Та самая вселенная с желтыми занавесками

Сандер проснулся в отличном настроении. «Робби здесь!» - радостно подумал он, глядя в потолок. «Но не прямо здесь», - поправил он себя, увидев вторую половину кровати опустевшей, ему сразу же захотелось найти Робби и убедиться, что его приезд ему не приснился. Он спустился вниз и на подходе к гостиной на первом этаже услышал ЕГО смех. Сандер ни за что на свете его не перепутал бы. Сердце забилось чаще, он ускорил шаг. Зайдя в гостиную, он увидел идиллическую картину: Робби в своей просторной домашней одежде сидел на диване между его родителями и разглядывал какую-то большую книгу на коленях. - Доброе утро, - тепло поздоровался Сандер. Все подняли на него глаза. Отец издал смешок, мама широко заулыбалась, а Робби залился хохотом. - Что? Что такое? - растерянно спросил Сандер. - Ты бы хотя бы в душ сходил, - отсмеявшись, сказал Робби. Сандер заметил, что губы у него были какого-то странного цвета, будто бы с бледно-бордовым отливом. - Схожу. А что у тебя с губами? Робби ухмыльнулся. - А ты зайди в инстаграм и увидишь, - загадочно ответил он. «Да что за чертовщина здесь происходит?» - у Сандера было чувство, как будто он был в коме и пропустил какой-то важный жизненный отрезок. Он уже повернулся, чтобы последовать совету и пойти в душ, как вдруг остановился, услышав фразу мамы, обращенную к Робби: - А это Сандер на Хэллоуин нарядился в костюм из “My little pony”. Сандер обернулся и мгновенно вспыхнул. Он присмотрелся и понял, что большая книга на коленях Робби — фотоальбом. - Мама! - возмущенно воскликнул Сандер. - Что? - как ни в чем не бывало, спросила она. - Ой, да ладно тебе. Сандер возвел глаза к потолку. За что ему это? Робби будет издеваться над ним теперь ближайшие лет сто. - Да, Сандер, уверен, моя мама с удовольствием покажет тебе и мои детские фотографии. Хотя они, конечно, довольно обычные… Ахаха… Это что, утренник? Почему они все в костюмах снежинок? Лицо Сандера приобрело цвет свежеприготовленного гаспачо. Он поспешил подняться вверх по лестнице, чтобы этот позор проходил хотя бы без его участия. Сандер рутинно засунул в рот зубную щетку, поднял взгляд на зеркало и замер. «Что за херня? - подумал он, разглядывая след от помады на лбу. Он вспомнил странный оттенок губ Робби. - Вот засранец!» Робби, видимо, знатно оторвался, пока он спал. После окончания водных процедур, которые длились больше обычного, потому что чертову помаду было не так-то просто оттереть, Сандер зашел в комнату и переоделся в футболку посвежее. Он вспомнил, как Робби говорил об инстаграме. «Небось сфоткал меня спящего», - предположил Сандер, доставая телефон, на котором обнаружилось несколько уведомлений. Сначала он открыл свое фото родом из буйного подросткового возраста, на котором его отметил Робби. Увидев издевательские комментарии самого Робби и Нор, он цокнул. Сандер не нашелся, что им ответить. Потом он перешел в профиль Робби и увидел, что у него была еще одна свежая публикация. Сандер с округлившимися глазами пролистал карусель из трех снимков. Первый — отражение лица Робби с готическим макияжем в зеркале («Какого черта ему так идет?»), Сандер также разглядел верх бордового топа… «Блять. Где он его нашел? И как он вообще на него налез?» - подумал Сандер. Он помнил, чья это вещь. Его первой девушки Крис. Скуластая брюнетка Крис с коллекцией пластинок Led Zeppelin и самым отвратительным характером в мире. Мама ее на дух не переносила, из-за чего Сандеру она нравилась в два раза больше. Сандер открыл следующее фото, которое оказалось еще краше предыдущего. Сандер прежде не замечал в Робби эту небольшую андрогинность — на фото в нем проглядывали какие-то девичьи черты, все-таки линии лица у него были довольно мягкие, а телосложение несколько хрупкое. Третий снимок убил его наповал. Робби сидел на их темно-синем кресле, закинув одну полусогнутую ногу на другую, правой рукой он небрежно опирался о подлокотник, левая же — расслабленно лежала на выпрямленной ноге. Контраст между бордовым топом и черными кожаными штанами создавал какое-то убийственное