Та самая вселенная с желтыми занавесками

      Было еще темно, когда Сандер проснулся. В последнее время он чувствовал себя очень энергичным, и ему было жаль тратить время на сон. Он проснулся без желания вновь окунуться в сновидения, хотя и лег довольно поздно из-за того, что доделывал дурацкое эссе по философии. Философия была в принципе дурацкой, он тяготился необходимостью тратить время на эту бессмыслицу, которую какие-то чудаки признали наукой. Особенно его раздражали вопросы бытия и выкапывание глубинных мыслей в трудах Канта и Гегеля, их потоки сознания (никак иначе он не мог это обозначить) напоминали ему о не самых приятных минутах депрессивных эпизодов, когда он апатично лежал в кровати и размышлял, зачем ему вообще с нее вставать. Зачем идти в университет, зачем рисовать, зачем есть, зачем улыбаться, зачем жить — казалось, ничто не имеет смысла. Сейчас смысл всех этих действий лежал на второй половине кровати и мирно посапывал. Ему нужно идти в университет, чтобы иметь будущее с Робби. Ему нужно рисовать, чтобы передавать всю красоту этого мира, когда рядом Робби. Ему нужно есть, улыбаться и жить, потому что Робби ест, улыбается и живет. Сандер повернулся к нему, рассматривая его спящее лицо в полумраке спальни. Ему хотелось провести пальцем по бровям, очертить линию прямого носа, дотронуться до мягких кудрей… Так, это разглядывание закончится тем, что он его разбудит, пора заканчивать. Сандер осторожно выскользнул из-под одеяла и отправился в душ, предвкушая момент, когда Робби проснется и он сможет его поцеловать. Душ помог немного собраться с мыслями. Зима отнюдь не была любимым временем года для Сандера. Как и осень. Часто именно в эти периоды он с ветерком катался на американских горках от мании к депрессии. И его чрезвычайная бодрость на этой неделе не предвещала ничего хорошего. Он такой идиот. Какого черта он отменил встречу с врачом во вторник? Ах да, конечно же, ему хотелось провести побольше времени с Робби. Сандер вздохнул. Влюбленность заставляла его чувствовать себя счастливым. Таблетки приглушали эмоции, и это удручало. Иногда ему хотелось бросить их пить, просто чтобы подышать полной грудью. Почувствовать всю мощь эйфории. Раствориться в наслаждении, отдаваясь во власть мании. Но желание отказываться от таблеток быстро пропадало, когда он вспоминал, что следовало сразу за этим фонтаном удовольствий — беспросветная тоска и апатия, совсем не то, к чему хотелось бы возвращаться. А если случится, как в прошлый раз, когда он пошел на ту самую крышу, на которую водил Робби, только не с желанием растопить сердце своего чрезвычайно сексуального соседа, а с вполне определенным намерением шагнуть с края и прекратить это болезненное существование, не оставляющее ничего, кроме боли? Тогда он решил позвонить напоследок маме и вылил на нее все переполняющее его отчаяние, заставив ее захлебываться страхом. Ему до сих пор было стыдно перед ней. А что, если в этот раз он позвонит Робби, и тот, захлебываясь все тем же страхом, будет пытаться отговорить его? Как после этого он будет смотреть ему в глаза? Причинить такую боль такому заботливому и любящему Робби казалось преступлением высшей степени тяжести. Испугавшись представшей перед ним картины, Сандер схватил телефон и написал своему психотерапевту. Возможно, у него найдется окно на сегодня… Он с трудом заставил себя немного поесть. Режим — самое главное. Ну вот какого черта он вчера допоздна сидел с этим чертовым эссе. Он же должен понимать, что не в том положении, когда может себе позволить это. Трудно быть студентом, но быть студентом с биполярным расстройством труднее в разы. Соблюдать этот пресловутый режим с полноценным сном, отсутствием стресса и размеренными нагрузками, будучи студентом, казалось невыполнимой миссией. Как вообще можно избежать стресса, если на горизонте периодически маячит сессия, будь она неладна? Черт, ну вот, он начал паниковать. Просто прекрасно. Чудесно. Он точно сорвется. Он не должен сорваться. Сандер сам не заметил, как тревожно начал раскачиваться на стуле. В таком состоянии и застал его Робби. Он