Ловец снов

— Только посмотрите на неё! Опять воткнула в уши эти верёвки и ходит с таким видом, будто ничего вокруг не слышит! На самом деле ты слышала. Расставаться с плеером не любила, но никогда не крутила песни на такой громкости, чтобы выпасть из реальности, тем более, что среди волшебников лучше всегда быть начеку. И всё же на улюлюканье слизеринцев ты не отреагировала — много чести. — Эй, грязнокровка! Есть одно заклинание, которое превращает обычные уши в ослиные — может, тебе подойдёт? От компании слизеринских старшекурсников отделились Крэбб и Гойл, и ты не успела увернуться, как один из них схватил тебя за запястья, а второй выдернул наушники. Оба загоготали. Ты с презрением уставилась на Малфоя, который возглавлял слизеринцев — да, он не подошёл к тебе, но именно с его подачи Крэбб и Гойл цеплялись к неугодным ученикам. В ответ Малфой лишь вздёрнул подбородок, ухмыляясь. — Отпусти, — спокойно, но твёрдо сказала ты Крэббу. — Оставишь синяки — не отвертишься от наказания. Тебе было страшно — зря ты забрела в безлюдный уголок Хогсмида одна, здесь никто не защитит, — но показывать страх не стоило. К тому же, это далеко не первая стычка со слизеринцами, и теперь ты уже не пасовала перед ними так, как на первых курсах. — Ага, конечно! Он отпустит — и ты тут же пульнёшь в него заклинанием! — тявкнула из-за спины Малфоя Милисента Булстроуд. — Ну, могу отдать палочку, если вы так боитесь, — пожала плечами ты. Лица у слизеринцев вытянулись. — Какой идиот добровольно отдаст палочку? — недоверчиво спросила Милисента. Да, для волшебника остаться без палочки — всё равно что остаться без рук, но ты-то родилась магглом и поэтому не понимала, как можно сужать мир до одной лишь магии. Колдовать тебе нравилось, письмо из Хогвартса в своё время перевернуло твою жизнь с ног на голову, но… Это не значило, что надо похоронить прошлое и полностью переменить все привычки. Быть волшебником — здорово, но быть обычным человеком — ничуть не хуже. Отчего эта простая мысль мало кому приходила в голову, оставалось для тебя загадкой. — Вроде бы вы как раз считаете меня идиоткой, — улыбнулась ты, глядя прямо в глаза Малфою — слишком хорошо знала, кто науськивает на тебя остальных. Он ненавидел твои маггловские замашки и постоянно высмеивал, а то и пытался травить, просто не марая собственные руки, а подключая свою свиту. Крэбб и Гойл тупо заморгали, от удивления выпустив тебя: подтверждая слова делом, ты вытащила палочку. Она лежала на твоей раскрытой ладони, и любой мог беспрепятственно забрать её. Пока все глазели на палочку, другой рукой ты нащупала в кармане джинсов телефон и вслепую набрала номер лучшего друга, Дина Томаса — подобные фокусы показались бы слизеринцам чудом, а для тебя были элементарной задачкой. Набрала — и сбросила, затем повторила это ещё пару раз: таким был ваш секретный сигнал, означавший, что кто-то попал в беду. Теперь оставалось тянуть время: Дин с приятелями наверняка слонялись по «Сладкому королевству», но они знали, где, приблизительно, ты должна находиться, и наверняка вскоре найдут тебя. Слизеринцы, чуя подвох, но не зная, в чём именно он кроется, не сразу решились забрать палочку. Наконец, рискнула Пэнси Паркинсон. На твою удачу, она принялась сначала изводить тебя на словах, в красках расписывая, какие заклинания можно отработать на безоружной грязнокровке. — Только не переусердствуй, Пэнс, — лениво проговорил Малфой. — Нам неприятности не нужны. — И всё же вы их получите, — улыбнулась ты, увидев, что к вам приближаются Дин, Симус и остальные. Ещё мгновение — и послышались крики «Экспеллиармус!», заставшие твоих обидчиков врасплох. *** Ты не ожидала, что пересечёшься с кем-то из слизеринцев на следующий же день, ведь сдвоенный урок был только в пятницу. Однако удача, видимо, исчерпала себя: ты нос к