сочетание. «Даааа... Самая элитная проститутка Антверпена еб твою мать, - подумал Сандер. - И кто его фотографировал? Мама? Вот же спелись!». Робби не оставил никакой подписи под этим снимком, зато комментариев было море. Милан написал: «Ну теперь ты у меня не отвертишься!», видимо, уже строя планы, какой макияж ему нанести. Нор отделалась коротким: «Ееее!», Можо спрашивал, какую тяжелую психологическую травму нанесла Робби жизнь, Йенс оставил огненные эмоджи… Даже Матиас внес свою лепту, отправив смайлики с влюбленными глазами. Живот Сандера заурчал. Он спустился вниз позавтракать. Ему так много хотелось сказать Робби, но в то же время он не мог придумать, что именно сказать. «Ты придурок, Робби!» - пожалуй, вот самое основное. Спустившись, он увидел, что его родители неторопливо одеваются в верхнюю одежду. Сандер вопросительно на них посмотрел. - Мы в гости к Далонам, - пояснил отец. - Мы вроде бы говорили тебе вчера? Сандер очень смутно вспомнил что-то такое. Последнее, что его вчера волновало — это какие-то там Далоны. - А, ладно, - спокойно ответил Сандер. - Завтрак в сковороде на плите, - добавила мама. Сандер кивнул, проводил взглядом захлопывающуюся дверь и направился на кухню. Он неспешно приступил к поеданию омлета с тостами, как вдруг на пороге появился Робби. Молча жуя, Сандер недовольно его рассматривал. Робби хихикнул, уселся в то самое кресло с фото, закинув ногу точно таким же образом, и с бесстрастным выражением лица начал листать какой-то журнал. «Да он издевается!» - вскипел внутри Сандер. Он так же молча окончил трапезу и вымыл за собой посуду. Вытирая руки о полотенце, Сандер почувствовал, как Робби обнял его со спины, прижимаясь всем телом и засовывая руки ему под футболку. - И что это ты делаешь? - спросил он, хлопая Робби по рукам. - Как что? Пристаю к своему парню, - проговорил Робби ему на ухо, тут же начиная его облизывать. Свои загребущие руки он переместил к нему на плечи, нежно поглаживая. - К твоему сведению, твой парень на тебя очень зол. - Что? Почему это? - возмущенно спросил Робби. - Приезжаю к нему на другой конец страны, бужу минетом, а он еще и недоволен! А ну-ка поворачивайся и целуй меня, как положено! - потребовал Робби. Сандер, смягчившись, улыбнулся на его обиженный тон, повернулся и нежно поцеловал. Робби льнул к нему ласковым котенком, так что Сандер почти растаял, но все же он медленно отстранился, с удовлетворением отмечая, что Робби поплыл и смотрит него пьяными глазами. - Вертишь мной, как хочешь. Ну вот как на тебя злиться, - вздохнул он. - А зачем на меня злиться? - Ты мне что это утром устроил, а? - Ты что, обиделся? Я думал, тебе это покажется забавным. И вообще, злиться должен здесь я. - Чего? - Того. Какого черта ты хранишь вещи своих бывших пассий? - и Робби с силой прижал колено между его ног, требовательно смотря в глаза. Сандер растерялся, не зная, как противостоять его напору. А еще он почувствовал, как заводится от вида ревнующего его Робби. - Да я не знаю, как ты вообще это нашел. Я уже и забыл… - Да? А зачем ты оставил это? - Робби усилил нажим коленом, и Сандер понял, что у него встает. - Что, небось прижимал ее шмотку себе к лицу, вдыхал запах и дрочил, да? - До такого только ты и мог додуматься, извращенец! - воскликнул Сандер, пытаясь убрать его колено. - Ты стрелки не переводи! Кто она? - Робби, ты блять поехавший! Это было хрен знает когда! Робби внезапно убрал колено и отстранился от него. - Кто? - настойчиво повторил Робби. Сандер не мог поверить, что Робби ревнует его из-за какого-то пустяка. - Да что с тобой? Робби закатил глаза и сел в кресло. - Робби, ты и правда поехавший. Мы встречались с ней от силы три месяца. Мне было лет пятнадцать. Расстались ужасно, она кидалась в меня вещами в моей комнате. Естественно, я не стал возвращать ей кофту, мне не хотелось видеть ее больше никогда в жизни. - Робби успокоился и задумчиво ему кивнул. Сандер осторожно залез к нему на колени и мягко обхватил руками за шею. - Разве я не говорил тебе, что люблю больше жизни? Я ни к кому такого не испытывал. Робби немного