Дорога к мечте

Альбиери проснулся от того, что правую руку в очередной раз сжала манжетка от тонометра, чтобы показать результат измерения артериального давления. Он был настолько слаб, что не мог даже пошевелить рукой или попросить кого-то о глотке воды. Всё, что ему удалось сделать, это осмотреть больничную палату. Когда он немного пришёл в себя и вспомнил о причине, вызвавшей такое его состояние, Альбиери услышал ругань за неплотно закрытой дверью: - Это всё произошло по вашей вине, доктор Атия! – возмущалась Эдна. – И как вы только посмели явиться сюда после всего, что вы ему наговорили! Альбиери сейчас на грани жизни и смерти! - Поймите, донна Эдна, дело очень серьёзное и не терпит отлагательств, - спокойно ответил Фарид. - Вы ведь слышали лечащего врача, ему нельзя волноваться… - Скажите, вы действительно злитесь на нас или в вас говорит обида на мужа из-за того, что он вам не доверяет? – дерзко спросила Камилла. Прямолинейность девушки так возмутила Эдну, что та на секунду растерялась и не знала, что ответить. - Дорогая, не нужно так говорить, - попытался успокоить жену Фарид. - Я прошу вас уйти, - тихо произнесла Эдна даже не глядя на своих собеседников. - Эдна! – хриплым голосом крикнул Альбиери. – Я должен выслушать их. - А мне ты ничего не хочешь рассказать? – требовательно спросила его жена. Заметив это, Камилла поджала губы и пробормотала так, чтобы её услышал только стоящий рядом Фарид: - Она нас обвиняет в случившемся, а сама предъявляет ему претензии, хотя он только пришёл в сознание… Фарид не успел возразить жене, потому что Эдна кивнула в сторону палаты, тем самым показывая, что доктор Альбиери хочет их видеть. Камилла плотно закрыла дверь и опустила жалюзи, отчего женщина, желавшая понаблюдать за мужем и его собеседниками хотя бы через стекло, явно не обрадовалась. Но в эту минуту состояние донны Эдны никого не волновало. Фарид подставил стул для жены, а сам сел у изголовья кровати Альбиери: - Как вы себя чувствуете? - Благодарю, мне лучше, - отмахнулся Альбиери и бросил недоверчивый взгляд на Камиллу. Проследив за его взглядом, Фарид отметил: - Не беспокойтесь, моя жена в курсе происходящего. - Что вам известно? – Альбиери было и страшно, и любопытно, но он больше не мог держать в себе этот вопрос. Фарид и Камилла рассказали всё, что им стало известно в ходе расследования, которое они затеяли после встречи с Лукасом. Когда супруги Атия закончили рассказ, Альбиери был бледен и долго молчал. - Значит, Лукасу тоже обо всём известно? – в конце концов спросил он. - Мы знаем только то, что он нанял детективов. На каком этапе расследования он находится сейчас, мы не знаем. Но будьте уверены, правда скоро раскроется. И тогда вас уже ничто не спасёт. - Меня мало волнует, что станет со мной, - тихо сказал Альбиери. – Я переживаю из-за Лео. Он ведь ещё совсем маленький. - Я разговаривала с преподавателями медицинского факультета, - вмешалась в разговор Камилла. – Они объяснили, что в ситуации, подобной этой, мальчика ждёт бесконечная череда лабораторных тестов и экспериментов. Его будут исследовать как научный проект… - … А результаты этих исследований станут достоянием общественности, - дрожащим голосом закончил эту мысль Альбиери. – Мне об этом превосходно известно, - он вздохнул. – Да, у мальчика не будет нормального детства, а я лишусь всего, чего добился. Скорее всего, человечество станет осуждать меня за то, что я сделал… - Ответьте мне на один вопрос, - попросил Фарид и наклонился совсем близко к доктору. - Если бы Вы действительно боялись, неужели Вы не отступили бы в последний момент? Реакция Альбиери была удивительна. Он засмеялся. - Вы не поверите, но я был абсолютно уверен, что моя затея настолько безумна, что просто не имеет права на существование. Я убеждал себя в том, что все мои попытки ни к чему не приведут. Но что-то толкало меня вперёд. Может быть, моя совесть, может быть, азарт… Я бы не простил себе, если бы