Подарок

У Накаджимы было стойкое предчувствие чего-то. Чего-то необычного, чего-то, что может стать для тигра истинным потрясением. Конечно, Ацуши не предвещал ничего необычного в свой 18-тый день рождения. По крайней мере надеялся, что в его особенный день никто не догадается устроить беспорядки на улицах города. Зайдя в офис детективного агентства, блондин застал привычную картину: Куникида снова пытался прибить Дазая за очередную попытку отбросить ласты. Кажется, на этот раз темноволосому пришла в голову идея попытаться наглотаться таблеток, однако заметивший отсутствие своего успокоительного Доппо все разрушил. Увидев приближающегося именинника, Осаму вздохнул с облегчением и перевел внимание мужчины на Накаджиму. — Ой, Ацуши, а мы тебя как раз ждали. — Куникида закатил глаза и кинул неудавшегося смертника на пол, снова уйдя с головой в работу, начиная в очередной раз насиловать пальцами несчастную клавиатуру. — Заметил. — Тихо пробормотал оборотень и сел на стул, выдыхая и откидывая голову назад. Осаму с крайне хитрым выражением лица подкрался к его столу, прищурился и внимательно рассматривал действия коллеги. — Ацуши. — На повышенном тоне протянул Дазай. Тигр резко дернулся, предчувствуя, что подобный тон детектива не приведет ни к чему хорошему. — Ацуши-кун, я приготовил тебе подарок, который точно станет для тебя самым незабываемым! Проговорил суицидник с широченной улыбкой, а Ацуши сглотнул, зная, каким может быть слово "незабываемый" в понимании бывшего мафиози. — Да ладно, не стоило. — На лице уже совершеннолетнего тигра расползлась слегка нервная улыбка, уголки губ подрагивали, а пальцы сжимали несчастный край деревянной офисной мебели. — Пойдем, он ждет тебя в соседнем отеле. — Неполноценный потащил сопротивляющегося полосатого за собой, напевая под нос что-то невнятное.       

***

Через какое-то время те оказались на пороге небольшого номера, с уютной обстановкой и приятным музыкальным сопровождением, доносившемся откуда-то из комнаты. — Твой подарок ждет тебя внутри. Наслаждайся~ Осаму толкнул коллегу внутрь помещения и с ехидным смешком закрыл дверь снаружи. Тигру ничего не оставалось, кроме как покачать головой и осмотреться. В помещении пахло подозрительно знакомо. Обернувшись, он увидел на вешалке... Плащ Рюноскэ. Нет, он не мог перепутать его ни с чем. Черный предмет верхней одежды покоился на одном из крючков ветвистой вешалки, стоявшей в углу коридора. Вспомнив, что он всё еще в обуви, быстро снял ботинки и оставил их возле входа. Сглотнув, Накаджима сделал пару шагов внутрь квартиры, заглянул в комнату с просторной двухместной кроватью и увидел нечто, что заставило его застыть на месте в полном оцепенении. Рюноскэ Акутагава. Цепной пес Портовой мафии. Лежал на кровати. Связанный. ОБНАЖЕННЫЙ. С лентой, обтянутой вдоль всего тела и пристегнутый пушистыми наручниками к изголовью кровати. — Тигр?! — Возмущенный вопль врага вывел оборотня из прострации.— Что ты здесь делаешь? Рюноскэ дернулся, насколько ему позволяло подобное положение, и злобно оскалился на вошедшего в комнату незваного гостя. — Акутагава?... — Блондин сделал пару шагов в сторону недо-напарника, после чего сглотнул и сел на край кровати. — Так вот, о каком подарке говорил Дазай-сан... — Какой подарок? Ты вообще в своем уме? Развяжи меня немедленно! — Брюнет снова задергался, однако тугая красная лента, обтянутая и вокруг гениталий, приносила крайний дискомфорт и терлась обо все, до чего доставала. А Накаджима будто в прострацию ушел. Вместо этого на связанного Рюноскэ смотрел голодный зверь, сидевший внутри оборотня. Кажется, будто пленник даже услышал, как тигр внутри него мурчит, предвкушая то, от чего задница пса мафии неизбежно пострадает. Окончательно и бесповоротно. Полосатый знал, что без своего плаща эспер бессилен. Что он может, в данный момент, позволить себе все, что душе угодно. Расцарапать спину брюнета до крови, оторвать ему голову, или того хуже. Сожрать вместе с этой чертовой лентой. Акутагава дернулся, почувствовав первое касание на бедре. Рука детектива будто на пробу ощутила тепло кожи