party

Это была определённо плохая идея. Встретится с Тэхеном и поговорить? Трезвым? Серьёзно? Чонгук не алкоголик, но сейчас ему чертовски хочется выпить. Но парень понимает, что нельзя. Напиваться перед важным разговором никак нельзя. То, что он будет говорить, темноволосый продумывал всю предыдущую неделю. Однако, достижению достойных результатов это не поспособствовало. "Эй, Тэ, мы переспали уже целых три раза, но давай-ка легализуем это действо?" или "Я готов предоставить себе свою жопу и всё к ней прилежащее, ты только никому не рассказывай". В итоге было решено действовать по ситуации. А поскольку "действовать по ситуации" у Чонгука всегда получалось не очень – парень до жути нервничал. Из-за этого всё валилось из рук, преследовала бессонница, вечно болела голова, а видок у него стал еще более гружёный, чем обычно. Всё-таки хорошо, что Тэхён действует так стремительно, иначе младшему грозил взрыв бошки или что-то вроде передоза мыслей. Но... Что ему все-таки сказать? – А ты пунктуальный. Чонгук вздрагивает от неожиданности и резко оборачивается. Тэхён паркует свой фирменный рюкзак на трибуне ниже, а сам присаживается на спинку кресла, находящегося напротив Чонгука и смотрит на него с толикой интереса, мелькащим непонятным маниакальным огоньком в глазах. Пугающе... – Именной значок? – поднимает бровь Чонгук, закрывая тетрадь и принимаясь складывать конспекты, изучением которых занял себя, пока ждал Тэхёна – Отстой. – Мне его подарила горячая милашка черлидерша. Это что-то типа приза за мою привлекательность, – ухмыляется старший, с вызовом глядя на Чонгука. Локоны у темноволосого немного колышатся на ветру и вьются из-за влажности, разлетаясь в разные стороны. Он похож на мягкое, уставшее облачко, которое агрессивно косит под грозную тучу. Стоит признать, огромный бомпер с эмблемой университета, чуть великоватый и скрывающий крепкие мышцы – совсем этому не способствует. Чонгук хмыкает и закатывает глаза, принимаясь складывать тетради в рюкзак, а Тэхён пальцами постукивает по пластиковой спинке, закусив щёку изнутри. – О чём хотел поговорить? – наконец спрашивает Тэхён – Если просто желал меня увидеть, можешь сказать. Это обычное явление среди моих фанатов, я не разозлюсь. Чонгук опять закатывает глаза до боли в черепе и агрессивно отбрасывает портфель на соседнее кресло. – Ты перевёлся сюда относительно недавно. Откуда такая самоуверенность? – кривится Чонгук, откидываясь на спинку. – Ну, – пожимает плечами блондин – Какой бы крепкий не был орешек, а молотком всё равно расколется, – томно улыбается старший, укладывая руки на колени и чуть склоняясь к Чонгуку – А молоток у меня внушительный? Чонгука немного передёргивает, но парень быстро берёт себя в руки и прокашливается. – Кстати об этом, щелкунчик, – немного хмурясь, произносит Чонгук. – Я для этого тебя и позвал. Тэхён смеётся. – Я уже понял, крольчонок. Так что давай к делу, – игриво произносить старший. – Блять, – скалится Чонгук, пальцами зажимая переносицу – Не называй меня так, это во-первых. – А во-вторых? – мурчит Тэхён. – А во-вторых, прекрати говорить таким голосом или я тебе сейчас ударю. Определённо не так Чонгук хотел начать разговор. Определённо не так. – Ты забавный, крольчонок. Но времени на злых заек у меня нет, увы, – пожал плечами Тэхён, потянувшись к рюкзаку. Он выглядит пуленепробиваемым, но он явно не намерен терпеть такое к себе отношение. Или просто берёт на слабо...? – Погоди, – хватает его за рукав Чонгук. На лице Тэхёна вновь начинает играть эта довольная многозначительная ухмылка. Господи, как же он бесит. – Слушаю, крольчонок, – расслабляется блондин, выпрямляясь – Поторопись, у меня пара через пятнадцать минут. Чонгук вдыхает побольше воздуха, стараясь собрать мысли в кучу и пару секунд тратит на то, чтобы придумать с чего начать. Ну, была