не использовал все шансы. А потом всё получилось и радости моей не было предела. Я думал спрятать получившуюся зиготу в криокамеру, чтобы когда-нибудь, когда я стану посмелее, вернуться к этому делу. В момент отчаяния, когда мне будет уже всё равно, что обо мне подумает общество. Эдакий красивый уход из жизни. И моё имя, увековеченное во всех учебниках по генетике. Но всё произошло совсем не так… Фарид и Камилла внимательно слушали откровения учёного. Ведь было неясно, чем обернётся для доктора Альбиери сердечный приступ, встретит ли он завтрашний день. Доктора утверждали, что если обеспечить пациенту покой и избегать стрессов, то всё в скором времени должно наладиться. Но все, кто в эту минуту находился в палате, прекрасно понимали, что о покое учёному пришлось забыть с тех самых пор, когда Деузе удалось забеременеть… - Раз Вы создали этого мальчика, то Вам и решать его судьбу, – после недолгой паузы заговорил Фарид. - Для этого задумайтесь, с какой целью Вы совершили это? Научный интерес? Или собственный эгоизм, из-за которого Вы отказываетесь верить в то, что Диогу уже нет? Кроме того, Вы должны понимать, что Лео – это не Диогу. Неважно, что у него такой же генетический набор, как и Диогу. Даже не Диогу. Лукаса. Он родился и рос в другой семье, у него будут другие взгляды на жизнь… Когда Вы осознаете это, то сможете ответить на вопрос, действительно ли Вы любите этого мальчика или пытаетесь отыскать призрак, которого нет и никогда не будет?.. - Вы не знаете их! – возразил Альбиери со слезами на глазах. – А я знаю обоих. И… они невероятно похожи! Одинаковые жесты, одинаковая реакция… Они оба любят меня! - Это заблуждение. Не существует одинаковых людей. Вспомните о том же Лукасе. Разве он был похож на Диогу? Альбиери признал своё поражение и опустил глаза. Фариду удалось разложить по полочкам все внутренние противоречия уже немолодого учёного. - Назад дороги нет, доктор Атия, - улыбнулся Альбиери. – И я не знаю, что мне делать дальше… - Прежде всего, Вам надо поправиться, - сказала Камилла. - Верно. А Лео с матерью нужно уехать куда-нибудь. В те места, где никто и никогда не слышал о семействе Феррас. - Но в таком случае я не смогу видеться с ним! - Никто не говорил, что будет легко, - вздохнул Фарид. - Если Вы решите оставить его здесь, разумеется, это Ваше право, то будьте готовы к тому, что правда в скором времени всплывёт. Конечно, я не стану никому ничего говорить, однако есть люди, которые прямо или косвенно посвящены в эту проблему. - Жади с Иветти давно не виделись, - заметила Камилла. – Конечно, у них хватает тем для разговоров, но ведь в один прекрасный момент Жади может обмолвиться о том, что к ней приходил Лукас, а Иветти начнёт жаловаться, что ей до сих пор не удалось увидеть крестника… В палате наступила звенящая тишина. Альбиери тщетно пытался что-то придумать, хотя он прекрасно понимал, что механизм запущен. В конце концов, к ним ворвалась Эдна. - Мне только что позвонила Деуза. У неё дома сейчас донна Иветти, которая по непонятной причине обвиняет Деузу в том, что та переспала с сеньором Леонидасом. Все прекрасно понимали, что означают эти слова. Иветти увидела клон Диогу. В детективах, нанятых Лукасом, больше не было необходимости. - Ох, донна Эдна, вы плохо знаете Иветти, - попыталась разрядить обстановку Камилла. – Она ведь может придумать самую невероятную последовательность событий, если дело касается сеньора Леонидаса. - Мне интересно другое, - резко прервала её Эдна. – Иветти не без оснований бросалась такими обвинениями. Она утверждала, что Лео является точной копией сыновей Леонидаса Ферраса. Этот факт вы можете как-то объяснить? К сожалению или к счастью для доктора Альбиери приборы начали громко пищать, из-за чего медсестра, которая пришла посмотреть в чём дело, выгнала всех троих и велела не появляться в ближайшие несколько дней. Фарид с Камиллой отправились в особняк Рашидов. Было понятно, что Иветти рано