неслышно зашел на кухню, морщась от яркого света люстры, которая хоть как-то разгоняла хмурость сумеречного декабрьского утра. - Ты что, решил заморить Шер голодом? Как не стыдно, Сандер, - Сандер очнулся от своих мыслей и, наконец, заметил трущуюся о его ногу уже черт знает сколько времени Шер. - Блять, я задумался. - Надеюсь обо мне? - игриво спросил Робби, насыпая корм в кошачью миску. - Конечно, - Сандер слабо улыбнулся. - Зачем думать о ком-то, кроме тебя? - Ты прав, совершенно незачем, - сказал Робби, перекинув ногу и усевшись к нему на колени. Сандер нежно коснулся его губ, а затем неспешно скользнул в рот языком. Робби позволил ему вести, покорно принимая инициативу. «Что-то новенькое», - усмехнулся про себя Сандер. Обычно по вечерам в будни Робби был довольно вялым. Будешь тут бодрым, проведя первую половину дня в университете, а вторую — за учебниками и конспектами. Но вчера он проявил внезапную активность. Сандер умиротворенно вырисовывал куб под еле слышное бормотание Робби о стадиях воспаления, когда внезапно наступила тишина, а после он почувствовал довольно уверенно скользящую по ноге ладонь, которая как-то уж слишком быстро оказалась у пояса штанов. Он и глазом моргнуть не успел, как Робби подмял его под себя, с ходу втягивая в очень глубокий поцелуй и избавляя не только от принадлежностей для рисования, но и от одежды, за целостность которой Сандер уже было начал переживать. Когда Робби сдернул с него последний оплот невинности, а именно — трусы, Сандер попытался смягчить его напор нежными ласками, но куда там, он чувствовал себя травой, по которой прокатываются гусеничные ленты танка. И танк совсем не повелся на его ухищрения. Тогда Сандер понял, что клин надо выбивать клином, и ловко юркнул рукой в трусы Робби, рассчитывая, что после дрочки Робби вновь превратится из осатанелого тигра в ласкового котейку. Он был удивлен, когда это случилось даже раньше, стоило ему приблизить своей интенсивной ручной работой Робби к финалу, он обмяк и протяжно застонал, заглушая звук о плечо Сандера. А едва он кончил, снова стал самым милым бойфрендом в мире, будто и не было с ним несколько минут назад этого приступа сексуальной агрессии. Как ни в чем не бывало, он положил голову на плечо Сандера и перекинул через него ногу. Эти его резкие переходы из одного состояния в другое наводили на мысли, что, возможно, биполярка не только у Сандера… Но этим утром Робби послушно следовал за ним, так что Сандеру даже захотелось немного подразнить его, но он сдержал себя: это было чревато. - Ты вроде бы собирался сегодня куда-то с Нор, да? Когда вернешься? - спросил Робби, отстраняясь от него. - Не знаю. Думаю, к десяти точно буду дома. - Хмм… Ну ладно, - он поднялся с его коленей и буднично направился к холодильнику. - Эй, ты что, обиделся? - Нет, конечно. - Что-то не похоже. - Все в порядке, Сандер, - закатил глаза Робби. - Я просто думал, чем могу заняться. - Если хочешь, можешь пойти с нами… - Боже, да все правда нормально. Мы не должны проводить друг с другом каждую минуту. Тем более я и так увижу твоих друзей в воскресенье, - Сандер решил не откладывать в долгий ящик знакомство Робби со своими друзьями. - Так что можете секретничать сколько угодно. - Секретничать? Мы же не девочки-подростки. - Ой, да ладно. Хочешь сказать, ты не перемываешь мне косточки за спиной? - А ты что, делаешь это? - Конечно. Для чего ты думаешь мне Йенс? - шутливо поинтересовался Робби. - Но мы же встречаемся всего ничего… Когда ты вообще успел с ним увидеться? - Это двадцать первый век, Сандер. Знаешь, есть такие штуки, телефоны… - И о чем вы говорили? - Так я тебе и сказал. - Робби! Теперь я начинаю переживать. - Что? Это же совершенно нормально. И почему ты думаешь, что это должно быть что-то плохое? - Значит, это что-то хорошее? Робби замялся с ответом. - Я так и знал! - воскликнул Сандер в притворном возмущении. - Отлично, я отомщу тебе сегодня сполна. Робби засмеялся. - Поосторожнее, Сандер. Я все еще надеюсь произвести на нее хорошее впечатление. Сандер посмотрел в смеющиеся глаза Робби, откусывавшего только что сделанный