мафиози, чтобы понять, реальна ли вообще подобная ситуация. В глазах заиграл голодный огонек. Тигр почувствовал беззащитность добычи, уязвимость давнего противника, и явно собирался ею воспользоваться. Из-под губы показались острые клыки, и Ацуши будто опомнился, но руку не убрал, насильно взяв бушующего кота под контроль. Сам хозяин тела продолжил манипуляции, поднимаясь выше и садясь ближе. Вот, рука пересчитывает пальцами худые ребра, поднимается по груди, "нечаянно" задевает сосок, чем вызывает у Рюноскэ реакцию в качестве закусанной губы, достигает выпирающего сквозь тонкую кожу кадыка и, наконец, проведя кончиками пальцев по подбородку, достигает лица. Они смотрят друг на друга целую вечность. Теперь становится крайне ясным, кто в этой ситуации — охотник, а кто — добыча. Акутагава смотрит вопрошающе, ожидая дальнейших действий тигра-оборотня. Все равно сейчас ему остается лишь наблюдать, что с ним сделают эти проворные кошачьи руки. Ничего не сведущий в подобных делах, блондин решил начать с малого. Он наклонился и чуть припал к губами мафиози. Рюноскэ сначала опешил, но потом все же решил ответить на поцелуй, в отместку за сосок прикусив тигру губу. Ацуши постанывает от легкого пощипывания на губе, немного отстраняется, шумно выдыхает и снова припадает к Акутагаве. Его руки тем временем спокойно спускались по телу вниз, пока не решили резко вернуться вверх, ближе к чувствительной зоне. Первое касание. Рюноскэ издает тихий стон в поцелуй, немного краснея. Накаджима полностью кладет руку на сосок и начинает его массировать, чувствуя, что тот становится еще более твердым. Пес мафии не особо понимает, что происходит с ним, теряется в ощущениях, но однозначно считает их приятными. Детектив пытается быть решительным, но в то же время боится сделать лишнее движение и упустить шанс. Немного подумав, он слегка ослабляет ленту на ногах парня, чтобы почти сразу же нависнуть сверху, прижимая нижние конечности брюнета к кровати. Тигру внутри хочется поиздеваться над Рюноскэ, но сам Ацуши слишком мягкосердечен, чтобы позволить коту действовать подобным образом. Накаджима медленно протягивает руку к тумбочке, а чужие глаза смотрят неотрывно, внимательно, будто стараясь уловить каждое движение неловких пальцев. Вот и ключ, оставленный "заботливым Дазай-саном" возле настольной лампы. Движение к замку. Скрежет. Щелк. Ацуши снимает с покрасневших запястий надоевшую игрушку и медленно кладет ее на пол. Все. Теперь Акутагава точно избавится от заигравшегося с беспомощным псом кошары. Даже глазом не моргнет, стоит ему надеть свой плащ. Однако, не смотря на предположения Накаджимы, Акутагава лишь улыбается, чувствует азарт "охотника" и наклоняет голову вперед, смотря прямо в глаза блондина. А парень тонет в них. Внутренний зверь успокаивается на пару мгновений, наблюдая из вне. В глазах напротив, на удивление, сейчас нет той самой жажды убить, разорвать, прижать к стенке и медленно, со вкусом, выпускать кишки. Нет. Сейчас перед сиротой будто лежит совсем другой, не тот бешеный пес, с которым ему доводилось сражаться раньше. Сейчас он похож на доброго, спокойного, домашнего щенка, ждущего очередной ласки от хозяина. Именинник не может удержаться и касается внутренней стороной ладони его щеки. Рюноскэ прикрывает левый глаз, продолжая наблюдать. Брюнет почувствовал что-то внутри, и неосознанно улыбнулся. У Накаджимы с плеч будто гора свалилась. Гора их ненависти друг к другу, гора вечного недопонимания и желания убить друг друга, гора, переполненная всеми негативными эмоциями, что черно-белый дуэт до этого испытывал между собой — Кажется, от ненависти до любви один шаг? — Саркастично произнес мафиози, припадая губами к открытой ладони у своей щеки. Ацуши выдыхает, слегка краснеет и прикрывает глаза, довольно урча, как большой кот. На этот раз Акутагава потянулся первым. Лента, развязанная оборотнем, полетела в ближайший угол, забытая и немного помятая. Свободные теперь руки пленника потянулись к шее лунного зверя и обхватили, притягивая ближе, оставляя минимум расстояния между двумя телами. Ацуши подхватывает его под бедра