Поезд в Неизвестность

POV Мэделайн Я вошла в поезд, а следом и мой новый знакомый, Дейн, странный парень со шрамом, ненавидящий число пятнадцать. Мне было неудобно, что он нес мои чемоданы, хотя мы были едва знакомы, и он вовсе не смахивал на джентльмена. У Озборна были глубокие синие глаза, которые почему-то всегда усмехались, каштановые волосы и челка на левый глаз, скрывающая шрам. Идя с ним вровень, я заметила еще и шрамы на висках. Интересно, от чего они? Наверняка Дейну есть что рассказать. Я стала осматривать вагон. Все здесь было уютным и напоминало мне Хогвартс-экспресс. Я всегда любила ездить на поездах, поездки оставляли мне незабываемые впечатления. Оформление вагонов было в теплых тонах, и от этого хотелось сесть с книжкой и горячим шоколадом у окна, слушать разговоры людей или шум дождя, а может, просто впитывать косые лучи солнца. Я испытывала волнение, как в первую поездку. А еще не знала, куда девать руки. Так как они не были заняты чемоданами, я старалась поудобнее уложить пальто, перевешивая его в десятый раз. Краем глаза я заметила, что Дейн снова ухмыляется. Ладно. Стоило перестать удивляться и ждать, что он прекратит. — Ну что ж, Мэдди, так откуда ты? — вдруг спросил Дейн. Сам, небось, не ответил бы так с ходу. — Ну-у... Родилась во Франции, все мои родные там. До некоторого времени тоже там жила, но учиться отправили в Англию. — Я вспомнила, как это происходило, и захотелось заплакать как тогда, в десять лет. Я помнила, как родители оттаскивали меня в машину, а я цеплялась и ревела. Я приехала в Англию с такими опухшими глазами, что почти ничего не видела, не хотела смотреть достопримечательности города, пройтись по новой школе-пансионату. Я просто хотела забыться, просто хотела вернуться домой и уснуть в своем любимом кресле на чердаке, таком глубоком, что мы с братом утопали в нем оба. Из размышлений меня вырвал вновь вопрошающий голос Дейна. — Отправили! Прям насильно что ли? А сколько тебе лет? Уже на «сколько лет» перешёл, а сам ничегошеньки не сказал. — Ну да, я не хотела уезжать. Там у меня были друзья, а это незнакомый город, в котором я была всего один раз, — я улыбнулась, вспоминая, как весело мне было с Джин и Джейн, моими лучшими близняшками-подругами. — В Англию меня отправили учиться в десять, училась там семь лет. Как только окончила, вернулась обратно во Францию. Родители собирались поехать в отпуск, поэтому, чтобы их не обременять, вернулась обратно в Лондон. Тут я и увидела яркий флаер, который так привлек внимание. Говоря все это, я будто по порядку видела картины, как все произошло. Неужели вся моя жизнь извернулась так, чтоб я попала на поезд? Почему-то возникало именно такое впечатление. Я не смотрела на Дейна, а, как обычно, глупо пялилась вдаль, накручивая локон на палец. Я быстро отдёрнула руки и, заправив локон, спрятала их в складках пальто. Я уже ждала очередного вопроса, быстро придумывая свой, чтоб опередить Озборна, но тут он вдруг заговорил о себе. Рассказал, как купил билет, встретил и познакомился с ещё одной пассажиркой. Назвать девушку Соней от того, что она один раз при тебе заснула, это глупо! Я и не заметила, что мы уже дошли до своего купе. Открыв дверь, я увидела, что внутри уже сидит девушка. Приветливо улыбнувшись, я вошла и поздоровалась с ней. Девушка была кареглазой индианкой с каштановыми волосами. Мы представились друг другу, и я предложила Бхадари, так звали девушку, звать ее покороче. Остановившись на Дарьи и немного поболтав о Дейне, я вздрогнула. Это Дейн дотронулся до локтя и как то угрюмо проговорил: «Я пойду». Спросив, можно ли с ним, я попрощалась с Дарьей и вышла из купе. Не успела я догнать его, как услышала звук сзади. Из второго купе вышла бледная девушка со спутанными волосами. Ей явно было плохо, и я, забыв обо всем, подбежала к ней, помогая облокотиться. Дейн тоже подошел и тупо спросил, как ее зовут. Серьезно?! Как можно думать об этом, когда человеку плохо? Девушка сказала, что ее зовут Мэдоу Кастеллан, и Дейн как-то странно среагировал, будто