Клетка

Брок не хотел просыпаться. Но головная боль и боль в спине не позволили ему оставаться в беспамятстве. Он ворочался с боку на живот. Кряхтел и стонал. И все это в полнейшей темноте. Тут даже ночника не было. Брок не знает сколько времени он уже находится в этой комнате. Хотел есть. В животе урчало, но даже если Барнс сейчас предложит еды, он откажется. Точно откажется. Спустя столько же времени, Брок начал молиться чтобы ему дали хоть кусочек съестного. А после вновь перехотел есть, перетерпел. Желудок болезненно скрутило. Захотелось в туалет. Пришлось сходить в ведро. Запах мочи распространился по всей комнате и от него голова заболела еще больше. Мужчина отвернулся к стене и уткнулся носом в собственную руку. Кажется он задремал, когда где-то наверху раздался скрежет. Опять что-то двигали. Но Брок не отреагировал. Не отреагировал он и тогда, когда в соседнем зале раздались шаги. После послышался шум электронной конфорки. Спустя время из-под двери потянуло вкусным запахом еды. Жаренным мясом и макаронами… нет, не мясо. Тушенка. Но, о Боги, как же она пахла… Рот наполнился слюной и Брок сглотнул. За стенкой послышались шаги, щелкнула затворка и дверь распахнулась. Из проема в комнату полился искусственный яркий свет. Брок затылком почувствовал давящий взгляд Солдата. Парень постоял в дверях с минуту, а после ушел, судя по звукам шагов, на кухню. Загремели тарелки, столовые приборы. Послышался шкрябающий звук, словно по сковородке чем-то водили. Звук опустившихся на стол тарелок, скрип отодвигаемого стула. Тишина. Все звуки пропали, кроме одного, самого раздражающего, звук люминесцентной лампы. О, а это лопасти воздушного фильтра? Брок лежал около пяти минут не шелохнувшись, пока вновь не послышался скрип стула. Шаги, и вот Зимний остановился прямо за спиной. Засранец принес вместе с собой запах еды. Зимний плавно опустился на корточки и положил свою лапищу на плечо Командира. Брок взял всю свою волю в кулак чтобы не отреагировать. Зимний слабо потряс его по плечу. — Командир, тебе нужно поесть. Правило поведения с Агентом номер два — не ведитесь на его уловки. Зимний сильным уверенным движением перевернул Командира на спину. Но Брок не повернул голову. Железная рука на плече больно сжимала мышцы. Наверняка останется синяк. Брок просто банально не хотел видеть Зимнего. Да это было глупо и по-детски, но он не находил в себе сил поступить по другому. Хватка парня ослабла. Тяжко вздохнув он покинул комнату. Послышалась возня на кухне. Барнс вернулся в комнату с порцией макарон для Брока, и стаканом воды. Оставив еду, Зимний вышел из комнаты. Его шаги отдалялись все дальше и дальше. А после послышался звук падающей воды. Он в душе. Рамлоу рывком садится и было побежал к двери, как наткнулся на насмешливый взгляд солдата. Тот стоял в дальнем коридоре облокотившись о косяк. Провел засранец. Мужчина недовольно хмыкнул и опустил взгляд на свою тарелку. Макароны по-флотски. Божественно. Но принять еду сейчас — значит, уступить Солдату. Рамлоу поднял тарелку с пола с плавно поднялся на ноги. Последствия сотрясения дали о себе знать. Брока замутило, голова закружилась и он только чудом не свалился обратно на матрас. Но со стороны его заминка была практически не видна. Мужчина отлично контролировал свое тело. Держа тарелку в одной руке, а стакан во второй, он направился к Солдату. Сначала на лице Барнса было удивление, а после довольная улыбка. Но он рано радовался. Стоило Броку подойти ближе, он тут же впечатал тарелку в физиономию парня, а сверху залил его водой из стакана. Повисла гробовая тишина. Все лицо Барнса было в жирной тушенке и налипших макаронах. Да в макаронах