. Хлопнула день. В комнате появилось два человека. Сердце принцессы сжалось. «Папочка?» Но во взгляде Клода что-то изменилось. — Отошёл от моей дочери на два шага назад, — сказал Император и добавил усмехнувшись, — брат. Рядом с ним стоял Лукас. Он просканировал взглядом Анастасия. — Так, так, так… Из мёртвых восстали, м? — Лукас фыркнул. — Я и подумать не мог, что ваш брат, ваше величество, впустит в себя душу прогнившего человека. — Заткнись! — прошипел Анастасий. — Ты ничего не знаешь! — Да ладно? Это я то не знаю? — засмеялся маг. Атанасия не знала, что происходит в данную минуту. Её волновал кое-кто другой. Она подбежала к отцу и обняла его. — Папа! — воскликнула она, повиснув у него на шее. — Ты жив! — Да, — мягко ответил Клод, не отводя холодного взгляда от брата. — Прости меня… Я всё вспомнил. — Папочка… — Прости, что убил в той жизни, — услышав отца, принцесса замерла, после чего мужчины услышали её рыдания. — Как мило, — скривился Анастасий. Но не успел он добавить ещё хоть что-то, как рядом с ним появился Лукас и недобро усмехнулся. — Тебе кранта, заяц. Ты посмел тронуть мою принцессу и её отца… Единственная мысль, которая промелькнула в голове Анастасия, и то это была мысль Аетернитаса, это «Бля! Попал!»