Воспитательный приём

Жаловаться Ванцзи не планировал: получилось само. Сначала брат рассказал о новых адептах, которыми пополнился орден и учебные классы за то время, пока Ванцзи путешествовал с избранником, потом немного посетовал на непослушание мальчишек, с некоторой ностальгической ноткой напомнив Ванцзи о делах давно минувших дней, когда Вэй Ин проходил обучение в Облачных глубинах и так мучил будущего партнера… - Сейчас хуже, - счел возможным сдержанно сообщить Ванцзи. С кем же поделиться наболевшим, кроме всегда понимающего старшего брата… Сичэнь проникся и задумался. - Дядя всегда считал, что от дурных мыслей надо отвлекать… письменные уроки и медитация в холодном источнике, наверное, молодому господину Вэю не подойдут. - Мгм, - скорбно согласился Ванцзи. - Может быть, попробовать его физически утомить? – продолжил было Лань Сичэнь и смутился. - Кхм. - Мгм… - покачал головой Ванцзи: пробовал, не получается. Даже так, как в конце подумал уважаемый старший брат. - Тогда, может быть, подойдет положительная стимуляция? Например, что бы он предпочел… - увлекся решением задачи Лань Сичэнь. Младший брат, к слову говоря, тоже навыком понимания без слов обладал совсем не в ничтожной степени. - Благодарен за совет, - поклонился Ванцзи, а старший Нефрит так и остался размышлять, за который же именно его поблагодарили. Для Вэй Усяня началось все довольно неожиданно. Ванцзи со своими неумолимыми предпочтениями желал видеть только «чистого» партнера на стезе совершенствования, Усянь оскорбленно заметил, что, если Ванцзи хочет, пусть сам и делает… - Мгм, - согласился младший Нефрит. И до вечера Вэй Ин думал, что спор выиграл. До того момента, пока Ванцзи вечером не выставил на столик масло и весьма специфической формы ножик. - Это что? – обмер Усянь, глазам своим отказываясь верить. - Ложись. Я всё сделаю. Занывший не к добру позвоночник намекал, что, если Вэй Ин откажется, Ванцзи все равно сделает все по-своему, только еще и сообразно своим вкусам. Пришлось лечь. А потом пришлось и краснеть. - Раздвинь ноги. Шире. Расслабь ягодицы и не напрягай, - командовал Ванцзи равнодушным голосом. Пальцы умело и сильно смазали кожу над входом в тело, потом там же захолодило лезвие ножа… Вэй Ин замер и дышать боялся, пока младший из братьев Лань не привел обработанную маслом область тела в соответствии со своими эстетическими вкусами. Надо отметить, как только Ванцзи убрал лезвие, Усяню даже понравилось и он собрался сказать что-нибудь поехиднее, но… - Перевернись. Раздвинь ноги. Не двигайся. - Еще и здесь?.. О, нет, Ванцзи, нет, что ты… - Не двигайся. Вэй Ин попробовал сопротивляться. Уговаривал, потом сделал попытку прикрыть уже смазанный пах ладонями… - Тебе нужно лечь и не двигаться. От холодного тона Усянь сглотнул. Лег, заёрзал… Третий раз «не двигаться» Ванцзи не потребовал. Нахмурился, обмакнул пальцы левой руки в масло. И вставил. Плавно, сильно, до самого конца, заставив Усяня взвыть и застонать от удовольствия одновременно. - Нельзя двигаться, - третий раз напомнил Ванцзи и внутри тела Вэй Ина слегка согнул пальцы на манер крючка, надавливая в самое чувствительное место на самой грани боли. Усянь замер, боясь даже дышать – куда там ему было до щекотки, с которой нож убирал с его паха так раздражавшие Ванцзи «несовершенства» волосяного покрова! - Очень хорошо, - тем временем отметил младший Нефрит, сначала отложив нож, потом оставив давление и даже в качестве поощрения покачав рукой вперед-назад. Это уже было удовольствием в чистом виде, и Усянь смирился… …честно посчитав, что странная манера заставить слушаться проявилась только в этой любовной игре. Если Ванцзи не нравилось, как выглядел его партнер, для Усяня звучала команда лечь, потом внутри оказывались безжалостные пальцы (по первому разу всего два, а потом Ванцзи стал добавлять и третий, игнорируя мольбы), а младший Нефрит приводил чужое тело «в порядок». И хвалил за послушание, не забывая обработать маслом и ножом все уголочки. Вэй Ин, смирившись с процедурой, пару раз просил было «не держать так», но натыкался на мрачноватое удовлетворение и неизменную фразу: - Ты очень послушный, когда наполнен в должной мере. Усянь бы и с этой причудой смирился, в конце концов, масла Ванцзи не жалел и растягивал всегда медленно, но… …в тот вечер он с вином перебрал, с поддразниваниями переборщил и в итоге в себя пришел лежащим на постели без возможности пошевелиться, в одной нательной рубахе и… - Лань Чжань, Лань Чжань, вот уж не думал, что я тебя возбуждаю таким! – посмеялся было Усянь, прогибаясь в пояснице и медленно сходя с ума от того, как партнер его растягивал. Правда, быстрее, чем обычно, но в том-то и было что-то совершенно