не была... –  Я хочу спать с тобой. Прямо. Прямее линейки. Но Тэхён, блядь, опять не удивлён. – Да ты что? А ты так не хотел предыдущие три раза, – закатывает глаза старший. – Блядь, – прикрывает глаза Чонгук – Я имею ввиду... На постоянно основе. В смысле... Чтобы я мог позвонить тебе и мы, знаешь... Да, сука, не знаю я, как это будет выглядеть. Но об этом никто не должен узнать. Я не имею в виду отношения, это никакие не отношения. Просто секс, если ты не против. Сам в шоке, что предлагаю секс парню, это такой пиздец, если задуматься. У меня просто едет крыша в последние несколько недель, я не могу дрочить на гейское порно, оно такое мерзкое... Но и на обычное не получается, я просто не могу кончить. Я злой и уставший и просто... Просто хочу по-человечески потрахаться. Тэхён напротив выглядит странно серьёзно. Выражение его лица немного непонятное, Чонгуку не удаётся разобрать, что за эмоция застыла на его лице, а потом... Он понимает, что блондин просто пытается не заржать, а от того рожа его раздулась и покраснела, а глаза выкатываются из орбит. – Господи, – одними губами произносит младший, опирая руку о подлокотник и прикрывая лицо ладонью – Можешь проржаться, я подожду. Тэхёна прорывает, словно гейзер. Он орёт как чайка на весь полигон, и его не очень красивый задушеный смех эхом отдаётся в ушах. Это настолько громко, что младший реально боится, что его слышно в учебном корпусе. – П-прости, – утирает слёзы блондин – Ты просто такой милый. У меня еще таких не было. Но... Ахаха... Зачем ты вообще мне это предлагаешь? У Чонгука внутри что-то обрывается. Идиот. Идиот. Идиот. Идиот. Нужно было сразу догадаться, что Тэхён его не поймёт и обсмеёт. Ну вот зачем такому, как он, какой-то там Чон Чонгук? У него же игрушек завались – захочет, весь университет перетрахает. А с ним он уже наигрался. – Я имею в виду, – окончательно успокоившись, произносит старший – Мы бы и так могли трахаться, когда захочешь. Без каких-либо условностей. К чему весь этот разговор? У Чонгук отлегло. Господи Иисусе, как только что просрался, неделю не ходивши в туалет. Прямо вот максимальный уровень облегчения. Только вот... – Погоди, – стопорнулся Тэхён, прищуриваясь – Ахаха... Я понял. Ты хочешь поставить свои условия. Ну-ну. Капитан Чон Чонгук всё привык держат под контролем, как же – ухмыльнулся Тэхён, чуть насмешливо глядя на младшего – Может ещё и справку медицинскую с меня потребуешь? – С тем, сколько твой член путешествует, – отвечает Чонгук – Потребую. – Боже, – басит Тэхён – Ты думаешь, я не использую презики? Я похож на идиота, который мечтает о букете венерички? – Что-то в машине отсутсвие презервативов тебя не остановило, – парирует Чонгук, чуть подаваясь вперёд. Глаза Тэхена задорно поблескивают. Его это всё... Веселит? – Ты кореец, Чонгук. К тому же, не особо богатый, – видя, что темноволосый не догоряет, старший спешит пояснить – Тебе, чтобы сделать американскую визу, надо пройти целую баталию врачей, и если они найдут в твоём организме хоть один фактор, угрожающий здоровью американских граждан – тебя попросту пошлют с визой. Я уже не говорю ничего про постоянные медпроверки перед сезоном, – негромко произносит Ким, ответно приближаясь, сокращая расстояние до допустимого предела. Чонгук чуть ли не рычит. Тэхен такой острый на язык, что иногда его хочется просто отхерачить ссаным веником. Или поцеловать. Конкретно сейчас, когда он так близко и так бесит – младший не знает, чего хочет больше. Для начала – чтобы этот разговор никогда не начинался. Или никогда не заканчивался. – Ещё просьбы будут? – изгибает бровь Тэхён. – Да. Никому об этом не рассказывай. Иначе я тебя так отпизжу, что ты месяц с кровати встать не сможешь, – грубит младший, а у самого дыхание немного сбивается. – Какой ты милый, крольчонок. Обычно, после ночи со