insomnia

Тьма настанет, сколько не мечтай. Питер давно перестал это делать, но все равно каждый раз с опаской закрывал глаза, потому что в душе знал, что по ту сторону реальности будет еще темнее. И все равно порой он даже не замечал, как засыпал. Может быть, будь голова на нужном месте, он смог бы отличить сон от реальности. И если бы эта самая реальность подкидывала ему меньше сюрпризов. Или проснуться, к примеру, можно было от простого щипка за руку или смачной пощечины, как в самых обычных снах самых обычных людей. Но обычный — не про Питера. Парень сжал челюсти на кляпе и зарычал. Как бы Питер не уговаривал себя, тело не слушалось и дергалось после каждого электрического разряда. Это было похоже на чертову пытку. — Ты хоть считаешь? — Старк со скучающим видом наклонил голову вбок и слегка подергал за провода, которые шли к клейким квадратным пластинам, а те — к внутренним сторонам бедер Питера. Ноги парня были раздвинуты в стороны и привязаны к ножкам специального кресла так, чтобы ничто не мешало наслаждаться видом. — Учти, если я выну кляп, а ты не назовешь верную цифру, придется подкрутить мощности. Ну, чего ты, не смотри на меня так. Я знаю, кончить от этого тяжело, особенно когда я тебя не трогаю, но ты же хороший мальчик, да? Ты же будешь делать то, что я тебе говорю? Питер пыхтел в тряпку и пытался хоть как-то расслабить мышцы, чтобы бегающие по венам искры были менее болезненны. Дышать было очень тяжело, спина жутко вспотела, как и подлокотники под ладонями. Еще и костюм, хоть и порван чуть ли не до сетки, а все равно противно лип к телу. Если уж Старку так нравится смотреть на голые участки тела, почему бы совсем не снять и костюм, и маску? — Скучно смотреть на тебя, когда я не могу видеть твои эмоции, — Старк будто прочитал мысли и встал со стула напротив. Питер облегченно откинул голову, понимая, что это и есть его передышка: пока Тони отошел от кнопки, пока снимет с Питера эту дурацкую-чертову маску, пока насладится зрелищем, пока вернется назад. И парень ведь почти не ошибся, Старк действительно на некоторое время завис перед Питером, нагло поставив ногу в лакированном ботинке на пустующее пространство между ног. Питер сглотнул: очень близко к члену, слишком опасно. А член, предатель, так и готов был порвать синий спандекс. Старк будто и вовсе забыл о том, что собирался сделать. Глаза по-прежнему были прикованы к Питеру, и парень скулил, подавался грудью вперед, лишь бы мучитель, наконец, снял с него маску, в которой было почти невозможно дышать. А Тони это как будто бы нравилось. Без «как будто». Его это заводило. Тоже. Питеру снова не хватало кислорода. Он слишком запыхался, во рту тряпка, а нос — такая маленькая и ненадежная часть тела, что к нему через маску кислород почти не поступал. Как же Питера заебали эти игры с дыханием. Парень уронил голову вниз и сдался. Пусть Старк делает что хочет. Снимет маску или нет — Питер не будет больше напрягаться и что-то у него выпрашивать. — Бунтуешь? — Старк попытался привлечь внимание Питера к себе, но парень не дрогнул головой, только поднял глаза. Конечно, второй из-за маски этого не видел. Тони вернул голову на место силой, причем треснув о подголовник так, что Питер замычал в тряпку. Глаза пришлось снова поднять и сфокусироваться на Старке, чье лицо сейчас с брезгливым интересом разглядывало маску. Взгляд все равно скользил мимо, даже если Тони пялился в белые вставки. — Я же знаю, что у тебя есть еще силы, — Тони говорил ласково, но Питер все равно чувствовал, как его бесила эта ситуация. Наверное, так и должно быть: Питер ведь его ослушался и чуть было не сбежал из Штаба. Это наказание. Старк повернул голову Питера в бок и подцепил край маски, а затем небрежно потянул ее вверх. Питер, наконец, смог вдохнуть носом на-полную и