Прощай, Джерен Карачай

Джемре заверила врача в том, что мне будет оказан должный уход. Через час мы уже были в особняке. Дома многое поменялось и это было видно прямо с порога. Даже если бы Недим раньше не сказал, что мы переезжаем, — я бы поняла это только зайдя внутрь. Опустевшие комнаты и куча коробок. Умут заснул по пути домой, и поэтому Джемре пошла наверх укладывать его. Недим остался со мной. До нас донёсся шум. Мы направились в сторону кухни, при этом я шла, немного придерживаемая Недимом за талию. Там мама упаковывала сервизы и другие кухонные принадлежности. Она стояла к нам боком, но даже так было видно, как ей несладко пришлось за эти сутки. Казалось, она постарела на лет 5. Опухшие глаза, былые морщинки стали видны сильнее. Хотелось забыть всё и просто обнять такого родного человека. Хотелось забрать все её горести и печали. Пока мы так стояли, она развернулась. — Джерен… — прошептала мама, роняя тарелку, и схватилась одной рукой за столешницу, а другой прикрыла рот. — Здравствуй, мама. Она сократила расстояние между нами в несколько шагов и со всем трепетом обняла меня. — Но как же? Ты должна быть в больнице! — Всё хорошо. Джемре поговорила с доктором и он отпустил меня домой. Не переживай. Ты вообще спала сегодня? — Как я могла спать, когда мой ребёнок борется за жизнь, а внук требует маму? Недим, пожалуйста, отведи её наверх, — мама повернулась ко мне и добавила, —отдыхай. Я закончу и приду к тебе, ладно? — Ладно. Мы ушли. Почти дойдя до лестницы, я почувствовала небольшую боль и положила руку на живот. Это не осталось незамеченным. — Тебе болит? Сильно? — задал вопрос Недим. — Нет, все хорошо. Это от того, что долго лежала, а тут такие прогулки совершаю и… Не успела я договорить, как Недим поднял меня на руки и понёс наверх. — Недим, отпусти, а если кто увидит? — Знаешь, Джерен, мне плевать, если кто-то увидит, а вот если у тебя швы разойдутся — будет страшно. Джемре и Дживан от меня мокрого места не оставят, что уж про г-жу Сехер говорить. Приоткрыв дверь, он зашёл. Возле кроватки сидела Джемре и ворковала. Смотря на сестру и зная в каком положении я сейчас нахожусь, моё лицо стало заливаться краской. — Сестра, Умут спит сладким сном, — указывая на колыбель, шептала Джемре. — Я пойду. Я ущипнула Недима, подавая знак, чтобы он меня отпустил, но тот только двинулся в сторону кровати. — Ах да, врач говорил, что тебе нельзя поднимать тяжести, — сестра остановилась возле дверей. — С одной стороны Умут не сильно тяжёлый, но всё-таки не стоит тебе его поднимать. — А если он проснётся, что мне… — Не переживай, Джемре. Я останусь тут и буду ей помогать, — снова перебил меня бывший муж. — Спасибо, — Джемре благодарно улыбнулась и ушла, плотно закрыв за собой дверь. — Недим, что за дурацкая привычка у тебя появилась? — Не понимаю о чём ты, — вы посмотрите, сама невинность. — О том, что ты меня перебиваешь и делаешь по-своему. С чего это вдруг? Сидишь в больнице, носишь на руках, заботишься о моём ребёнке. — Когда я увидел тебя всю в крови и ждал новостей из операционной, я многое переосмыслил. Например, ты мне помогала и поддерживала в трудную минуту. То, что ты раньше делала, я простил. Не всё, но со временем и оставшееся прощу. А это всё, — он обвёл рукой меня и кроватку, — благодарность за это. Я сейчас схожу в комнату и вернусь, а ты переоденься в пижаму. Врач сказал, что тебе стоит много спать, потому что ты ещё не окрепла. — Спасибо тебе большое. Мы улыбнулись друг другу и Недим вышел. Я встала и пошла в гардероб. Переодевание заняло пару минут. Если штаны я могла почти с лёгкостью снять и надеть, то верх у меня вызвал жуткий дискомфорт. Когда я вернулась, Недим уже сидел возле кроватки и что-то читал. Он выглядел расслабленным и был переодет в пижаму. Подождите, что?! — Недим, ты будешь спать здесь? — чуть прикрикнула я. — Не кричи, ребёнка разбудишь. А тебя это смущает? Помнится, когда-то мы с тобой голые проснулись, — с издёвкой и чёртиками в глазах сказал он. — Недим! — мои щёки моментально вспыхнули. Лучший вариант это скрыть — лечь в кровать и отвернуться. Думая о своём муже, я и не заметила как заснула.