мной, подобное – само собой разумеющееся, а ты этим угрожаешь, – ухмыляется блондин, ровно дыша, заглядывая на дно расширенных зрачков – Я и не планировал. Мне самому это не выгодно, как ты знаешь. Чтобы кто-то был в курсе, что я сплю с тобой на постоянке. Никто не знает, разве что Хосок и Намджун. Они, скорее всего, догадываются. Чонгука этот факт не смущает. Догадываются и догадываются – не видели и плевать, доказательств же нет. Главное, чтобы мелким эту херню в голову не вбивали, а то те к их бредням стали какие через чур восприимчивые. Кажется, сказывается разжижение мозга (или как там называется эта часть процесса деградации?). – И вообще, крольчонок, – Ты уверен, что твоё влечение – не вина алкоголя. Ты никогда не горел желанием видеть меня, когда был трезв. Чонгук... Об этом не подумал. Нет, он определённо хотел Тэхёна в любых состояниях, это было точно на 100%. Но вот сможет ли он возбудиться... будучи трезвым? Вопрос был очень даже к месту, учитывая то, как попадание даже малого количества алкоголя в кровь капитально меняло поведение Чонгука. Нужно было подумать об этом заранее... – Вот об этом я и говорю, – шепчет блондин, опуская хищный взгляд на Чонгуковы губы. И когда они успели оказатся настолько близко? – Ты не уверен. Не знаешь ответы на многие свои вопросы, а экспериментировать боишься. От того и грузишься без конца. Просто хватит трусить, крольчонок, – выдыхает старший, прикрывая глаза. У Чонгука в бешенном ритме заходится сердце, и, кажется, член дёргается в штанах. Вот ведь блядство. Ну почему рядом с Тэхёном всегда так? – Давай проверим? – вкидывает внезапно блондин, укладывая свою большую тёплую ладонь на Чонгукову ногу и мягко водя ей от колена до внутренней стороны ляжки. Чёртова дрожь. Чонгуку же было не холодно..? – Что ты хочешь? – хрипит младший, заглядывая в потемневшие глаза напротив, следя за красным кончиком языка, резво проходящимся по губам. Он почти чувствует его у себя во рту... да блядь. – Я? – поднимает брови Тэхён – Подрочить друг другу под трибунами. А ты? – У меня история через двадцать минут... – А у меня окно, – Чонгук чувстует, как на его запястье обхватывает Тэхёнова ладонь – И историк всегда опаздывает минут на тридцать. – Ты говорил у тебя пара, – шепчет младший, хотя самому уже далеко плевать. – Я напиздел, – обрывает блондин. – А если кто-то увидит..? – из последних сил протестует Чонгук, хотя самому уже до ужаса хочется проверить Тэхёнову теорию. – Во время обеда? На холодный полигон? Стебёшься? – пальцы на запястье сжимаются в тугое кольцо – Хватай рюкзак и побежали. И они вскакивают со своих мест, длинными ногами перебирая ступеньки, спускаясь с трибун и забегая вниз. Тэхён отпускает запястье младшего только когда они добегают до какого-то закоулка под трибунами, где на песке всюду лежат окурки. Ах, точно, это самая безлюдная курилка в университете, как Чонгук мог забыть про неё? – А ты хорош, здесь ни души, – произносит младший, кидая портфель на относительно чистую область песка и оглядываясь. Затем его резко разворачивают за плечи и он спиной больно прилетает в какое-то высокое ограждение. Затылок тут же начинает саднить, и он было хочет выплюнуть какую-нибудь гадость, но Тэхён мгновенно затыкает его, с пылкостью голодного тигра приникая к губам. Чонгук шипит в поцелуй, чувствуя боль в спине и пальцами впивается в плечи старшего. Так больно, что шипит уже сам Тэхён, в отместку кусая его губу. – Ты мне губу прокусил, мелкий засранец, – шепчет старший, растёгивая ремень и слыша, как Чонгук вжикает молнией своей ширинки. – Потому что я не просил меня целовать, – злится Чонгук, с садистским удовольствием глядя на сочащуюся из ранки кровь. – Брось, крольчонок, я в курсе, как ты любишь целоваться. Считай это моим подарком, – ухмыляется блондин, окончательно расправляясь с ширинкой