носу столкнулась с Малфоем, когда пришла в совятню, чтобы отправить посылку домой. — Быть того не может, — язвительно процедил он. — Т/И Т/Ф пользуется совиной почтой? А почему бы тебе не обратиться к маггловским почтальонам, раз ты презираешь всё волшебное? — Я не презираю волшебное, — устало выдохнула ты. Одни и те же издёвки по сотому кругу — это уже утомляло. К тому же, Малфой наверняка был зол на то, что вчера твои сокурсники тебя отстояли, а вот тебе совершенно не хотелось препираться с ним. — Просто не понимаю, почему нужно отказываться от маггловских достижений. Застрять в эпохе Торквемады — сомнительное достижение, знаешь ли. — Где-где застрять? — В Средневековье, — ты закатила глаза. Хогвартс — отличная школа для волшебников, но почему-то никто до сих пор не озаботился тем, чтобы совместить магические занятия с обычными уроками, ведь эти знания тоже полезны! Впрочем, что удивляться, если мобильную связь и интернет здесь разрешили только в прошлом году — и то потому, что ты издёргала директора своими предложениями по модернизации школы. Все ученики маггловского происхождения тебя поддержали, и теперь ваша повседневная жизнь существенно улучшилась. — Я имела в виду твои безнадёжно устаревшие взгляды. — Я принадлежу к древнейшему магическому роду! — тут же взвился Малфой. — И все твои глупости про прогресс, все они… — Послушай, можно, я просто отправлю посылку? — Делай что угодно, мне плевать. — Заметно, — хмыкнула ты себе под нос, но Малфой, к сожалению, услышал. — Ты что, возомнила, что мне не всё равно? Что ты способна всерьёз вывести меня из себя? Что мне есть дело до какой-то жалкой гря… — он запнулся и почему-то отвёл взгляд. — Маггловки? — Грязнокровки — ты это хотел сказать. Нет, я ничего не возомнила, просто ты трусишь, вот в чём твоя проблема. Меня ты не решаешься тронуть сам, только науськиваешь своих подпевал. Попробовать что-то новое, взглянуть на мир шире — тоже трусишь. На его бледных щеках проступили пятна румянца. Кажется, ты переборщила, хотя цели разозлить Малфоя у тебя не было. Он стиснул зубы и сузил глаза, останавливая их на свёртке в твоих руках. Ты инстинктивно прижала свёрток ближе к груди. — Что у тебя там? Ещё не хватало, чтобы Малфой задумал отомстить, испортив посылку! Но врать ты умела плохо — к тому же, всё равно выдала своим движением то, что её содержимое имело для тебя ценность. — Я сделала подарок для младшей сестры. Там ловец снов. Малфой с недоумением приподнял брови. Тем не менее, на его лице не осталось оскорблённого выражения, и ты решила попытаться — просто попытаться — заговорить так, как говорила бы со своими приятелями. Враждовать тебе ни с кем не хотелось. — Она скучает по мне, жалуется, что ей часто снятся кошмары. А ловец снов — это такая поделка, амулет, который защищает спящего от всего дурного. Он чем-то напоминает паутину, и плохие сны запутываются в ней. Ну, это просто старинная индейская легенда, — ты торопливо свернула объяснение, отчего-то смутившись под пристальным взглядом Малфоя. — И каким заклинанием можно сотворить такой амулет? — Никаким, я его делала вручную. Ты ожидала новой порции насмешек — ещё бы, ручной труд, какой позор для волшебника! — но Малфой вдруг тихо спросил: — Покажешь? Ты помедлила, стараясь понять, есть ли в его просьбе подвох, но во всём облике Малфоя проступило что-то непривычно мягкое, нехарактерное для него — а может, наоборот, характерное, просто тщательно скрываемое. Тряхнув головой, чтобы отогнать странные мысли, ты развернула обёртку и бережно вытащила амулет. Его изготовление заняло не один день: ты очень старалась, придумывала замысловатые узоры, искала самые красивые птичьи пёрышки. Малфой подошёл ближе и провёл пальцем по самому пушистому перу. — Довольно мило, — вынес он вердикт, снова принимая спесивый вид. — Но как