виновато посмотрел ему в глаза. - Просто этот дом… - заговорил Робби. - На каждом углу твое прошлое. Я чувствую себя лишним, - Сандер легко поцеловал его в губы. - Ну какой же ты лишний? Ты самый нужный, - он поцеловал его в висок. - И самый любимый. - Ладно, - Робби мягко улыбнулся. Сандер улыбнулся ему в ответ, греясь в лучах исходящего от него тепла. - Трахни меня на этом ковре, - с невинным видом продолжил Робби. «Да что с ним не так?» - подумал Сандер, прижимая свою руку к своему же лицу. - Ты испоганил нам такой романтичный момент! - возмутился Сандер. - Ну а что? Хочу почувствовать себя еще более нужным и любимым. - А как насчет того, чтобы я почувствовал себя нужным и любимым? Где мое «Я тоже люблю тебя, Сандер»? - Я люблю тебя, Сандер. Ты мне нужен, чтобы трахнуть меня на ковре, - сказал Робби. - Придурок! - рассмеялся Сандер. Робби хитро ему улыбнулся. Сандер не удержался и втянул его в поцелуй. «Мой придурок», - нежно подумал он. Робби начал сильнее его прижимать к себе и целовать более агрессивно. «Вот же ему не терпится», - усмехнулся Сандер. Но потом он вспомнил, что ему вообще-то перепало с утра пораньше, а вот Робби сидел на сухом пайке. Сандер почувствовал укол вины. - Ладно, давай на ковре! Только у меня ничего нет. - Я все взял, - Робби вытащил из щели в кресле смазку и презервативы. - Ты что, привез с собой? - со смешком спросил Сандер. - Смазку да. А презервативы стащил у твоих родителей. Сандер зажмурился. - Господи, Робби! - Робби тем временем невозмутимо снял с себя футболку. - Ой, как будто ты не знал, что они этим занимаются. Как же у них появился ты? - Я предпочитаю об этом не думать, - сказал Сандер, поднимаясь и стягивая штаны. - А тебе лучше заткнуться, если ты хочешь, чтобы я тебя трахнул, а не рыдал где-нибудь в углу. - Маменькин сынок? - Робби уже спустился вниз на ковер и запустил ему в лицо трусы. Сандер оторопел на несколько секунд. Робби на четвереньках пополз подальше от кресла. Сандер от всей души шлепнул его по правой ягодице. Робби вздрогнул и застыл. Сандер вдруг испугался. - Черт, прости! Тебе больно? - Больно, - Робби наполовину обернулся к нему. - Придется тебе заглаживать вину, - и он взял его за кисть, положив ладонь тыльной стороной на пострадавшую ягодицу и с нажимом проводя ей по коже. Сандер понял его и начал интенсивнее растирать, прогоняя болевые ощущения. - Все? - спросил он, переходя на нежные поглаживания. - Неа, - с весельем в голосе ответил Робби. Сандер улыбнулся. - Ну ты и хитрюга! - но он был совсем не против помассировать еще немного эту часть тела, если Робби так нравится. - Теперь все, - Сандер остановился. Робби повернул к нему голову, расплывшись в коварной улыбке. - А сейчас шлепни меня посильнее и пониже. - Чего? - оторопело спросил Сандер. - Ну давай, Сандер, ты же хочешь меня наказать за плохое поведение? - Ты неисправим, Робби! Это просто кошмар! Аморальное чудовище! Тебе нужен от меня только секс. Робби затрясся от хохота. Сандер бессильно выдохнул. Внезапно в нем взыграл авантюризм. «Ладно, раз он так хочет, я ему устрою», - мстительно подумал он, стягивая со стола кухонное полотенце и перекручивая его. Он примкнул к Робби сзади и надавил рукой на его спину, чтобы он вновь встал на четвереньки. Робби покорно опустился. - На локти, - повелительно сказал он. Робби опять безмолвно подчинился. «Вы поглядите, кто тут присмирел! - удивился Сандер. - Как бы не проебаться». Сандер обхватил его руки за кисти, вытягивая их и размещая по бокам от ножки стола. Затем он начал крепко привязывать их к ней. - Какое у вас там было стоп-слово? - спросил Сандер. - Пощады. Робби так откровенно лежал на вытянутых руках с поджатыми под себя коленями и опущенной вниз головой, что Сандера повело. Он навис над ним, поставив одну руку между плечом и шеей Робби, тем самым опираясь ей о пол. Другой рукой он вновь начал растирать ему ягодицу. «Он сказал пониже, - вспомнил Сандер. В принципе понятно, куда именно бить, но все равно присутствовал небольшой страх, что он попадет не туда. - Жаль, что нельзя сейчас загуглить, как это блин