и, отведя взгляд в сторону и сводит два пальца левой руки вместе и подносит их к чужим губам. Брюнет слегка мешкает, но все же берет оба в рот, начиная медленно полизывать. Рот Рюноскэ такой теплый и мягкий, что блондину аж не по себе. Акутагава чувствует, как под давлением его коленки бугорок в штанах молодого детектива только увеличивается, выдавая настроение хозяина с головой. От неожиданного прикосновения тигр зарычал, оправдывая данное ему прозвище. Хозяин Расемона решил не затягивать, поэтому не сильно толкнул Накаджиму в грудь и начал расстегивать быстро надоевшие пуговицы злосчастной рубашки. Ацуши ослабил лямки черных штанов, отбросив обе, сейчас такие ненужные, вещи гардероба в угол. Галстук одинокой тряпочкой полетел на пол, оставаясь лежать неподалеку от тумбочки. Акутагава дрогнул, почувствовав у своего ануса пальцы, смоченные собственной слюной и резко откинул голову назад, когда оборотень наконец ввел в него фалангу указательного пальца. Детектив дал ему привыкнуть, постепенно полностью погружая палец внутрь. Пассив выдохнул, прикрывая глаза и чувствуя каждое непроизвольное движение внутри него. Накаджима постепенно погрузил и второй палец. — Ничего...Необычного...Ах! — Брюнет не смог сдержать полу-вскрик стон, когда пальцы внутри резко разошлись в стороны. Его захлестнула волна ранее неизведанных ощущений. Кажется, будто внутри него что-то начало трепетать. Интуитивно поняв, что действует правильно, Ацуши перевернул мафиози на спину, провел свободной руко по острым лопаткам и продолжил небольшую экзекуцию над анусом владельца Расемона. — Хватит. Можешь входить. — Заикающимся, непривычным для него голосом прошептал Рюноскэ и выгнулся, почувствовав влажную головку, покрытую естественной смазкой. Накаджима дернулся, немного расслабил руки и вошел на половину, чувствуя, как его болезненно сжимает прежде девственное отверстие. Пассив под ним закусил губу, сжал простынь в кулак и натянул ее до такой степени, что кажется, будто она сейчас треснет под безжалостными пальцами мафиози. Рюноске снова накрыли странные чувства. Боль, граничащая с чем-то странным, чем-то, что тот до этого времени не испытывал. Тигр начал со спокойного темпа, медленно покачивая бедрами и шипя, когда стенки кишечника сжимали его особенно сильно. Ацуши, полностью забыв про тигра, все же потерял над зверем контроль. И Акутагава понял это слишком поздно, когда его, словно самку, схватил за загривок и прижали к кровати всем весом частично превратившегося тела. Полосатый наконец смог спустить тормоза, вырывая из уст брюнета почти крик. Зверь вбивался так сильно, что парень почти чувствовал, как его член почти пробивает кишечник насквозь. Но удовольствие настолько контрастировало на фоне боли, что хотелось просто кричать, выгибаться и скулить, почти разрывая простынь в клочья. Изначально не сдерживаться брюнету не позволяла гордость, однако теперь громкие стоны не смогла сдержать даже подушка. Такого удовольствия и внутреннего удовлетворения Рюноске не получал даже от убийства самых заклятых врагов. К этому можно и привыкнуть. В конце концов, оба не смогли долго продержаться в силу неопытности, тигр последний раз оставил на шее метку и брюнет почувствовал, как по его внутренностям разливается тепло, а Ацуши, изнеможденный донельзя, падает сверху, придавливая его не менее уставшее тело. Около 10 минут парни никак не могли восстановить дыхание, дыша прерывисто и неровно. Первым встал Накаджима, пошатываясь и пытаясь отойти от того, что произошло с его едва окрепшим умом. Собравшись с силами, блондин все же подошел к кровати, нагнулся и поднял Акутагаву на руки. — Что ты делаешь? — Сонно спросил мафиози, лениво приоткрывая глаза. — Давай хотя бы в душ сходим, а то неудобно.... Он, небрежно ковыляя, понес партнера в ванную комнату. Поясницу тянуло, между ног чувствовалась липкая сперма, а мозг просто отказывался функционировать. — Это было...феерично. — Прокомментировал тигр и опустил брюнета в ванну, открывая кран. Наблюдая, как вода постепенно поглощает расслабленное тело мафиози, уснувшего под успокаивающий шум натекающей воды.