тебе не лень с этим возиться, ума не приложу. — Это для сестры, — повторила ты. — Я вложила душу в эту поделку. — Отлично, — раздался с порога голос Пэнси, вы с Малфоем вздрогнули от неожиданности и отпрянули друг от друга. — Смотри, что с ней станет! Пэнси появилась слишком внезапно, чтобы ты успела защититься. Ловец снов выскользнул из твоих рук, следуя за взмахом её палочки, взмыл вверх и… с оглушительным хлопком рассеялся в облаке дыма. За секунду до этого Малфой крикнул «Не надо!», но было уже поздно. От амулета не осталось ничего, лишь пара сиротливо кружащихся пёрышек. — Почему это «не надо»? — Пэнси с подозрением уставилась на Малфоя. — Потому что… — он осёкся и нервно закусил губу. — Ещё не хватало, чтобы на шум сбежались преподаватели, как ты будешь это объяснять? Она что-то возразила ему, но ты уже не слушала. Обида и горечь захлестнули с головой, и ты выбежала на улицу, не обращая внимания на то, что Пэнси, получившая строгую отповедь от предмета своего обожания, в слезах выскочила следом. И уж тем более ты не видела, как Малфой, оставшись один, осторожно ловит задержавшееся в воздухе пёрышко и отрешённо разглядывает его, поглощённый противоречивыми чувствами. *** — Ещё раз так сделаешь — схлопочешь Петрификус тоталус! — возмутилась ты, выдёргивая локоть из крепкой хватки Малфоя. Он поймал тебя в одном из школьных запутанных коридоров и втащил в заброшенный кабинет, куда, судя по слою пыли, уже очень давно никто не заходил и тем более не врывался таким беспардонным образом. — Тебя невозможно застать одну! — огрызнулся он в ответ. — Пришлось пойти на крайние меры. — А вот если бы у тебя был телефон, можно было бы просто скинуть мне сообщение с просьбой встретиться тет-а-тет. — Ты в состоянии думать о чём-то, кроме этих своих телефонов и плееров? — Неа, — ты, демонстративно потянувшись за наушниками, напела приставучую «Despacito». Тогда, в совятне, тебе почему-то показалось, что Малфой, может, не такой уж и засранец, каким себя выставляет, но выходка Пэнси заставила вновь надеть броню: ни на миг нельзя расслабляться в присутствии кого бы то ни было из этой отвратительной слизеринской своры. — Так что тебе от меня понадобилось? — Уже ничего, — буркнул он. — Вижу, что зря потратил время. — Нет уж, выкладывай! Малфой, старательно избегая встречаться с тобой взглядом, выудил из-под мантии какой-то кулёк и грубо впихнул его в твои руки. Ты развернула кулёк не без опаски — вдруг там гной бубонтюбера или флоббер-черви, например? — и замерла. Внутри оказался ловец снов — не такой же, как твой, и плетение местами было кривоватым, зато перья очень гармонично подобраны по цвету. — Откуда он взялся?!.. — Думаешь, только ты способна мастерить всякую ерунду, считая это произведением искусства? Всё ещё не веря своим глазам, но уже догадываясь по защитной реакции Малфоя, что к чему, ты невольно улыбнулась. — Неужели он создан без всякой магии? — На такое пустячное дело её даже жалко расходовать. — Не такое уж и пустячное. Здесь ещё есть над чем работать — смотри, тут получилось несимметрично… — Знаешь что! — вспылил Малфой и попытался забрать амулет обратно, но ты не позволила. — В целом он очень милый, правда. — Он не милый. И я тебе даю его вовсе не потому, что сожалею о случившемся, а потому… Ты приложила палец к губам Малфоя, заставив его изумлённо умолкнуть — да просто слушать, какие он изобрёл отговорки, чтобы замаскировать свой поступок под что-нибудь неприятное, не хотелось. Сейчас он опять показался тебе сносным, уже второй раз за неделю, это же просто чудо! И испортить такой момент ты ему не позволишь. — Всё равно, спасибо… Драко, — и ты, пользуясь его полнейшим замешательством — ведь впервые назвала Малфоя по имени, — протянула ему наушник. — Не хочешь познакомиться с парой-тройкой последних маггловских хитов?