он был весь. Они падали с его лица на грудь, бедра, а после шмякались на пол. Мерзость. Брок понимал, что в честной схватке ему не одолеть Солдата, но играть по его правилам он не согласен. Брок довольно усмехнулся. Этот парень напрасно думал, что создал для себя рай на Земле, Брок станет его сущим кошмаром, но никак не наоборот. Барнс медленно оттянул влажную футболку от своего живота. Стянул ее через спину и неторопливо вытер лицо. Мужчина не мог не обратить внимания на то, что у Барнса были не такие ужасные синяки вокруг протеза, зато пресс не такой рельефный, как раньше. Внушительный, но хотя бы похож на человеческий. Совсем Роджерс его откормил. Видно, что Барнс тренируется ежедневно, но не в том режиме в каком гонял Зимним Солдатом. Тем временем Барнс уже откинул футболку в сторону и осмотрев Брока недовольно цокнул языком. — Ты только посмотри, что натворил. Мы оба грязные. Придётся помыться. И сразу же схватил Брока, перекинув на плечо двинулся в ванную. Ванной оказалась та комната в коридорчике, что рядом с пошлой розовой спальней. В ней была душевая кабина и унитаз. Брока словно куклу поставили в душ и включили воду. Сначала полилась ледяная вода, но Барнс вовремя отрегулировал ее и уже пошла горячая. Брок пытался выпутаться из ванной, но парень жестко зафиксировал руки за спиной своей железной хваталкой. — Прекрати дергаться, а то я тебе руки вырву. Брок злобно оскалился. Что ж, Барнс мог это сделать. Мужчина утешил себя что это просто помывка. Стоит потерпеть десять минут. В душевой он ничего не мог сделать. Тесное пространство с киборгом и никакого подручного оружия поблизости. Брок не смог его победить в первый раз, хотя тогда было больше шансов, что уж говорить сейчас. Нужно быть хитрее, выждать подходящий момент. Господи, это ведь просто душ, и они уже видели друг друга голыми. Ничего, перетерпит, не переломится, и не такое терпел. Брок расслабленно откинул голову назад обнажая беззащитную шею. Барнс был доволен. Он отпустил мужчину и быстро раздел. Джеймс поморщился. Ему было неприятно смотреть на покалеченного Брока. На горле были жуткие синяки, а что творилось со спиной трудно описать. Его рана на голове полностью не зажила. Стоит быть с Командиром поаккуратней, он все же был человеком. А люди без сыворотки такие хрупкие. Барнс стянул с себя штаны и ботинки. Взял гель для душа, вспенил его в своих ладонях и коснулся Командира. Он намыливал его грудь, живот, бока. Водил и водил своими пальцами по его коже. Баки прильнул ближе и повел руками от боков дальше по его спине. Лицо Брока было каменно безразличным даже тогда когда Барнс скользнул пальцами в щель между ягодиц. Бак судорожно выдохнул и положил голову на плечо Командира прижимаясь ближе. Потеревшись щекой к щеке он зашептал. — Помнишь, как ты утешал меня в душевых на базе? Как гладил меня внизу… Я тогда не понимал что делать, но так желал этого. И после, я только и думал, когда же ты сделаешь так еще раз… Баки начал зацеловывать шею Командира. Губами он прокладывал дорожку по линии шеи к уху, потом к скулам, колючей щетине. И только он хотел коснуться губ, как Брок резко отвернул голову. Это было обидно, но вполне ожидаемо. Баки хмыкнул и опустился на колени. Он намылил ноги Командира, быстро обтёрся сам и включил душ смывая пену. Уже одеваясь он сказал: — Иди в свою комнату, сегодня ты не будешь есть. А завтра, если выходка повторится я засуну тебе, через глотку в желудок, пищевой зонд. Даже не надейся объявить голодовку. Ты не умрешь, не ближайшие… Нет… Даже не думай об этом. И Барнс вышел из душа. Откинув голову назад и облокотившись о стену, Брок медленно осел на холодный пол. Он не сдастся.