замечательное. - Нет, - огорошил его Ванцзи. – Ты плохо себя ведешь. Очень непослушный. Вэй Ин все еще веселился. - Лань Чжань, ты меня решил так наказать? Лань Чжань, Лань Чжань, Лань… Додразнить он не успел: захлебнулся, подавился, ойкнул и ошеломленно замер от заполнившей его сзади распирающей тяжести, и это было не живое и горячее тело. - Лань Чжань… - Хорошо тебя заполняет. В достаточной мере, - удовлетворенным тоном констатировал Ванцзи. – Теперь ты должен стать послушным. Вэй Ин почти протрезвел. И взмолился. - Уже послушный, Лань Чжань, только вынь это из меня!.. - Нет. - Но почему? - Наказание, - объявил Ванцзи и приподнял неподвижное тело, подкладывая под бедра подушку. – Вот так - хорошо. - Лань Чжань?.. - Ты был непослушным. Десять ударов. - Лань Чжань! - Разрешается признавать свою вину и просить прощения. - Лань… От первого удара Вэй Ин захлебнулся криком и попробовал дернуться. Не получилось даже вздрогнуть, но внутри все само заныло от того, что так безжалостно вставили в тело, «заполняя в должной мере». - Очень хорошо, - оценил тем временем Ванцзи тихие всхлипы и попытки отдышаться. И продолжил попеременно опускать руку на ягодицы провинившегося. Кричать Усяню было нечем. На слезы Ванцзи внимания не обращал. Сам досчитал до десяти. Огладил покрасневшую кожу. - Очень хорошо. Теперь спи. Осознание к Вэй Ину пришло не сразу. - Лань Чжань… - Мгм? - Ты разве не вынешь из меня?.. - Ты был непослушным. - Но ты же уже меня отшлепал! Лань Чжань, не будь таким строгим!.. - Мгм. Наказание за проступок. Теперь – урок. Когда младший Нефрит стал таким бессердечным, Усянь понимать отказывался. - Как отрадно тебя видеть в хорошем настроении, брат! – обрадовался Лань Сичэнь месяца через два после сильно огорчившего (пусть и далеко не неожиданного по тематике) разговора с младшим. - Мгм, - согласился Ванцзи. Вэй Усянь выглядел чем-то не очень довольным, впрочем, он никогда не выглядел довольным при входе в «обитель грусти и печали». И надо же было так окрестить Облачные глубины… - Что, молодой господин Вэй стал благоразумнее и меньше расстраивает тебя? – позволил себе уже наедине легкую, совершенно братскую подначку Сичэнь. Младший неожиданно оживился. - Мгм. Совет старшего брата очень пригодился. Ванцзи очень благодарен. Сичэнь, надо отметить, так и не решил с тех пор загадку. - Какой же именно? – заулыбался он, припоминая. - Отвлечь от дурных мыслей, положительная стимуляция, - процитировал Ванцзи. Сичэнь попробовал сообразить, чем его младший мог бы отвлекать неугомонного партнера… закормленным своими любимыми специями вечно поджарый Вэй Ин не выглядел. Младший явно горел желанием поделиться успехом. Грех не порадовать братика… - И чем же именно? - Мгм. Показать? Глава ордена Лань готов был зааплодировать: какой деятельный стал младший, чудо просто! - Показать конечно, - согласился Сичэнь, даже не думая, на что напрашивается… …и как реагировать на сделавший бы многим борделям честь набор, который любимый братишка показал с гордостью учителя Циженя, которому все три тысячи правил на парадном ханьфу вышили. - Ванцзи… - жалобно протянул глава ордена и родной старший брат, с трудом подбирая слова, - это… это?.. - Нравится Вэй Ину, - ожидаемо выдал младшенький. Мда. Своими руками прямоезжую дороженьку… да не только мимо устоев, но с… кхм… вот со всем этим великолепием. Лань Сичэнь безмолвствовал и пытался улыбаться… понейтральнее. И менее нервно, это обязательно. Ванцзи истолковал молчание как заинтересованное. - Это – чтобы наказать за плохое поведение, - указал он на самый физиологически верный образец коллекции. - Это – чтобы склонить к спокойному поведению и неподвижности, - переместился указующий перст на пусть и не впечатляющее в объеме, но весьма длинное… изделие. По прикидкам Сичэня, давить должно как минимум на диафрагму… если деятельный младший на всю длину… использует. Неудивительно, что Вэй Усянь боится пошевелиться! - Это – чтобы отвлечь от дурных мыслей, - кивнул тем временем Ванцзи на нечто не более ладони длиной, но совершенно малопонятной Сичэню формы: сильно расширяющийся округлый конус с тонкой ножкой и массивным основанием. – От всех. Прокашляться старшему Нефриту хотелось до крайности. - И в самом деле настолько действенно? Младший выглядел довольным. - Мгм. При плохом поведении с утра к вечеру утомляет в должной степени. Внушает необходимость послушания. Сичэнь честно понадеялся, что не покраснел. И это кому… может нравиться?! - И часто приходится применять? – уже ради вежливого завершения разговора поинтересовался Лань Хуань. - Именно это? - Нет, Ванцзи, воспитательный прием в целом. Младший понятливо кивнул, собирая коллекцию. И ответил: - Каждый день.