даже закрыл глаза от блаженства, но глубокий вдох вдруг резко оборвался тем, что из Питера вышибло весь воздух и заставило болезненно застонать. Тони давил ботинком на член. — Вы только поглядите на эту маленькую блядь, — процедил Старк, наклонившись прямо к лицу. — Кайфует. Не стыдно? Питер попытался выплюнуть тряпку, чтобы ответить, но ладонь зажала рот и не дала это сделать. — Тебе так идут хмурые брови, — Тони усмехнулся, глаза его на секунду метнулись вниз. — И костюм. Особенно сейчас. Знаешь, в этом что-то есть. С одной стороны, ты одет, а с другой — абсолютно голый, будто тебя не поделили в квартале красных фонарей. Так хотели этого сладкого мальчика, что даже не потрудились раздеть — разорвали, и все. Питер снова зарычал, но рык был больше похож на скулеж. Носок ботинка перекатывал полустоячий член под тканью. — Как просто заставить тебя извиваться, — Тони почесал щетину на подбородке. — Ты не такой, как все. Смелый, строптивый, яркий. Герой до мозга костей, да? Готов защищать весь мир, но при этом абсолютно беспомощен передо мной. Перед обычным человеком без сверхспособностей. Разрешаешь загонять себя в ловушки раз за разом, а все потому, что тебе это нравится. — Тони наклонился к самому уху, засовывая руку в дырку на костюме и вытаскивая член наружу. Питер застонал в тряпку, но крик по-прежнему заглушала еще и ладонь сверху. А вот шепот над ухом был слышен так четко, будто звучал прямо в голове. — Тебе нравится подставляться. Если бы ты захотел, то мог бы это прекратить. Смысл последней фразы выскальзывал из сознания. Еще секунду назад Питер от чего-то дернулся. Дернулся в сторону от слов, лишь бы не чувствовать эти горячие губы на ухе, но сейчас он даже не мог понять, что именно в словах Старка вызвало в нем такой отклик. Питер снова терял бдительность, только теперь ему хватило мозгов это понять. — Мгмф… — Питер попытался спросить, снова дернулся изо всех сил, лишь бы вернуть тело из нирваны назад, в то состояние, в котором оно было минуту назад. Кровь снова забурлила в венах, и вслед за этим Питер получил разряд: сильнее и дольше, чем до этого. «Сволочь» — пронеслась мысль, как только пытка электричеством кончилась. Питер попытался сделать вдох, но получил вдогонку еще один: короткий, но ощущался он еще хуже. — Учти, Паркер, я читаю твои мысли, — Тони поправил очки и легонько постучал по кнопке. Питер вздрагивал после каждого тихого удара пальца, ожидая, что вот-вот один из них запустит ток, но этого не произошло. Старку нравилось над ним издеваться. — Хватит с тебя, пожалуй, электричества, — Тони неожиданно смягчился и снова подошел к Питеру, начиная поочередно откреплять от тела пластины. Питер расширил глаза. Неужели это действительно все? Неужели сейчас Тони действительно тянулся за тряпкой, чтобы ее вынуть, и неужели он, наконец, перестанет над ним издеваться, перестанет говорить страшные вещи, отцепит Питера от этого кресла и не будет оставлять тут одного на еще одну ночь? На глазах, ей богу, сами появились слезы. Питера напугало это еще сильнее. «Я не хочу оставаться один, мистер Старк» — Питер с мольбой посмотреть наставнику в глаза, молясь, чтобы и эту мысль он смог прочитать. Только бы это не было фигурой речи. Только не галлюцинации, потому что Тони действительно вытащил изо рта тряпку. Только бы это не у Питера дрожали зубы, только бы не он сейчас боялся неизвестно чего, пусть бы это было всего лишь… …сном? Тони неожиданно улыбнулся во все зубы. Питер продолжал сидеть связанный и преданно заглядывал ему в глаза. Тони что-то делал руками, там, внизу, но Питер очень боялся подтвердить свою догадку. И все равно голос прозвучал в унисон с мыслью. — У меня есть игрушка поинтереснее. «…есть игрушка поинтереснее». Остаток ночи Питер задыхался в капсуле с вибратором на члене.

