Поезд в Неизвестность

Мэдди наконец согрелась в теплой черной толстовке и сейчас шла по освещенному рассветными лучами коридору. Зайдя с последнего вагона, они проходили комнаты работников и уборные. Неожиданно из-за открытой двери показалась окровавленная рука, и Мэделайн вскрикнула, прикрыв рот рукой. Недолго думая, но уже представляя изуродованный труп, Мэдди забежала и увидела лежащую на полу девушку. Вокруг было разбрызгано много крови и, присмотревшись, Мэдди заметила рваную рану на предплечье, как будто девушку укусил кто-то, обладающий острыми зубами, а в той самой руке был острый клык какого-то неизвестного существа. Рана была не свежая и не старая, будто уже несколько часов прошло. Зашёл Дейн и сразу предложил помощь. На лице его можно было прочесть лишь серьёзность и… узнавание? Мэдди отправила его за бинтами и дезинфицирующей мазью, которые находились у нее в аптечке, а сама закатала рукава пассажирке и посадила ее в более удобное положение. Дейн очень быстро вернулся, держа в руках аптечку и плитку мягкого, чуть подтаявшего шоколада. Немного приподняв девушку, чьи кудрявые каштановые волосы были испачканы кровью, Мэдди принялась дезинфицировать рану. Промыв ее и нанеся мазь, Миллер перевязала руку, а Дейн попытался привести девушку в чувства. Придя в себя, Кудряшка села, облокотившись о стену. Вид у нее был просто ужасный: вся в крови, бледная и уставшая. Дейн протянул шоколад девушке, т.к. она потеряла много крови. Кудряшка приняла его, но с каким-то страхом и неприкрытой ненавистью. За что? Пока Мэдди убирала следы кровавого происшествия, девушка, представившаяся Лукрецией, приходила в себя и уже могла встать. Поблагодарив слегка растерянных «докторов», она вышла из уборной и ушла. Вот так просто! Ничего не сказав, ушла. Мэделайн хотела помочь ей добраться до купе, но та сказала, что это не далеко и скрылась. После всего этого Миллер хотелось отмыться, чтобы не чувствовать на себе запах крови, поэтому она решила пойти в купе и взять полотенце и одежду. Дейн немного задержался, вычищая оставшиеся улики. В купе было прохладно от того, что целую ночь окна оставались открытыми. Миллер нехотя и ежась, оставила теплый свитер на одной из коек. Взяв новое полотенце, оставленное работниками поезда, Мэдди пошла в уборную, чтоб наконец смыть с себя соль. Ступив под теплые струи воды, она, наконец-то, смогла расслабиться. Приняв душ, девушка вернулась в купе, чтобы высушить волосы. Она уже была одета в очередное миди-платье нежно-розового цвета. В купе сидел Дейн, о чем-то задумавшийся и отстранённо смотрящий в окно. Мэделайн была уверена, что он уже принял душ, поэтому предложила пойти в вагон-ресторан, так как они со вчерашнего дня ничего не ели. Парень, согласившись, взял с собой клинок «на всякий случай», как он выразился, и вышел из купе. На самом деле, как показалось Мэдди, парню просто понравилась эта вещичка. Взяв свою любимую сумочку, Миллер выбежала за ним. Проходя по коридорам, парень с девушкой, которых уже можно было назвать друзьями, никого не встретили, но ощущения одиночества и страха не было. Может потому что рядом крепкое плечо друга? Солнышко пробивалось сквозь окна вагонов, и настроение у Мэдди улучшилось. И это несмотря на то, что совсем недавно им пришлось видеть и залечивать окровавленную руку! Странно этот поезд влияет на Мэделайн. Дойдя до пятого вагона, друзья услышали какие-то голоса. Дейн резко схватил руку Мэдди и спрятался вместе с ней в соседнем купе. Как только они нашли укромное место, появился Диего, держа за руку одну из работниц поезда, как сначала думала Мэдди. Они проскользнули в третье купе и прикрыли дверь, оставив небольшую щель. Стоило паре скрыться, Мэдди и Дейн вышли из укрытия. Миллер собиралась было возмутиться от того, что Озборн затолкал ее в купе вместо того, чтоб спокойно пройти, но ее заткнул Дейн, закрыв рот ладонью и показав на третье купе. Тихо шепнув, чтобы она шла за ним, Дейн подошел к двери и стал подслушивать. Миллер отрицательно кивнула, собираясь пройти мимо, но Дейн остановил и шепнул, что она должна это услышать. Глупо послушав Озборна, Мэдди подошла ближе и услышала, как кто-то произнес: — Как там закуска? -Осталось девятеро, — это точно был голос Диего, в этом Мэделайн не сомневались. — у кого из вас кинжал? Один из деймонов, а это были они, медленно достал оружие и протянул Диего. Тот, в свою очередь, взял кинжал и засунул сбоку за специальный ремень, предварительно поблагодарив Деймона. -Как твой боевой дух? К сегодняшней «стрелке» готов? — снова спросил один из «чудовищ». — И морально, и материально, — отшутился Диего. -Они не выживут, зря ты это затеял. — произнесла та самая девушка, которая оказалась не работницей, а Деймоном. -Ах, милая Эми, вовсе не зря! Вот увидишь! — ответил Диего, поцеловав ее. Мэдди резко отошла. Она смотрела на Дейна круглыми от страха и шока глазами. Мэделайн не знала, что сказать, а Дейн еле сдерживал смех. По крайней мере глазами он смеялся очень «громко». Пока Диего не вышел, друзья быстро, но тихо направились в вагон-ресторан. Почти сразу вышел Диего, но им удалось незаметно сесть за столик в ресторане так, будто они тут уже давно сидят с остальными семью пассажирами.

