Ради неё

Спустя несколько дней, что Мидория был в Лиге, ему дали возможность выходить из своей комнаты. Шигараки не стал просто так давать ему свободу действий по началу, мало ли. Изуку на запястье прикрепили практически незаметный браслет-электрошокер. Лишняя предосторожность не помешает. Система браслета работала так, что если Мидория начнёт говорить что-то про Лигу, то микрофон, который был встроен в браслет, бил током. Бьёт, к слову, не хило. Парню не оставалось ничего, кроме как слушаться Томуру. Да и Курогири тоже. – Как тебе, Изуку? – почти что промурлыкал Томура, когда Мидория, наконец, вышел из своей маленькой комнаты – Нравиться наш бар? Изуку не ответил. Ему вообще не нравилось всё это, тем более, что его держат здесь в заложниках. Ну как, теперь он их союзник. Не по своей воле. Разговаривать особо много не нужно было, да и Мидории этого не особо-то хотелось. Курогири назначили неким "проводником" для Мидории, так что если появятся вопросы - есть у кого спросит. Но не все, что его интересовало. Для этого Томура, естественно, сделал ограничения. – В общем, я вроде как не говорил тебе, зачем нам вообще нужен такой, как ты, верно? - задал, скорее всего риторический, вопрос Шигараки. Мидория лишь поджал губы, и неуверенно кивнул головой. – Ага... Так, хорошо. Курогири, расскажи ему то, что нужно? Я сейчас планировал кое с кем встретиться. – Конечно. – Отлично. Я пошёл. Томура молча вышел из помещения. Наступила тишина, только телевизор, что вещал новости о пропаже матери и сына заполнял давящую тишину. Давящую только для Изуку, для Курогири она была вполне спокойной. - Итак, Изуку. Могу я к тебе так обращаться? У Мидории от удивления расширились глаза. С чего это у него вообще это спрашивают. И только через полминуты, когда парень понял, что просто стоит чуть разинув рот, кивнул. – Хорошо. Видишь ли… Шигараки понравились твои рассуждения о квирках. Объяснять всё детально не буду, но ты должен добывать для нас информацию о квирках наших врагов. Информация, которая будет нужна, если не будешь знать какой-либо квирк, будет. Те тетради, что ты брал с собой во время "переезда" у нас, там тоже много чего интересного. По крайне мере так считает Шигараки и Босс. А так как ты хотел стать героем, ты наверняка узнавал и о силе действующих героев, о их слабостях и сильных сторонах. Я даже подумал, что это и есть твоя способность - анализ квирков. Но, как оказалось, это не так. Ты - аналитик, не более. Если есть вопросы о твоей матери - она сейчас в норме, отдыхает. Из-за того, что мы не уверены, что ты будешь нам предан - она будет некой гарантией. Вопросы есть? Курогири умолчал о том, что будет ещё и проверка. Конечно, они не могли дать Изуку настоящее задание, доверия маловато. Сначала будет такая информация, которую они сами уже узнали. Если Мидория посмеет их обмануть – страдать будет его мать. У него на глазах. Сейчас она сидит примерно в той же комнате, что и её сын. Отличие только в том, что ограничений у неё больше. Изуку же боялся лишь за состояние матери, не своё. Из-за этого он даже отказывался от еды. Его состояние ухудшилось из-за бессонных ночей, что он провёл в раздумьях. Было тяжело принять ситуацию таковой, какой она является, выход из которой найти невероятно. «Чёрт… Я сильно влип…» - подумал Изуку. Это, на самом деле, было очевидно. *** В городе все говорили о пропаже семьи. Герои и полиция обыскали каждый переулок города, но так и не нашли хоть какую-то зацепку. – И когда это вокруг обычной семьи, да ещё и без отца, смогла образоваться такая шумиха… – возмущался один из про-героев. Благодаря этому происшествию отдых уменьшился, рабочие часы были добавлены почти всем. – Согласен. – ответил его товарищ – Что вообще такого случилось? Каждые года два семьи пропадают, так какого чёрта навели шум именно по поводу этой семьи? – Да чёрт знает. Кто-то и навёл шумиху, вот и всё. Вообще, он ничего такого не делал, просто пропаж давно не было, вот и начали репортёры брать статьи. Они даже спросили, что думает об этой ситуации герой №1, прикинь? Нахрена спрашивается? – Грёбанные репортёры… – Согласен. Однако, разгребать это дело надо. Удачи там! – Ага… Репортёры действительно брали идеи для статей. В городе давно не было пропаж, что повышало окупаемость продукта. Каждый зарабатывает так, как он умеет, что тут сказать. *** В школе никто особо не вспоминал о мальчике-брокколи. Он всегда был тихоней, так что его пропажу не многие заметили. Только несколько одноклассников. В том числе Бакуго. Ну и учитель, которому было не особо интересна пропажа. – Что ж класс… Отмечаемся… <…> Мидо… Ах, да. Так, дальше по списку… Странно было не видеть зеленоволосого последнее время. Но у Кацуки было ещё достаточно жертв для издевательств. Одним больше, один меньше, какая разница? Все они - слабаки. Деку был одним из