Все дни и ночи будут наши

Ткань, подчиняясь руке Лань Чжаня, обнажает плечо, а затем предплечье Вэй Ина. Вторая рука нежно, но уверенно гладит поясницу владыки И Лин, поочередно касаясь позвонков, которые по-особенному чувствительные в такие моменты. Бедра мужчины горячо прижимаются, по-предательски выдавая реакцию на действия вторго господина Лань. Не беда, пусть любимый ощущает всем телом желание… Полностью обнажаться Вэй Усяню и Лань Чжаню пока не хочется, ведь ткань помогает накалить страсть, обострить чувственность. Рука Ванцзи забирается под ткань одеяния супруга, трогает мягкую, круглую, но крепкую половинку, сжимает до красных следов. Затем обе его руки ложатся на пояс, приподнимая любимого, даря ему обещание предстоящей жаркой ночи. Это та самая поза, которую так любит Вэй Усянь, в которой он любит запрокинуть голову назад, щекоча своими длинными волосами бедра Лань Чжаня. Лань Чжань одаривает Вэй Усяня такими ласками, такими сладко-огненными поцелуями, что он начинает умолять своего нефрита, аж хнычет: "Умоляю, Лань...Чжань! Ну же, прошу, не тяни". Вэй Ин обвивает руками шею любимого, рука вкрадчиво развязывает налобную клановую ленту, распуская волосы, которые водопадом струятся по спине, вкрадчиво ласкают. Когда-то Ванцзи настоял: «Каждый день значит каждый день». Но сейчас Вэй Усянь дополнил соглашение: «А ещё и каждая ночь»