сэндвич. «Как будто ты можешь кому-то не понравиться», - даже с какой-то грустью подумал Сандер. За недолгое время их знакомства Сандер успел заметить, как охотно люди тянулись к Робби. Он знал, что это по-детски, но все равно немного ревновал. Утро перед парами как всегда пролетело суетно и незаметно, Сандеру было жаль прощаться с Робби, они были в той стадии отношений, когда с трудом отлипали друг от друга. Он даже пожалел, что договорился встретиться с Нор — стоило ему покинуть квартиру, все, о чем он мог думать, так это поскорее вернуться в постель к Робби… Здесь мысли Сандера изменили направление, и он вспомнил, почему вообще собрался к Нор. *** К Нор он пришел немного подавленный, его врач решил изменить курс лечения, увеличив дозировку, что совсем не воодушевляло. Про себя Сандер называл таблетки дементорами, потому что отчасти они забирали радость к жизни, а он так хотел радоваться сейчас, когда Робби наконец-то был его. Нор заметила его упадок настроения, поэтому они решили развлечься, оставив все заботы на потом. Так как Нор, как и Сандер, была художницей, они частенько пробовали какие-то креативные методы рисования или пытались сотворить что-то вместе. Пару месяцев назад Нор наткнулась в ютюбе на видео, где школьники пытались рисовать вслепую. Заинтересовавшись, она рассказала об этом Сандеру, и они решили опробовать. Сандер выбрал для своего опыта изображение крокодила, Нор решила взять что-то попроще и остановилась на крысе из любимого мультфильма ее детства «Рататуй». Однако получилось одинаково ужасно у обоих: Нор расположила глаза вообще за пределами морды несчастного Реми, а крокодил Сандера вышел до нелепости непропорциональным, и это, конечно, были не единственные недостатки работ. Несмотря на неудачные результаты, они здорово повеселились, а Нор даже повесила эти непризнанные шедевры на стену в комнате, где были приклеены плакаты любимых групп и фото друзей. Сегодня они решили повторить опыт, только на этот раз выбрать одно изображение на двоих. Выбор объекта для таких издевательств был невероятно скрупулезным, Нор и Сандер устроили нешуточную перепалку, пытаясь сойтись на чем-то одном. Так и не найдя компромисса, они решили обратиться за помощью к Матиасу, еще одному представителю, как сказал бы Робби, «интеллектуальной элиты Антверпена». Матиас учился на скульптора и был одержим Пенелопой Крус, поэтому даже не дослушав до конца вопрос, предложил нарисовать именно ее. Нор закатила глаза, и в этом явно читалось: «Чего мы вообще ожидали», но они решили не перечить выбору друга. Нор развернула на весь экран ноутбука кадр из фильма «Разомкнутые объятия», и неутолимые экспериментаторы начали воспроизводить черты лица актрисы, не отрывая взгляда от изображения. Соблазн посмотреть на лист бумаги был велик, но и Нор, и Сандер стоически держались. В конце концов, они достигли предела, и Сандер заявил, что если они не прекратят прямо сейчас, то он будет видеть Пенелопу Крус на обратной стороне своих век до конца жизни. Опустив глаза вниз на плоды своих усилий, Нор и Сандер синхронно рассмеялись. Они начали живо обсуждать сложности процесса и как вообще должно работать рисование вслепую, параллельно обмениваясь шутками о том, какое место в истории искусства займут их портреты актрисы испанского происхождения. Сандер утверждал, что их вполне можно было бы протолкнуть на выставку авангардистов, а Нор отправила фото портретов Матиасу, надолго травмировав психику последнего. Время за рисованием пролетело незаметно, за окнами сильно потемнело, а часы показывали половину десятого. Сандер обещал Робби прийти к десяти, но совсем потерялся во времени. Он написал ему, что опаздывает и вернется только к одиннадцати. Уставшие художники переместились на кухню, где Нор разогрела паэлью. - Ну и как там твой Робби? Должна сказать, ты отхватил себе красавчика, - сказала Нор, расправившись с едой. Сандера обдало волной тепла, когда она сказала «твой». - Хорошо. Он подсел на сериал о медицине в начале двадцатого века и теперь смотрит его в мое отсутствие. Оказалось, я слишком чувствителен для таких зрелищ. Видела