Неправильная омега

       — Еще раз скажи, милый, как ты меня назвал? — Питер держал в своих руках за воротник некогда красивой футболки своего одноклассника, встряхивая его болтающуюся голову. Нос был сломан, засохшая кровь на лице свидетельствовала о совсем не дружеской беседе между парнями. Питер был чертовски зол, чтобы разбираться, шутил парень или нет. Никто не имел права с ним так разговаривать, кроме Тони.        Его милый одноклассник альфа пытался что-то промямлить сквозь кровь в своем рту и разбитыми губами помочь себе, что выходило из ряда вон плохо. Да Питер всего ударил раза три. Точно три раза и может чуть больше. За то этот альфа, который чересчур уверен в себе точно будет знать, как не стоит обращаться к Паркеру. Он назвал его «деткой», надо же было додуматься. Хорошо, что Тони того не слышал, будучи на паре физики. Да, Питер вновь прогулял урок экономики, но темы, которые там изучали были чересчур для него знакомые и заезженные. Не то, что квантовая механика или ядерная физика, то уж поинтереснее будет. Потому, скучной лекции с занудным учителем вечно говорящим в один заложенный нос, Питер предпочел проучить очередного альфу со своим гоном и желанием всадить узел в Паркера. Что уж что, а подобное бы Питер не вытерпел. Потому, после того, как этот самоуверенный парень позвал его вечером к себе, ненавязчиво назвав «деткой», положив руку на ягодицу — Питер попросту озверел. Он был омегой, никто в этом не сомневался, потому что именно Питер был обладателем самого прекрасного запаха молочного шоколада с ванилью, но как таковым стереотипом не являлся. Он не был похож на остальных, беззащитных омег, потому с легкостью, даже без Тони мог постоять за себя. Именно потому Старк выбрал себе в омеги Паркера. Тот, по-началу, был строптив и вовсе не хотел поддаваться ухаживаниям Старка, всякий раз кидаясь на него с кулаками и бросаясь в драку, но все же, Тони выиграл. На сопротивление Пита ушло больше месяца, но, а теперь Питер был точно счастлив. Рядом с Тони. Но смириться с тем, чтобы носить красивые вещи, красить ногти и делать макияж — он не мог, о чем сразу предупредил Тони, но Тони только сказал, что нравится Питер ему таким, какой тот есть. Это и было главной прелестью в отношениях со Старком.        — Ты жалок, — выплюнул Питер в лицо его очередного, несостоявшегося хахаля, поднимаясь с корточек. Обездвиженная туша в крови валялась на полу мужского туалета, пока парень пытался отмыть руки от очередной крови. Как только он узнал, что является омегой, понял — ему будет сложно существовать, зная, что без альфы тот беззащитен. Потому, принялся обучаться искусству боя, что было очень кстати, и поблагодарил он себя за это тысячу раз. Питер был хрупок, на первый вид очень мил, но внутри творилась полная херня. Лютый дьявол.        Последний раз окинув едва трепыхающуюся тушу, он покинул мужской туалет. И хорошо, что то не было на глазах Тони, Старк был жутким собственником, да и Питер не шлюха, чтобы позволять трогать себя кому попало. Если на нем нет метки, то не значит, что он не принадлежит Тони. Он давно ему принадлежал, потому что их запахи идеально подходили друг другу. Манили с первой встречи, заставляя думать о друг друге каждый момент существования на этой несносной планете. Но с меткой они все равно не спешили, Питер все же разрывался от желания убить Старка за попытки романтических выходок, потому, если Тони привяжет Питера к себе и тот его убьет, в конечном итоге случится кошмар. Питер смиренно ждал.        И как кстати, что вышел из туалета именно сейчас: навстречу шел Тони, засунув руку в карман кожаной куртки, которую Питер уже два раза успешно крал и гонял в ней по всему универу, смотря что-то в телефоне. Питер хотел было вернуться назад в туалет, понимая, что альфе точно не понравится то, что Питер прогуливает занятия, а еще больше не понравится, что в туалете валяется полуживое тело.        Тони был прирожденным альфой с сильным запахом, по которому текли омеги и конечно же, как любой представитель вида обожал показывать свое главенство, защищая выбранную им омегу. Но когда омега защищался сам, несомненно, то затрагивало его «скромное» эго. Питер знал это, потому что Тони сам же и признавался тому в этом, на что Питер пообещал не встревать в драки и говорить Тони обо всем. Тони хотелось защищать Питера, оберегать, но зачастую, Питер опережал его в этом желании и сегодняшний проступок был не исключением.        Ситуация становилось критической: Старк его заметил.        Не то, чтобы сам Питер боялся Тони, в свое время тот и его бил, но попадать под влияние альфы ему не хотелось. Тони мастерски умел рычать, заставляя нутро Питера прогибаться под альфой, а омега внутри верещала. Он так сильно не любил этого, потому часто кусал Старка за нос в такие моменты.        — И чего это мы прогуливаем, Питти-Пай? — Тони подошел вплотную к Питеру, и тому даже было плевать, что Старк назвал его так, как Пит просил никогда не называть, он просил, чтобы чуткий нос Тони не учуял запах крови.        — Встречный вопрос, Тони, — сказал Питер слегка заигрывающе. Отлично, Тони никогда не был сторонником потрахаться и даже если это придется сделать, Пит готов. Но только пусть не идет в туалет, пожалуйста, только не туда!        — И с чего такое игривое настроение, м? — Тони приподнял бровь, трепыхая волосы Пита в мягком жесте, и под эти ласки Питер просто льнул к руке старшего.        — Соскучился? — с опаской протянул Пит, косясь на дверь туалета. — Так почему ты тут? У тебя разве не пара физики? — Пит пытался максимально отвести диалог в другое русло.        — Да, но там было скучно, я решил навестить тебя. Я тоже соскучился, Питер, удивительно слышать это с твоих уст, обычно, ты посылаешь меня к чертям, — ласковые слова от Питера казались чем-то фантастическим.        — Говорю же, я просто соскучился.. — протянул Питер. — Может, тут где-нибудь есть свободная аудитория, м? — Питер посмотрел на Старка с такой надеждой в глазах, что тот просто обомлел.        — У нас есть туалет, — Тони кивнул на дверь сзади Питера.        — Нет! — слишком резко выкрикнул парень и Тони даже напрягся, — я имею в виду нет, Старк, — повторил тот более мягче, — нам нужен свободный класс. Хочу, чтобы ты выебал меня на парте, — пришлось идти на крайние меры, дабы отвадить идею Тони идти в туалет. Тут уж все способы хороши.        — Куда ты похитил моего Питера, который постоянно грозится отрезать мне яйца? — недоверчиво спросил Старк, ловко подгибая ноги Паркера, закидывая легкого, словно пушинка парня себе на плечо, — твое слово закон, детка.        Облегченно выдохнув, когда Тони направился в сторону от туалета дальше, Питер наконец-то расслабился, выпустил долю феромонов наружу. Это действовало очень хорошо на Старка, терпение которого кончалось там же, где едва успевало начаться. Он слишком хорошо знал Тони с его привычками.        — Запрещенные приемы, — проговорил Тони. Его голос изменился на более глубокий и едва рычащий, от чего Питер заводился с полуоборота. Да, у него определённо фетиш на Старковский голос.