вообще делается». Спрашивать у Робби тоже было нельзя, это бы разрушило всю атмосферу. «Ну ладно, если что, он скажет, что не так», - приободрился Сандер. Он решил сначала попробовать шлепнуть послабее. Никаких возражений от Робби не последовало. Тогда он размахнулся и ударил посильнее. Затем еще сильнее. Затем он сократил временной промежуток между шлепками, но при этом стал размахиваться еще больше. - Ай! - послышалось от Робби. Сандер не замедлил сразу же наградить его еще несколькими ударами подряд, после чего он опять разогревающими движениями прошелся по покрасневшей коже. Затем он опять смачно шлепнул его, так что Робби шумно выдохнул. Сандеру хотелось как-то эффектно завершить эту экзекуцию. Ему хотелось, чтобы Робби подал голос, что-то сказал, и он пожалел, что у него недостаточно опыта и он толком не знает, как вести диалог в такие моменты. «Он ответит, если я спрошу или прикажу ему что-то...» - размышлял Сандер. - Сейчас будут пять последних. Считай вслух, - и он незамедлительно его шлепнул. - Один, - тихим голосом сказал Робби. - Громче! - потребовал Сандер и ударил его второй раз, увеличивая силу. - Два, - сказал Робби уже громче, но при этом сделал более протяженную паузу, чем в прошлый раз. Сандер заметил, что по виднеющейся скуле ходят желваки. Он шлепнул еще раз, все так же наращивая силу. - Три! - голос Робби прозвучал в этот раз более звонко, и он крепче вцепился в ножку стола. У Сандера участилось сердцебиение: оставалось последние два удара, и они должны быть сильными. Он в очередной раз шлепнул, увеличив силу почти до максимума. Робби издал задушенный стон. Все его тело было напряжено, как струна, на руках вздулись вены, костяшки побелели. - Четыре, - грубо сказал Робби, выдержав приличную паузу. «Блять. Я переборщил? - озадачился Сандер. - Но если бы переборщил, он бы сказал стоп-слово, ведь правильно? Черт. Надо было, чтобы он сначала это сделал и показал, как надо». Сандер метался в сомнениях. Он все же решил доиграть до конца, ведь стоп-слова так и не прозвучало, но перед последним ударом несколько раз провел ладонью вверх и вниз по ягодице. Последний. Изо всех сил. Тишина взорвалась оглушительным шлепком. - Пять! - выкрикнул Робби. Он медленно переместил вес тела на левую сторону и расслабился. Сандер неторопливо провел всей поверхностью ладони вдоль позвоночника, затем опять начал гладить покрасневшую от ударов кожу, после чего наклонился и начал бережно целовать ту же область. Ему хотелось быть сейчас с ним настолько ласковым, насколько это возможно. - Я уже растянулся, - хрипло сказал Робби. Сандер удивился и облегченно выдохнул. Он совсем не ожидал, что Робби так быстро отойдет и захочет секса. Он потянулся к креслу и взял смазку и два презерватива. «С запасом», - хмыкнул про себя Сандер. Он осторожно разорвал упаковку и натянул презерватив на два пальца, обильно смазав, затем подполз к Робби, тот привстал на колени. Сандер наклонился, придерживаясь ладонями за его попу, и несколько раз провел языком по промежности снизу вверх и сверху вниз, затем покружил заостренным кончиком языка у входа и протолкнул его внутрь. Во рту ощущался вишневый привкус смазки. Робби удивленно охнул. Сандер сначала неспешно, а потом все быстрее начал вращать языком, используя всю его длину. Робби издал несколько странных звуков на очень высоких нотах, это был почти писк, Сандер слышал такое от него в первый раз. Он прокрутил языком в разные стороны и медленно отстранился, выливая смазку на свободную руку и еще немного на пальцы другой руки. Делать это все одной рукой было жутко неудобно. Сандер хотел кое-что попробовать, совсем не уверенный в успехе. Он медленно провел левой рукой вдоль члена Робби, крепче сжимая его, тот стоял, как каменный. Пальцами в презервативе он осторожно прошелся сначала по промежности, потом медленно скользнул внутрь, ощутив тесноту. Затем он начал вращать пальцами по оси, синхронно с этим лаская член. У Робби начали дрожать ноги. Он несколько раз всхлипнул. Тогда Сандер убрал руку с его члена и медленно перевернул пальцы, проталкиваясь