бы ты, как там делали кесарево… - Я и в современных условиях смотреть на это не горю желанием, - иронично ответила Нор. - Трудности будней парня будущего врача? - Типа того, - усмехнулся Сандер. - Ну а как у вас… вообще? - Все круто. Мне легко с ним, и… И я рад, что он со мной. Только вот… - Сандер замялся. - Что? - Знаешь, мы поначалу решили не спешить с сексом, но сейчас… активно движемся в этом направлении, - усмехнулся Сандер. - Тааак, - протянула Нор. - Я не думал, что скажу это, но, по-моему, я не очень-то готов. У меня не так уж много опыта с парнями, а с девушками все немного по-другому. Даже не немного. - Я не верю своим ушам, - сказала Нор. - Кто такой этот Робби? Неужели кто-то растопил твою непрошибаемую самоуверенность? - Я сам не знаю, - легко улыбнулся Сандер. - Просто он… как-то слишком хорошо все делает. В глазах Нор заплясали смешинки. - Не поделишься подробностями? Сандер улыбнулся ей в ответ. - Ну ладно, - решился Сандер. - Он классно делает минет. И я боюсь сделать его в ответ, потому что вряд ли он впечатлится. - Могу дать пару уроков, - с энтузиазмом отозвалась Нор. - Да ладно тебе, Сандер, он же долго встречался с парнем, было бы странно, если бы он делал это плохо! - Вот именно, встречался с парнем. С парнем, который делал это явно лучше меня… - Ну он же тоже вряд ли был асом с самого начала. Ты говорил, что это были их первые отношения, верно? - Даа… Я в общем-то понимаю все это, но все равно как-то… стремно. Да еще и Робби… слишком напорист. - В каком смысле? - В каком еще это может быть смысле? - сыронизировал Сандер. - Ну знаешь, с девушками ты обычно берешь инициативу на себя, а здесь скорее наоборот. И я странно себя чувствую. А вчера я чувствовал себя как Красная Шапочка, на которую набросился серый волк. Нор рассмеялась, и Сандер к ней присоединился. - А по нему и не скажешь! На фотографиях он очень милый. - Одно другому не мешает, - ухмыльнулся Сандер. - Тебе просто нужно с ним поговорить. - Да, но я боюсь его обидеть. - Ты мне третий месяц по ушам ездишь, какой он замечательный и понимающий, уверена, он отнесется адекватно. Сандер вздохнул. - Думаю, выбора у меня в любом случае нет. - Мне уже хочется с ним познакомиться. Как думаешь, он согласится дать мне мастер-класс по… - Нор! - Сандер прикрыл глаза ладонью. - Зря я тебе рассказал. Нор рассмеялась. - Брось, это же так классно. Я бы не отказалась от парня, который слишком хорош в постели… - Кстати, что там с твоим мистером Арктика? Вы не помирились? Мистером Арктика Сандер называл ухажера Нор. Он был старше нее на восемь лет и показывал минимальное количество эмоций, за что и снискал свое прозвище. - Нет. По-моему, все идет к расставанию. Поначалу мне нравилось, что он такой зрелый, но сейчас, это, наоборот, тяготит. Мы живем в слишком разных мирах, мои друзья кажутся ему детьми, а мне его — стариками. Сандер вздохнул. - Да, наверное, тяжело встречаться, когда у вас такая разница в возрасте. Хотя в его случае не думаю, что проблема только в этом. Он такой сноб, не знаю, как ты это терпишь. - Да, то ли дело молодые перспективные студенты медицинских вузов… И они дружно засмеялись. *** Сандер вернулся аккурат к одиннадцати. В квартире было темно, а навстречу выбежала только верная Шер. Сандер снял ботинки и куртку и, уловив какие-то звуки со стороны ванной, направился к ней. По пути он увидел приоткрытую дверь в комнату Милана: похоже, соседа не было дома. Приблизившись к ванной, он услышал тихую мелодичную музыку, однако звуков воды не было, так что он сделал вывод, что душ не принимают. Он неуверенно постучал. - Робби? - Заходи, - раздалось в ответ. Сандер осторожно открыл дверь, и первое, что ему бросилось в глаза — множество свечей, расставленных на стиральной машинке и на полке под зеркалом. Сандер на секунду залюбовался отражением пламени свечей в зеркале и возвышающейся над ними комнатой, погруженной в полумрак. Он перевел взгляд налево и обомлел: Робби лежал в ванной, оперев голову о стену; его кудри завивались еще сильнее от повышенной влажности, а сами волосы были взлохмачены; на поверхности воды