***

       Тони грубо опрокинул его на парту свободной аудитории: они ее искали достаточно долго. Закрыв дверь или просто подперев ее свободным стулом, Тони нетерпеливо стал покрывать Питера поцелуями, покрывал везде, где только доставал и мог достать: целовал, целовал, целовал, как в бреду шептал имя младшего.        В ту же секунду на всю аудиторию четко стал чувствоваться запах шоколада и кофе; ванили и корицы, пожалуй, это было лучшим сочетанием, когда запах альфы и омеги смешивался в два совершенно новых и невероятных, каковыми те были у их носителей. Питер подходил Тони, Тони Питеру — это было идеальным балансом.        Питер тихонько постанывал, пока Тони стягивал с того одежду, небрежно бросая на пол оверсайз футболку с принтом AC/DC (она принадлежала Тони), там же оказались и клетчатые штаны черного цвета, в итоге Питер лежал на холодной парте совсем нагишом и только лишь ласки Старка заставляли его тело согреваться.        Тони медленно, мучительно медленно расстегивал ремень, страстно целуя Питера, с отчаянием, грубо зубами в попытке перенять главенство над этим апогеем страсти, ласкал одновременно Питер, игриво прочерчивая дорожку от паха до пупка и обратно, нарочно не касаясь эрегированного члена, который так и требовал внимания к себе.        Но Тони дразнился: едва только касался, то сразу уводил руку обратно, заставляя Питера разочарованно вздыхать и чуть поскуливать от разочарования несбыточности его надежд.        — Ты прекрасен, просто совершенен, — Тони говорил все это шепотом, но на весь свой мир: чтобы слышал Питер. Потому что он и был миром Тони, всегда и будет оставаться еще долгое время.        Шея покрывалась засосами, Питер отчаянно хватался за края парты, пытаясь не превратиться в безмозглое желе, что получалось весьма плохо: Паркер потерял связь с миром, сосредотачиваясь на пальцах, которые так умело растягивали его не совсем тугое отверстие (регулярный секс имел свои плюсы), и Питер окончательно взвыл, когда Тони с рыком вошел в него, даря ослепительно прекрасное чувство наполненности.        Тони никогда не мелочился: сразу начинал двигаться размашисто, с каждым шагом все глубже проникая в податливое, горячее тело, а Питер только и мог стонать, прогибаться под прекрасным напором старшего и поскуливать, моля о большем, о чем — неизвестно.        С каждым грубым, достаточно глубоким толчком Тони точно попадал по простате, заставляя Питера буквально летать на столе. Желание кончить затуманило разум дымкой, а жар внизу достиг максимального градуса.        Тони лишь сосредоточено проникал в столь горячую тесноту, едва слышно рыча от удовольствия воссоединения со своей омегой.        Все кончилось быстро: Питер кончил спустя пару глубоких толчков и Тони, чувствуя, как сжимается Пит, довел себя рукой до победного конца, белесой струей кончая куда-то на живот Питера, проваливаясь в длительный экстаз.        — Больше не бей никого, — промолвил Тони, едва отойдя до оргазма.        — Я надеялся, ты не заметишь, — пробубнил Пит, приподнимаясь на локтях.        — Неправильный омега, — с улыбкой проговорил Старк, притягивая своего Питера для нежного поцелуя, в который постарался вложить всю любовь, что сберег для парня.