глубже. - Бляяять! - видимо, не скоро Робби вернется к своему нормальному мужскому голосу, это был вскрик как будто бы юной девушки. «Значит, здесь», - отметил Сандер и начал проходиться по этому месту круговыми движениями. Робби начало штырить так, будто он проходил обряд экзорцизма. Сандер стал надавливать сильнее, теперь скользя пальцами взад и вперед. Робби начал ерзать, дергаться и метаться во все стороны, поскуливая, как раненая собака. Он активно шевелил руками, пытаясь высвободить их. - Так, стой смирно! - прикрикнул на него Сандер. - Потрогай меня, - изнывая, простонал он. - Неа, - издевательски ответил Сандер. «Хватит с него», - подумал он, вытаскивая пальцы. Он оперативно открыл второй презерватив, раскатал его по члену и вылил на него смазку. Робби опять заерзал, не находя себе места. Сандер накрыл его тело, практически ложась на него сверху животом, затем облизывая его шею, снова ввел внутрь два пальца, проезжаясь по уже знакомому месту. - Блять, да потрогай меня! - крикнул Робби. - Нет, - отрезал Сандер, усиливая стимуляцию. Робби выдал такое протяжное «Аааааааа» на высоких нотах, как будто это была вокальная партия в припеве из песни Адель. Сандер поспешно заменил пальцы членом, стараясь упереться головкой повыше. Он сразу начал двигаться в быстром темпе. Робби стонал и всхлипывал, было чувство, что он вот-вот зайдется в истерике. - Ну потрогай же! Сандер! - заканючил он, словно ребенок, выпрашивающий в магазине шоколад. - Нет! - он начал вбиваться все сильнее, проезжаясь по простате. Стол шатался. Робби выгибал спину и дрожал, будто в лихорадке. Он вообще перестал контролировать голос, подвывая и задыхаясь. Сандер с максимальным нажимом потерся внутри о ту самую точку. Робби затрясся и издал звуки, будто захлебывается. Сандер почувствовал, что сам на грани. Робби обмяк. - Ты кончил? - уточнил Сандер. - Блять, да, - хрипло и с толикой удивления сказал Робби. Сандер довел дело до логического завершения парой мощных толчков. Он почувствовал, как изливается в ослабевшего Робби и зажмурился. Пара секунд в раю. Затем он медленно вышел из Робби. Тот завалился на бок, выпрямляя ноги. Сандер увидел белесые полупрозрачные капли на ковре. Он, наконец, развязал руки Робби, растирая запястья. Робби поднялся и присел, Сандер поцеловал его кисти. - Ты не кончал так? Как ощущения? - Робби пребывал в какой-то прострации. - Охуенно. Как… Как будто меня током ударило. Несколько раз, - голос у него был охрипший. Сандер радостно улыбнулся. Он начал массировать ему колени, на которых была большая часть нагрузки все это время. Они заторможенно привели себя в порядок и оделись. Робби принялся оттирать свою сперму с ковра, а Сандер пошел искать в аптечке мазь от ушибов. Мази от ушибов не нашлось, зато был охлаждающий гель от боли в спине. «Сойдет», - подумал Сандер и вскоре активно начал втирать его в правую ягодицу Робби. - Чувствую, будут сегодня проблемы с посадкой, - усмехнулся тот. - Возможно, стоило бить по обеим? Я совсем не подумал, - виновато сказал Сандер. - У меня есть рот и я умею им разговаривать. Говорю же, я не преданный фанат темы. Со временем понял, что главное — это кайф, если кайф заканчивается, я всегда торможу. К тому же ладонь — это изи, вот кнут… Это потяжелее. Но вот то, что мне придется щеголять так перед твоими родителями — это, конечно, непродуманный момент. Предлагаю тебе активно захлебываться кашлем каждый раз, как я буду куда-то присаживаться. - Договорились, - согласился Сандер. Далее день потек очень мягко и плавно, Сандер не мог отлипнуть от Робби. Между ними будто рухнула стена. Они были сейчас максимально открыты друг другу. Робби с охотой льнул к нему в ответ, хотя еще вчера при родителях уворачивался от прикосновений, словно Нео от пуль. - Вы жметесь друг к другу, как воробушки, - сказала ему мама на кухне. Сандер пожал плечами. Робби появился на пороге и подошел к стулу. Сандер зашелся кашлем, как заядлый туберкулезник. Мама похлопала его по спине. - Надо тебе сделать имбирный чай, уже который раз за сегодня, - обеспокоенно сказала она. *** Сандер с тоской