Небеса

В ушах Сэми оглушительно звенит погребальный колокол. Ангел слышит глухие удары своего сердца и понимает, что умирает. Перед его глазами распростерлась чаша ослепительно-голубого бескрайнего неба. Лёгкий ветерок покачивает ветви древних деревьев на поляне, отчего слышно едва уловимый шелест листвы, не нарушающий гармонию естественной тишины. Раскинув руки, Сэми неподвижно лежит на земле в тени деревьев и высоких башен школы, которые молчаливыми стражами склонились над ним в ожидании, пока Смерть заберет ангела в свои владения. Он зачарованно смотрит на небо и чувствует, как под его плечами растекается горячая кровь, уже слабыми толчками вытекая из перерезанного горла. У ангела нет сил даже пошевелить рукой, хоть на секунду ощутить мягкость травы от прикосновения к ней. Крови так много, что ангелу казалось, будто она растеклась под ним алой рекой, окрасила траву и дорожки в саду в ярко-красный, и сейчас хлынет по склону, затопив весь горизонт. Белоснежные перья на крыльях давно пропитались кровью, которая медленно достигла кончиков пальцев. Сэми хочет набрать в легкие побольше воздуха и закричать, но тело совсем не слушается его, а бледные губы с корочкой запекшейся крови никак не хотят двигаться. Сэми хочет закричать что есть силы, сказать, что он здесь, позвать на помощь, позвать Ади. Ади... Горячая слеза медленно скатывается по виску ангела и срывается, падая в траву. Ангел смотрит на небеса и вспоминает, как совсем недавно они летали вместе в этом бескрайнем свободном просторе, купаясь в нежных лучах утреннего солнца, как парили в недосягаемой высоте, раскинув крылья, взмывали навстречу далеким звездам, как, держась за руки, стремительно падали навстречу облакам, как глядели друг другу в глаза и были по-настоящему счастливы. Жгучая боль огненной волной разливается по всему телу ангела, и ему нестерпимо хочется избавиться от этой невыносимой агонии. Сэми страшно, по-настоящему страшно. Особенно страшным было то, что он умирает в одиночестве. Был только он и молчаливое небо, бесстрастно смотревшее, как его дитя покидает этот мир. Ангелу всё труднее дышать, отчего всё начало расплываться перед глазами. Приложив усилия, Сэми едва приоткрыл рот и коснулся кончиком языка окровавленных губ, ощутив резкий металлический вкус. — Ади. Губы ангела едва шепчут любимое имя. Сил не хватает закричать или хотя бы обрести голос. Всё, на что хватает усилий, это неотрывно смотреть на ярко-голубую синь небес, которая будто затягивала умирающего ангела, и была непозволительно спокойной и безмятежной в сравнении с той мучительной болью, которую испытывал Сэми. — Ади... Сэми отчаянно пытается звать демона, но с его губ срывается лишь беззвучный шёпот, который ангел и сам еле слышит. Ему так нужно увидеть Ади. Лишь раз. В последний раз увидеть его глаза, зеленые, как весенняя листва, чистые, любимые глаза. Ощутить тепло его рук, услышать родной голос. В последний раз... Разве я так много прошу?.. Сэми пытается дышать, но кислород всё меньше наполняет его умирающие легкие, а перед глазами мелькают цветные круги. Ангел думает лишь о рыжем демоне, и осознание того, как сильно ранит Ади его смерть, сжимает сердце в болезненные тиски. Ангел пытается противиться судьбе, но чувствует, как жизнь стремительно покидает его тело, а сердце стучит всё медленнее, слабыми глухими ударами отдаваясь в кончиках холодных пальцев. Грудь Сэми почти не вздымается, лишь чуть вздрагивает от попыток ангела вдохнуть и хоть ненадолго ухватиться за жизнь. В глазах отчаянно темнеет, от чего прекрасная синь небес сменяется беспросветной чернотой, и ангелу начинает казаться, что он падает в бесконечную пропасть. Шепфа... Пусть он не наделает глупостей... Сэми медленно выдыхает оставшийся в груди воздух и покорно закрывает глаза, чувствуя, как утихает боль. Последним, что он слышит перед тем, как навечно уйти за Грань, был срывающийся на крик голос. — Расступитесь! Прочь!..