и доставая член. – Какой-то из тебя дерьмовый Санта. Обычно он дарит желанные подарки, а тут ты прогадал, – язвит младший, одной рукой держась за Тэхеново плечо, потому что ноги предательски подгибаются. – У тебя всегда на хуёвые подарки встаёт? – скептически оглядев Чонгукову эрекцию, заключает Тэхён –  Сочувствую, маленький извращенец. Так уж и быть, больше никаких поцелуев, зайка. А то когда трезвый, ты такой колючий. Чонгуку поцелуев и не надо. Он уже готов улететь в космос, когда холодная Тэхеновы ладонь обхватывает его член у основания и принимается надрачивать. Чонгук не отстаёт, беря чужой член в руку и пытаясь подстроиться под его ритм. Не выходит. – Зайка, представь это мне, – на самое ухо шепчет блондин своим сексуальным хриплым голосом, от которого у Чонгука начинают подрагивать бёдра. Младший послушно убирает руку, устраивая её на плече старшего. Он нетерпеливо подаётся бёдрами навстречу и тихо скулит, ожидая, что Тэхён рачнёт дрочить, но... Он подходит ближе, прижимая Чонгуков член к своему и принимаясь растирать по ним естественную смазку. Скользко. Мокро. Грязно. Великолепно. Чонгук чувствует каждую выступающую венку и эту восхитительную пульсацию. У него кружится голова от контраста ощущений: когда Тэхён трогает его там – это очень приятно, но когда они соприкасаются ими – это что-то новое и невероятное. Ощущать тёплую кожу, чувствовать, как Тэхён проезжается большим пальцем по головке – всё это так восхитительно. Чонгук начинает дашать чаще, когда старший ускоряет движения рукой. Их члены трутся друг о друга с хлюпающими звуками всё быстрее и быстрее. Они скользкие из-за смазки и жутко горячие. Головки то и дело задевают лобок или яйца, и от них отходит кристальная прозрачная ниточка. Тэхён давит сильнее, сжимая пальцы крепче и сам постанывает, когда особо грубо сжимает их. Чонгук чувстует, как по телу идёт дрожь и откидыает голову назад, опираясь о ограждение. Тэхен прячет лицо у него на груди, делая движения всё приятнее и грубее. Так, чтобы обоим срывало башню. – Зайка... – хрипит старший, поднимая голову на уровень Чонгукового лица. Взгляд у того – хуже некуда. Потерянный и возбуждённый, глаза какие-то мутные и блестящие до жути, а веки прикрыты. Словно он пьяный или под наркотиками. А на деле – просто до жути хочется кончить. Но блядский Тэхён как на зло замедлился. – Хочешь я тебя поцелую? – тихо, почти сорвано спрашивает Тэхён. Чонгук отрицательно мотает головой, сильно жмурясь и вцепливаясь в плечи Тэхёна мёртвой хваткой. – Неужели, – приторно тянет Тэхён, делая движения ещё более медленными. – Ублюдок, – давится стоном младший – Да, я хочу, поцелуй меня. Только, блядь, не останавливайся. Тэхён хмыкает самодовольно, ускоряя движения и чуть ли не урчит, видя, как Чонгук от удовольствия заламывает брови и закатывает глаза. Он приникает к его губам и несдержанно целует, не меняя темпа. Чонгук едва слышно всхлипывает, когда старший языком проходится по внутренней стороне его щёк, затем кончает с протяжным глухим стоном. Тэхён кончает парой минут после, успев подставить кулак и не испачкать Чонгуку футболку. О чём сам младший, кстати, не позаботился, и теперь низ Тэхёнового пуловера залит спермой. Класс. Хорошо хоть у него окно, есть время сгонять в туалет и отмыть это бесстыдство. Они оба стоят, тяжело дыша и стараясь привести сердцебиение в норму. Первым очухивается Чонгук, убирая достоинство в трусы и застёгивая ширинку. А затем уже Тэхён, который достаёт из рюкзака влажные салфетки, вытирает руки и немного край пуловера, чтобы сперма не присохла (иначе его смело можно будет выбрасывать). Они пару минут стоят в тишине, потому что у Чонгука пылают уши, шея и щёки, а у Тэхёна того гляди эго лопнет из-за уровня своей раздутости, а потом старший произносит: – Признай, из меня вышел бы охуенный Санта.