***

На следующий день Баки приготовил карбонару. Все же он не любит готовить, да и не умеет, но был полностью готов учиться всему что потребуется для блага Брока. Командир, вновь объявил молчаливый протест и отказывался есть за столом. Но на этот раз Баки не даст ему поблажек. Зимний присел на корточки перед лежащим на спине Командиром, одной рукой он скользнул под плечи мужчины, второй под колени и рывком поднялся. Брок охреневший от такого поворота событий несколько раз треснул парня по ребрам, горлу и челюсти. Но перестал барахтаться, когда его выгрузили на стул. Барнс же сел напротив и с каменным лицом принялся есть. «Смотри не подавись, » — злобно подумал Брок и взглянул на содержимое тарелки перед собой. Опять макароны, но на этот раз с беконом. О, он наверняка хрустящий… Но еда сейчас была не на первом месте интересов мужчины. Брок обернулся и глянул на люк. Засада, он успел повесить замок. — Не отвлекайся. Брок медленно повернулся бросая недовольный взгляд на парня. — Какого собственно черта? Ты действительно собираешься держать меня здесь все время? Меня будут искать на работе. Барнс лишь усмехнулся, так словно Брок говорит, как наивный ребенок. Баки прожевал, провел языком по зубам проверяя их на чистоту, а после вновь начал накручивать макароны на вилку. — Ответ на твой первый вопрос — да, всегда. На второй, я оформил и отправил с твоей почты заявление об увольнении. Как мне известно ты работал неофициально, так что с этим проблем не возникло. А Энни, ты со своего телефона отправил сообщение о разрыве. Мол полюбил другого, и между вами все кончено, и попросил не звонить, и не искать встречи. Барнс сделал вид что не заметил злобной трясучки мужчины. О, он хотел вцепиться Зимнему в глотку, но нельзя было так проебаться. Молчание затянулось, Брок так и не приступил к еде. Барнс приподнял голову и вопросительно вздернул бровь. — Что-то еще? Если нет, тогда ешь. Брок злобно сжал челюсть, и по его щекам забегали желваки. Пальцы с силой сжали колени. — Дай воды, я хочу пить. Зимний удивленно взглянул на мужчину. Как-то подозрительно покладисто… Но Барнс не видел смысла отказать. Он поднялся из-за стола, отошел на пару шагов и потянулся к стакану. Брок проследил за ним взглядом, как тут взгляд наткнулся на выпуклость в его заднем кармане. Брок действовал молниеносно. Бам! Солдата огрели по голове горячей тарелкой. Посуда переломилась на осколки, особенно крупный осколок Брок вонзил между плечом и шеей Солдата. Парень вскрикнул от резкой боли, брызнула кровь. Пока Барнс прочищал глаза от соуса и макарон, попутно нащупывая осколок, Брок вытащил из его кармана ключи и побежал к люку. По пути он схватил стул. Забравшись на стул Рамлоу принялся судорожно подбирать ключ. Первый, нет. Второй не тот. Третий, да, он самый. Щелк, замок щелкнул и тут мужчину хватают за ногу и валят на пол. Брок успевает перекатиться и преградить стулом подступы к себе. Зимний был взбешён, металлической рукой он крошит деревянную преграду в щепки. Брок молниеносно отбегает к кухне и роется по ящикам в поисках ножа. Взгляд бегает по столешнице. Грязный нож лежит в мойке. Брок хватает его, оборачиваеться, но не успевает замахнуться. Зимний уже близко. Длинное лезвие ножа распарывает щеку Барнса. Кровь хлыщет во все стороны. Парень с силой бьет по рукам Командира, так что нож отлетает в сторону. Металлическая рука хватает Командира за горло и тащит в комнату, в ту комнату с бордовыми простынями. Брок начинает брыкаться. Бьет Солдата по рукам и ребрам. Ногами упирается в его бедра. Приблизившись к коридорчику Зимний с силой прикладывает Брока затылком о бетонную стену. Мужчину оглушило. Перед глазами пятна, в ушах шумит кровь и стук собственного сердца. Нечем дышать. Брок слишком долго приходил в себя. Зимний успел повалить его на кровать и уже попытался надеть на его руки наручники, как Брок очухался. Мужчина уперся в грудь Солдата ногами, но ему не хватило сил столкнуть его с себя. Он начал наносить удары по его голове, успел попасть в глаз, и даже кажется хрустнула челюсть. Но все его попытки возымели противоположный эффект. Барнс был в ярости. Живой рукой он ударил Брока по лицу. Голова мужчины метнулась в сторону, из носа брызнула кровь. Но Джеймс не остановился, он продолжал методично бить его, чередуя удары кулаком и ладонью. Он остановился