***

— Он так сладко спит, словно котеночек! — сквозь оцепенение Питер слышал умиленный голос Уэйда, который, как и всегда, был чересчур эмоционален, чтобы переходить на шепот. — Так бы и забрал домой, чтобы заботиться. — А разве мы и так не к вам едем, мистер Пуль? Ей богу, если бы Питер не узнал голос с акцентом, точно бы запаниковал от того, что снова проснулся непонятно в чьей машине, потный, мокрый, да еще и с Уэйдом за компанию. — Что значит к тебе домой? — не потрудившись отдышаться после недавнего кошмара, Питер задал первый пришедший на ум вопрос. В салоне тут же прекратили переговариваться, а на передних сидениях послышалась возня. Питер все же умудрился сконцентрировать взгляд на фигурах спереди и увидел, что Уэйд, который сидел на пассажирском, быстро напяливал на подбородок маску. Такси минуло темный тоннель, и в свете мелькнувших солнечных лучей Питер успел заметить, что справа у Уэйда совсем не было волос, а кожа, идущая от уха и к шее была в ожогах. Раньше Питера это, может быть, слегка напугало, он бы наверняка задавался вопросами, может быть донимал ими самого Уэйда, но сейчас уставший мозг только отметил, что Уэйд почему-то не хотел, чтобы Питер видел его ожоги. Ну и ладно, сделать вид не сложно. Питер приподнялся на локтях и потряс головой. В машине было до ужаса душно, как будто кто-то специально врубил печку. Мозги и без посторонней помощи очень хорошо плавились, а тут еще кое-кто напялил на Питера маску, причем дырки для глаз — мимо. Хотя, возможно, Питер во сне сильно ворочался вот и сбил их сам. Хотя стоп, маска? — Эй, не снимай, — от ошибки Питера уберег Уэйд, который буквально шлепнул его по руке, когда парень стал стаскивать маску с макушки. Питер айкнул (не то чтобы ему было больно, скорее неожиданно), и послал Уэйду суровый взгляд. Конечно, второй этого увидеть не смог, и тогда Питер для верности еще и фыркнул. Уэйд тут же возмутился. — Сохраняй инкогнито, мы тут не одни в машине. — Но, мистер Пуль, вы ведь только что сами сидели с открытым лицом, — вежливо напомнил Уэйду таксист, а Питер все равно упрямо закатал маску чуть выше носа и лег обратно на спину. На потолке салона мутнело какое-то коричневое пятно. Хотелось надеяться, это была кола. — Это другое, Допиндер, — важно пояснил Уэйд, пока Питер занимался изучением контуров пятна и думал о том, что делать дальше. — Ты — мой друг, а этого чувачка видишь всего второй раз. Наш Спайди, конечно, никого не убивает, но таково кредо супергероев: всегда носить маску. — Сколько пафоса, — кажется, Питер уже готов был смириться, что он по каким-то причинам ехал с этими двумя в одной машине. Не то, что это был его выбор, но сейчас парень чувствовал себя таким разбитым, что ему просто было все равно: где, как, с кем и в каком виде. Голова кружилась от недавнего сна, и Питер пытался собрать мысли в кучку. Получалось не очень, потому что они, словно песок, выскальзывали из пальцев и рассыпались по полу, разлетаясь в такие уголки сознания, из которых Питер не мог их выковырять. Про осознанные конструкции речи не шло. — Ваш друг пьяный? — Питер закрыл на секунду глаза, чувствуя, как солнечные лучи, которые то и дело играли полосами на потолке, начинали гипнотизировать. Парень четко понимал, что спать ему нельзя было ни в коем случае, такую ошибку он уже допустил. И сейчас постепенно осознавал, что проснулся, мягко говоря, не без неприятностей. Вот черт. — Да не должен. Устал просто, бедняжка, — ответил таксисту Уэйд и оглянулся на задние сидения как раз тогда, когда Питер все-таки принял сидячее положение и искал в одной из своих рюкзаков что-то, что можно было надеть поверх футболки и желательно прикрыть область паха. Парень сощурил глаза и поджал губы в скептической гримасе, надеясь, что хоть так Уэйд прекратит на него изучающе пялиться и даст, наконец, привести себя в порядок после сна. Уэйд завис на пару секунд, а потом просто прикрыл со своей стороны шторку, которая отгораживала задние и передние сидения. Питер так и застыл с толстовкой в руках, так и не определившись, что удивило его больше: то, что он не заметил этой удобной детали в машине, или же то, что Уэйд повел себя так любезно? Пришлось снова тряхнуть головой, чтобы вернуться в реальность, и Питер быстро вытащил из рюкзака запасные джинсы. Пока есть шанс, лучше переодеться в сухое целиком: позорно будет ехать на метро с таким огромным пятном на джинсах и спермой в трусах, пусть даже если бы это и удалось закрыть другой одеждой.

***

Первым делом оказавшись за пределами машины, Питер закинул в мусорный бак скомканную одежду. Желтое такси отъехало от перекрестка, и Питер дождался, пока знакомый водитель совсем скроется за углом, после чего стащил с головы и маску, а затем кинул ее сверху. Уэйд пошутил про наэлектризовавшиеся волосы, но Питер не оценил шутку, а завис на пару секунд над мусорником, прожигая глазами эту красную вещицу, которую почему-то не удержался и забрал с собой в качестве сувенира из Штаба. — Ты в порядке? — Питеру на секунду послышалось, что это был голос Старка, и парня всего передернуло. Мимолетная паника быстро завладела телом, и Питер перестал дышать, пока Уэйд не подошел к нему сзади и не развернул за плечо к себе. — Выглядишь и правда жутко. Не думал, что возвращать суперспособности может быть настолько фигово. Питер только вяло улыбнулся и тихо выдохнул, пытаясь свыкнуться с мыслью, что ему просто послышалось. — Эй, а как же огрызнуться? — Уэйд, кажется, был очень разочарован. Питер потер шею. — Ну, ты сам понимаешь, что это твоя вина, — неохотно произнес Питер, хотя все мысли занимали точно не Уэйд с его злопаучим ошейником, из-за которого Питер сейчас себя так чувствовал. На сердце было паршиво. Не хотелось сжигать за собой мосты и оставлять по ту сторону Тони Старка… да и тот, живым он был, или просто видением, тоже будто не хотел оставлять парня одного. Питер постарался отвлечься. Если уж и расставаться с прошлым, то резко, как пластырь сдернуть. — Надеюсь, ты не собираешься снова похитить меня и держать в катакомбах? Уэйд явно собирался что-то сказать и даже картинно поднял вверх палец, но завис. Отлично. Лучше любого ответа. — У тебя есть что-нибудь от бессонницы? — Питер решил не испытывать судьбу и отвел глаза. Если Уэйду угодно, пусть делает что ему вздумается. Хотел бы — давно убил или покалечил, у него был шанс, пока Паркер без сознания валялся в машине. И потом, все равно терять уже было нечего. И идти тоже — некуда. Даже через маску было понятно, что Уэйд расплылся в предвкушающей веселье улыбке.