***

С того дня всё изменилось. Не так, чтобы капитально, но самочувствие у Чонгука заметно улучшилось. Он больше не ходил загруженый, словно у него не голова, а огромный компьютер с тысячами полетевших программ, бессоница пропала, голова больше не болела, а синяков под глазами как и не было. Мысли по поводу собственной ориентации перестали забивать голову. До Чонгука наконец дошло, что секс с парнем на его ориентации никак не сказывается. Ему ведь по-прежнему нравятся девушки. Его возбуждают девушки. Просто с Тэхён очень умелый любовник. А вообще, секс с ним – странная штука. Безусловно крутая и приятная, но всё равно до жопы странная. Они занимаются им везде, где только можно и нельзя. На все вертикальных и горизонтальных поверхностях, в любое время дня и ночи, в основном, когда блондину вздумается. Поначалу Чонгук не знал, как это будет выглядеть. Они это не обговаривали условия, не обсуждали детали. Установили только, что об их отношениях – никому, и всё, на этом обсуждение было завершено. А потом Тэхён написал ему посреди пары. Сообщение отправлено в 11:40 От: yourTae_yourHyng Го трахаться?

jungkook_1997: Что, прямо сейчас? У меня пара

YourTae_yourHyng: А я у первокурсников заменяю :) Сча я всё устрою И тут же дверь аудитории распахнулась, а из проёма показалась светлая макушка. – Мистер Карт, могу я забрать студента Чон Чонгука? Чонгук сконфузился, но ему всё-таки удалось сохранить невозмутимый вид. Преподаватель отпустил его, не задав ни одного лишнего вопроса (что было весьма удивительно, учитывая старческую озлобленность Карта, известную на весь университет). Тэхён без лишних объяснений затащил его в закрытый туалет, от которого у него с какого-то хуя оказались ключи (?), пока Чонгук сбито пытался расспросить у него про преподавателя. Впрочем, когда они остались наедине, важность его вопросы потерялась. Дрочить друг другу в небольшом помещении, оперевшись о раковину, когда между телами не остаётся ни единого лишнего миллиметра, силиться не поцеловать, когда это заведомо невозможно. Стараются быть тише, затыкают друг друга поцелуями, но всё равно срываются на бешеный ритм и едва успеть подставить руки, чтобы вновь не испачкаться. И всё равно Чонгук кончает Тэхёну на футболку. Впрочем, с каждым разом всё лучше. Они никогда не заходили дальше обычного петтинга, но и этого парням вполне хватало. Ну, по крайней мере Чонгуку. Про то, спал ли Тэхён с кем-нибудь помимо него, младший не знал – при всех они так и оставались плохо знакомыми парнями, которые не очень-то жалуют друг друга. Тэхён все так же светился в их компании, то появляясь, то снова пропадая, разгребал последствия проделок Намджун с Хосоком и оставался таким, как и всегда. Все шло своим чередом. Жизнь Чонгука выровнялась и вернулась в привычное русло. Единственным изменением было то, что теперь посреди пары или в перерыве между (но чаще во время подработки, чтобы никто не заметил) ему мог написать Тэхён с предложением потрахаться. Чонгук, как правило, соглашался, потому что причины для отказа было всего две: либо отсутсвие настроения, либо отсутствие возможности. А настроение у Чонгука было всегда, потому и без того редкие отказы практически сошли на "нет". Дошло и до того, что старший знал расписание его тренировок, дни подработки, какие у Чонгука пары или дополнительные занятия. Чонгук же про Тэхёна не знал решительно ничего. Не то что бы ему это было сильно интересно, но мысль о том, что человек, с которым ты спишь.(пусть и без обязательств) уже около трёх недель – незнакомец, как-то напрягала. Но младший не решался спросить у него что-либо. Они не разговаривали ни во время секса, ни после. Разве что перекидывались парой колких (в случае Чонгука) или пошлых (в случае Тэхёна) фраз, но это не считается. У парней младший не спрашивал – он и без того стал относиться к Тэхёну чересчур лояльно, а Чимин Кима все так же недолюбливал. Поэтому информации о нём особо не накапывало. Разве что... Было всё-таки несколько странностей. Тэхён заменял некоторые предметы у первокурсников или второкурсников (что раньше изредка давали делать только четверокурсникам), но это, впрочем, объяснялось тем, что Тэхён вундеркинд. Но почему тогда все преподаватели ему безоговорочно доверяли? Возможно, это из-за того, что он знал Сокджина... Но как они подружились? Откуда знают друг друга? И ещё множество, множество цепочек, которыми не хотелось забивать голову. Да и не стоило. Впереди важный матч, и Чонгуку хорошенько надо к нему подготовиться. И его команде, кстати, тоже.