таких. День прошёл как обычно. И опять Кацуки возвращается домой. И опять эти сранные вопросы матери о том, видел ли он подозрительные лица, или казалось ему сегодня что-то странным на улице. Он понимал, конечно, что его мама о нём заботится, но то, что пропала её хорошая знакомая - не значит, что пропадёт Кацуки. – Кацуки… Пожалуйста, это очень серьёзно! – Какой раз ты так говоришь?! Может хватит уже, а?! - Не перечь матери, щенок! Ты хоть знаешь, что пропажи и так случались, а тут прямо перед носом! Ты понимаешь, как я переживаю?! - Для начала за своим задом присмотри, карга старая! Молчание. Кацуки до сих пор привыкал к такой резкой тишине после криков. Обычно его мать продолжила бы орать на него в ответ, но в последнее время всё изменилось. – Хорошо, иди в свою комнату. Что, опять? Даже намёка на зла нету! Какого чёрта?! – Угу. Молчанием на молчание - отлично. Отец тоже не мог привыкнуть, что те самые крики исчезли. Конечно, это дало какой-то отдых его перепонкам, но это уже слишком. Он в какой-то степени понимал Кацуки. *** Прошло 7 месяцев. Изуку дали возможность посещать его маму раз в месяц. Немного увеличили площадь перемещения. Хоть какая-то, но свобода. – Привет, мам… – устало улыбнулся Изуку матери. У него были тёмные мешки под глазами, как и у неё. Их состояние можно было понять. – Изуку… – женщина обняла сына и запакала ему в плечо. Он лишь обнял её в ответ. – Хей, мам, всё хорошо… Правда… – Ложь. – Изуку, прости, прости меня пожалуйста… – Опять. С того самого дня, когда Изуку разрешили навещать его мать, та постоянно извинялась за тот день. Извинялась, что открыла дверь. Извинялась, что не вызвала сразу про-героев. Извинялась, что ничего не сделала для того, чтобы всего этого сейчас не происходило. – Мама, ты ни в чём не виновата. – в какой раз убеждал её Мидория – Это злодеи. Пожалуйста, хватит себя винить. Ты же так можешь с ума сойти… Наступила тишина. Она не была давящая, как при общении с Курогири или Томурой. Нет, это была понимающая тишина. Когда два человека понимают друг друга без слов. Сложно описать то, что сейчас испытывали эти двое. – Изуку, время вышло. – Да, времени давали немного, но Изуку и Инко могли поговорить и за такое короткое время. – Хорошо. – Мидория вздохнул – Мам, пожалуйста, не вини себя. Пока! Дверь закрылась, но Изуку увидел, как его мама лишь одними губами сказала: «Я люблю тебя». *** За последующие 5 месяцев в семье Бакуго всё встало на свои места. Привычные крики вернулись. Митсуки смогла преодолеть страх за сына, и опять начала давать взбучки сыну. Кацуки, в свою очередь, за время «молчанки» смог придумать ещё пару отговорок и новых фразочек, что могли вывести его маму. Сказать, что Кацуки был рад – ничего не сказать. А перепонки Масару снова начали лопаться. В школе все забыли о том, что пропал какой-то мальчик, который учился в их школе. Все. Кроме Бакуго. *** Поиски семьи Мидории полиция отменила. Даже герои сказали, что это всё бесполезно. Репортёры перестали так часто упоминать о пропаже в новостях. Пропажа перестала быть актуальной. Изуку смирился с этим (у него был доступ к общественной информации), но маме ничего рассказывать не стал. Естественно он был огорчен, но понимал, что ничего сделать не сможет. Любое его действие, скорее всего, привело бы его в ещё худшее состояние. Так что ему пришлось воздержаться от каких-либо протестов. Да и хватило бы ему смелости?? *** Прошло пол года. В UA поступили новые первогодки. Мидория, хоть и не смог поступить в академию мечты, радовался за ребят, что смогли. Отдельно он был горд за то, что его друг детства смог туда попасть (спустя долгие уговоры, Шигараки разрешил Изуку вскрыть список тех, кто прошёл. Даже в какой класс). (Кстати, а при его положении уговоры вообще уместны? Его не должны были после первого же раза приструнить) А у Мидории появилась ещё одна привилегия – на браслете с шокером уменьшили разряд при ударе током. Хотя бы так. *** Кацуки поступил в академию мечты. Теперь его детские мечты станут реальностью. Все увидят, какой он сильный, и как сильно он растёт. Кроме, как он думал, одного человека, который тоже хотел стать героем… Не смотря на ужасный характер, Бакуго смог завести друзей. Точнее, они его завели, а он просто обматерил их. Но они улыбались. Чёрт возьми, да ладно? Стерпели его характер? Что ж это за бессмертные такие… *** Прошло ещё несколько месяцев. В Лиге Изуку заставили искать информацию об учащихся, что будут в USJ во время из нападения. Они рассчитывали именно на то, что там будет ОллМайт и что они смогут его ослабить. Как минимум, конечно. Мидория внутри сжался от понимания того, что помогает уничтожить своего любимого героя детства. Того, кем он всегда восхищался. Того, кто спас миллионы жизней. Того, на которого Изуку хотел бы быть похожим... Но с его судьбой разве это возможно?