или поздно позвонит Жади и всё ей расскажет, поэтому супруги Атия хотели сделать всё возможное, чтобы опередить её. *** - Я думаю, в скором времени мы с вами свяжемся, - Леонидас лучезарно улыбался своим потенциальным партнёрам по бизнесу. Встреча с этими людьми была для него крайне важна, а поскольку Лукас в последнее время был сам не свой, сеньор Феррас не стал посвящать сына в подробности столь ответственного задания. И напрасно. Возможно, Лукас сумел бы предпринять хоть какие-то меры, чтобы предотвратить катастрофу. - Как ты мог, Львёночек? Как ты мог изменить мне? И с кем! С моей лучшей подругой! – не произнеся ни единого слова приветствия, Иветти с размахом распахнула двери кабинета главы предприятия. Её крики, казалось, были слышны на всех этажах. Но разъярённой и обиженной женщине не было до этого никакого дела. - А ты как смеешь врываться ко мне в кабинет с подобными голословными обвинениями? – сеньор Леонидас был возмущён не меньше. Бизнесмены, которые до последнего сомневались, стоит ли связывать себя обязательствами с фирмой Ферраса, похоже, приняли решение и незаметно покинули кабинет. - Голословными? Ах, голословными? – Иветти была так разъярена, что не могла контролировать свои действия. Сама она не раз появлялась на людях в компании красивых мужчин, но это делалось исключительно для того, чтобы спровоцировать Львёночка на решительные действия. Вроде тех, что сейчас совершает сама. Или нет. Схватив первое, что попалось под руку, а это оказался ежедневник в твёрдой обложке, она от души запустила им в ничего не понимающего Леонидаса. – Ты бросил меня, объясняя это тем, что из-за меня ты не смог помириться с сыном. Раньше я думала, что это действительно так. - Не смей впутывать сюда Диогу! – успел вставить Леонидас, прежде чем увернуться от нового летящего в его сторону предмета. - Я уважала твоё решение и пыталась его понять, хотя по очевидным причинам оно меня не устраивало. А я всё думала, почему мой Львёночек меня не прощает, - Иветти скривилась, но продолжала говорить с той же яростью и азартом, ничуть не сбавляя обороты. – Оказывается, вместо того, чтобы почтить память погибшего ребёнка, ты ускакал делать нового! Мерзавец! - Остановись, негодная! – Леонидас был так ошарашен той чушью, которую Иветти несла с такой уверенностью в своей правоте, что он со всей силы стукнул по столу. Как ни странно, это сработало. Иветти замолчала и замерла на месте. – Я правда не понимаю, о чём ты говоришь, - сказал он спустя некоторое время. Иветти очень сомневалась в искренности своего Львёночка, она бросила на него взгляд, полный подозрений, и поджала губы: - Ах, не понимаешь? - Не понимаю! И вообще, ты только что сорвала мне крупную сделку! Так что это я вправе сейчас вызвать охрану, чтобы тебя вышвырнули отсюда! – разумеется, это были пустые угрозы, и он ни в коем случае не собирался выгонять женщину, которую он уже почти простил, но ей об этом знать было необязательно, а потому для пущей достоверности он взял в руки телефонную трубку. - Меня не интересуют твои сделки, ведь твои деньги больше мне не принадлежат, - с вызовом заявила она. – Но в память о том, что между нами было, я прошу, нет, я требую, чтобы ты поехал со мной и, после того, что ты увидишь, повторил, глядя мне в глаза, что ты не изменял мне. Иветти схватила свою сумочку, которую она бросила в Леонидаса и которую он отшвырнул ей обратно, и медленно вышла из кабинета. Убеждая себя, что едет с ней, исключительно чтобы удовлетворить своё любопытство, а вовсе не потому, что ему безумно хотелось побыть с Иветти наедине, пусть даже и в машине, Леонидас спустя ровно двадцать секунд последовал за ней. - Донна Кларисси, отмените все встречи, которые были запланированы на вторую половину дня. Меня не будет в офисе. Хотя, если Лукас соизволит появиться, можете перепоручить всё ему. - Хорошо, сеньор Леонидас, - пробормотала Кларисси, наблюдая, как он семимильными шагами покидает офис.