плавали островки пены, в просветах между которыми виднелось обнаженное тело; повсюду — в воде, в пузырьках пены, в облицовочной плитке ванной комнаты, в стеклянной бутылке вина, которую Робби держал в руке — виднелись отблески сияния свечей, все вокруг будто мерцало; и самое убийственное — влажный блеск карих глаз Робби и его блядская сверкающая сережка. Сандер чувствовал себя, будто во сне, все казалось каким-то нереальным, особенно Робби, который сейчас больше напоминал греческого бога, чем обычного человека. Сандер замер соляным столпом, не в силах вымолвить ни слова. Робби усмехнулся, видимо, заметив произведенный эффект, и поставил бутылку в уголок ванной, примыкающий к стене. - Ну поцелуй меня что ли, - сказал он. Сандер заторможенно опустился к нему, повинуясь приказу. Он ухватился руками за бортики ванной и, оказавшись к Робби так близко, вновь замер: вблизи Робби был еще более прекрасен. Так мотыльки опаляют свои крылья, приблизившись к свету. Сандер испытал эстетический оргазм от всего увиденного. Это было невыносимо… Заметив заминку, Робби поднял бровь, и Сандер поспешил накрыть его губы своими: он не мог ослушаться свое личное божество. Сандера обдало свежим ароматом с фруктовыми оттенками, который источали волосы и кожа Робби. Одной рукой он взъерошил кудри на затылке Робби, притягивая его голову поближе к себе. Он чувствовал, как тает в этом поцелуе. Робби неожиданно чуть отстранился от него, прошептав: «Нежный мальчик». Сандер ощутил острую необходимость быть к нему еще ближе, он был полностью опьянен присутствием Робби. Стянув с себя одни носки, он, как был, в свитере и джинсах, залез в ванную к Робби. Одежда мгновенно намокла, он почувствовал ее тяжесть и обжигающее тепло воды, но это все было неважно, ведь наконец, он мог обхватить его тело руками и целовать еще глубже. Сандер встал на колени и зажал ноги Робби между своими — контраст обнаженной кожи Робби и его собственными обтянутыми джинсой ногами сводил с ума. Робби немного покрутил языком в его рту, и Сандер застонал. Он выпрямил колени и лег на Робби сверху, желая только одного — стать с ним единым целым и раствориться в Робби полностью. В этот миг он даже имя свое забыл. В какой-то момент он понял, что у него стояк, и начал непроизвольно тереться о Робби. Что он там говорил Нор? Подождать? Сбавить темпы? Его пугала напористость? Да он был готов душу дьяволу продать за то, чтобы Робби взял его прямо здесь, в этой самой ванной. С той самой животной страстью, с которой он набросился на него вчера. Он готов был позволить ему все, даже если будет больно, лишь бы Робби сделал хоть что-нибудь. Сандер всхлипнул и, приблизившись к уху Робби, прошептал: - Я так хочу тебя. Робби ухмыльнулся, отстраняясь от него. - Кое-кто был плохим мальчиком сегодня и не спешил возвращаться домой, так что свои хотелки оставь при себе. - Роообби, - жалобно простонал Сандер, утыкаясь ему в плечо. - Я же не знал, что ты меня так ждал… Мог бы намекнуть. - Я намекаю сейчас. Будет тебе уроком на будущее. Сандер решил умаслить его самым действенным способом — поцелуями в шею. Он прошелся легкими касаниями губ сверху вниз, а затем начал кружить языком у основания шеи. Потом он переместился повыше, облизывая мочку уха и сережку. Робби откинул голову, наслаждаясь. Затем Сандер провел языком вдоль всей шеи, параллельно утыкаясь коленом между ног Робби. - Сандер, я правда не думаю, что у меня встанет еще хоть раз за день. Тебя не было так долго, а порнографические ресурсы так безграничны, - сказал Робби с издевкой, отхлебывая из бутылки. - За что ты так со мной, - тихо произнес Сандер, даже не добавив вопросительную интонацию. Робби сжалился. - Ладно, давай сделаем вот что. Ты сядешь напротив меня и подрочишь, а я буду смотреть. Сандер вопросительно уставился на него, округлив глаза. - Боже, ну что опять? Это же всего лишь я. Давай, обещаю, тебе понравится. Только снимем это, - и Робби потянул вверх края потяжелевшего мокрого свитера, не без усилий снимая его с Сандера. Затем он расстегнул пуговицу на джинсах, одновременно подталкивая ногами Сандера к противоположной