смотрел на что-то говорящего отцу Робби. До его отъезда остались считанные минуты. Он видел грусть в глазах Робби, но тот упорно продолжал улыбаться. Наконец, всех стоящих на платформе загнали в автобус, и Робби исчез из поля зрения. Сандер закрыл глаза. Обратный отсчет пошел. Пять дней. Всего лишь пять дней. Вопреки ожиданиям, физическая активность действительно смогла его отвлечь. Мчаться на большой скорости в окружении слепящего белизной снега, согреваться чаем и жадно есть в перерывах между заездами, падать и получать новые синяки, смеяться вместе с родителями над каким-то пустяком, быть вымотанным к концу дня так, что даже не ощущать, как проваливаешься в сон, и дышать, дышать полной грудью — этого так не хватало. Сандер и не заметил, как подошел последний, пятый день его пребывания в Льеже. Он даже с грустью подумал об отъезде, но тут же дал себе мысленную оплеуху. Робби ждет его и скучает, а он тут жалеет об отъезде. «Черт, Робби!» - спохватился Сандер. Они договорились, что Сандер сам будет звонить ему по вечерам, когда будет свободен от всех дел, потому как Робби сейчас был свободен практически всегда. Сейчас было практически одиннадцать вечера, а он так ему и не позвонил, да к тому же вчера он самым чудесным образом отрубился посреди телефонного разговора, вымотавшись за день. Робби и виду не подал, что обиделся, прислал ему шутливую смс, где саркастично намекал, что первый уровень пройден, следующий — заснуть во время секса, но Сандеру все равно было немного стыдно за это. Сам бы он точно не хотел, чтобы Робби засыпал посреди их разговоров. Сандер прикрыл дверь маленькой кухоньки в их горном домике, чтобы не потревожить сон родителей, заварил чай и позвонил Робби. К его удивлению, Робби не ответил. Он позвонил снова через пятнадцать минут — результат тот же. Еще через полчаса — ничего не изменилось. Это было очень странно. Как и многие представители поколения Z, Робби не расставался с телефоном ни на секунду. Он даже в душ с ним вместе ходил. Не отвечать он мог, только если не слышал звонка, но эта версия критики не выдерживала: спать он так рано вряд ли бы лег, а если бы лег — непременно бы услышал хоть какой-то из трех звонков, он вообще спал довольно чутко; был бы он в душе — уже бы перезвонил, он не принимал его подолгу, а тут прошло сорок минут, да и опять же — он даже в душе был с телефоном. Находился в другой части квартиры и забыл с собой взять телефон? Возможно. Но не услышать ни один из трех звонков? Сандер бы еще понял, если бы это был частный дом, а так — странновато. Случайно поставил на беззвучный режим (ведь ставить специально никакой необходимости сейчас явно не было)? Маловероятно. И последнее, что было самым подозрительным из всего — Робби знал, что Сандер должен был ему позвонить. Да, он сегодня припозднился, но это ничего не значит. Вчера они созванивались в десять, не такая уж большая разница. Специально его игнорирует? Это тоже странно. Или нет? Обиделся на то, что Сандер уделяет ему мало внимания? В таком случае было бы более вероятно то, что он как раз таки бы взял трубку и высказал бы Сандеру все, что он о нем думает, в отношениях с ним он скорее предпочитал выплескивать злость прямо на Сандера. Конечно, вполне возможно, что он мог бы и игнорировать его звонки, но только обида должна быть явно посерьезнее, чем это. Сломался телефон? Тогда вряд ли бы гудки шли вообще. Ситуация была из ряда вон. Сандер позвонил еще раз на всякий случай. После третьего гудка он услышал мужской голос, только он не принадлежал Робби. Это был его отец, сообщивший, что Робби пошел «погулять с другом» и забыл телефон дома. После такого заявления вопросов стало еще больше. С каким блять другом он пошел гулять? Робби говорил, что никого там не знает и киснет дома сутками напролет. Вряд ли бы он успел обзавестись другом за прошедший день, да еще и сразу же пойти с ним тусить ночью. Да и тусовщиком его не назовешь: Робби охотно мог согласиться на вечеринку в кругу друзей, но пойти развлекаться с незнакомыми людьми было совсем не в его характере. Как тогда, после