Прощай, Джерен Карачай

Джемре вырвала свою руку и резко встала. — Не лезь, Джерен. Недим любит меня, но Дженк и ты мешаете нам сблизиться, — в её глазах полыхала злость. — Не лезь, Джерен. Не твоё дело, Джерен. Молчи, Джерен, — вздохнув, встала с кровати. — Я уж подумала, что моя сестра правда всё простила, поняла, полюбила. Нет, этого не случилось. Спасибо, представление мне понравилось, — похлопав, я взяла Джемре под локоть и повела в сторону двери. — Можешь передать всем, что в этом цирке я не нуждаюсь и они могут снять маски счастья. — Джерен… — я не стала слушать сестру и захлопнула дверь перед её носом. Медленно сползла вниз. Глаза сильно щипало от слез, хотелось кричать что есть мочи. До меня донёсся звук с кровати. — Сынок, прости, мамочка больше никогда не будет плакать и не оставит тебя. В этом доме нам нет места. Весь день я не выходила из комнаты. Мне не хотелось смотреть в эти лицемерные лица. Приходила мама, Дживан и Дженк: просили пустить их внутрь. Нет, не пущу ни в комнату, ни в сердце. Мама приносила смеси для Умута, и тогда дверь открывалась, но только после её ухода. Вечером она принесла поднос с едой для меня. Прислонившись к двери я услышала удаляющиеся шаги. Приоткрыв её, мой взгляд упал на пол в поиске еды. — Не это ищешь? Повернув голову в сторону, увидела Недима, стоящего с подносом в руках. Я быстро закрыла дверь, но реакция бывшего мужа была лучше, и он успел просунуть ногу. Отпихнув меня, он прошёл во внутрь. — Джерен, не веди себя как ребёнок, — пройдя к туалетному столику, поставил поднос и развернулся ко мне. — Что случилось? Почему ты тут заперлась? Твоя мама себе места не находит. — А Джемре не рассказала? Не пожаловалась любимому на свою плохую сестру? — я вскинула брови и сделала удивлённое лицо. — Я в шоке. Но ладно, сама расскажу. Я всё рассказала Недиму, но в отличие от сестры он не кричал о том, что мы ему мешаем. — Джемре сама не знает чего хочет. И тебя, и Дженка водит за нос, а меня отчитывает при первой возможности. Я ей сказала то, что вижу. Ты её любишь? — с надеждой ждала ответа «нет», но понимала, что этого не случится. — Не знаю, Джерен. Ты тоже думала, что любишь Дженка, а каков итог? Из нас всех хоть что-то про любовь знает только мой брат. Он пошёл против всех ради Джемре. Я никогда не сомневался в его любви, а вот в своей... — Недим скрестил руки на груди и задумался. — Забудем. Хватит строить из себя обиженку. Ешь и принеси поднос. Поговори с мамой, она даст совет. Увидев мой кивок, Недим ушёл. Взяв поднос, я села возле кроватки и смотрела, как Умут играет с погремушкой. Аппетита не было, поэтому немного поев поставила всё на тумбочку. Наступил вечер, солнце заходило за горизонт, а Умут устало закрывал глазки. Качая кроватку я погрузилась в свои мысли. Недим прав — никто не знает о любви. Она бывает разной: материнская, платоническая, больная. Многие путают любовь с похотью и желанием. Люблю ли я Недима? Может путаю с желанием? Ведь мне хочется, чтобы он был рядом, просыпаться с ним утром, видеть его улыбку и заботиться о нём. Нет, это не желание. Посмотрев на сына и убедившись, что он спит, забрала поднос и пошла на кухню. К моему везению там сидела мама. — Дочка, наконец-то, — она забрала у меня еду.— Будешь чай? — Давай. Мам, мы можем поговорить, как мама с дочкой? — Конечно, сейчас, — мама налила чай и отдала мне чашку. — Пойдём на террасу? Мы вышли на улицу. Солнце почти село, лёгкий ветерок дул нам в лицо. Я вдохнула полной грудью. Ещё позавчера мама говорила, что её дочь умерла, а сейчас я хочу поговорить с ней о любви. — Ты любила папу? — смотря в кружку задала вопрос. — Конечно. При упоминании отца лицо мамы озарила улыбка. Так было всегда до тех пор, пока его не стало. После смерти папы она стала всё меньше улыбаться. Иногда бессонными ночами я слышала, как она плачет. Мне было больно за маму, потом что-то пошло не так и причиной маминых слёз стала я. — Как ты поняла, что любишь? Что это твой человек? — Я стала другой, я чувствовала себя другой рядом с ним. Неважно, что происходило, мне было хорошо, — мама взяла свободной рукой мою и слегка сжала, чем заставила посмотреть на неё. — Джерен, ты влюбилась? — Не знаю. Даже, если это так, то мы не будем вместе. Я не заслужила Недима. Поставив чашку на столик, мама забрала мою и обняла меня. — Знаешь, дочка, на каждого демона свой ангел. — Ты меня демоном назвала? — Ну ладно, чертёнок. И мы тихо рассмеялись. Через пару дней мы покинули особняк. С Джемре так и не поговорили. Мы с сыном поехали обратно в свой дом. Желания жить со всеми под одной крышей не было, и поэтому решение начать жизнь с чистого листа стало неизбежным. Мне нужны были деньги для дальнейшего проживания. Где их заработать я понятия не имела — без образования никто нигде не нужен. Дженк предложил мне работу в компании при условии, что я получу хоть какие-то азы логистического образования. Поэтому я незамедлительно стала готовиться к поступлению, попутно изучая те самые азы. Жизнь начала кипеть. Каждый день я еле доходила до кровати. Мама часто приходила ко мне и рассказывала, как живут остальные. Если с Дженком и Дамлой мы встречались — они приходили повидать Умута, — то других я не встречала. Из их рассказов можно было понять, что Джемре и Недим не сошлись, даже не делали попыток. После всего прошёл месяц, я тщательно готовилась к поступлению. И когда я увидела своё имя в списке поступивших начала прыгать от счастья, но остановилась, увидев лица окружающих, и поспешно удалилась. По пути домой сообщила маме и Дженку столь прекрасную новость — они поздравляли меня. Только переступила порог дома — в нос ударил запах еды. — Дефне, не стоило готовить ужин. — Мне не трудно, тем более г-н Умут вёл себя очень хорошо, да? — она развернулась от плиты в сторону моего сына и подмигнула, от чего тот начал дёргать ручками и ножками. — Здравствуй, дорогой, — я присела на корточки перед детским стульчиком, взяв маленькие ручки в свои, стала целовать их. — Я так по тебе соскучилась. Из-за учёбы и не замечу, как ты вырастешь. — Ужин готов, г-жа Джерен. — Что за госпожа? Для тебя я просто Джерен. Поужинаешь? — Нет, мне стоит бежать домой — дела. Проводив Дефне, я вернулась и села ужинать. Когда загружала посуду в посудомойку, услышала звонок телефона. На экране высветилось «Джемре». Кинув телефон обратно, продолжила своё занятие. Телефонные звонки продолжались в течение минут 10. Я не выдержала и подняла. — Что ты хочешь, Джемре? — Здравствуй, Джерен. Мы можем встретиться? Я хочу поговорить. — Я уже отпустила няню, так что, если хочешь, приезжай, — со стальными нотками в голосе ответила я. — Через полчаса буду. Сбросив вызов, закончила с посудой и стала ожидать сестру.