стороне ванной. Сандер перехватил инициативу и начал стаскивать с себя джинсы вместе с трусами. В это время Робби взял телефон, решив сменить музыку. Он остановил выбор на Blue jeans Ланы Дель Рей и сделал погромче. - Ты серьезно? Я буду дрочить под Лану Дель Рей? - Будешь, - непреклонно ответил Робби, отклоняясь к бортику ванной и отпивая еще немного из бутылки. Затем он с вызовом посмотрел Сандеру в глаза. Сандеру не хотелось давать перед ним слабину, поэтому он загнал свою внутреннюю тринадцатилетнюю девочку в самый дальний угол сознания и начал проводить рукой вверх и вниз по члену. Ему ни разу в жизни не приходило в голову мастурбировать под водой, и теперь он пытался понять свои ощущения. Было непривычно, но довольно приятно. Волны теплой воды, обдающие его член синхронно движению руки, мягко обволакивали его негой. Он почувствовал, как Робби провел ступней вверх по его ноге, и поднял взгляд. Стыд мгновенно переполнил его, стоило ему столкнулся с глазами Робби. Всплески воды, едва заглушаемые музыкой (спасибо Робби, что сделал музыку погромче, ей-богу, такая забота!), откровенный взгляд Робби, прошивающий его насквозь, только прибавляли неловкости и так максимально неловкой ситуации. Сандер прикрыл глаза, желая абстрагироваться. - Смотри на меня, - приказным тоном произнес Робби. «Да он знает толк в пытках», - подумал Сандер. Он подчинился, вновь устанавливая зрительный контакт. Сандер одновременно чувствовал сильное возбуждение и острое желание вернуться назад во времени и прийти домой пораньше, чтобы Робби трахнул его без затей, а не заставлял терпеть все это. Сандера по-прежнему завораживала обстановка вокруг: полумрак в сочетании с пламенем свечей, которое отражалось от всех поверхностей и терялось где-то на дне карих глаз Робби. Робби был расслаблен и медленно продолжал водить ногой по его телу, заставляя желать большего. Сандер увеличил темп. Робби еще раз приложился к бутылке, на этот раз допивая содержимое полностью. Вид того, как он губами обхватил горлышко, и того, как двигается его кадык при глотках, заставил Сандера вспомнить, как Робби делал ему минет. Он представил, как сидящий напротив него, раскрасневшийся, немного пьяный и невыносимо красивый Робби наклоняется между его ног и отсасывает. Робби увидел его интерес и, не спеша расставаться с уже пустой бутылкой, обвел языком по кругу горлышка. Сандер ускорился. Робби обхватил горлышко губами и протолкнул внутрь рта, затем проскользил губами в обратном направлении, оставляя ниточку слюны между ртом и верхом бутылки. Потом он снова погрузил бутылку в рот, на этот раз проталкивая горлышко глубже… гораздо глубже, чем смог бы обычный человек. Сандер уже двигал рукой чуть ли не на сверхзвуковой скорости, но никак не мог получить желанную разрядку: вода смывала с члена естественную смазку. - Блять. Я не могу кончить, - мучительно простонал он. - Я помогу, - отозвался Робби. Он взял в руки смеситель для душа, отделяя навершие от шланга, и включил воду. Сандер ощутил, как вода начала колебаться более интенсивно. Робби подполз к нему, держа под водой в руке оголенный шланг. Он перехватил член и направил всю мощь напора воды на головку. Сандер изогнулся, всхлипнув, и вцепился в него руками. Робби начал осторожно водить концом шланга вокруг головки, и Сандер, не в силах сдерживать эмоции от интенсивно окатывающего со всех сторон потока воды, столь чувствительно омывающего самый верх члена, вцепился ему зубами в плечо. Робби даже не дрогнул, лишь ускоряя движения. Сандер переживал нечто сродни приступу эпилепсии: он дрожал и вообще не мог себя контролировать. Однако это не продолжилось долго — с протяжным стоном он кончил. Отходя от оргазма, он понял, что все еще цепко держит Робби, пока тот ласково перебирает его волосы на затылке. Сандер немного отстранился от него, опустив взгляд вниз. Он увидел, как его сперма расплывается в воде причудливой паутинкой. Он поднял глаза вверх, уловив, что Робби тоже до этого смотрел на воду. - Робби, это самое извращенное, что я делал в своей жизни. - Какая скучная была у тебя жизнь, - засмеялся Робби.