ему стало больно. Я приняла решение разобраться в этом позже. Тогда была важна Мэдоу. Я спрашивала, перечисляя болезни, но она отрицала. Наконец я догадалась: девушке нужна вода и еда. Я решила найти вагон-ресторан, наверное, он был дальше. Дейн подхватил девушку, позволяя ей опереться, хотя с таким ростом ее ноги даже не касались пола. Я поспешила помочь, но, так как и сама была невысокой, на мою долю не пришелся и процент веса. Тут Мэдоу потеряла сознание. Как хорошо, что Дейн не оставил мои чемоданы в купе, хоть это и смешно. Немного порывшись, я достала аптечку и, вытащив нашатырный спирт, смочила им вату и сунула девушке под нос. Наконец она пришла в себя. Спрятав все обратно, я решила — надо быстрее добираться до ресторана. Кажется, Дейн пришел к такому же мнению. Третий вагон, в котором от яркого света пришлось щуриться, он буквально пробежал. Я задавала Мэдоу простые вопросы, чтоб держать ее в сознании. Наконец мы распахнули двери очередного вагона и нашли-таки ресторан. Другие вагоны было ни в какую не сравнить с рестораном. Он был прекрасным и будто не был частью поезда. Огромная хрустальная люстра, начищенные блестящие полы, по которым скользили официанты, море изысканных запахов и красивые зеленые в цветах обои. Смотреть на это дальше не было времени. Взглядом я стала искать пустые столы, но таковых не осталось. Если и садиться, то уже с кем-то. Дейн, видимо, увидев знакомого, подошел к столику, за которым сидела одна девушка и, усадив Мэдоу, сел сам. Заботливый. Я присела, а парень поздоровался с нашей соседкой. Пока он болтал с девушкой, я удивлялась, что Соня, а это была именно она, нас не замечает. Мы заказали поесть. Хотелось чего-нибудь легкого, поэтому я заказала салат Цезарь, апельсиновый сок и немного запеканки. Позже мы все-таки познакомились с Софи и заговорили о книгах. Хорошо, что она любила читать, нам было о чем поговорить! Тут парень со станции, представившийся как Диего, попросил внимания. Он говорил, а я все больше разочаровывалась и злилась на саму себя и на него. Разве можно было так опрометчиво согласился на бесплатный поезд, который не имеет точного направления? Тут-то я услышала главную новость. Диего объявил о тварях, находящихся в третьем и шестом вагоне, которые боятся света и почти слепы, также они могут перевоплощаться в людей. Мне стало очень страшно, прямо сейчас захотелось выйти из поезда и больше никогда не видеть его. Но, как сказал Диего, это невозможно, потому что мы находимся в пустынной местности, и до ближайшей станции ещё далеко. Только сейчас я заметила, что не одной мне было страшно. Скорее всего, каждый здесь думал о том, как согласился на это путешествие и как быть дальше. Я вспомнила, что Диего говорил о том, что ищет особенного. И это один из них. Один из них. А остальным что делать? Умирать? Стало понятно, на этом поезде моя жизнь может оборваться, а я столько всего еще не успела. У меня были цели, которые могли исчезнуть прямо тут, просто испариться, будто их и не было. А как же родители? Им будет тяжело, им будет больно потерять еще одного ребенка… Я уже чуть не выдала свою боль, еле сдерживая слезы, но мне не хотелось, чтобы все видели, как я плачу. Оставалось надеяться, что никто не заметил боли в глазах. Мне надо было просто трезво мыслить, все же оружие против них есть. Я должна выжить ради своих родителей, ради той цели, к которой стремилась… Успокоившись, я привела свои мысли в порядок. Глаза больше не слезились. И снова я услышала плохую новость: есть только четыре фонаря на три вагона! Неужели нельзя было хотя бы каждому в купе дать по одному фонарю?! Но нет же. Их всего четыре! Ничего, я буду сильной, я должна справиться. Очнулась, когда назвали Дейна. Диего сказал пойти ему и еще двоим пассажирам за фонарями с ним. А самому слабо было? Я решила дождаться Озборна здесь, не хотелось идти к себе, тем более через третий вагон, в котором и скрываются монстры. Мне просто было спокойней не одной. Спокойней с человеком, которого я только начала узнавать… Выключился свет.