лишь тогда, когда Брок перестал дергаться. Только когда ему удалось закрепить наручниками поочередно его руки к противоположным углам кровати, он отстранился чтобы увидеть дело рук своих. Лицо Брока было сплошной гематомой. Из уголка губ текла кровь, венки в глазе лопнули и залили белок кровью. Его щека опухла и начала темнеть… Джеймс поморщился, но отступать был не намерен. Секунда и футболка Командира трещит по швам. Брок не успевает сообразить, как с него уже стянули штаны и белье. Зимний метнулся к тумбочке и все бубнил и бубнил одну и ту же фразу. Еще пары секунд Броку хватило чтобы шум в ушах поутих и он смог разобрать бубнеж. — Я хотел по-хорошему. Хотел. Но ты меня вынуждаешь. Я и так долго терпел. Это ты виноват. Это ты во всем виноват. Вот зачем ты так? Я готовлю, стараюсь, а ты бросаешься. Ты даже не пытаешься наладить наши отношения. Опять! В том что сейчас происходит виноват ты. Только ты! И Барнс наконец достает смазку. Дальнейшее для Брока стало одним из самых жутких кошмаров. Джеймс склонился над ним. Он растягивал его пальцами, подливая все больше и больше смазки. Зимний вылизывал его шею, грудь, больно кусался и сжимал пальцами ребра и бедра. И шептал, все время что-то шептал. Брок старался не слушать. Он смотрел в потолок над собой. Интересно насколько глубоко они? Сколько метров под землей? Его никто не услышит. Ему никто не поможет. Брок думал, что отсидев в тюрьме сможет искупить свои грехи. Думал, что пять лет колонии достаточная расплата за все. Но нет. Вот она настоящая расплата. Огромная и давящая на нутро. Каменно твердая. Барнс хорошо его подготовил, подучился с прошлого изнасилования. Броку вспомнился их первый раз. В темной комнате в бункере Гидры, как Зимний изнасиловал его у двери. Вспомнил ту боль и кровь по ногам. Сейчас было так же больно. Разве что без крови. Брок не позволил себе закричать. Он больше не издаст ни звука. Джеймс над ним пыхтел, пропихивая свой член в узкий проход. Парень стонал, хрипел, его лапы все сильнее сжимали бедра мужчины держа их максимально широко. И вот он полностью вошел. Брок фантомно ощущал, как эта мразь упирается ему в желудок, благо он пустой, а то вырвало бы. Было бы еще более мерзко. А может и жаль что не поел. Хоть бы Зимнего заблевать, чтобы он вонял. О, ему бы было так же мерзко, как Броку сейчас. Зимний толкался, сначала осторожно, а после все быстрее и быстрее. Спустя время ему, видимо, стало скучно, и он закинул ноги мужчины на свои плечи. Угол проникновения изменился. Из-за толчков Брок все сильнее сдвигался к изголовью. Вот он уже тычится затылком в железное изголовье кровати. Металлические наручники натерли кожу до крови. Как же долго это длится… Так долго… Брок старается абстрагироваться от происходящего. Его лицо безэмоционально. Ноги мужчины то и дело соскальзывали с мокрых от пота плеч парня. Барнс опустил ноги на простынь и полностью накрыл Брока собой. Просунул под его спину руки и прижался вплотную. Лишь его бедра продолжали толкаться. Зимний был под кайфом, в полной прострации. Его влажные губы целовали Броку ухо. Язык вылизывал ушную раковину. Зубы покусывали мочку. А потом он начал шептать, и игнорировать это Брок уже не мог. — Какой ты, ах… Боже… Блять… Брок… Так хорошо… Мне так хорошо… Ты лучший… Самый… Красивый… Горячий… Такой тесный… Нежный. Я не отпущу тебя… Никогда не отпущу… Я все сделаю… Все сделаю… И он кончил. Все его тело пробрало судорогой, он целую вечность изливался в нутро мужчины. И даже кончив, он его не вытащил и продолжал вздрагивать и судорожно толкаться. Зимний был огненно горячий и такой мокрый от пота. И этот запах… Такой сильный запах его тела… Брока тошнило, но он так устал. Он полностью, выдохся. Брок не знал насколько он вырубился, но очнувшись осознал что его руки свободны, запястья кровят из-за трения с наручниками, и тень нависла над ним. Зимний со сложным выражением лица сидел на краю кровати и гладил его колено. Брок замер. В этом ужасном розовом свете от ночника, Зимний был страшнее призрака. Складки на его лице разгладились и он упрямо поджал губы. Его взгляд наполнился решимостью. И тут он заметил что Брок очнулся. — Ты ведь не оставишь попытки сбежать отсюда. Я не буду извиняться за это… Так будет лучше… Ты когда-нибудь поймешь. Обе руки накрыли колено. Мгновение и по комнате раздался хруст.