расставания с Фредом. Для него это была ситуация из ряда вон, совсем не то, что он делал обычно. Сандеру это все совсем не понравилось. Он одновременно и злился на Робби, и беспокоился за него. Он все ждал, когда Робби вернется и хотя бы напишет ему, что все в порядке, но уснул, так и не дождавшись. Утром они в спешке собирали вещи. План был такой: вернуться к полудню в Бастонь, где Сандер пробудет недолго, потому что к половине третьего ему нужно быть на вокзале. А уже в пять часов он уже должен быть на пороге их квартиры в Антверпене, где всыпет Робби по первое число за его выходку: засранец так и не написал ему ничего. Сандер улучил момент и снова позвонил Робби, на этот раз после третьего гудка он таки соизволил ответить. - Да? - послышался его хриплый сонный голос в трубке. - Доброе утро, солнышко! Как спалось? - ласково спросил Сандер. - Эм, хорошо, - растерянно ответил Робби. - Да что ты? - умилился Сандер. - А я вот полночи глаз сомкнуть не мог, потому что кое-кто шлялся хрен знает где и даже не написал, когда пришел! - повысил голос Сандер. - Черт, прости! Я… - И слышать ничего не хочу! Готовь свою задницу, Эйзерманс, ты у меня так просто не отделаешься! - Хорошо, - покладисто согласился Робби. - Правда, прости, Сандер. Я совсем не нарочно. - Ладно, - успокоился Сандер. - Дома поговорим. - Да, - сказал Робби, и Сандер был уверен, что он сейчас улыбается. - Наконец-то. Робби глухо закашлял. - Это что еще такое? Ты заболел? - Горло немного побаливает. Попью горячего, должно пройти. - Ясно. Ну мне пора. Не пропадай! - Да. До встречи! Сандер вновь окунулся в суету скоропалительных сборов. Оказавшись в машине, он увидел присланное от Робби сообщение: «Считаю минуты❤». Да, долго злиться на него было совершенно невозможно. *** Антверпен встретил его все тем же ветром и сыростью, но у Сандера не было времени обращать внимание на погоду: он был немного обеспокоен полученным от Робби сообщением: «Похоже, я все-таки заболел. Возьми себе что-нибудь для профилактики», поэтому спешил добраться до дома настолько быстро, насколько это возможно. Конечно, скорее всего, ничего серьезного не было, обычная простуда, но Сандер все равно хотел быть с ним рядом и отплатить Робби теми же заботой и вниманием, которые тот всегда оказывал по отношению к нему, особенно в последний месяц прошлого семестра. Едва он перешагнул порог квартиры, навстречу выбежала верная Шер. Сандер сразу же потянулся к кошке, прижимая ее к себе. Кошка охотно принимала его ласку. - Робби? - позвал Сандер, но никто не ответил. В квартире была нерушимая тишина. Сандер включил свет, разгоняя сумрак. «Так, ну Милан, наверное, на работе, а где же Робби?» - нахмурился Сандер. Он быстро разделся и прошел в его комнату, там тоже было пусто. Тогда он направился к себе и — бинго! Робби дремал на его кровати, однако включенный свет заставил его зашевелиться. Сандер подошел поближе. Вместо приветствий раздался оглушительный хриплый кашель. - Еб твою мать, Робби, ты в порядке? - Сандер заглянул ему в лицо и понял, что Робби ни хрена не в порядке. Щеки горели, в глазах — блаженая пустота и нездоровый блеск, дыхание было тяжелым. Да и кашель, так приветливо его встретивший, уже говорил о многом. - Кажется, мне стало хуже, - прошептал Робби, смотря в потолок и тяжело дыша. - Да уж вижу, - Сандер приложил руку к его лбу и похолодел — угли в камине и то были не такими горячими. Робби прикрыл глаза, видимо, прохладная ладонь принесла ему некоторое облегчение. - Господи, ты горишь! Сандер метнулся в гостиную за аптечкой. Найденный там градусник показал неутешительные сорок. Робби бил озноб. Сандер не стал долго думать и вызвал скорую. Он переодел Робби в свежую футболку, заставил выпить стакан воды и положил холодный компресс на лоб. После приезда врачей настроение Сандера испортилось окончательно — у Робби была пневмония. - Горе ты мое, - сказал Сандер, целуя в лоб засыпающего после принятия лекарств Робби. *** На поправку Робби шел гораздо медленнее, чем хотелось Сандеру, которому тяжело давались наблюдения за страданиями любимого человека. Он