***

Уже сидя за столиком, Мэдди смогла успокоить бешено бьющееся сердце. Странно, но у нее получилось скрыть все эмоции, что переполняли ее на данный момент. В Дейне она не сомневалась, у него это получается лучше всех. Однако в этот раз парень хохотал, привлекая внимание, но вовсе не вызывая подозрений. Взяв стакан кофе и овсяную кашу, Мэдди принялась за завтрак, чтобы не привлекать внимания. Диего осмотрел почти пустой ресторан и встал на свое излюбленное место, откуда всегда объявлял очередную смертельную новость. Попросив тишины, проводник произнес: — Наша следующая остановка будет конечной. Мы выйдем на заброшенной подземной станции, что с недавних пор стала священной землёй эльфов-людоедов. Каждому из вас придется пройти ритуал, дабы ступить на их территорию. Как раз, чтобы задобрить эльфов вам понадобятся добытые подарки, как символ приношения, но и это не все. Чтобы свести к минимуму риск, вам нужна царапина на своем теле. Любой раненый является непригодным для их пищи, и даже в случае выбора вас, как жертвы, они будут терпеливо ждать, пока ваша рана заживет. — поставив кинжал, взятый у деймонов, на стол, он продолжил. — Ранку глубокой делать не обязательно. Закатав рукав белой рубашки, Диего показал запястье левой руки. — Этот шрам был поставлен ровно год назад, когда я, как вы, был пассажиром этого поезда. После захода солнца все будут одеты в ритуальные наряды и расписаны хной золотого цвета. В час ночи пробьет колокол, в это время все племя сходится посмотреть на торжественный салют, после которого Оцеола — вождь эльфов-людоедов — выйдет с избранным. Все, кто не придет, послужит в качестве ужина. — закончил Диего. Мэдди издала короткий истерический смешок. О да, это было смешно. Эльфы-людоеды. Дейн успокаивающе посмотрел на нее и улыбнулся, давая знать, что он рядом, что он снова, если надо, поможет. Кивнув в сторону выхода, Дейн встал и направился в свое купе. Мэделайн оставила завтрак и поспешила за ним. Она не побежала быстро собирать вещи, как это делали многие, а спокойно вернулась к себе в купе. Надо было сложить чемодан, порезать руку, как бы мерзко это не звучало, и морально подготовиться к выходу. Дейн уже совершенно спокойно сидел в купе, поставив рядом клинок. При мысли о том, что она должна сделать, Мэделайн побледнела. -Я не смогу это сделать, — прямо сказала девушка. — Давай ты мне сделаешь? — с надеждой в голосе попросила Миллер. Дейн приподнял бровь и усмехнулся. — Ладно, но пеняй на себя, если будет слишком глубоко. Протянув ему, по локоть оголенную руку, Мэдди крепко зажмурилась. Она не хотела видеть, как нож разрезает ее кожу, и из раны хлещет кровь. Дейн прикоснулся клинком и чуть надавил, сердце девушки громко застучало где-то у самого горла. Резко надорвав кожу, Озборн быстро провел лезвием и кровь окрасила кинжал и руку Мэдди — девушки, которая не плакала и не кричала, а сдерживала дикий крик боли, рвущийся наружу. По щекам ее потекли слезы, а парень виновато лепетал слова извинений, кое-как забинтовав руку Миллер. Ранка была не глубокая, но и не царапина. Предплечье жутко жгло. Такой боли Мэдди еще не чувствовала, ведь когда случайно режешь себе пальчик, вовсе нельзя назвать болью. Теперь настала очередь Дейна. Он как-то легко к этому отнёсся, будто ему совсем не страшно, будто это не в первый раз приходится делать. Девушка отвернулась к окну, чтобы не видеть, как парень спокойно и даже как-то с интересом принимается за нанесение раны. Пейзажи за окном сменили каменные стены, значит совсем скоро остановка, возможно последняя в ее жизни. Думать о том, что она может послужить кому-то пищей совсем не хотелось и, сдерживая рвотные позывы, Мэделайн повернулась к Дейну, который не перевязал руку! Вот дурак! Зло посмотрев, и, давая понять, что спорить сейчас не время, Мэдди крепко забинтовала предплечье под хмурым взглядом Озборна. Вот же мазохист! Поезд остановился…