предпочитал не думать, насколько тяжело было Робби, но мысли невольно к этому возвращались. Сандер согнал с постели едва не заснувшего Робби и начал застилать чистое белье. Робби взялся за надевание наволочек на подушки и расправился с этим довольно быстро. - Знаешь, стоило завести отношения хотя бы ради того, чтобы одеяло в пододеяльник засовывал кто-то другой, - пошутил Робби. Его голос все еще был немного осипшим. - И зачем я морочился и вел тебя на крышу? Путь к твоему сердцу, оказывается, был так близок, - ехидно ответил Сандер. - Есть у тебя еще странные фетиши? Передам себе из других вселенных. - Ты чихаешь забавно, - добавил Робби, падая на кровать. Сандер выключил основной свет, оставив только лампу на прикроватной тумбочке. Он опустился вниз, трогая рукой лоб Робби. «Горячий, но с этим хотя бы жить можно», - успокоился он и лег рядом, накрывая их обоих одеялом. Робби придвинулся к нему и положил руку на живот. - Чихаю, значит. Возьму на вооружение, - со смешком сказал Сандер. Они замолчали. - Черт, я забыл тебе сказать, звонил твой отец, - Робби вздохнул. - Ладно, перезвоню ему завтра, - ответил он без воодушевления. - Тебе не понравилась его новая семья? Честно говоря, я думал, что вы поладите в этот раз… - Все было нормально, - ответил Робби. - Робби… Не закрывайся от меня. Ты же так просил меня не делать этого, а теперь сам же и нарушаешь обещание, - Сандер погладил его руку на своем животе и несильно сжал. Робби снова вздохнул, лег на бок и все-таки заговорил, избегая прямого взгляда. - Это просто… Это так по-детски. Это все моя вина. Он старается все сделать правильно, и его семья… Они хорошие. Только меня это бесит. Он так старается для них, они как будто из какого-то американского фильма для всей семьи… Такая идиллия. И я должен бы радоваться, что он исправился, что все наладилось, но я не радовался, - Сандер сжал крепче его руку. - В глубине души, а, может, и не в глубине, мне хочется, чтобы он облажался. Чтобы бросил их. Как нас. Робби тяжело дались эти откровения. Сандер притянул его к себе, и Робби лег к нему на грудь. Сандер покрепче его обнял. - Я бы тоже на него злился. И, скорее всего, гораздо сильнее тебя. Я и сейчас на него ужасно злюсь. За то, что он причинил тебе такую боль. Они снова замолчали. - Кстати ты так и не рассказал мне о своем загадочном ночном исчезновении… Ты с кем-то познакомился? - Что? Нет. Просто мне хотелось побыть одному. И не смотреть на всю эту замечательную семейную жизнь, которой у меня не было. Просто гулял и слушал музыку. Сандер почувствовал себя ужасно. Все время, которое они были в разлуке, он думал только о том, насколько тяжело это будет для него самого. А потом он совершенно чудесно проводил время, совсем не заметив, насколько тяжело было Робби. Робби всегда так искренне заботился о нем, отодвигая свои интересы на второй план, что, похоже, он привык к этому и превратился в настоящего эгоиста. Как же он это проглядел? - Ох, Робби, - он теснее прижал его к себе. - Пообещай мне, что в следующий раз ты не будешь бродить по ночам черт знает где. Бог знает, что с тобой могло случиться. Когда ты вернулся? Явно позже двух! - Прости, - тон у него и вправду был раскаивающийся. - Позвони в следующий раз мне. И мы можем пойти гулять, не покидая квартиры. - Что? - Надо просто немного больше воображения. Давай, закрой глаза, - Робби послушался. - На восточном берегу Рейна, там, где так часто гибнут в смертоносных водоворотах рыбаки, на высокой скале любит петь песни прекрасная Лорелея, расчесывая изящным гребнем густые золотистые волосы… - И Сандер поведал Робби знакомую с детских лет немецкую легенду о девушке, которая, подобно сирене, вела моряков на верную смерть силой своего чудесного голоса и необыкновенной красоты, а всему виной — отвергнувший ее возлюбленный… Робби вскоре уснул, не дождавшись печальной развязки этой истории. Сандер улыбнулся, когда он громко засопел. Раньше эта легенда пугала его своей беспросветной тоской, но сейчас беспросветная тоска сменилась отчетливой уверенностью, что любой водоворот им по плечам…